Закрывая глаза, я вижу тебя, Локи...

Последнее, что увидел Тор — яркий луч с силой врезается в грудь, прожигая, лишая дыхания. И темнота. Вдруг голова взорвалась болью, все тело будто сжали невидимые тиски, появилось ощущение, что его засасывает в какую-то воронку, а перед глазами замелькали картинки — события недавнего прошлого, но почему-то в обратном порядке. А потом яркий свет, бьющий в глаза. «Так вот какой бывает смерть», — только и успел подумать громовержец. Но в следующее мгновение появились странные ощущения. Знакомый, очень знакомый запах, а носу и скулам почему-то было щекотно. Тор открыл глаза и увидел темные волосы прямо перед собственным носом, близко-близко. Сморгнул, пытаясь отогнать наваждение. Недоуменно оглядевшись вокруг, понял, что он стоит посреди бывших покоев Локи, обнимая брата, который прижался к нему, обхватив руками плечи. Громовержец колебался лишь мгновение — он с силой оттолкнул от себя мага и тот отлетел к стене, с размаху ударившись спиной о твердую поверхность. — Что происходит?! — гаркнул Тор, удивленно озираясь по сторонам. Локи открыл глаза и растерянно посмотрел на него, как-то облегченно вздохнул и устало сполз по стенке, садясь на пол. — Получилось, — улыбнулся маг. — Что получилось? Где я? Что ты сотворил? Отвечай, тварь! — Тор подскочил к магу и отвесил звонкую оплеуху. — Иначе убью! — Тор выхватил из-за пояса молот. А еще громовержец с удивлением понял, что одет он в другую одежду, и на нем не темный плащ, который он носил в последние годы, а красный. Взгляд Тора вдруг наткнулся на правую руку брата, которую тот бережно придерживал другой рукой. Вся правая ладонь Локи была в крови. — Где перчатка? Потерял? — Тор стоял и смотрел сверху вниз на сидящего на полу мага. Пнув ногой в бок, он схватил его за волосы и запрокинул голову, посмотрел в лицо. Руки так и чесались влепить еще пару затрещин. А еще лучше разбить голову проклятого йотуна молотом, чтобы уже навсегда покончить с этим чудовищем. Но что-то было не так. И Тор понял, что именно — Локи выглядел по-другому. Его лицо сейчас не было обезображено нездоровой худобой, под глазами исчезли темные круги. Он был… таким же, как много лет назад — юным, красивым, а волосы стали чуть короче. И одет он был совсем по-другому, не в сияющие золотом доспехи, а в черный с зелеными вставками камзол. — Локи, ответь мне, — уже спокойнее спросил Тор, отпустив его волосы. — Объясни, где мы? Что произошло? — Мы в Асгарде, Тор, в прошлом, — медленно проговорил маг. — Камень времени. Это все, что я смог сделать. Больше ничего… — Я не понял, — громовержец растерянно оглядывался по сторонам, — это иллюзия? — Это день, когда отец объявил тебе о коронации. А потом мы поссорились. Скоро ты все поймешь. — Но… — Ты тогда обнял меня и поцеловал, — продолжал маг, — а потом я пошел к Одину и состоялся тот самый разговор, который ты подслушал, — Локи тяжело вздохнул. — В этот раз целоваться не будем. — А… — Тор хотел что-то спросить, однако в дверь негромко, но настойчиво постучали. — Локи! — раздался женский голос за дверью. — Ты здесь? Не знаешь, где Тор? — Да, мама, я у себя, заходи, — как можно беззаботнее произнес Локи, быстро убирая окровавленную руку за спину. Дверь открылась, и в покои вошла Фригг. — Мама? — Тор пошатнулся и, неуверенно отступив пару шагов назад, уселся на кровать. — Локи, сынок, тебя ждет отец, ты же помнишь, — Фригг посмотрела сначала на одного сына, потом