Неудобства беременности

Чонгук сидит в окружении маленьких детей: один из которых его сын Тэян, а второй сын их общих с Тэхёном друзей – Сонмин. На их семью и близких друзей обрушился какой-то бейби бум. Два года назад у Юнги и Чимина родился крепкий альфочка Сонмин. Еще через пол года года родился омега Чонгука и Тэхёна Тэян. Хрупкий и нежный мальчик со светлыми и блестящими, как солнышко волосами. А скоро еще через пару месяцев наконец родит Джин, и даже не одного, а сразу двух альф. Чонгук невольно начинает переживать за своего сына. Он будет единственным ребенком омегой среди остальных детей из окружения семьи. И вот сейчас на специальном детском коврике сидят двухлетний Сонмин и Тэян, которому полтора годика. Сегодня в гости пришел Чимин, погостить и немного выпить с Тэхёном. Ну и естественно детей оставили на горе-папашу Чонгука. Малыши звонко смеются и дребезжат разными погремушками, действуя этим на нервы альфы. Детки такие тактильные, что почти никогда не отлипают друг от друга. Постоянно обнимаются и Сонмин, подглядев у взрослых, иногда целует Тэяна в пухлую щечку. Чонгука это жутко раздражает, и все равно ему, что они еще совсем крохи. Тэхён на их тисканья всегда смотрит с обожанием. Омеги тихо хихикают на кухне, говоря о том, что нужно бы свести их детей когда подрастут. На что, Чонгук взбешенно рычит и уходит от этих чудо-подружек. Когда смотришь на детей сразу видно, что Сонмин более крепкий и большой, по сравнению с Тэяном, и дело даже не в разнице в возрасте. И так понятно, что Сонмин станет мужественным альфой, а Тэян заботливым омегой. Это бесит-бесит-бесит. Чонгук зол вдвойне на почве того, что у них с Тэхёном не было секса около месяца. Сначала Тэян заболел, как то было не до этого. Потом, когда Тэхён вышел с оплачиваемого больничного, он занялся работой. Чонгук его уговаривал не выходить на работу, но омега был непреклонен. Когда их сыну исполнилось полгодика, Тэхён тут же собрал вещи и уехал на работу. Говорил, что не хочет быть обузой. Малыш оставался чаще всего с няней или Чонгуком. А альфа этого не понимал, он постоянно твердил, что сможет обеспечивать всех их троих. Тэхен его не слушал, не хотел казаться слабым в чужих глазах. И не хотел становится обычной домохозяйкой. Альфа уже скулит от нехватки плотских потребностей. Омегам всегда было намного проще переживать нехватку секса, но вот альфам в разы сложнее. Чонгук даже не дрочит, потому что это совсем не помогает. Ему нужен его муж, его омега. Только Тэхён удовлетворяет всего его желания. Его запах и то, с какой легкостью омега превращается в нуждающегося котенка, ломают альфу изнутри. На работе последний месяц мысли только о нем. Он бывало так погружался в свои грязные фантазии, что приходилось принимать посетителей с вставшим членом в штанах. Он выл и злился только на себя, не говоря ничего омеге. Думал, что Тэхён придет к нему первый, но этому омеге хоть бы что. Живет и радуется, растит сына, пока его муж отчаянно пытается не смотреть на него, когда он встает раком, чтобы поднять что-то с пола, а его и так короткие шорты задираются выше некуда. Постоянно открывают вид на молочные ягодички, к которым так давно не прикасался, не целовал, и не вылизывал. Тяжело жить, когда под боком живет такой сексуальный муж, который не дает. Молодое тело Тэхёна быстро восстановилось после родов. Оно стало как прежде, только еще сексуальнее из-за упругих сисичек, которыми омега кормил сына. Они были личной слабостью Чонгука, он не мог оторваться от них часами. Здоровые альфы, все равно, что дети. В голове с болью вспоминаются четыре месяца воздержания. Когда Тэхён был на седьмом месяце, он четко заявил, что не желает секса с проникновением. Поэтому Чонгуку приходилось удовлетворять себя и мужа самому. Он жадно вылизывал узкую дырочку, когда собственный член упирался в жесткую ткань рабочих брюк. После родов, омега сильно загонялся говоря, что его тело не такое как прежде, и не разрешал Чонгуку себя касаться. Четыре месяца были как девять кругов ада, пока омега сам не набросился на Чонгука, предварительно отдав двухмесячного сына к Джину. И кажется это был самый жаркий и развратный секс в их жизни. Даже если не в жизни Тэхёна, но у Чонгука точно. Правда тогда альфа кончил за три минуты, но об этом история умалчивает. Единственное радует, что Хосок наконец уехал учится в другой город и оставил в покое Тэхёна. С этим подростком у Чонгука появилась пара лишних седых волос. Но Джин говорит, что Хосок нашел