Блэк и Уизли?!!

       У камина на своём излюбленном месте лежало трое ребят. Двое из них уже мирно посапывали на животе своей подруги. Но их спокойствие решила прекратить дверь, которая резко захлопнулась. А через некоторое время от туда послышались голоса.       – Что они себе, интересно, думают? Надо же додуматься до такого - держать в школе этого пса. Этой твари явно надо поразмяться, а не сидеть взаперти,– парень говорил достаточно громко, явно не думая, что в гостиной ещё кто-то есть.        – А зачем вам глаза, хотела бы я знать? – По-видимому это была девочка и она явно была недовольна, – Вы что, не видели, на чём этот пёс стоял?       Адэлина попыталась высвободиться из плена Уизли и подойти поближе к источнику звука.        – На пол, – вот уже от этого голоса Блэк насторожились, но подумала, вдруг ей показалось, –Хотя вообще-то я не смотрел на его лапы - с меня вполне хватило голов.        Подойдя ко входу, Адэлина скрылась за углом и старалась вникнуть в тему разговора.       – Нет, он стоял не на полу, а на люке. Дураку понятно, что он там что-то охраняет.        Выглянув Блэк увидела четверых первокурсников и как одна из них встала, окинув однокурсников взглядом.        – Надеюсь, вы собой довольны, – резко произнесла Гермиона. – Нас всех могли убить... или, что еще хуже исключить из школы. А теперь, если вы не возражаете, я пойду спать.       Но этого не случилось, так как Блэк вышла и встала, перегородив дорогу. И не замечая этого, Гермиона врезалась в неё. После чего она испуганно вскрикнула и отпрянула.       – Что вы здесь делаете? – её голос был тих, но каждое слово отдавалось в коридоре, словно проклятье.       Перед ней, точно пойманные на воровстве сладостей и вместо них съевшие свои же языки стояли Гарри, Гермиона и Рон, не в силах найти оправдания. Гермиона же сначало начала что-то говорить, но слова застряли у неё в горле.       – Я спрашиваю, где вы были и что делали после отбоя? – настаивала Адэлина, и её взгляд был таким же пронзительным, как и её слова.        – Мы просто заблудились и попали в какой-то коридор, потом мы бежали от Пивза и от Филча. И только сейчас смогли найти дорогу, – Рон, как знающий Адэль уже три года, решил хоть что-то сказать. Но это было очень тихо и очень нервно.        Лицо Блэк сначала смягчилось, но вспомнив подслушанный разговор, она явно стала ещё больше зла.       – Заткнись, Рональд Уизли. Если ты считаешь, что меня можно так легко обмануть, то ты ошибаешься. И вам лучше сказать правду, иначе я буду должна рассказать всё Профессору Макгонагалл, – Адэлина была в ярости. Она не собиралась везде и всюду следить за Поттером и его дружками. Она надеялась, что он будет более благоразумнее.        Невилл пискнул от страха. А Гермиона решила рассказать правду. В надежде, что Адэлина не станет никому рассказывать. И она сможет пожаловаться на Малфоя.       – Драко Малфой позвал Гарри на дуэль после полуночи, но сам туда не пришёл. И к тому же отправил туда Филча. А мы, чтобы он нас не поймал, побежали и случайно встретили Пивза, который начал кричать. И мы опять побежали и ... потом мы пришли сюда, – она явно не хотела рассказывать Блэк про третий этаж. Всё равно боялась, что её накажут.       – Драко Малфой?! – всё остальное она почти прослушала. В её ушах звенело от злости, – Идите по своим комнатам и не дай бог я узнаю, что вы мне соврали или что-то не до сказали.        Квартет ребят быстро разбежался по комнатам, стараясь не издавать лишних звуков.        Адэль попыталась успокоиться, ведь ей всё ещё нужно было перенести близнецов в комнату и попытаться заснуть. Ей конечно очень хотелось пойти в гостиную Слизерина и поговорить с братом, но решив это отложить на завтрашний день, Блэк пошла к дивану с друзьями.        Она перенесла их с помощью заклинания левитации и попыталась заснуть.

•••

      Ветер гулял по улицам Хогвартса, гоня перед собой чёрные тучи, которые сгущались в преддверии бури. Сентябрьская погода всегда была переменчива, но в этот раз она предвещала нечто тревожное.       В мужской спальне Гриффиндора, среди кроватей, занавешенных тяжёлыми шторами, проснулась девушка. На её лице отразились самые разные чувства: от злости и ярости до страха и боли.       Сны, полные кошмаров, часто мучили её в родном доме, но здесь, в стенах Хогвартса, в компании Уизли, они обычно отступали. Близнецы были ее крепостью, их присутствие дарило ей чувство защищенности и покоя. Однако стресс последних дней, казалось, взбунтовал её организм, от чего к ней вернулись кошмары.       Она никогда не поддавалась слабости, не искала утешения в чужом плече. Не умоляла о пощаде. Временами, казалось, что мудрее было бы отступить, но её гордость не давала ей этого сделать. Даже когда было невыносимо больно, она шла дальше, гордо подняв голову и с легкой усмешкой на устах.       Она проснулась, тяжело дыша с глазами полными слёз и ужаса. Ей снилось много чего: смерть матери, почти у неё на глазах. То как, та кто запрещал называть себя бабушкой, запирала её в холодном подвале на сутки без капли воды и крошки хлеб. И как, Миссис Блэк, первый раз использовала Круцио в наказание, за оплошность шестилетнего ребёнка, а также много ярких, но смутных воспоминаний из детства, которые Адэль так и не смогла разгадать.       В это время Уизли спокойно спали, их дыхание было ровным и безмятежным. Они не знали о буре, что разгоралась в душе их подруги. Она часто нуждалась в чьей- нибудь поддержке, но никогда не открывала своё сердце и не делилась своими бедами, ведь считала, что вряд ли кто-то мог бы её понять.       Юная Блэк чувствовала, как страх и отчаяние окутывают её, словно дементоры, жаждущие её счастья. Не было никого, к кому можно было обратиться за помощью, особенно в три часа ночи, когда даже призраки Хогвартса предавались сну. Единственным спасением для неё было покинуть свою кровать и отправиться на ночную прогулку по замку, надеясь, что прохладный воздух и тишина помогут ей забыть о кошмарах, что мучили её.

•••

      На вершине астрономической башни стояла девушка, окутанная тайнами ночи. Она не помнила, как оказалась здесь, но её сердце было полно других забот.       Свежий осенний ветер играл с прядями её волос, словно пытаясь утешить Гриффиндорку. В глубине души она жаждала слабости, мечтала обнять кого-то и разрыдаться, услышать слова утешения и заверения в том, что всё наладится. Но наследственная гордыня и воспитание не позволяли ей открыто попросить об этом.       Время неумолимо шло, и небо начало светлеть, предвещая новый день. Солнце, пробиваясь сквозь вершины деревьев, обещало скорый рассвет. Сентябрьское утро началось позднее, а значит скоро должен начаться завтрак. И ей уже нужно спешить обратно, чтобы остаться незамеченной.       Сон был последним, о чём она могла думать. Она хотела плакать, но вместо этого ей предстояло собраться с силами и разбудить Уизли. И прежде чем она сможет снова стать самой радостной и счастливой девушкой в Хогвартсе, ей предстояло найти в себе силы улыбнуться.        Иногда сон может отражать наше внутреннее состояние. Возможно, нужно лишь обратить особое внимание на то, что сейчас происходит в вашей жизни, и попытаться разобраться с этими эмоциями.