на второго. — Мальчики, у вас все в порядке? Локи, почему ты сидишь на полу? Вы не ссоритесь? Фригг стояла и недоуменно взирала на сыновей, а те смотрели на нее и молчали. Наконец, Локи взял себя в руки. — Я сейчас приду. — Хорошо и… Тор, почему ты на меня так смотришь? Что-то случилось? Тор так и не смог вымолвить ни слова, только отрицательно покачал головой. — Так, ладно, у меня еще много дел, я побежала. И не ссорьтесь, я же вижу, оба надутые тут сидите. Вы же братья. Локи, не заставляй отца ждать. Тор, а ты отправляйся в свои покои, приведи себя в порядок, а то какой-то весь растрепанный и иди к Всеотцу, у него для тебя очень важная новость. Отдав распоряжения, Фригг быстро вышла за дверь. Тор встал и медленно, как во сне, подошел к Локи, присел на корточки напротив и внимательно посмотрел на мага. Тот сидел, положив левую руку на колени и уткнувшись в предплечье лицом. Правую ладонь он осторожно вытянул из-за спины, сдавленно застонав. — Неужели правда, Локи? — Тор осторожно коснулся темных волос. — Я пойду, — тихо сказал маг. — Не волнуйся, я не стану говорить глупостей, теперь уже это ни к чему. — Локи… — Тор смотрел на брата и не знал, что сказать, он все еще боялся, что вокруг лишь иллюзия, которая вскоре рассеется, и маг будет веселиться, глядя на его растерянное лицо. Младший принц с трудом поднялся, он чувствовал себя разбитым, обессиленным и понимал лишь одно — ему все равно, абсолютно все равно, что происходит сейчас, что будет потом. — Подожди, — Тор осторожно взял брата за правое запястье и поднял руку. — У тебя кровь, нужно перевязать. — Она сломана, — равнодушно сказал Локи. — Все пальцы сломаны. Я сейчас перевяжу. — Это из-за перчатки? Давай, я помогу тебе. — Не стоит, я сам, — Локи подошел к столу и открыл какую-то шкатулку. — Перчатка не хотела отпускать, я немного перехитрил ее. Я должен был умереть, но камень времени не смог ослушаться. Вот только с рукой непорядок, как видишь. Отомстили мне камни, — Локи грустно улыбнулся и начал перебирать в шкатулке какие-то снадобья. Тор вдруг понял — брат сейчас не хочет смотреть ему в глаза, избегает взгляда, отворачивается. Что-то задумал? Врет? — Посмотри на меня, брат, — Тор подошел и развернул мага к себе лицом, взял пальцами за подбородок. — Не называй меня братом, пожалуйста, ты же знаешь, что это ложь. Локи взял из шкатулки целительный камень и раскрошил на правую кисть. Нужно смыть кровь, но это уже потом. — Зачем ты вернул нас в прошлое? Неужели тебе не жаль своего трона, власти, всего, что имел? — Тор внимательно посмотрел в зеленые глаза мага. — Я убил тебя, Тор, — спокойно сказал Локи. — А потом… потом понял, что… Да какая разница? Чем ты не доволен? — Я не могу понять. Объясни мне. Ты уже не раз пытался меня убить. — Пытаться и убить — разные вещи, Тор. А сейчас… Не знаю, я просто хотел, чтобы ты жил, и тебе больше не было больно, чтобы у тебя была семья, твой мир, все то, что я у тебя отнял. Я сделал это для тебя… Локи взял широкий бинт и принялся наматывать его на руку, морщась от боли. — Для меня? — неуверенно произнес громовержец. Он вдруг понял, поверил — вокруг не иллюзия, не обман, все по-настоящему и теперь у него есть мать и отец, у него есть брат. Брат, которому все еще страшно доверять, непривычно, но Тору всегда так хотелось ему верить. Ведь тогда, в Свартальфхейме… Локи молчал, сосредоточенно бинтовал руку и шептал какие-то заклинания. — Я хочу верить