себе парня, даже фотку показывал. И что-то этот омега смутно ему напоминает его мужа. Только вот Тэхён в разы красивее того студента. Из своих мыслей его вытаскивает зашедший в комнату Тэхён. Пьяненький и веселый Тэхён. Он проходит вдоль комнаты, сочно виляя бедрами, пока Чонгук судорожно глотает слюну. Омега садится на колени рядом с Чонгуком и смотрит, мило улыбаясь. — Спасибо, милый, что посидел с детками, – сладко говорит Тэхён и наклоняется к лицу альфы. Облокачивается рукой о крепкую грудь, целуя в уголок губ и сразу отстраняется. У Чонгука что-то рушится внутри, когда Тэхён царапает его грудную клетку подстриженными ноготками. Дети наблюдают за этой идиллией, особенно Сонмин, который часто копирует поведение взрослых. Также наклоняется к Тэяну и целует его звонко в губы. Тэхён по-милому смеется, пока не слышит сдавленный рык своего альфы. Чонгук шумно дышит носом, смотря на малышей. — Сонмин-и, будь добр, не целуй так Тэяна. Так целуют только своих омег, а Тэян твоим омегой никогда не станет, – пытается доходчиво объяснить ребенку всю суть. Но больше похоже на то, как он отчитывает своих сотрудников на работе. — Он мой, – обиженно бурчит Сонмин, притягивая младшего омегу к себе. Совсем маленький, а эти альфийские замашки уже присутствуют. — Так… – Чонгук уже тянет руки, чтобы забрать Тэяна, но его перехватывают более нежные ладони. Тэхён сплетается с альфой пальцами, не давая прикоснуться к детям и разворачивает к себе. — Чонгук-и, – пародирует омега голос мужа, – они еще совсем крохи. Давай как Тэяну исполнится лет четырнадцать, то ты так яро начнешь его защищать от альфьего влияния, хорошо? А пока Сонмину всего два годика, ты не будешь говорить так, как будто перед тобой взрослый дядька, – на последних словах он искажает голос, от чего дети громко смеются. Конечно, сегодня папа такой веселый и смешной. Чонгук вздыхает и кивает в знак согласия, поглядывая на малышей, жмущихся друг к другу. Тэхён кладет руки Чонгука на свои ляжечки, распуская их пальцы. А потом укладывает ладони поверх его, и ощутимо сжимает. Альфа всей ладонью ощущает мягкость омежьих бедер, и внутри скулит, как щенок. Чонгук не понимает что к чему, пока омега не наклоняется к его уху. — Юнги позвал тебя завтра в клуб, Чимин не против, – он выдыхает, опаляя ушную раковину горячим дыханием. Ему сейчас сложно даются слова, – это подарок, за то, что посидел с малышами. Только много не пей, ты мне потом будешь нужен трезвым, – снова выдыхает, пока у Чонгука идут мурашки от томного голоса его омеги. Он чуть-чуть отстраняется и целует уже по-серьезному. Язык гуляет по рту альфы, по новой все изучая. Омега ерзает на своих коленях, пока сильнее сжимает ладони Чонгука у себя на ляжках. Долго этот поцелуй не длится, Тэхён с чмоком отлипает от вкусных губ. Смотрит опьяненным взглядом на альфу и облизывает губы. Чонгук возможно сейчас кончит лишь от одного вида своего мужа, и никогда об этом не пожалеет. Но в комнату входит Чимин, и маленький Сонмин звонко кричит «Папа, папа», подбегая к омеге. — Ну чего, карапуз, наигрался с Тэяном и дядей Чонгуком? – спрашивает у сына, а потом переводит взгляд на забавную парочку на полу. Уж слишком долго Чимин сидел один на кухне, поэтому пришел посмотреть в чем дело. А дело в этих голубках. Сонмин недовольно мычит, потому что не хочет расставаться с другом. Но Чимин строго ему говорит, что уже пора домой, а еще нужно помочь убрать игрушки Тэяну. Пока дети начинают неспешно собирать все в корзинку для игрушек, взрослые уходят на кухню. Чимин проходит первым, садясь на стул. За ним идут Тэхён с Чонгуком за руку. Омега не достает третий стул, а просто усаживает Чонгука на имеющийся, а следом ловко приземляется к нему на колени, обнимая за шею. Альфа судорожно скрепляет руки на тонкой талии и смотрит в глаза Тэхёна. Чимин в этой ситуации чувствует себя лишним. — Вы хоть когда-то друг от друга отлепляетесь? – безобидно бурчит Чимин, и наигранно закатывает глаза. Тэхён мягко смеется, переводя взгляд от мужа к другу. — Прости, Чимин-а, Чонгук сегодня слишком горяч, – облизывается Тэхён, пока глаза альфы лезут на лоб. – И вообще, – обращается к Чонгуку, – когда у нас был последний секс? Месяц или два назад? – спрашивает без зазрения совести. Будь он трезвым, давно бы вспыхнул как помидор от своих же слов. Чимин с Тэхёном откровенно ржут, когда смотрят на шокированного альфу. Чонгук пытается что-то сказать, но он просто открывает и закрывает рот, как рыбка. Эти наглые омеги, точно