3,000 миль

      — Сэр?       — Ох. — Ген моргнул и быстро сменил удивленное выражение лица на яркую улыбку. Похоже, он почти растерял то, чем так гордился в своем таланте. — Простите, можете повторить?       Сотрудник за стеклом билетной кассы бросил на него раздраженный взгляд, при этом издав негромкий вздох. — Посадка пассажиров вагона начнется в 7:40, а поезд отправляется в 8:00. — он протянул билет через щель кассы. — Если у вас есть тяжелый багаж, обязательно сдайте его в багаж перед посадкой. Поездка займет около трех часов, и ваш билет не покрывает расходы на питание, так что купите что-нибудь перекусить перед посадкой. У вас есть ко мне вопросы?       Ген хмыкает и медленно берет свой билет. Пункт назначения на билете, напечатанный мелким шрифтом, напомнил ему о том, что он делает - где он стоит. Прошло три дня с тех пор, как его самолет приземлился в аэропорту Кеннеди и он вызвал такси, которое отвезло его в самое сердце Нью-Йорка, утопив в море огней, толпы людей и ужасающего количества мусора и отходов. У него никогда не было желания посетить город, который он видел в путеводителях и голливудских фильмах, и он только вскользь подумал об этом, когда его менеджер упомянул о возможном мировом турне, хотя он сомневался, что его слава телевизионного фокусника выйдет за пределы Японии в ближайшее время.       Но, как бы то ни было, он был здесь - в Большом Яблоке Америки.       Но после трех дней бесцельных прогулок, поездок в такси и душном метро он не нашел ничего интересного, что могло бы отвлечь его от мыслей. Более того, он заметил, что его психическое состояние становилось хуже, пока он оставался в шумном городе, а необходимость использовать GPS-навигатор для передвижения по городу заставляла его все чаще сталкиваться с кучей электронных писем и текстовых уведомлений, спрашивающих, где он, черт возьми, находится, вместо того, чтобы отвлекать его.       Нет нужды говорить, что ему нужно было как можно скорее покинуть Нью-Йорк, и, возможно, он найдет утешение в следующем городе, который посетит.       — Что люди делают в Вашингтоне, округ Колумбия? — пробормотал он достаточно громко, чтобы его услышал служащий вокзала, заслужив растерянный взгляд незнакомца.       — Я не знаю? — скорее спросил, чем ответил мужчина. — Наверное, осматривают достопримечательности? Это столица страны, поэтому люди обычно хотят увидеть памятники и всякое прочее. Разве вы не должны знать, для чего вы едете в Вашингтон?       Нет, честно говоря, он не знал. Он надеялся, что узнает, когда приедет туда.       — Ха-ха, пожалуй, ты прав. — хихикнул он, быстро засовывая билет в карман. Он поднял сумку и перекинул ремень через плечо, надвинув кепку на голову еще ниже, чтобы скрыть тревогу в глазах. — Ну, я пойду. Доброго вам вечера!       — Приятного путешествия. — махнул рукой мужчина, уже вернувшись к своему телефону.       Ген неловко улыбнулся и продолжил путь через станцию. Знакомство с прямолинейным характером жителей Нью-Йорка было для него определенно культурным шоком, но, тем не менее, он оценил его как человек, который любит сразу переходить к делу.       Как и посоветовали, Ген купил несколько закусок, чтобы утолить голод на время поездки, а затем быстрым шагом направился к железнодорожной платформе, указанной в его билете. К его ожиданиям, уже образовалась длинная очередь из пассажиров, ожидающих посадки, все с одинаково простым, но явно измученным выражением лица. Ген почувствовал облегчение от того, что, по крайней мере, не только он один выглядит растрепанным и измученным. Он даже не хотел думать о том, что скажут его менеджер и фанаты, если увидят его сейчас.       Он занял свободное место в кривой очереди и скучающе перебирал длинные пряди своих волос - единственный способ отвлечься от зуда проверки телефона. Он мог бы просто отключить уведомления и пролистать Twitter, чтобы скоротать время, но он уже знал, что его встретит шквал твитов о его исчезновении, как только он откроет приложение. И Бог знает, сколько панических атак у него было только за эту неделю, чтобы этого ему хватило на год - больше не нужно.       Наконец, приходит время посадки и, проверив билет, Ген заходит в поезд и направляется в самый конец вагона, который, на его счастье, оказался пустым. Он сразу же пересаживается на место у окна, ставит сумку на пол и со вздохом опускается в мягкое кресло.       