тебе, Локи, — наконец, вымолвил Тор, положив руку на плечо мага. — Я пойду, меня Один ждет, — сказал младший принц и, развернувшись, направился к двери, на ходу сотворив зеленый плащ, чтобы полой прикрыть забинтованную руку. Тор, немного обождав, пошел следом. На сердце вдруг стало легко и радостно. Было непривычно смотреть на асгардский дворец почти пятнадцатилетней давности. Хотя и немногое изменилось с тех пор. Прошлое? Ведь это замечательно. Еще никому и никогда не удавалось вернуться и что-то изменить, исправить, не наделать больше глупостей и непростительных ошибок. А Локи дал ему этот шанс и себе тоже. Но Тору не нравилось лишь одно — глаза младшего брата. В них было столько боли и горечи, что никакие равнодушные речи мага, его спокойные движения не могли скрыть — Локи очень плохо, он в отчаянии. * * * — Локи, ты немного опоздал, — строго сказал Один. — Прости, отец, — выдавил из себя маг. — Сын, я буду краток — через неделю состоится коронация. Я вручу Тору Гунгнир. Но… — Это мудрое решение, Всеотец, Тор будет достойным правителем. — Зачем меня перебиваешь? — Один встал с трона и подошел к младшему принцу. — Я не договорил. Я знаю, что Тор еще не готов, ему не хватает выдержки, да и ума тоже не хватает, сам знаешь. Но он мой старший сын, старший наследник и после меня Гунгнир должен перейти к нему. — Все правильно, — сказал Локи, посмотрел в единственный глаз Всеотца и вдруг понял, что не чувствует к нему ни ненависти, ни неприязни, ничего. — Ты опять меня перебиваешь, сын, — Один положил руку на плечо мага. — Я не хочу приказывать, хочу попросить тебя. Я знаю, что ты тоже хотел взойти на трон. — Нет, — быстро сказал маг, — я не хочу. — Не хочешь? Мне казалось иначе. — Тебе казалось, — сказал Локи. — Возможно, — Один смотрел на Локи, пытаясь понять, что у того на уме. Он никогда не мог понять. — Так и есть. Что-то еще, отец? Один тяжело вздохнул. — Я хотел попросить тебя вот о чем, сын. Тору нужна будет твоя поддержка, твой совет. Ты же знаешь, что я могу доверять только Фригг и своим сыновьям. Я верю, став первым советником, ты сможешь научить Тора уму-разуму. Я хочу гордиться вами. Локи сейчас думал о том, как бы он отнесся к этим словам Одина раньше, много лет назад? Но эти слова из уст отца тогда не прозвучали. Конечно, ведь Локи начал кричать и возмущаться, разозлив Одина не на шутку. Локи отступил на шаг и сказал: — Я не смогу. — Это не обсуждается, сын. — Я знаю правду, — тихо сказал Локи, — я не твой сын, я сын Лафея. — Что?! — Один воззрился на него, будто первый раз увидел. — Кто тебе это сказал? Когда? — Не спрашивай, я не отвечу, но я все знаю, — спокойно продолжал маг. — И сейчас, прошу, не надо назначать меня первым советником. Что может быть опаснее йотуна возле престола? — Ты мой сын, — голос Одина дрожал. — Что ты говоришь? Мы с твоей матерью вырастили тебя и любим. Я доверяю тебе, как Тору, как самому себе. — Спасибо, — тихо сказал Локи. Всеотец подошел к младшему сыну и обнял его. — Бедный мой мальчик, я выясню, кто рассказал тебе, и пощады ему не будет. Локи мягко отстранился. — Почему сам не сказал? — Я не хотел, чтобы ты страдал, сынок, хотел уберечь тебя. Думал, никогда не узнаешь. Не получилось. Кто же эта змея, что тебе нашептала? Локи? — Не волнуйся, я не буду страдать. Локи вдруг увидел, как из единственного глаза Одина потекла слеза. — Прости меня, сынок, — он как-то растерянно смотрел на приемного сына и не знал, что