что-то задумали. Но он будет молчать, пока Тэхён так откровенно жмется грудками о Чонгука. Альфа и не понял, как Тэхён развернулся и прильнул к нему так близко. На омеге нет лифчика, поэтому Чонгук четко ощущает горячие соски, трущиеся о него. Альфа чувствует возбужденный карамельный аромат омеги, и борется с желанием разложить мужа на столе прямо при Чимине. Тяжело настолько, что уже не выносимо себя сдерживать, не тогда, когда руки ложатся на полную попочку, ощутимо сжимая. Но вовремя закричавший Сонмин о том, что они все убрали, спасает ситуацию. Чимин подрывается с места, а за ним и Тэхён, оставляя Чонгука одного на кухне. Альфа измученно стонет, снова ему все обломали. Тэхён из него нитки вьет, черт возьми. У омеги то член не встал, а у Чонгука уже стоит как по струнке. Он разочарованно вздыхает и идет в душ, чтобы немного расслабиться. Когда раздевается, то слышит как входная дверь закрывается. Значит Чимин с Сонмином уже ушли. Чонгук ничего не имеет против Чимина или Юнги, они в первую очередь его друзья. Это альфа познакомил когда-то их с Тэхёном. Чонгук напрягает лишь их сын, и то только потому, что он альфа. Он заходит в душевую кабинку, вспоминая как они с Тэхёном здесь… Черт, это вообще не помогает убрать возбуждение. Он пытается ни о чем не думать, включая холодную воду. Только после прохладного душа он чувствует себя более менее. Выходя из ванны он замечает, что во всей квартире выключен свет. Чонгук проходит в их общую спальню с Тэхёном и видит там мужа. Омега уже сладко сопит, пока Тэян робко перебирает его отросшие шелковые волосы. Вот же засранец, не удосужился ребенка уложить в кроватку. Но альфа не злится, пусть его муж хоть раз в неделю отдохнет. Он подходит ближе к кровати и забирает ребенка. Чонгук ходит по комнате, пытаясь укачать Тэяна, но малыш сегодня быстро засыпает, поэтому альфа перекладывает его в колыбельку. Выключив ночник, Чонгук ложится в кровать, притягивая к себе мужа. Обвивает его талию и вдыхает аромат. Сейчас Тэхён пахнет пино-коладой, которую они с Чимином пили. Омеги вообще любители сладких алкогольных напитков. На пару с Чимином они могут выпить три-четыри бутылки вина. Чонгук дышит своим мужем и потихоньку погружается в сон. *** Чонгук сидит в клубе , наполненным людьми. Музыка здесь приглушенная, а в помещении мерцает темно-бордовый цвет, цвет похоти. И все больше этот клуб напоминает ему стриптиз-клуб. Почему здесь стоят пилоны, а на них кружатся красивые стройные омеги? Как замужний, да еще и имеющий детей альфа оказался в этот клубе? Еще и чертов Юнги, опаздывает, он то вообще знает куда приедет? Чонгук сегодня дорого одет, на нем плотные черные брюки карго. Сверху серая облегающая футболка на спортивный манер с молнией, которая тянется от горла до груди. Эта молния полностью расстегнутая, открывающая вид на прокаченную грудь и крепкие ключицы. На шее из-под футболки виден кулон с вставкой из опала, который ему подарил Тэхён. На руках сверкают пара перстней, но самое важное кольцо – это обручальное. А волосы у Чонгука небрежно взъерошенны, придавая шарма. Не успевает он обдумать все свои вопросы, как к нему подходит один из омег. Парень держась за спинку дивана, начинает чувственно проезжаться ягодицами по чонгуковым брюкам. Соблазн слишком велик, правда Чонгук не приверженец измен. Изменить Тэхёну сравнимо со смертью. Да и у альфы встает только на его мужа, как бы печально не звучало. Чонгук сидит как и сидел, просто наслаждаясь эстетическим видом, невольно сравнивая задницу этого стриптизера с попой Тэхёна. У Тэхёна она более сочная и округлая, такая мягкая, что можно использовать ее вместо подушки. Сейчас бы только уткнуться в прекрасную попочку мужа, и больше не о чем не думать. Юнги приходит когда не ждали, шумно садится рядом на диван, зовя пальцами официанта. Омега, сидящий на Чонгуке, будто ошпареный, тут же испарился, оставляя от себя только шлейф от ванильного запаха. И точно не его природного, а шлейф от духов. Чонгук никогда не был ценителем омег, которые перекрывают свой естественный аромат другими духами. — Ты время зря не теряешь, — подает голос Юнги, смотря на открытую задницу убегающего омеги. Чонгук на это лишь хмыкает, приветствуя друга крепким рукопожатием. К ним через пару секунд подходит омега-официант, одетый в мини-юбку и укороченный топик на завязках. Только потянуть, как все будет открыто. — Нам бутылочку коньяка или… Виски, да, давайте виски, — говорит за двоих Юнги. Альфа поднимает