Свобода, похожая на смерть

Аарон Хилл поднимался по лестнице в свою квартиру, Сара О’Нил шла позади него, не поднимая глаз от пола. После их (а точнее ее спонтанного поцелуя) на пороге дома семьи Тернеров, ему ничего не оставалось, как посадить девушку на свой байк и увезти к себе домой. Всю дорогу Аарону хотелось остановиться на ближайшей автобусной остановке, и оставить девчонку там. Но проехав первую, он решил высадить ее на следующей, так они доехали до его дома. И блондинка последовала за ним, а Хилл в целом был не против ее компании, но он так ни разу не побывал в одиночестве. Не считая той ночи, проведенной в поездке по городу. Зайдя в квартиру, мужчина ощутил незнакомый ему запах. Пахло чистотой и в воздухе витал, едва уловимый, запах духов. Бетти. Хилл разглядывал квартиру, заново знакомился с ней. Простенькая, но новая мебель, свежий ремонт. Большое количество цветочных горшков. От очень маленьких и симпатичных фиалок, до огромных фикусов, которые стояли на полу в огромных серых вазонах. Сара все это время невольно следила за его реакцией, она не знала, чей это дом и почему Аарон так реагирует. Его лицо сменяло, кажется, тысяча эмоций: от пренебрежительной улыбки до легкого шока. — Тут уютно, — робко произнесла девушка. — Не моя заслуга, — буркнул Хилл, беря с тумбочки небольшой конверт. Чистым и ровным почерком было написано следующее: «Привет, Аарон, пишет тебе твоя соседка Бетти Макнот, с твоего ареста прошло уже четыре года. В прошлом году мы похоронили твою бабушку и мне очень-очень жаль… Аарон… Миссис Хилл была добрым, светлым, чутким и мудрым человеком. Мне будет ее не хватать. Я больше не живу в твоей квартире, почти два года, но часто бываю тут. Почти каждый день. Знаешь, Аарон, Сентфору тебя не хватает, на улицах без Черных Драконов стало пусто и страшно. Ежемесячно, с пособий на детей я откладываю небольшую сумму и что-то покупаю в твою квартиру. Хочу хоть как-то отблагодарить твою бабушку, от меня она денег не взяла бы, я пыталась… Я уже купила кружки (надеюсь они тебе понравятся), столовые приборы, пару комплектов белья, новый теплый плед. Твоя бабушка тоже принимала в этом участие, она покупала мебель. Я уговорила ее купить что-то более современное и оставить затею обставить твой дом в антикварном стиле, думаю, ты это не оценишь. Ты скорее всего удивлен, почему твой дом не выглядит как прежде? Случилось кое-что, о чем я бы не хотела писать в этом письме, я расскажу лично, при встрече. Аарон, я честно не знаю, почему я пишу это письмо, прочитаешь ли ты его когда-то, вернешься ли в Сентфор, выйдешь ли на свободу… Но меня греет мысль, что однажды ты вернешься домой и начнешь жизнь с чистого листа. До встречи. Бетти М.» В низу были приписаны адрес и номер телефона. Аарон еще раз быстро пробежал глазами по листу, улыбнулся и вслух произнес: — Уже рассказала, Бетти, уже рассказала. Сара стояла рядом, ожидая дальнейших указаний. Она не знала, чего ждать от Хилла и что будет дальше. Аарон же скинул обувь, куртку, прошел в гостиную, там на журнальном столике были новые книги, набирающих популярность авторов, была и бессмертная классика. Он распахнул дверцы платяного шкафа и присвистнул. Одежда. Много. Пара спортивных костюмов, джинсы, около 10 рубашек разного цвета и материала, футболки. В выдвижном ящике комода лежало нижнее белье. Полотенца на целый отряд заключённых. В письме, Бетти писала, что купила пару комплектов постельного белья, сейчас в шкафу было больше шести. Заинтригованный письмом о кружках Хилл отправился на кухню, Сара словно тень следовала за ним. Кухня стала светлой. Буквально белой, ярких пятен добавляли цветы на подоконнике. В шкафу стояли кружки, и Аарон не мог сдержать улыбки. Две кружки с изображением драконов, восемь кружек с тематикой нового года и рождества. Парочка с разными мотоциклами. Одна, явно детская, с экскаватором. Хилл быстро, по очереди открыл все шкафчики, убеждаясь, что там есть все необходимое. Даже имелись продукты с неограниченным сроком годности. Он положил письмо на кухонный стол, давая понять Саре, что она может его прочитать, при желании. — Если хочешь чай или кофе, ставь чайник, — мимоходом бросил он. Хилл вернулся в прихожую где висел телефон, снял трубку и направился в гостиную. Там он открыл окно, нашел на полке с книгами пепельницу, поджег сигарету и набрал номер, который оставила Бетти в конце письма. После трех длинных гудков в трубке прозвучал мужской голос: — Слушаю? — Добрый… — замешкался Аарон, глядя на часы, — День, я могу услышать Бетти? — А кто ее спрашивает? — в голосе слышалось недоверие. — Моя фамилия