Не та бутылочка

      Кристофер с самого начала вечера с небольшим волнением ожидал, что это может произойти в любой момент: ему достанется Вики Уокер. В основном, конечно, его мысли были сконцентрированы на Мими, с которой как раз удача его пока так и не свела. И выполнение какого-либо задания вместе с ее подругой могло нарушить их отношения.       Кристофер надеялся, что на бумажке будет написано, что-то совсем необременительное, что легко можно превратить в шутку. Тем более, и сама Вики наверняка не стремилась к слишком тесному физическому контакту с ним. Если уж она сюда пришла, значит все-таки ей не совсем безразличен Астарот. С ним, кстати, ссориться тоже бы не хотелось, особенно после того, как тот застукал их втроем на постели.       Метис старался выкинуть тот эпизод из головы, но такова молодая горячая мужская натура: секс втроем всегда будоражил фантазию. Тем более с такими девушками: демоном и ангелом. Красота Мими была изысканной, сложной, у урожденных бессмертных, особенно из могущественных древних семей, всегда были особенные лица, правильные, привлекательные, но как с канонических картин. Вики же была земной девушкой, и это читалось даже после пребывания в статусе советницы, что несомненно облагородило ее внешность. Но все же, ее красота оставалась пошлой: с приоткрытыми пухлыми губами, глупым порочным взглядом и формами, которые та упорно запихивала в какие-то неподобающие тряпки.       Сам Кристофер обращал внимание только на Мими, но Астарот каждый раз комментировал внешний вид Вики, подчеркивая детали, с привлекательностью которых его брат не мог внутренне не согласиться. Кроме того, Уокер была советницей, с ней были Люцифер и Мальбонте, она была сродни недосягаемой знаменитости среди бессмертных. Поэтому, если бы не его привязанность к демонице, Кристофер наверняка оживился бы, прочитав на бумажке задание исследовать руками тело, но в данной ситуации хотел спустить все на тормозах и ожидал, что Вики собирается последовать его примеру.       Только девушка, услышав задание, не продемонстрировала ни капли испуга или хотя бы сомнения, которые были бы вполне уместны, вместо всего этого неожиданно уточнила:       — Так кто кого должен трогать?       Кристофер заправил волосы за уши, еще раз взглянул на записку, но там все еще не крылся ответ. Он равнодушно пожал плечами, нисколько не сомневаясь, что Вики с благодарностью примет следующее предложение:       — Думаю, мы можем попробовать просто обняться или что-то вроде того.       Когда Вики легко привстала и сделала несколько шагов по направлению к нему, Кристофер тоже собрался подняться, но не успел, потому что Вики грациозно перекинула через ножку и приземлилась ровно сверху него, усаживаясь прямо на ширинку. Метис от такого внезапного маневра вынужден был откинуться назад, опираясь руками о пол, чтобы не упасть.       — В таком случае, если ты не возражаешь, исследовать буду я, — Вики переместила ладони с плечей Кристофера, соединяя пальцы на пуговицах рубашки и расстегивая их одну за другой до самых брюк так, что через мгновение могла без преград дотронуться до голой кожи его тренированной груди.       Кристофер моментально задышал чаще, ведь то, что скрывалось у Вики под юбкой было сейчас тесно прижато к его еще не успокоившемуся после предыдущей сцены члену. В любой другой ситуации такая поза была бы невероятно возбуждающей, но сейчас на них смотрели Мими и брат.       — Вики, что ты делаешь? — Кристофер прошептал, чтобы скрыть чуть охрипший голос. — Пересядь.       Он протянул руки вперед, чтобы взять девушку за бедра сверху одежды и попытался отодвинуть ее от опасной близости со своим пахом.       — Конечно, вот так? — Вики невинно смотрела, продолжая поглаживать кончиками пальцев напряженный пресс.       На секунду Кристоферу показалось, что она действительно двигается назад и, значит, все это лишь случайность, но Вики, вместо того чтобы отдалиться, лишь покачала бедрами и неуловимым, но испепеляюще отчетливым для Кристофера движением потерлась об его эрекцию. Зачем она это делает?       Пальцы непроизвольно, вопреки здравому смыслу сжались на ее ляжках, насаживая сильнее на себя, вместо того чтобы оттолкнуть и прекратить сумасшествие. Кристоферу пришлось особенно шумно кашлянуть, чтобы скрыть срывающийся стон и никто бы не заметил подвоха. Вышло неправдоподобно и глупо.       Черт, да для чего эта ангелица выделывает такие штуки, когда рядом Мими? Кристофер поднял глаза: Вики внешне была как будто совершенно спокойна и ничего не понимала, только дышала мелко и часто. Нет, она наверняка все чувствует, ведь его стоящий колом член упирался ей точно между ног.       