руку, задирая юбочку официанта, поглаживая нежную кожу на бедре. Чонгук изгибает бровь и смотрит заинтересованно на друга. Официант сводит ножки и быстро убегает, оставляя альф. Мин же вальяжно раскидывает руки, и широко расставляет ноги. — И что это сейчас было? — спрашивает Чонгук, пытаясь вглядеться в глаза Юнги. — Ни у одного тебя месяц секса не было, — бурчит Юнги и смотря в сторону пилонов, облизывая засохшие губы. — Ты то откуда знаешь? — удивленно говорит Чон. — Мой Чимин не умеет держать секреты, — обыкновенно отвечает Юнги, — Тэхён рассказал Чимину, а Чимин не выдержал и рассказал мне, — о, значит Тэхёну не все равно на то, что их половая жизнь застопорилась. А на Чимина Чонгук даже и не будет пытаться злиться, ведь знает характер этого омеги уже очень-очень долго. Чон не отвечает, как-то диалог у них не заладился. Поэтому какое-то время они сидят молча, смотря на тщетные извивания омег. К ним подходит уже пара омег, один из которых уже приходил к Чонгуку ранее. Видимо притащил подружку, а Чон ему слишком понравился. Но Юнги четко дает им от ворот поворот. И они продолжают молча ждать свою выпивку. Виски приносят достаточно быстро и это уже не тот парень, которого лапал Мин, а другой. Юнги ухмыляется и принимает бутылку с виски, разливая его самостоятельно по тамблерам. — Знал вообще, что это за клуб? — интересуется Чонгук. До сих пор не понимая, почему они не пошли в обычный бар или клуб. — Знал, — отвечает Юнги, — просто здесь подают отменное виски, так бы я конечно не потащил бы тебя в стрип-клуб. И вообще Чимин сказал, чтобы ты тут не задерживался. Они с Тэхёном обсуждали какой-то подарок для тебя, — облизывается Мин, переводя взгляд на Чонгука. Чон молчит, обдумывая слова. В голове уже совсем непристойные мысли. Интересно какой же подарок сделает ему Тэхён. В мыслях молится, что это будет отсос. — Что у вас там за страсти, Чонгук? Неужели так тяжело без секса? — Чонгук на это шумно вдыхает и напрягается. — Юнги… Он меня изводит, будто проверяет выдержку. Один раз ходили в магазин нижнего белья, присматривали ему новые комплекты, потому что его грудь после беременности стала чуть больше. Так Тэхён там специально слегка приоткрыл шторку, чтобы я видел как он извивался в этих ебанных кружевных трусиках и лифе, которые нихуя не скрывают его тела, — Чонгук откидывает голову, вспоминая подробности того дня. Как Чонгук тогда весь день в торговом центре ходил со стояком. — Зачем ты сломал мою невинную психику?, — ухмыляясь говорит, — Но понимаю тебя, брат, — негромко смеется Юнги, — Чимин такой же, маленький соблазнительный чертенок, — Чонгук смешно закатывает глаза и запрокидывает голову на душку дивана. — Н-е-е-т, — тянет Чон, — ты не понимаешь. Он вчера прямо при Чимине запрыгнул ко мне на колени, прижимаясь своими ахуенными сисичками ко мне, — пинает ногой рядом стоящее кресло. Ведет себя как подросток в пубертатном возрасте. Так и не скажешь, что он хозяин прибыльной фирмы и отец семейства, — Ты даже не представляешь какую силу воли надо иметь, чтобы не нагнуть его прямо там. — Что ж, раз у тебя так все запущено, надеюсь сегодняшний подарок будет весовым, — выпивает залпом тамблер виски, следом подливая им двоим. Чон коротко кивает, но к алкоголю не прикасается. — Давай выпьем за надежду на твой сегодняшний секс, — бархатно смеется Мин, толкая стакан в сторону Чонгука. Чону такой тост нравится, поэтому они залпом выпивают содержимое из тамблеров. Они сидят еще не очень долго, заказывают пару шотов для храбрости и опрокидывают их в себя. Из стриптизеров к ним больше никто не подходит, что к большому счастью. *** Заходя домой, Чонгук обнаруживает, что свет по всей квартире выключен. Обычно в это время Тэхён кормит Тэяна, но видимо не сегодня. В голове крутятся сомнительные мысли, в груди застревает тревога. Он судорожно начинает проверять комнату за комнатой, пока не находит стоящую бутылку вина на кухне. Ничего не понимая, он просто всматривается в нее. Спустя пару секунд слышится тихий и мягкий топот шагов. Чонгук не поворачивается, ожидает что произойдет дальше. Его обнимают со спины, располагая руки поперек грудной клетки. Альфа спиной чувствует тепло человека стоящего за спиной. И чувствует, что этот человек практически голый. Он хочет обернуться и взглянуть на Тэхёна, но его голову перехватывают и заставляют оставаться на месте. Чонгук подчиняется, а руки лежащие на его груди перемещаются на собачку молнии, медленно ее расстегивая. Открывая больше