Primum vivere

— Подожди, я тебя правильно понимаю? — в который раз прервал его Малфой, — ты уезжаешь в Африку, бросаешь лабораторию, свои проекты и разработки, ради… — попытка подобрать слова не увенчалась успехом. — Лавгуда, «идиота с сачком для мозгошмыгов», — закончил зельевар, цитируя давнюю реплику своего друга. — Именно, — встрепенулся Люциус, — чудика в соломеной шляпе и розовых трусах в синий горошек. — Он не носит розовые трусы, — философски изрёк Снейп, развеивая школьный миф. — О, ну это всë меняет, — уже изрядно захмелевший Люциус хлопнул в ладоши и возвел глаза к потолку, — Мерлин Всемогущий, проникнись жалостью и пониманием и пожертвуй этому пропащему пару извилин мозга и каплю благоразумия, — затем перевел взгляд на Северуса и, скорчив серьезную рожицу, спросил, — не слишком пафосно? — В самый раз для такого как ты, — Снейп плеснул из графина порцию виски и немного пролил на пол. — Эй, осторожней, это, между прочим, последняя бутылка в кабинете, — блондин машинально обвел пальцем пространство вокруг себя, — будь она неладна, — тихо добавил под нос. — Кто? — всë же уловил Северус. — Грейнджер, разумеется, — взорвался Малфой, — мало того, что эта негодяйка лишила меня всех домовиков и мне приходится делать всё собственноручно. Так ещё вздумала баллотироваться на должность нового руководителя казначейства, паршивка! Северус улыбнулся в стакан. В том, что между Лордом Малфоем и начальником Отдела международного магического сотрудничества Гермионой Грейнджер происходило нечто странное, знало все Министрество. Каждая их встреча уже предсказуемо заканчивалась перепалкой, а то и личными оскорблениями, исходившими, зачастую, со стороны Малфоя. Мисс Грейнджер, как истинная леди, старалась не опускаться до уровня базарной торговки, чем и злила главного члена Попечительного совета. — Она довольно-таки умна для своего возраста, — как-бы между прочим выдал Снейп, — Минерва из кожи вон лезет, чтобы усадить её на должность профессора трансфигурации. Благо девчонке хватает стойкости не поддаваться на уговоры драной кошки. — Помниться, в студенческие годы она тебя раздражала, — серые глаза задумчиво блуждали по бокалу с выпивкой. — Меня раздражают дети, — встретив вопросительный взгляд друга зельевар продолжил, — а мисс Грейнджер давно уже не ребёнок. Обстоятельства прошлого сделали из неё идеальный драгоценный камень, тонкой шлифовки и точных пропорций. Она знает чего хочет и этим покоряет мужские сердца. — Только не моё, — уверенно изрёк Люциус, допивая остатки виски. — Какой изысканый самообман, — Снейп ухмыльнулся, стреляя взглядом на возмущённого блондина, — чего ты ждёшь? Она ведь явно не собирается умирать старой девой. Ты боишься отказа? — Что за бред? — разумеется, чистокровный слизеринец не мог позволить уличить себя в любви к маглорожденной ведьме, вдобавок ещё и вдвое младше, — оказывается, тебе свойственно ошибаться, друг мой. Грейнджер последняя кто мог бы заинтересовать меня, отбрось свои глупые домыслы. — Отрицание. Не будь так предсказуем, Малфой, — продолжал издеваться Снейп, — ты трижды за последнюю неделю побывал в Министерстве, это вызывает подозрения. Не помню, чтобы в прошлом ты посещал министерские собрания ниже второго уровня. Международное сотрудничество? Серьёзно? — Я, как член Попечительного совета Хогвартса, обязан присутствовать. Мы обсуждали обмен студентов седьмого курса. — Трижды? — шутя уточнил зельевар, поднимаясь с кресла. — Трижды, Северус, — вскочил следом блондин, — думаешь так просто сойтись в едином мнении, когда… — Когда перед глазами в тесном декольте мелькают сиськи Грейнджер? — Оно могло бы быть тесным, но, увы, природа обделила, — самодовольно протянул Малфой. — Обесценивание, — Северус вновь улыбнулся, — её грудь словно с обложки мужского журнала. Уверен, ты замечал, что из-за бюстгальтера она использует заклинание «торчащие соски» и не выглядит при этом вульгарно. Сам факт ее раскрепощенности вызывает восхищение. Даже у такого мизантропа как я. — Распространенный среди женщин метод достижения цели. За счёт женских штучек добивается продвижения по карьерной лестнице. — Сам себе боишься признаться, — они стояли возле входной двери, и чёрные глаза Снейпа с удивлением наблюдали за своим другом, — я тебя не узнаю. Ты будто ментально вернулся в школьные года. Напольные часы в углу кабинета звякнули, и стрелки пробили полночь. — Она ведь ненавидит меня, — отрешенно произнёс Люциус, вкладывая в фразу всю горечь и сожаление, отчего Снейпа перекосило, как будто этот вопрос уже набил оскомину. — Прекрати изображать жертву несчастной любви, — демонстративно скривился он, — ты теряешь драгоценное время, Малфой. Любой другой давно испытал бы удачу, не знаю чего ты ждёшь. — Что скажет общество? Я уже вижу заголовки жёлтой прессы: «Старый Пожиратель смерти позарился на душу юной героини войны» или «Гермиона Грейнджер — новая леди Малфой: она ли стала причиной развода беловласого лорда и Нарциссы Блэк?» После войны страсти в магической Британии не утихали. Газетные издательства печатали что ни попадя. В основном "перемывали косточки" Гарри Поттеру, его личная жизнь была главным событием на повестке дня в Ежедневном Пророке. Длилось это, правда, недолго. Золотому мальчику наскучило всеобщее внимание и, собрав волю в кулак, он подал иск в суд. Газету не