Срочно нужны были несексуальные мысли, мысли о чем-то совершенно не возбуждающем, совершенно не пошлом, совершенно противоположном этому соблазнительному телу, ерзающему на нем, тонким рукам, безостановочно блуждающим по груди, колыхающимся у самого носа сиськам, покрытым совсем маленькими, заметными только ему, капельками пота. Шепфа, ведь их разделяла всего лишь какая-то ткань брюк и трусиков!       Все было несправедливо: Вики сама терлась о него, только Кристофер вынужден был сидеть, сохраняя каменное лицо и боясь вздохнуть, чтобы не застонать. Тем более, в паре метров была Мими, милая Мими, она не должна была хоть что-то заметить. Вики снова сжала бедра, призывно надавливая на Кристофера сверху, и как раз в этот момент огладила его грудь, вновь спускаясь к животу прямо у кромки брюк. Член буквально пульсировал и стало практически невыносимо это игнорировать. Он снова с силой насадил Вики на себя, также слегка двигаясь ей на встречу. Кажется, она даже тихо выругалась с грудными вибрациями в голосе.       Всего несколько, ладно, возможно немного больше, быстрых толчков, и Кристофер смог бы унять мучение. Он прикрыл глаза в последней попытке абстрагироваться от раскрытых покачивающихся навстречу ему бедер, движения которых Вики как будто уже перестала скрывать.       — Достаточно! Вы уже с лихвой перевыполнили задание! — Астарот одним рывком приподнял Вики под руки, ставя на ноги рядом с собой.       Вики ахнула не столько от неожиданности, ведь на подобную реакцию она и рассчитывала, сколько от крепко сжатых пальцев Кристофера, будто бы закостеневших на бедрах и скорее всего оставивших длинные царапины в момент, когда Астарот выдернул ее на себя.       Она потерла ноющую ногу, но, чтобы унять болезненные ощущения, нужно было что-то прохладное, а ладони все еще горели жаром груди Кристофера. В какой-то момент Вики испугалась, что еще немного и тот потеряет контроль, ведь помимо предсказуемой эрекции, метис начал по-настоящему натягивать ее на свой стояк. Это было опасно, ведь Кристофер был слишком похож на Астарота, от этой мысли не удавалось отделаться, когда она прижималась к нему, визуализируя под собой совсем другого близнеца.       Царапины были как нельзя кстати, позволяя сконцентрировать внимание на них, нагнуться, чтобы рассмотреть, изобразить боль, чтобы не выдать ватные ноги, затуманенные зрачки, колыхающуюся грудь и прочие признаки сексуального желания под испепеляющим взглядом Астарота, которым он продолжал ее сверлить ровно до того момента, пока она все-таки не посмотрела в ответ исподлобья.       На его лице была написана целая гамма эмоций, даже он сам не смог бы отличить бурлящие и перемешивающиеся внутри обиду, злость, ревность, возбуждение, похоть и, в конце концов, просто усталость от выходок этой несносной девицы. Когда Вики только уселась на брата, расстегивая одежду и поглаживая мышцы, Астарот решил, что способен проигнорировать такую мелочь, вопреки тому, что наблюдать за ними было неприятно, но потом она качнулась вперед, своими грациозными ногами отталкиваясь от пола, и с мнимой хладнокровностью было покончено.       У него свело челюсть от того, насколько плотно он сжал зубы, когда первый раз обратил внимание на скрюченные пальцы брата, вжимающие его девочку. Только тогда, приглядевшись получше не к тому, где скользят ладони Вики, а к ее бедрам, Астарот заметил, как она елозит по Кристоферу. Он прекрасно помнил, какой феерический стояк совсем недавно красовался в брюках брата, который наверняка прямо сейчас требовательно упирался прямо между ног его Вики.       Астарот повторил про себя еще раз: «Моей Вики». Нет, это его она должна оседлать, ритмично раскачиваясь сверху, его плечи должна задыхаясь от страсти, нетерпеливо освобождать от рубашки, чтобы наконец-то успокоить кожу долгожданными прикосновениями, перед его глазами должна трясти вываливающейся грудью, соблазнительно колыхающейся в такт движениям, на него должна смотреть затуманенным взглядом и хныкать, умоляя наконец расстегнуть брюки.       Нахрена он согласился участвовать во всем этом безумии? Вполне реально было додавить еще немного Вики, приласкать погрубее, не обращая внимание на протесты, чтобы она осталась с ним, никто другой ведь им не нужен для любви. Точнее не нужен был Астароту, но уж он бы постарался, чтобы и Вики ни о ком другом не могла думать всю ночь.       Астарот догадывался, что Вики хочет задеть его, сделать больно, ведь для нее все происходящее — всего лишь забавная игра, подогретая дурацкой выпивкой. Возможно, она и не вспомнит ничего по утру, но сейчас нужно было немедленно положить конец их затянувшемуся заданию, иначе Астарот бы убил брата на месте. Последней каплей стало его движение бедрами навстречу девушке.       