положенного, руки просачиваются под облегающую футболку, гладя прохладными пальцами. Тэхён тянется носом к шее, предварительно вставая на носочки из-за разницы в росте. Замечает аромат виски на коже, но это не мерзко. Наоборот запах крепкого алкоголя дополняет природный, делая его более привлекательным. Омега так сильно нуждается в запахе своего мужа, что сейчас начинают дрожать коленки. В полумраке ничего не видно, но Тэхён находит носом пульсирующую жилку на шее, облизывая ее и пробуя на вкус. Кожа Чонгука в секунду покрывается мурашками, а сам альфа со свистом вдыхает. Ладони кружатся вокруг сосков, на ощупь блуждая по мерно-вздымающейся груди. Мышцы напрягаются под руками, эротично перекатываясь, жаль Тэхён этого не видит, зато чувствует. — Тэхён… — шепчет альфа. Ему конечно все очень нравится, но вот только он не железный человек. И плюсом идет тревога о Тэяне, дома ли он сейчас или нет. Тело позади напрягается, опускаясь на пятки и шумно дыша в спину от томного голоса. — Молчи, — говорит омега с придыханием и отстраняется. Альфа уже хочет возмутиться, но его мягко толкают из кухни в сторону спальни. Ему снова не дают посмотреть назад и он спешно шагает в спальную, а за ним следом Тэхён. Омега сажает Чонгука на кровать и теперь тот в полной красе может взглянуть на мужа. На Тэхёне странный комплект нежно-розового нижнего белья, что добавляет сто очков к невинности. Альфа смотрит снизу вверх, оценивая лук по достоинству. До бедер тянутся капроновые хорошенькие чулочки, резиночка на ляжках давит на них, из-за чего кожа немного выдавлена сверху. Хочется сейчас же уткнуться лицом эту мягкую прелесть, целовать и вдыхать приятный аромат вечность. Выше Чонгук замечает тоненькие трусики, которые еле-еле скрывают членик омеги. А еще выше… Боже, эти сисечки, они такие мягонькие и ласкательные. Кажется они увеличились на пару размеров с тех пор как альфа в последний раз их видел. На груди лиф, который явно не соответствует размеру груди Тэхёна. Он очень маленький… Это так преступно очаровательно. Маленькие, розовые треугольнички почти не скрывают темных сосков. Такой грешный вид Чонгук видел только в своих грязных снах. Тэхён тушуется, когда видит голодный взгляд своего альфы. Значит он не зря мариновал его целый месяц. Колени омеги рефлекторно сжимаются друг с другом. Чонгук тянет руки, потому что хочет прикоснуться, но Тэхён показывает указательный палец, безмолвно уточняя, что еще нельзя. Омега не раскрыл всех своих секретов. Тэхён медленно поворачивается, открывая вид на изящную спину. И почти сразу же наклоняется, оттопырив попку. И, о Боже… Это были трусики с легким доступом… Такого быть не может, такое грешное зрелище альфа видит впервые. Наверное он всю прошлую жизнь был каким-то благодетелем, раз в этой жизни ему достался Тэхён. Руки так и чешутся, побыстрее прикоснуться. Член в штанах явственно твердеет, но пока его очертаний не видно. Трусики так красиво обтягивают розовые ягодицы, открывая лишь самое сокровенное место. Тэхён, показав себя со всех сторон, поворачивается обратно. Садится на бедра Чонгука и руками обвивает сильную шею. Альфа не до конца понимает, что происходит, все похоже на сон или какой-то транс. Он инстинктивно хватает круглые половинки, чувственно сжимая. — Нравится? — спрашивает омега, елозя задницей по паху Чонгука. Альфа гулко сглатывает и отвечает: — Да… Нет, даже очень нравится, — хриплым голосом отвечает Чонгук. Альфа собирается с силами, вспоминает, что сейчас происходит. Чонгук тянет Тэхёна поближе и утягивает его в сочный поцелуй. Омега не ожидавший такого, ахает прямо в рот Чонгука. Поэтому это не похоже на поцелуй, а на то как-будто альфа вылизывает рот омеги. Но Тэхёну такое нравится и он не сопротивляется. Грудь омеги так приятно трется о чужую напротив, что у Чонгука член дергается в штанах. Отрываясь, Чонгук смотрит не в глаза Тэхёну, а на его… Округлости. Он отлепляет руки от попки и сразу же укладывает их на мягкие сисечки. О, да, это именно то, чего он так ждал. Они очень упругие, и если Тэхён сейчас подпрыгнет, то они мило начнут трястись. Омега видит как ладони мужа полностью обхватывают его грудь и падает лбом на надежное плечо, шумно дыша. На его лице появился красивый румянец, его альфа так давно к нему не прикасался. И сейчас все ощущается в разы приятнее. Его грудь стала очень чувствительная на ласки. Тэхён все еще кормит грудью Тэяна, но вот только малыш теперь его много не пьет. Ему нужно и другое питание, для привыкания