закрыли, но Риту Скитер из редакции уволили - парню этого было достаточно. После скандала имя Поттера не упоминалось практически нигде. Вместо него на первых страницах стали красоваться Малфои с неожиданной новостью о разводе. Благо до того времени Нарцисса успела уехать из Британии и ей не пришлось наблюдать толпу стервятников, окруживших Малфой- менор. Люциуса, как казалось Снейпу, это забавляло. В целом пресса цеплялась за любую возможность раздуть из мухи слона. Однажды, выходя из отеля, он сам попал под колдокамеры, и на следующий день его мрачная мина украшала первую полосу Пророка с заголовком «Тайное рандеву в отеле: зельевар и его новая муза. Папарацци не составило особого труда «засечь» миссис Ришар. Месяц понадобился, чтобы отбиться от самых настырных писак, не обошлось и без угроз. — С каких пор тебя волнует общественное мнение? — Я говорю не о себе, а о ней — Малфой, устало опершись о дверной косяк и сложив руки на груди задумчиво глядел в пространство комнаты, — она не станет пачкать свою превосходную репутацию ради романа со старым преступником. И тот факт, что я был тайным агентом министерства, никак не повлияет на её выбор между мной и постом Министра Магии. Девчонка идёт по головам, дабы привить магическому миру понятие равенства между чистокровными и маглорожденными волшебниками. Эта цель занимает всю её жизнь, в ней нет места для меня. — Ты увлечён ею настолько, что даже не рассматриваешь никаких вариантов, кроме женитьбы? — как бы ни хотелось лечь в постель и забыться тревожным сном, Снейп преданно стоял у двери и пытался утешить влюбленное сердце. — Тайные любовники? — Малфой удивленно захлопал ресницами, — она не того полета птичка, Северус. — Тебе не нужно предлагать ей интим, — виски нещадно ныли, — вообще не стоит ничего предлагать. Боишься прямого отказа - отправь цветы без подписи, лишь пару зашифрованных строк чего-то личного. Затем останется только ждать. Позволь ей диктовать правила, пусть сама устанавливает границы. — Границы френдзоны? — Прекрати выражаться на молодёжном сленге, у тебя кризис среднего возраста? — Нет у меня ничего такого, — если и было, то вряд ли Люциус знал о симптомах этой гадости, — вместо оскорблений поведай лучше, когда Поттера навестить собираешься? — Хотелось бы никогда, но обстоятельства вынуждают в течение следующих пары дней. — Уверен, что камень у него? — Нет, — размышляя о чем-то, зельевар толкнул дверь и вышел в холл, — единственное, что известно - на момент решающей битвы он являлся Повелителем смерти. Пережил смертельное проклятие во второй раз, чем и подтвердил статус. — Наверняка, Министерство пронюхало и благой лестью отжало, как минимум, бузинную палочку, — Малфой следовал рядом с гостем, медленно направляясь к выходу из менора. — Какой смысл? Фадж в свое время имел все основания отобрать у Дамблдора бузинную палочку, но не стал. С чего Кингсли отбирать её у мальчишки? - ответил Снейп. На небе величественно сияла полная луна, освещая всю территорию менора. Только в высоких окнах зловеще таилась тьма, вызывая дискомфорт и легкую тревогу. — Фадж не видел в Дамблдоре врага. Все те проверки и аресты - лишь попытка отвлечь внимание от возвращения Темного Лорда. — Дамблдор вёл свою игру, из-за которой не единожды рушились планы Министерства. Еще будучи профессором трансфигурации, он уже имел немалую власть в магической Британии, — лёгкий ветер кружил под ногами опавшие листья, заметая аллею жёлтым ковром, — Ни один Министр магии не осмелился отобрать у Дамблдора верховную палочку по причине его могущества, а не благосклонности. Фадж прекрасно осознавал последствия столь глупого поступка. Пока старшая палочка в руках сильного, всеми любимого героя-волшебника, Министерству остаётся только создавать вид, что оно в состоянии контролировать порядок. Как известно, Аврорат лишь сборище криворуких бездарей, не сумевших хоть как-то повлиять на события государственных переворотов! - закончил свою речь зельевар. "Да, это правда", - Малфой молчаливо согласился. Трудно спорить с человеком, у которого каждое слово неоспоримый факт. — Драко сейчас достаточно тесно общается с Поттером, — двусмысленность фразы произвела соответствующий эффект, бровь Снейпа иронично изогнулась, — в частности, из-за совместной работы, — невозмутимо поспешил добавить Люциус. — И? Хочешь чтобы я отравил Поттера? — Звучит заманчиво, но нет, — достигнув предела антиаппарационного щита мужчины остановились, — Драко сумеет узнать владеет ли Поттер воскрешающим камнем, только попроси. Уверен - он не посмеет отказать тебе. — Не стоит, мне в любом случае необходимо навестить Хогвартс. Неделю назад получил не слишком качественную партию мандрагоры, стоит немного проучить Лонгботтома за халатное отношение к работе, — одернув рукава мантии и запихнув палочку в карман Северус переступил границу аппарации, — напишешь, когда узнаешь цвет сосков Грейнджер. Ставлю на то, что они бледно-розовые. — Договорись, при условии, что ты станцуешь макарену на рождественском балу, — на подобный позор Снейп никогда бы не согласился. Блондин улыбнулся, представляя как зельевар, задорно виляющий задницей, ведёт за собой танцующую толпу по залу. — Иди к черту, — выругался Северус и мгновение спустя аппарировал. — Сам иди, — выкрикнул Малфой, надеясь, что сумел остаться услышанным. ♡♡♡