Все, что он собирается делать сегодня, - просто лежать в своем гостиничном номере, бесцельно глядя на экран телевизора, показывающий какой-то фильм, чтобы заглушить кружащиеся в голове мысли. Ему казалось, будто он работал без продыха с раннего утра.       По правде говоря, он чувствовал себя так всю неделю, но не переставал удивляться каждый раз, когда осознавал, насколько истощен его организм.       Гену не нужно, чтобы кто-то объяснял ему его состояние; в конце концов, он ведь был специалистом в области психологии.       Закрыв глаза, он пытается заснуть под успокаивающий гул, тихие голоса и шаги людей, садящихся в поезд и устраивающихся поудобнее для трехчасового путешествия поздним вечером. Он чувствует, как напряжение начинает покидать его мышцы, когда шум поезда заглушает постоянно присутствующее беспокойство, поселившееся в его голове...       Чья-то рука трясет его за плечо. — Эй, извините?       Ген сразу же выходит из своего транса, и знакомый адреналин, от которого, как он думал, он избавился в Японии, ползет по его позвоночнику, вызывая самый большой страх и стресс, который висел над его головой с самого начала его побега:       Они нашли меня, они нашли меня, они нашли меня, они нашли меня, о Боже, нет, нет, нет, нет...       Он натягивает на лицо улыбку и неуверенно поворачивается на голос. — Да?       Пережив первые несколько напряженных секунд своей реакции борьбы или бегства, Гену удается сфокусировать взгляд на незнакомце, чье появление было не менее удивительным, чем то, как он выглядел.       На вид парень был примерно его возраста, с копной не поддающихся гравитации волос на голове [похожими на пучок лука-порея], и глубокими винно-красными глазами которые пристально смотрели на него. Он был одет в черные брюки и мятно-зеленый свитер поверх белой рубашки, создавая впечатление невзрачного ученого.       Несмотря на это, Ген ни за что на свете не мог определить, какие сигналы исходят от этого парня, учитывая, как все в его внешности сочеталось и превращало его в странную аномалию. А если серьезно, что случилось с его волосами?       — Извините, что разбудил вас. — продолжил незнакомец. — Я просто хотел спросить, могу ли я сесть рядом с вами. Все остальные места уже заняты.       Ген внутренне вздохнул с облегчением от такого простого вопроса и чуть не накричал на парня за то, что тот чуть не напугал его до смерти.       Его худшего кошмара удалось избежать еще на один день.       — А, конечно, без проблем! – радостно ответил Ген. — И не нужно извиняться. Вы меня не разбудили, я просто отдыхал.       Незнакомец посмотрел на него долгим сомнительным взглядом и ухмыльнулся. — Вы уверены? Вы выглядели так, будто у вас вот-вот случится сердечный приступ.       Ген нервно хихикнул. Когда он успел стать таким очевидным?       — Уверяю вас, я в порядке. — ответил Ген. — Я даже не вошел в первую фазу быстрого сна.       Незнакомец поднял бровь, как бы бросая ему вызов. — Я сомневаюсь в этом. Первая фаза сна в беспробудном состоянии длится около десяти минут, поэтому в нее очень легко впасть. Большинство людей даже не осознают, что засыпают, когда находятся в этой фазе. Если бы вы были в полном сознании, вы бы не вскочили, когда я вас позвал.       Ген просто сидел, пока незнакомец снимал рюкзак и садился рядом с ним, ошеломленный внезапным перечислением фактов. Фазы сна не были сложной наукой для понимания, но он бы не сказал, что это было общеизвестно среди обывателей. Единственная причина, по которой Ген знал о фазах сна, заключалась в его интересе к психологии, поэтому услышать, как кто-то непринужденно перечисляет подробности, было немного необычно.       Ген улыбнулся: — Должно быть, вы действительно любите спать, раз знаете столько информации.       Незнакомец бросил на него косой взгляд и усмехнулся, доставая из рюкзака ноутбук. — Не совсем, это просто основы науки. Любой может узнать о фазах сна.       Ген хмыкает, смещаясь на своем сиденье, чтобы освободить немного больше места для своего нового товарища по поезду. — Да, могут, но вопрос в том, станут или нет? Сон настолько естественен для нас, что мы почти не задаемся этим вопросом. Никто не стремится понять, как устроен сон. Поэтому вам должна быть интересна эта тема.       — Нет, вы заблуждаетесь. — незнакомец застегнул свою сумку и начал выдвигать складной столик для еды, прикрепленный к спинке сиденья перед ним. — Я просто считаю, что это важно знать, и так получилось, что я запомнил то, чему научился. Если следовать вашей логике, то вы тоже должны любить спать, хотя я могу предположить это только на основании того, что вы дремали.       Ген рассмеялся, снова пораженный прямотой незнакомца. — Ну, я действительно люблю поспать.       — Вот оно что. — кивает незнакомец, гордясь своей правотой.       Он ставит ноутбук на столик и открывает его, одновременно доставая из кармана спутанные наушники, и Ген с весельем смотрит, как он с ожесточением пытается распутать этот кошмар, одновременно включая экран. — Вам нужно работать?       Незнакомец одобрительно хмыкает. — Да, кое-что для университета. Нужно просмотреть некоторые исследования и данные.       Так он студент. Интересно.       — Может, поспите? Когда мы доберемся до Вашингтона, будет уже полночь, разве вы не устанете?       — Эх, — пожимает он плечами. — Наверное, нет. Я и позднее ложился.       — Ну, не переусердствуйте. — если кто и должен услышать этот совет, так это сам Ген. Частично причина, по которой он вообще оказался в этой передряге, заключается в том, что он почти не контролирует себя, когда дело доходит до работы. Иногда он спит всего три часа в каком-нибудь отеле, прежде чем снова проснуться и отправиться на телестудию. Он едва ли помнит, когда в последний раз нормально спал в своей собственной квартире. — Недостаток сна может привести к множеству проблем со здоровьем.       — Я и так это знаю. — отвечает незнакомец, наконец-то справившись с тем, чтобы разобраться со своими наушниками. — Я всегда сплю необходимые часы сна, которые нужны людям моего возраста. Я не могу выполнять свою работу, если хожу как зомби. Просто сосредоточьтесь на своем сне, а я разбужу вас, когда мы прибудем.       Ген озорно ухмыляется, все еще пытаясь понять, как кто-то может быть настолько безразличным и точным к своему режиму сна. — Хм, как мило с вашей стороны. А я-то думал, что все жители Нью-Йорка недолюбливают туристов. Я ценю это.       Незнакомец полуобернулся к нему и прошелся взглядом по лицу и одежде Гена, и он не мог не почувствовать страха от этих пронзительно-красных, расчетливых глаз. Более того, он чувствовал себя несколько смущенным и каким-то зажатым. — Вы турист? Откуда вы?       — Япония.       — О. — в тоне незнакомца прозвучало легкое удивление. — Я тоже.       Если бы не окно и не сиденье перед ним, удерживающее его на месте, Ген мог бы поклясться, что немедленно бросился бы прочь от незнакомца и никогда не оглядывался назад. Паника мгновенно заполнила его грудь, и ему потребовалась вся его сила воли, чтобы притвориться спокойным.       Ген решил приехать в Америку главным образом потому, что здесь его никто не знал, и вероятность того, что он столкнется с кем-то, кто приехал из Японии, была очень мала. Конечно, он мог встретить людей, которые говорили и были японцами, но не обязательно кого-то, кто живет в Японии. И все же он оказался здесь, столкнувшись с одним из самых невезучих азартных развлечений в своей жизни.       Однако, пытаясь собраться с мыслями, Ген понял, что незнакомец его не узнал. На самом деле, его больше волновало фиаско со сном, чем сам Ген. Если бы он действительно знал, кто он, он бы, скорее всего: А.) Испугался, B.) Спросил бы - не Ген ли он Асагири, или C.) Молча бросил бы на него удивленный взгляд. Тем не менее, ничего этого не произошло: Все, что видел в нем незнакомец, был обычный турист.       Серьезно, когда Ген сказал Вселенной, что ему не нужны новые приступы паники, он имел в виду именно это. И незнакомец был прав: такими темпами у Гена мог случиться сердечный приступ.       И каким же эгоистом он был? Конечно, он был знаменит, но неужели он думал, что все сто двадцать шесть миллионов человек в Японии знают, кто он такой? Очень стыдно.       Ген кашлянул. — Вау, у вас очень хороший английский!       Незнакомец кивнул. — У вас тоже.       Ген улыбается, а затем берет себя в руки и переходит на японский: — Приятно встретить земляка из нашей удивительной страны. Я чувствую себя как дома даже на расстоянии многих миль~!       Незнакомец усмехается и тоже отвечает по-японски. — Полагаю, хотя я не такой патриот, как вы.       — Хотя, должен признать, немного странно говорить по-японски после того, как три дня говорил по-английски. Я почти забыл весь язык!       — Ага, как скажете. — закатывает глаза незнакомец. — Если вы знаете науку о снах, то у вас не будет проблем с памятью родного языка после трех дней без общения на нем. Вы только что говорили на нем, и он звучит вполне нормально.       Ген издал негромкий смешок, когда незнакомец вернулся к своему ноутбуку. —Не нужно воспринимать все так серьезно. Мы же в отпуске, в конце концов.       — Да, да. — покачал головой незнакомец, набирая пароль. Ген замечает, как экран приветствует его изображением какой-то ракеты в качестве обоев, и не может не быть еще больше заинтригован уникальным характером своего компаньона по поезду. Если бы не его нынешнее нестабильное душевное состояние, возможно, у него было бы больше желания вступить в разговор и задать ему больше вопросов. И, словно почувствовав едва заметное затишье в их странной беседе, голос по внутренней связи объявляет об отправлении, и их тела начинают покачиваться, когда поезд трогается.       Они смотрят в окно, наблюдая, как поезд набирает ход и в конце концов покидает станцию, проносясь мимо городских огней и горизонта и оставляя их в черном пятне пейзажа. Когда двоим, похоже, надоедает пейзаж за окном, незнакомец смотрит на Гена и говорит: — Поспите, вы выглядите очень уставшим. Я в основном читаю, так что можете не волноваться, что проснетесь от того, что услышите, как я печатаю. — он подключает наушники и вставляет один из наушников в ухо. — Я разбужу вас, когда мы будем на месте или если я сочту, что мы вот-вот умрем.       Ген хихикает: — Ну и ну, спасибо.       — Не за что.       — Ну, спокойной ночи. Увидимся в Вашингтоне.       — Увидимся в Вашингтоне. — незнакомец вставляет второй наушник и переходит к работе на своем ноутбуке, позволяя Гену устроиться на своем месте и закрыть глаза.

~*~*~*~

      В самый разгар сна, когда его будит качание поезда, Ген не упускает из виду, что его партнер слегка наклонился к нему, чтобы посмотреть в окно, устремив взгляд на ночное небо над ними.       Не пропустил он и того, как мужчина закрыл ноутбук, чтобы посмотреть на Гена. На мгновение их глаза встретились, и ни один из них не потрудился отвести взгляд. Но даже в этот момент незнакомец отрывает глаза и снова открывает ноутбук, чтобы прочитать что-то на экране, и Ген, наполовину проснувшись, не задается вопросом о странном поведении.       Он снова засыпает.

~*~*~*~

      Вскоре Ген просыпается от того, что сидящий рядом с ним человек, постукивая его по плечу, с убранным в рюкзак ноутбуком в руках, сообщает о прибытии на станцию Юнион..       Ген кивает и собирает свои вещи, поправляя кепку, скрывающую его растрепанные волосы. Он зевает, когда они сходят с поезда и начинают пробираться внутрь вокзала, и восхищается грандиозностью архитектуры и роскошными магазинами - не иначе столица страны.       — Ну, здесь мы с вами расстаемся. — говорит незнакомец, когда они стоят посреди вокзала, и указывает на вход в метро. — Мне на метро до моего отеля.       — О. — неуверенно говорит Ген, осознавая, насколько он привык к этому человеку, до такой степени, что неосознанно последовал за ним через всю станцию. Ген надеялся, что парень списал это на то, что он все еще дезориентирован после сна, а не на какую-то жуткую одержимость. В конце концов, он и сам на собственном опыте знал, какими страшными могут быть сталкеры. - Понимаю, полагаю, так и сделаем. Приятно было познакомиться с вами. Желаю вам удачно и благополучно добраться!       — Взаимно. — сухо ответил незнакомец. — И не забудьте поспать, как только доберетесь до места, где остановитесь.       — Без обид, но это я должен говорить вам. — ухмыляется Ген, получая саркастическую ухмылку. Он начинает махать рукой в ответ, когда они начинают расходиться. — Пока.       — Пока.       Ген смотрит, как незнакомец исчезает из поля его зрения, и неловко стоит на месте, когда чувство спокойствия сменяется всепоглощающим чувством меланхолии, охватывающим его с ног до головы. Он вздыхает, пытаясь отогнать едва уловимое беспокойство, вновь пробивающееся в его сознание. Ген, похоже, озадачен собственными мыслями и действиями больше, чем кто-либо другой.       Он забыл забронировать гостиницу на эту ночь и понятия не имел, где будет ночевать.       Незнакомец был бы в ярости, если бы узнал.