к взрослой пище. Поэтому грудки Тэхёна практически всегда полны молока и не пустуют. Омега издает хриплый, и даже немного болезненный стон, когда Чонгук сильнее лапает его. — Болит? — интересуется альфа, отнимая руки от груди. Он пытается приподнять лицо Тэхёна с плеча, но тот только, что-то бурчит и противится. — Ммм… — мычит, говоря о том, что еще как болит. У Чонгука есть одна мыслишка, только неизвестно согласится ли Тэхён? — Малыш, давай я?.. — не успевает договорить, как Тэхён поднимает ошарашенный взгляд на альфу. — Ты хочешь сцедить мое молоко? — его глаза так сильно открываются, что Чонгук побаивается, вдруг они вылетят из орбит. — Да, сцедить, — кивает альфа, — только к себе в рот, — нагло ухмыляется и смотрит на смущенного и ничего не понимающего Тэхёна. — Ты же никогда не пил… Его, — тушуется омега, и прячет глаза под рассыпчатой челкой, — Да и это как-то не возбуждающе… — О, нет, маленький. Для меня это слишком возбуждающе, потому что такое я видел только в своих грязных фантазиях, — облизывается Чонгук и впивается взглядом в сисечки. Альфа сразу кончиком пальца отодвигает край сетчатого лифа, и прижимается губами к набухшему соску. Нечего сейчас медлить, когда мужу нестерпимо больно. Он рефлекторно всасывает горошину соска, пока другой рукой нежно мнет вторую сисечку. Тэхён стонет, от такой сильной стимуляции, и запускает руку в смолянистые волосы. Еще пара чмоков от Чонгука, и наконец в его рот льется теплая жидкость. Молоко на вкус намного слаще коровьего, да и альфа не любитель молока. Но это – самое лучшее что он когда либо пробовал. Теперь он понимает своего сына, который месяцами только и ел это вкуснейшее молоко. Омега дрожит, сидя на накаченных бедрах, собственный член давно встал и теперь смазка во всю сочится через трусики, образуя темное пятнышко на розовом белье. Он беспорядочно стонет, царапая кожу на загривке Чонгука. Но в то же время омега чувствует облегчение в правой груди, потому что Чонгук очень даже много высосал молока. С громким чмоком альфа отстраняется от сисечки, и смотрит на Тэхёна. Из уголков губ стекает мелкие капельки молока, которые омега решает слизать. Он кончиком языка подцепляет одну из капелек, робко ее слизывая и отправляя к себе в рот. Это впервые когда он пробует собственное молоко, и он не ожидал, что оно такое питательное. Чонгук лишь улыбается на это. — Спасибо за ужин. Очень вкусно, — облизывает языком губы, там где еще остались крошечные капельки. Омега пищит и опять опрокидывает голову на плечо, пряча румянец. Альфа усмехается и продолжает свое дело, губами присасываясь к левому соску. И конечно не оставляет без внимания вторую грудку. Тэхён чувствует как влажнеет место между ягодицами, и как смазка стекает прямо на карго-брюки Чонгука. Наверное он там уже лужу устроил, и все из-за этих трусиков с легким доступом. Он заводит руку себе за спину и прикасается к своей дырочке. Она такая влажная, и правда создала беспорядок в виде небольшой лужицы на брюках альфы. — Чонгук, я-я-я… — тянет Тэхён, чувствуя огромный стыд за себя. Он кладет крохотные кулачки на грудь альфы, скребя ноготками по ним. — Ммм, — отзывается Чонгук, с силой оттягивая себя от лактации левой груди. Он смотрит заинтересованно, пытаясь посмотреть Тэхену в глаза, пока тот усердно их прячет. Омега пищит когда крупные ладони ложатся на его мягкую песочную кожу на талии. — Ну же, скажи, малыш, — мягко просит альфа, видя какой Тэхён сейчас разнеженный и ласковый. — Чонгуки, мм… Потрогай меня… Там, — поскуливает Тэхён, наконец находя в себе силы на цельное предложение. Альфа низко по-доброму смеется, обнимая Тэхёна. Сейчас совсем не хочется его подкалывать. Сейчас охота только сделать так, как он просит. Мир к его ногам поднести, лишь бы ему было хорошо. Чонгук медленно опускает руки с талии, ведя вниз по сочным бедрам. Сжимает красивую округлую попку в пальцах. Тэхён вздрагивает и частично пускает слюнку на плечо альфы, потом сразу все зализывая. Альфа мнет задницу, а затем немного раздвигает половинки. Воздух приятно холодит разгоряченную дырочку, даря мурашки по всему телу. Чонгук подносит один палец к отверстию, дразня и себя, и Тэхёна. Он кружит им, не проникая внутрь. Руки омеги ложатся на мощную шею, цепляясь за смоляные волосы. Он оттягивает их, прося о большем. Тихо стонет прямо в ухо, ерзая попкой, пытаясь наконец насадиться. А Чонгуку не хватает силы воли отказать своему омеге. Он плавно погружает два пальца, которые слишком легко скользят