Хилл, — хмуря брови ответил Аарон. Пауза быстра сменилась неразборчивым бормотанием: — Бетти, Бетти, великий фавн, где тебя носит? Аарон звонит! На заднем фоне мужчина услышал голос самой девушки: — Что? Какой еще Аарон? Вздох. Цоканье. Шуршание. — Аааааа, — протянула девушка и уже в трубку ответила, — Привет, Аарон. — Привет, Бетти, — улыбнулся он, — Я хотел спросить, откуда черт возьми в моем шкафу столько вещей? Она залилась смехом, но тут же осеклась: — Прости… тебя долго не было… мы все ждали твоего возвращения… а я просто хотела помочь чем могу. — Нет, это отлично, замечательно, но зачем ты тратилась? — он свел брови, его освобождение из тюрьмы всегда было под большим вопросом, и все старания неравнодушных к нему людей были бы напрасны, все это не имело бы смысла. — Эм, Аарон, ты еще тут? — позвала Бетти, видимо пауза затянулась. — Да, прости, задумался… — Когда мы сможем встретиться, чтобы подписать документы? Хилл бросил быстрый взгляд на О’Нил, которая стояла в дверном проеме его гостиной: — Давай через неделю, хорошо? — Как скажешь, позвони накануне… — она замялась, — С детьми график гораздо плотнее. Аарон улыбнулся: — Конечно, я подстроюсь под тебя. — Не забывай поливать цветы! — очень строго добавила девушка. Хилл усмехнулся и серьезно произнес: — Спасибо, Бетти, за все. — Не за что, Аарон, — отозвалась Макнот улыбаясь и повесила трубку. Аарон отложил телефон, вновь прикрыл глаза, откинулся на спинку дивана. Сара чувствовала себя неловко и напряженно, она переступила с ноги на ногу и тихо, что бы не раздражать мужчину спросила: — Мне уйти? Аарон не открывая глаз буркнул: — Делай что хочешь, я не спал всю ночь и сейчас мечтаю только об этом. С этими словами он поднялся с дивана, достал из платяного шкафа большое махровое полотенце, от которого исходил аромат луговых цветов и побрел в ванную комнату. Мужчина долго стоял в кафельном помещении, смотря на струю воды, которая бежала из крана раковины. Он открыл душ и еще какое-то время слушал как капли бьются об штору. Также не торопясь, Хилл скинул с себя всю одежду и залез под душ. Впервые за долгое время, у него нет ограничений на водные процедуры, нет большого скопления людей, нет надзирателей, которые наблюдают, оставляют едкие комментарии и подгоняют. Банальная потребность в душе — сейчас для Хилла настоящий праздник. Он может делать это в любой момент, в любое время, и в его распоряжении не огрызок мыла, которое не мылится и сушит кожу. Аарон менял то температуру, то напор воды, словно губка впитывал в себя влагу. Если бы шторка едва заметно не колыхнулась, Хилл бы и не заметил, что он больше не один. За годы в тюрьмах это была его новая суперспособность. Аарон легко мог почувствовать опасность, понять, что он больше не один в помещении, предвидеть исход разговора на повышенных тонах. Хилл на выдохе прикрыл глаза и слишком грубо рявкнул: — Чего тебе? Сара от неожиданности вздрогнула, закусила губу, но не ответила. Она и сама не понимала, что происходит. Зачем ей все это? Что за чертов магнит тянет ее к Хиллу, и что в нем такого. Ну сколько у нее в баре подобных клиентов? Но ее заинтересовал именно Аарон. Мужчина выглядел угрожающе, но угрозы от него не исходило, больше таинственности и загадочности, а Сара любила тайны и загадки. Особенно чужие. — Сара? — уже более мягко позвал Хилл. Не найдя слов или эмоций, блондинка молча вышла из ванной комнаты, громко хлопнув дверью. — Боже, дай мне сил… — на выдохе произнес мужчина и нанес на губку гель для душа, заботливо купленную кем-то из его знакомых. Он тщательно натирал свою кожу, словно все эти годы у него не было такой возможности вовсе. Или ему просто хотелось смыть с себя все эти годы, проведенные за решеткой. Хилл потратил больше четверти и геля и шампуня, так сильно ему хотелось смыть с себя эти воспоминания. Когда он смывал пену с волос, дверь снова открылась. Аарон усмехнулся: — Сара, ты меня пугаешь, не маньячка ли ты часом? После небольшой паузы, шторка отделяющая его от девушки, резко была отдёрнута. О’Нил стояла перед ним полностью обнажённая и нагло смотрела на него. — И что все это значит? — мужчина изо всех сил старался смотреть в ее лицо и не опускать глаза ниже, на тело. — Мне тоже нужно в душ. Думаю, ты не против! — произнеся последнее слово, девушка уже шагнула к нему, встав непозволительно близко. Между их обнажёнными телами осталось жалких пару сантиметров. Хилл облизал вмиг пересохшие губы: — Могла бы подождать, я уже почти закончил. — Это слишком скучно, — шёпотом и с хитрой улыбкой произнесла блондинка и без промедлений прижалась к губам Хилла своими. Жадно, с