Метис несколько раз указал в Вики трясущимся пальцем, намереваясь что-то высказать, но сдержался, потому что собирался разобраться с ней позже, и повернулся к брату, до сих пор полулежащему перед ними и наблюдающему снизу вверх:       — Кристофер, блять!       Близнец встал перед ним в полный рост, поправил рубашку и подтянул брюки.       — Она сама на меня полезла, ты же знаешь, — Кристофер чувствовал отвращение к себе за то, что перекладывает ответственность с себя, тем не менее это было чистой правдой.       Только Астароту были безразличны любые слова. Уровень его раздражения рос в геометрической прогрессии, он едва сдерживался, чтобы не ударить брата в лицо:       — Да мне похуй абсолютно, кто на кого полез! Я второй раз за вечер снимаю свою девочку с тебя!       — Извини.       Кристофер попытался поднять руки в знак примирения, только на его лице отчетливо читалось негодование от того, что он и правда ни тогда, ни сейчас не собирался приставать к Вики. В комнате на мгновение повисла опасная, звенящая тишина.       Астарот даже не знал, что ему нужно в тот момент. Извинение прозвучало, но легче от этого не стало, наоборот, будто бы градус напряжения достиг своего пика. Он со всей силы толкнул брата, от чего тот покачнулся, но отступив на шаг назад, уперся ногами и устоял.       Лицо Кристофера скривилось в злую гримасу. Он взмахнул крыльями, молниеносно возвращаясь и вцепляясь обеими руками в ворот рубашки.       — Отъебись от меня! — натянул ткань на себя, угрожающе уставившись на брата.       Звук треснувшей одежды на секунду заставил Кристофера растеряться и, потеряв контроль, он немедленно получил серьезный удар в нос.       Тут же хлынула кровь, окрасив красным подбородок и шею метиса, который от боли развернулся на пятках и согнулся пополам. Но Астарот не собирался останавливаться и схватил брата сзади, пережимая внутренности до немого крика, так и не вырвавшегося из груди, потому что легкие не могли раскрыться.       Инстинкт самосохранения подсказывал Кристоферу сделать хоть что-то, и он всем весом дернулся вниз, на что Астарот никак не рассчитывал. Они оба с глухим звуком, вперемешку с бранными словами грохнулись на блестящие паркетные доски, повреждая вовремя не сложенные крылья, однако хватка Астарота не ослабла, он по-прежнему крепко прижимал близнеца, в буквальном смысле почти ломая ему ребра.       — Пусти меня, чертов урод! — Кристофер принялся, не разбирая, наносить, удары назад, не видя брата и рассчитывая попасть хоть куда-нибудь, но рассекая вновь и вновь воздух.       Сцепленные руки на грудной клетке ослабли только, когда кулак наконец достиг цели и раздался противный хруст костей.       Вики закричала и бросилась к Астароту, полулежащему на локтях, чтобы не дать снова сцепиться с братом. Он собирался уже вскочить, когда ее руки обвили шею, лишь слегка надавливая с намеком на то, чтобы он остался на месте. Он вздрогнул, как от боли, несмотря на ласковое прикосновение, все же дергулся вперед, но усилием остановил себя, затем расслабился, откидываясь на девушку, прикрыл веки и попытался отдышаться. Кровь тонкой струйкой капала сквозь приоткрытые разбитые губы, окрашивая зубы красным, видимо, челюсть все-таки была сломана.       — Прекратили немедленно, оба! — впервые вмешалась Мими, до этого сохранявшая молчание. — Вы, как два безмозглых барана!       Когда Кристоферу досталась Вики, она лишь скрестила руки на груди, не подозревая, насколько последующее зрелище может ее задеть.       Мими умостилась поудобнее, с извращенным любопытством наблюдая за растерянным Кристофером, которого, очевидно, застал врасплох напор Виктории. Демоница улыбалась, ведь ее девочка была чудо, как хороша: распущенные каштановые волосы с легкой волной достигали ненарочито выпяченной пятой точки, из-за чего образовался красивый прогиб в спине, не слишком короткая юбка была как будто случайно немного задрана, оголяя покатые бедра.       Дьяволица читала насквозь подобные уловки и без тени сомнения знала, что Вики нарочно соблазняла Кристофера для того, чтобы позлить Астарота. И ей это без сомнения удалось. Недовольная тень сразу же пробежала по его лицу, превращая правильные черты в некрасивую гримасу. Все тело напряглось, словно пружина, готовая в любой момент сорваться, но Астарот сдерживал свои порывы.       Мими даже залюбовалась, каким усталым взглядом при этом внешнем напряжении он следил за Вики. Не нужно было обладать умением читать мысли, чтобы догадаться, что тот тоже в глубине души знал, что происходящее — всего лишь шоу, но ревновал, бесился, сходил с ума. Потому что не мог иначе, не мог видеть, как Вики ластится к другому. Так часто наблюдал ее с другим мужчиной, и теперь, когда она была почти в его руках, снова вынужден был терпеть, пока она наиграется с братом.       