внутрь. Тэхён готовился – это приятно. Альфа неспешно двигает ими внутри, разнося по комнате хлюпающие звуки. С Тэхёна Чонгук так ничего и не снял, впрочем как и с себя. Но на омеге и так одежды по-минимуму, а вот на самом себе еще все на месте. В комнате накаляется воздух и становится очень жарко от двух горячих тел, прижатых друг к другу. Альфа вытаскивает пальцы из дырочки, ловя возмущенный стон. Дальше он наглядно облизывает их, показывая все это омеге. Кажется краснеть Тэхёну больше некуда, но он это делает еще сильнее. Чонгук рывком снимает с себя наполовину расстегнутую футболку, открывая вид на крепкую грудь, твердые кубики пресса и на рукав чернильных узоров на руке. Омега течет еще пуще прежнего, водя подушечками пальцев по возбужденным соскам. Альфа шумно выдыхает, наблюдая за тем, как Тэхён завороженно пялится на его тело, будто видит его первый раз в жизни. Он позволяет еще чуть-чуть полюбоваться собой, а потом опрокидывает омегу на кровать. Волосы Тэхёна эстетично разлетелись по кровати, ручки прижаты к хаотично-вздымающейся груди, а глаза сосредоточены только на альфе. Чонгук видит небольшое пятнышко на своих штанах от сладкой карамельной смазки, ставя установку, больше никогда не стирать эти брюки. Он смотрит Тэхёну в глаза и медленно снимает с себя штаны-карго. Через резинку черных боксеров уже видно полностью вставший член. Омега опускает взгляд на него и невольно сжимает бедра. Все чего хочется сейчас – это насадится на этот член. На член его альфы. Он жадно осматривает Чонгука, облизывая засохшие и давно не целованные губы. — Еще что-то хочешь, малыш? — спрашивает альфа, видя голодный взгляд мужа. Тэхён больше ни секунды не выдерживая, встает и сразу набрасывается на Чонгука. Прыгает в раскрытые объятия и альфа его умело ловит. Омега сцепляет пятки за поясницей Чонгука, а руки закидывает на шею и втягивает его в жаркий поцелуй. Он больше не смог себя сдерживать, так давно не ощущал этих терпких губ. Они целуются мокро и долго, альфа держит на руках свою драгоценность, не ослабляя хватку. Тэхён сам вводит язычок в рот Чонгука и начинает там хозяйничать. Он все еще чувствует привкус собственного молока, но это еще больше заводит. Чонгук первым разрывает поцелуй, смотря на Тэхёна замыленным взглядом. Он подкидывает его у себя руках, сильнее сжимая мягкие ляжки. А потом нетерпеливо кладет его на кровать, снимая к чертям свои боксеры. Толстый, налитый кровью член, звонко бьется о каменный пресс и отпружинивает от него. Тэхён подползает ближе к альфе, сосредотачивая взгляд на этом исполинском размере. Как он вообще сумел отхватить себе мужчину с таким ахуенным членом. Омега кладет указательный пальчик на побогровевшую головку и размазывает предэякулят по кругу. Это выглядит так невинно, но и так развратно одновременно, за счет чего Чонгук тихо порыкивает. — Тэхён… — с придыханием говорит альфа, смотря за дальнейшими действиями своего омеги. А Тэхён ловко выпускает язычок, острием обводя контуры вен. У альфы в эту же секунду в глазах мир меркнет, в нем только он и Тэхён. — Не надо, Тэ… — жалобно тянет Чонгук, — Я сейчас от одного вида обкончаюсь. Пожалей меня… Омега заговорчески хихикнув, убирает язык с члена. Он ложится на спину, демонстративно раздвигая ножки, обхватывая свой изнывающий членик рукой. Сквозь трусики с легким доступом, все видно слишком откровенно. Чонгук залазит на кровать, притягивая Тэхёна за щиколотки и слышит его неожиданный визг. Альфа сразу отбрасывает руку омеги от члена, потому что это бьет по его мужской части. Его омега кончит без рук и точка. Чонгук гортанно рычит, обхватывая свой член ладонью, поднося его к дырочке. Стенки расходятся под напором и альфа плавно толкается на всю длину. Внутри влажно и жарко, это очень приятно. Тэхён жалобно скулит, ощущая себя приятно заполненным. Он сжимает в руках простыни, смотря на Чонгука вожделенным взглядом. Альфа принимается медленно толкаться, вцепляясь руками в аппетитные бедра. Тэхён начинает откровенно дрожать, рефлекторно сводя ножки. Его членик с каждым толчком начинается биться о подтянутый животик, это слишком для него. Чонгук держит его ноги широко раскрытыми, вбиваясь с каждым разом все сильнее. Тэхён извивается на кровати и тянет маленькие пальчики к Чонгуку. Альфа дает ему то, что он просит, наклоняется близко-близко, меняя угол проникновения. — Ах.. Чонгук, так глубоко… — хнычет омега, цепляясь дрожащими пальцами за смоляные волосы. Тэхён стонет все громче, наконец не