напором, не так скромно, как пару часов назад на крыльце дома Тернеров. Аарону ничего не осталось, кроме как принять правила игры. Холодные руки Сары аккуратно коснулись горячих плеч Хилла, плавно скользя по его коже к груди, обводя пальцами каждый его шрам и рисуя вокруг них только ей понятные узоры. Несмотря на холод, исходивший от ее тела, эти движения все равно позволили Аарону расслабиться. Он прикрыл глаза, так и не перекрыв поток теплой воды, наслаждаясь близостью девушки. Впервые за долгие годы, его касались нежно, трепетно, возможно бережно. Да, его касались женщины, пока он был за решеткой, но то был холодный профессионализм тюремных медсестер. Его новая знакомая была профессионалом в другом. Сосредоточившись на собственных мыслях и ощущениях, он и не заметил, как руки Сары незаметно подкрались к его члену, но что-то сработало в нем, как по щелчку, заставляя резко открыть глаза и понять к чему все действительно идет: — Что же ты делаешь, Сара? — Аарон резко перехватил ее руки, разворачивая их тела так, чтобы Сара прислонилась к мокрой стене, а сам нависнув над ней сверху. Руки девушки были обездвижены, зажаты в сильной хватке Хилла, который практически намертво припечатал их к стене над ее головой. — Тебе ведь нравится, так не останавливайся, — она прикусила нижнюю губу, явно понимая, какой эффект это произведет на Аарона. Хилл боролся со своими монстрами до конца, но в этой игре он проиграл самому себе. К черту все это. Мораль уже давно не играла значение в его жизни, так почему не взять то, что ему самому предлагают на золотом блюдечке? Шум воды отошел на второй план, как только Аарон прильнул к Саре, жадно целуя в губы. Тело девушки тут же расслабилось, поэтому ему пришлось прижать ее к стене еще сильнее, лишь бы не упала. Спина блондинки прогнулась, позволяя свободной рукой исследовать каждый дюйм ее тела так же, как она это делала с ним ранее. Изо рта девушки вырвался протяжный и в то же время громкий стон, когда Аарон отстранился от ее губ, опускаясь чуть ниже, продолжая оставлять отметины на шее. Растягивать удовольствие не было смысла, да и желания. Уж точно не сейчас, когда хотелось побыстрее оказаться в ней. Отпустив пульсирующие руки Сары, Аарон подхватил ее за ягодницы, заставляя девушку ногами обвить его торс. Одним резким толчком он вошел в неё на всю длину, позволяя себе остаточно потерять контроль и приглушенно застонать. Сара лишь сильнее впилась пальцами в его спину, откидывая голову назад от накативших эмоций. То чувство, которого она жаждала с их первой встречи. Ее тело дрожало, поддаваясь на встречу каждому толчку Аарона. Казалось, крики наполнили всю комнату, и даже больше — весь дом, но никто из них не собирался замедляться, понимая, что они приближаются к тому самому моменту. Им обоим хотелось разрядки после этого длинного и запутанного дня. Отдохнуть. Забыть обо всех внешних проблемах. Ведь они все поджидают их за дверьми этой ванны, но главным сейчас было не это. Их дыхание окончательно сбилось, когда Сара дошла до своего пика, выкрикивая в последний раз имя мужчины, и ослабив хватку на его плечах. Сделав еще пару рваных движений внутри неё, Аарон успел излиться ей на бедро, позволяя девушке медленно поставить ноги на мокрый кафель душевой. Сара тяжело уткнулась головой в грудь Хилла: — Теперь мне точно нужно в душ. Он коснулся губами ее влажной от воды макушки, вылез и оставил девушку одну. По телу расплывались забытые ощущения, ноги были ватными, мысли путались. Он усмехнулся: — Секс творит чудеса… Расправляя диван, он слушал как напевает песню Сара, какая-то простая незатейливая мелодия, звучала просто, но не фальшиво. Как будто так было всегда или как будто так будет всегда. Его тело все еще находилось в приятной неге, а голова была пуста, Хилл натянул белье, сел на уже застеленный простыней диван и закурил. Веки тяжелели, сознание угасало. Заставив себя собраться, в первую очередь для того, что бы не спалить свою квартиру, он пару раз ударил себя по лицу, встал и прошел по комнате. Когда Хилл докуривал вторую сигарету, Сара вышла из душа, скромно улыбаясь, но не пряча глаза. Она снова застыла, не зная куда себя деть. Аарон похлопал по дивану: — Иди ко мне, — И лег на подушку, прикрывая глаза. О’Нил тут же оказалась в его кровати, укладывая голову ему на плечо. — Я чертовски устал и просто хочу спать, — закрывая глаза бормотал Хилл. — Так спи, — нежно произнесла девушка, рисуя круги на его груди. Аарон дернул щекой: — Звучит проще, чем есть на самом деле — Спи, я буду тут и … Окончание фразы он так и не узнает, морфей забрал его в свое царство