еще сказать. — За что простить? Ты же подобрал меня, спас, я должен быть благодарен. Но первым советником не стану. Прошу об одном, разреши мне уехать. Один опустил голову и как-то весь поник, ссутулился. — Куда уехать? — Не знаю, я еще не решил. Просто пойми, отец, мне нужно побыть одному, я не хочу жить во дворце. Ты разрешишь? — Ненадолго, обещаешь? — Один опять подошел к сыну и обнял. — А потом, когда вернешься, будешь первым советником, и это не обсуждается. Договорились? Локи молча кивнул, развернулся и пошел к выходу. Один, тяжело вздохнув, шепнул что-то одному из воронов, сидевшему возле трона, и птица полетела искать Фригг. * * * Дверь резко распахнулась и на пороге появился Тор. — Локи, тебе все-таки удалось в очередной раз сорвать мою коронацию, — прогудел громовержец. — Что ты придумал? Опять какие-то фокусы… Отец сказал, что откладывает торжество, пока ты будешь где-то путешествовать. Ты знаешь, мне плевать на коронацию, но куда ты собрался? Опять задумал очередную… Бог грома осекся, увидев, что Локи сидит на полу на коленях, опустив голову, темные пряди скрывают лицо, а вокруг него лежит куча книг и всяческих мелочей. На полу, возле шкафа с одеждой, валяется ворох тряпья. Тор подошел ближе. Маг одной рукой брал книгу, листал, просматривая, потом откладывал в сторону и брал следующую. — Локи? — Тор уселся на пол возле брата. — Отец сказал, что ты собираешься куда-то уехать. Что ты сказал ему? Почему? — Это правда, — прошептал маг. — Но… Локи открыл очередную книгу, и вдруг громовержец увидел, как на старинные письмена, аккуратно выведенные на пожелтевшем листе, упала прозрачная капля, потом вторая. Локи быстро поднес ладонь к лицу и провел по глазам. Тор заметил, что рука брата дрожит. — Что с тобой, ведь все хорошо? — неуверенно произнес громовержец. — Приходила мама, Тор, — тихо сказал Локи. — Говорила, что любит меня. Один рассердился, я рассказал, что знаю о том, кто я на самом деле… Теперь хочет найти виновного, того, кто поведал мне о тайне, и наказать. — Зачем? Что ты опять задумал? Локи! — Тор накрыл ладонью руку мага, чтобы тот прекратил бездумно листать какую-то книгу. — Знаешь, когда я убил тебя и сидел рядом, — тихо продолжал Локи, не поднимая головы, то и дело смахивая непрошеные слезы, вытирая глаза забинтованной кистью, — я сначала хотел вернуться в Йотунхейм, в тот день, когда меня оставили, выбросили. Хотел убить ненужного младенца, потом понял, что не смогу… — Да что ты такое говоришь! — воскликнул Тор и притянул брата к себе, обняв так крепко, что у того сперло дыхание. И громовержец почувствовал, что все тело брата прошивает мелкая дрожь. — Я же люблю тебя, что же ты глупый такой? Локи! Ничего не было и уже не будет. Все по-другому, как мы захотим, все, абсолютно все! — Нет, Тор. Ты будешь помнить, я буду помнить. Ты будешь ненавидеть меня, знать, на что я способен, не доверять. А я не смогу простить себя… Йотунскому отродью нет места в Асгарде, его судьба была иной — замерзнуть, умереть во льдах, так было бы лучше для всех. Тор еще сильнее сжал в объятиях мага. — Ты дурак, Локи, какой же ты дурак! Прости, что все это сказал тебе тогда, но ты сам меня вынудил. Натворил бед. Ты мой самый родной, самый лучший, правда. Ты ведь смог все исправить. Теперь у нас есть родители, мать и отец любят тебя. А я… Локи, я не знаю, как жить без тебя. Даже когда ненавидел, презирал, закрывая глаза, видел тебя, ты мне снился каждую