Биология, тема размножения

Юнги вслушивался в мелодию и понимал что опять что-то не так с его мелодией. Вечно что-то ему не нравится. В гараж постучались. — Заходи, открыто. Юнги развернулся к Чонгуку. У того в руках было много чего. Всё что бы заделать дыру в крыше. Жалко что дыру в сердце, он не мог также легко залатать. — Мне интересно как ты чинить собираешься? — Я видел там внизу лестницу, на неё залезу и почину. Так что проблем нету. — Ну хорошо, только не шуми сильно. Мне это мешает. — Почему тебе может помешать малейший шум? —... И всё сто тысяч почему. Ответьте кто знает и почему?... Есть такая песня, про тебя видимо. — Ладно полезу и мешать буду. — Я в тебя точно сейчас чем-то кину. — Я уже ушёл, не достанешь. Юнги все равно кинул ему в след учебник и попал в дверь. Грохот видимо было слышно на всю округу. Чонгук быстро управился с дырой на крыше. Даже там починил другие маленькие. — Ну чё, принимай работу, теперь хоть прыгай там, не провалится. — Прыгать не буду, и не разрешаю тебе лазить. — Почему? — Вообще-то из-за тебя провалилась крыша. Делай выводы дальше сам. — Иии, я же починил её. Может всё-таки смогу лазить. Юнги подошёл к нему вплотную и посмотрел убийственным взглядом снизу вверх. — Ты во-первых находишься в гостях у меня, и наглеть не надо. Ещё одну наглость не потерплю, вышвырну. Понял? Чонгук выставил вперёд руки и отодвинул на безопасное расстояние Юнги. — Да, понял, понял. Успокойся главное колючка. — Всё уходи, в моём жилище уже полились обзывания на хозяина. Уходи, ты будешь мешать работать. Юнги упёр руки в его грудь. Лучше он этого не делал. Под обычной толстовкой чувствовались крупные кубики пресса. Да и сам, Чонгук сейчас доведёт. Соединил их ладони и убрал его руки со своей груди, не переставая их держать сжимать вместе. — Я тихо сидеть буду, обещаю. Вон на краешке кровати твоей посижу и тебя трогать не буду. Хорошо? — Только кровать не ломай, и тихо. Хоть шум, и точно вышвырну. Юнги отдернул руки от вечной исходящих током ладонь Гука. Было какое-то напряжение, чувствовалось что он, Юнги должен сделать что-то другое, а не садиться сейчас и писать музыку. Он никогда не перед кем не открывал какой он внутри, и всё свои тайны хранил очень строго. Тэхён ни на капельку не знал его настоящего. Прорычал он в пустое уже место перед собой. Чонгук уже был сзади и и тихо сидел, уперев руки в подбородок и смотрел на Юнги. — Думаю лучше тебе уйти, или остаться... Ах, блин я запутался. Юнги присел в своё кресло и закрылся лицо руками. Он реально запутался. Хочется довериться хоть одному человеку, и боишься также снова обжечься. Чонгук незаметно присел перед и положил ладони на оба подлокотника, которые были очень ободраны. — Я конечно понимаю что у тебя много тайн, но думаю сможешь открыться увидев чужой пример. Я же вот с виду, такой качок, да? — Ну да... Он убрал с лица руки и посмотрел на этого качка. Какой-то странный блеск исходил от этих чёрных глаз. И улыбка странная. Снова Юнги со своими подозрениями. — И все из-за этого думают, что кроме правил силы, что-то вроде: сила есть, ума не надо и т.п. И так можно до бесконечности. Думают что силачи тупые и необразованные. Не все такие, я к примеру личность творческая. Люблю рисовать разными способами. — Это как? — Ну кистью художника и пером поэта. Иногда сюда ещё добавляются современные технологии. Могу показать несколько. Чонгук достал телефон и посмотрел на Шугу. Было видно что его защита давно пошла трещинами, а сейчас уже крупными. Ещё чуть-чуть и сломается. — Показывай давай, интересно немного. Он усмехнулся и готовностью показал фото своих рисунков. Но Юну было мало нескольких фото, и он забрал из его рук телефон и начал другие рисунки смотреть. Закаты и восходы, день, природа, было всё. Даже чьи-то руки и лица. — Мне или кажется, но ты тело больше умеешь рисовать, или я ошибаюсь. — Нет, не особо, это просто сейчас у меня любовь такая с руками одного человека. Юнги не угадал на рисунках свои руки, потому что они были без тату и царапин, обычно присутствующих на нём. На них иногда были и перчатки кожаные, без пальцев. При слове "любовь с...", почему-то он занервничал. К чему бы это? — А кто он, этот омега? — Ну... как бы тебе сказать.... его сложно назвать омегой, больше альфа — Бета? — Нет, нет, не дай бог, бета. — А кто тогда, это не руки альфы, и если получается не руки беты, и ты сам сказал что это не омега, тогда кто он? — А тебе вообще зачем знать? Он отвёл взгляд в сторону и пожал плечами. — Интересно просто. — Ну это уже другая тайна, и потом как-нибудь расскажу. Теперь давай ты, твоя очередь. — Ох.... я тоже получается с виду такой, сила есть, ума не надо. А на самом деле творческая личность. Пишу стихи и музыку. Есть несколько даже песен, только я их не выпускал. — Почему? — Хочу пока создать альбом целый, а там нужно 10 песен. У меня пока 9, и вот с последней 10 не ладится. Мне мелодия не нравится и запись текста тоже. Вторую неделю сижу и думаю. — Можешь включить мелодию, пожалуйста. Юнги включил мелодию и откинулся в кресле. Его откровенно уже бесила эта песня и подумывал над тем, что бы бросить эту и начать новую. — У тебя переход резкий. Да? — Ага, очень резкий, я не знаю как его смягчить. — Может... барабанами...? — Не знаю, может и получится... Надо попробовать... Юнги добавил на переходе барабаны и включил заново мелодию. И удивился. Это было именно то, чего не хватало в его мелодия. Барабаны. — Ты ж моя золотулька. Спасибо тебе Юнги подошёл к Чонгуку и обнял его. Его мелодию доделали так легко. — Да, не за что. Я просто предположил, и не думал что реально подойдёт. Ты ещё говорил что с записью текста что-то не так. — Сейчас я понял, что текст нужно не рэпом зачитывать, а просто спеть. Это я уже сам. Спасибо тебе огромное. — Да ладно тебе, я и не думал что сделаю такое великое чудо для тебя. А можно прослушать другие песни? — Конечно, только давай завтра. Хорошо? — Оки. Ладно, я тогда пойду. — Давай, завтра приходи, только не рано утром. — Почему? — Я выспаться хочу. — Хорошо, спи. Я вечером приду.