Демоница уловила момент, когда Астарот особенно нахмурил брови и сжал кулаки так, что на руках проступили вены. И Мими поняла причину: Вики и Кристофер словно на самом деле забыли об окружающих. Она все еще была уверена, что подруге нравится другой брат, но они были настолько похожи, черт возьми!       Вики была слишком близко, слишком по-настоящему ласкала обнаженный торс Кристофера, слишком откровенно елозила сверху бедрами. Да даже Мими завелась от одного взгляда на них.       Она внутренне содрогнулась, ведь дьяволице не престало ревновать. Демоны должны относиться к сексу, как к чему-то естественному и обыденному, и, уж, конечно, не испытывать собственнические чувства по отношению к мужчине, с которым она даже не в отношениях.       Но пальцы Кристофера все сильнее сжимали бедра Вики, а она все более искренно двигала ими навстречу. Это было возбуждающе и … больно?       Мими впервые ощутила, насколько, оказывается, ей был важен этот мальчик с разноцветными волосами и крыльями, насколько ей было неприятно видеть его в объятиях другой девушки, насколько этой самой другой хотелось выцарапать глаза и пощипать крылья. И она бы сделала это, не будь Кристофер вместе с Вики.       Астарот ее опередил, он первым поддался порыву и оторвал их друг от друга. Мими испытала облегчение, хоть и немного корила себя за подобные чувства. Но дальше события развивались по сценарию, который она предвидеть не могла: Астарот словно сорвался с цепи, он бил Кристофера совсем не в шутку. Идиот! Как будто не понимал, что весь концерт для него, хоть и зашел слишком далеко. Какие же они все дураки, и она сама в первую очередь, пытающиеся доказать что-то друг другу, хотя давно уже все решили про себя.       Застывшая Вики обернулась к подруге с мольбой в глазах, Мими только махнула рукой, отметая дальнейшие объяснения, было и так ясно, что та не собиралась устраивать такой кавардак:       — Я не сержусь на тебя. Все просто в какой-то момент вышло из-под контроля. Именно после этого, когда оба близнеца повалились на пол, Мими выскочила между лежащими напротив друг друга окровавленными близнецами, расправила крылья и руки и закричала, чтобы двое близнецов остановились.       Астарот ее мало волновал. Он хоть и обладал отвратительным характером, похоже на самом деле нравился Вики, которая уже бросилась на колени, чтобы удержать того от продолжения бессмысленной драки. Оба близнеца уже достаточно потрепали друг друга.       Кристофер же, распластанный и взмокший, лежал у ног демоницы, не зная, с чего начать:       — Мими…       Она смерила его собственническим взглядом, от которого ему почему-то сразу стало легче, и хладнокровно перебила:       — Не хочу слышать никаких жалких оправданий. Я ожидала веселья сегодня вечером, вместо этого вы, — она с нажимом произнесла это слово и выразительно посмотрела на братьев, — устроили какой-то балаган с ревностью!       — Я не буду извиняться, ты сам виноват, — пробурчал Астарот, обращаясь к близнецу.       — Согласен, проехали, — парировал тот.       Мими наклонилась, чтобы взять бутылочку и перекинула ее Вики, на что Кристофер попытался возразить:       — Может быть, с нас уже хватит?       — Да ты же наполовину демон, неужели ты не в состоянии просто получать удовольствие?       Кристофер откинул голову назад, постучав несколько раз ей по паркету. Он желал остаться с Мими наедине, пусть без близости, просто поговорить, побыть рядом, а на самом деле выходила какая-то дрянная ситуация, нисколько не улучшающая отношения между ними, но при этом доводящая до отчаяния стоящим уже который час членом и каменными яйцами. Это мешало думать, мешало трезво отвечать. Да когда же все закончится, и они останутся только вдвоем?       Вики тоже хотела примерно того же с Астаротом, который все еще лежал в ее объятиях и, похоже не спешил что-либо менять. Но в ее крови бушевал адреналин, и она нисколько не сомневаясь, тем более получив одобрение подруги, раскрутила бутылочку и потянулась за очередной запиской.       Горлышко, как примагниченное, указало на Астарота. Она развернула клочок бумаги перед собой так, чтобы метис, чья голова покоилась на ее коленях мог прочитать, и густо покраснела.       Астарот же сразу узнал свой собственный подчерк и написанное чуть ранее задание. Он уже почти полностью восстановился и без проблем поднялся, усаживаясь на ноги и приглашающе хлопая себя по передней части бедер:       — Уже поздно стесняться, Вики, садись сверху.