сдерживая себя, зная, что Тэяна дома нет и никого они не разбудят. — Открой шею, — рокочет Чонгук, — мне нужно ее вылизать, омега, — альфа вновь стал властным и мужественным. До Тэхёна только через несколько секунд доходит, что от него просят. Он охотно открывает правую сторону шеи, там где метка Чонгука. Альфа припадает к шее, не прекращая толчки, и ловя ухом полустоны-полухрипы. Чонгук мокро облизывает свою метку, пошло причмокивая губами. Тэхён беспорядочно шепчет: «еще… еще, Чонгук, еще». И даже не ясно куда еще больше. Альфа резко и глубоко толкается, слизывая бисеринки пота, больше похожие на какой-то карамельный десерт. — Хочу пометить тебя везде, — грубый толчок в нуждающуюся дырочку, — чтобы каждый знал, — рык в покрасневшее ушко, — что Чон Тэхён принадлежит только мне, — и еще один глубокий толчок. Тэхён уже просто скулит, пуская слюнки. Он дышит в крепкую шею, а его член трется о их животы. Тянет губки в сторону чужих и вскоре получает свой поцелуй. Руки альфы с ляшек проходятся по округлым бедрам, выше чувственно сжимая талию, и в итоге останавливаются на груди. Крохотный лиф рвется ровно посередине после незамысловатых махинаций. Сисечки мило отпружинивают и нежно трясутся, открываясь для жадного взгляда Чонгука. Омега тут же пытается их скрыть своими ладошками, но альфа ловит их, пригвождая к кровати. Когда руки успешно устранены, Чонгук сжимает грудки друг к другу своими ладонями. Он ныряет лицом в их мягкость и начинает тереться лицом о них, помечая запахом. Тэхён звонко стонет, вплетая пальцы в запутавшиеся волосы, пытаясь оттянуть мужа подальше. — Чонгук… Что ты делаешь, ахм… — и стонет от попадания в простату. Альфа не реагирует на жалкие поскуливания, продолжая вдыхать карамель и метить «территорию». Тэхён уже очень близок к концу, его членик слишком сильно прижат к прессу альфы. Орган мелко подергивается и истекает предэякулятом, собираясь в ямочке над пупком. Омега даже в течку таким мокрым не бывает. Из дырочки толчками выходит смазка и смачивает альфий член как следует. — Ах, я скоро… — сладко и беспомощно хнычет, все еще пытаясь убрать альфу от своей груди. Чонгук слышит и поднимает лицо с дьявольской улыбкой. — Вместе. Только вместе, Тэ, — твердо говорит альфа, вбиваясь на бешенной скорости. Он тоже очень близко, вот-вот готов излиться в приятную узость. Тэхён дрожит и судорожно кивает, он немного сдерживает себя, чтобы дождаться Чонгука. Омега чувствует, что тот тоже на грани, чувствует этот божественный набухающий узел. Член дергается внутри щелочки, альфа рычит и через пару быстрых, коротких толчков кончает. Тэхён чувствует, что альфа изливается и больше не сдерживается сам, обильно кончая на их животы. — Чонгук! — кричит Тэхён, когда альфа вгрызается в сосок, отпивая молока. Омега чуть ли не рвет волосы на его голове от такой стимуляции. Чонгук расплывается в улыбке, такая бурная реакция ему очень понравилась. Пусть он останется без клока волос, за то он довел своего мужа до такого крышесносного пика. Он отрывается от грудки, и сразу же целует пухлые карамельные губки. Этот поцелуй медленный и нежный, очень чувственный. Долгий и закрепляющий все, что сегодня было. Альфа выходит до того как узел успел бы образоваться, на что Тэхён вымученно мычит. Он поправляет на нем слетевшие до колен чулочки и промокшие к чертям трусики и ложится рядом, часто дыша. — Если я забеременею из-за того, что ты кончил в меня, ты будешь виноват, — бурчит омега, подползая поближе к Чонгуку. — Буду, — твердо говорит альфа, — хочу маленького альфочку. Будет защищать Тэяни от Сонмина и альф Джина, — Тэхён бьет легонько его по груди, закатывая глаза. — Они еще даже не родились, а ты их уже не любишь, — шипит омега, но от чонгуковой ласки не отказывается. Они лежат какое-то время. Чонгук приносит им по бокалу воды, и они в секунду его осушают. Тэхён начинает собираться чтобы сходить наконец в душ, но его мучает один вопрос. — А что если у нас будет еще один омега, м? — невзначай спрашивает он, наблюдая за расширенными глазами Чонгука. Он копался в телефоне до этого момента, пока не услышал этот вопрос. — Исключено. Только альфа, — серьезно говорит он, но почему-то в его глазах мелькает раздумья, — ну… А если все же омега, то… К тридцати годам я стану полностью седым. Тэхён заливисто смеется, смотря на почему-то смущенного альфу. Он берет с собой полотенце и перед дверью в ванную говорит: — Идеально. Закрывая дверь он уже не слышит громких криков протеста в свою сторону.