ночь. Локи, прошу, не уезжай никуда, останься со мной. Я обещаю, клянусь, никогда не обижу тебя, не оставлю в тени. Я не хочу трона, если хочешь… — Не хочу. — Но кому-то из нас придется, — Тор разжал объятия, чуть отстранился, обхватил ладонями лицо брата. — Давай вместе, прошу тебя, как тогда? — Я подумаю, — сказал Локи и уткнулся лицом в плечо громовержца. * * * За окном кружила снежная вьюга, в лесной чаще жалобно завывал какой-то дикий зверь, а лошади за стеной беспокойно фыркали. Правитель Асгарда и его первый советник решили немного отдохнуть от государственных дел. Шею щекотал серебристый меховой воротник плаща Локи, которым они были укрыты. Тор гладил пальцами смоляные пряди и не мог налюбоваться зеленым взглядом. — Нужно будет забрать Тессеракт у смертных, — задумчиво произнес Тор. — Это ты сказал, — улыбнулся Локи. — Сам и забирай, с меня хватит. — Я объясню все Фьюри, он поймет. Маг прыснул со смеху и легонько щелкнул брата по носу. — Он не знает тебя. Твои мстители не подозревают о твоем существовании. — Мда, точно, совсем забыл. Что-то придумаем. — Непросто привыкнуть, правда? — Знаешь, если бы тебя не было рядом, я бы, наверное, сошел с ума. Столько всего вроде и было, и как бы не было, а что будет, теперь не знаем. — Тор, ты стал слишком много думать, тебе не кажется? — усмехнулся Локи. — Наверное. А как иначе? Ведь все по-другому. Ты не упал в бездну, не попал к читаури… — Ты не встретил Джейн, она не знает о тебе… — Ты не убил Лафея… — Еще не поздно это исправить… — Молчи, не говори глупостей, — Тор провел пальцами по тонким губам мага. — Ладно, — Локи поцеловал пальцы брата. — Нужно надежнее спрятать эфир, чтобы никто… — Зачем? Тебя же не будет больше искать сумасшедшая ученая. — Локи, я не пойму, как такое может быть, ты натворил кучу гадостей, страшно вспомнить, и заметь, я тебе не напоминаю постоянно, а ты меня с Джейн все время достаешь. Почему ты наглый такой? — Я не буду, — Локи придвинулся ближе и поцеловал брата в скулу, потом в губы, требовательно проникая языком глубже, чуть прикусывая нижнюю губу. — Не обижайся, я люблю тебя, — Локи, прервав поцелуй, серьезно посмотрел на Тора. — Я все равно люблю тебя больше, — улыбнулся громовержец. * * * Пока все шло, как хотелось. Как и не мечталось когда-то давно. Тор обожал его, все забыл, все простил. Локи иногда казалось, что нет существа добрее и великодушнее, чем старший брат. Мать с отцом окружили заботой и любовью, это иногда немного раздражало. Но они так стремились доказать ему, как им дорог приемный сын, что было даже забавно. Отец вскоре погрузился в сон, мать неотступно сидела возле него. А братья окунулись в решение государственных проблем. Опять ссорились и мирились, чаще в шутку, пытаясь спихнуть друг на друга скучные рутинные дела. А покончив с ними, седлали коней и мчались во всю прыть куда-нибудь к озеру или в лес, в свой охотничий домик. * * * Переписать будущее, забывая о прошлом, которого никогда не будет. Что может быть проще? Ничего невозможного нет. Теперь он знал это точно. Локи для себя решил лишь одно — если что-то его не устроит, пойдет не так, если надоест рутина или, не приведи Один, брат его обидит, разлюбит, предаст, то… В самом секретном, охраняемом сильнейшей магией тайнике его ждала Перчатка Бесконечности. Камни тускло мерцали в кромешной темноте. Они пока спали, послушно ожидая хозяина. Единственного, кто сумел полностью подчинить их своей воле.