Как сложно быть родителем или будни Кли Альберих

      Утро. Такое прекрасное время в выходные. Потому что торопиться никуда не нужно, а спать можно хоть до следующего утра, кутаясь в мягкое одеяло своей постели.       Альберих обнимает мягкую подушку, не желая отрываться от неё и покидать свой сон. Тихий шепот раздаётся прямо возле уха, и Кэйа улыбается во сне, когда слышит своё имя. Перед глазами всплывает образ красноволосого юноши, что застенчиво протягивает свою руку и, чуть слышно, нежно зовёт за собой. И Кэйа готов сделать шаг, прежде чем…       — Кэйа! Кэйа! — слышится прямо у уха, и кровать рядом с Альберихом прогибается, немного жалобно скрипя. Парень недовольно стонет, понимая, что сон развеивается ускользающими волнами, жестоко выкидывая его в реальность.       Маленькая девочка в красном сарафане активно о чём-то щебечет, прыгая на кровати Альбериха и пытаясь его временами растормошить. Кэйе кажется, что его уши сейчас скрутятся в трубочку от такой громкости чужого голоса.       — Проснулся я, проснулся! — вздыхает парень, присаживаясь на кровати и устало проводя по своему лицу. День только начался, а он уже готов снова заснуть.       Девочка кажется только этого и дожидалась, спрыгивая с кровати и сразу же перебегая к второй. Она так же сначала тихо шепчет на ухо рыжему соседу его имя, пытаясь разбудить его мягко. Но не выдерживает и повторяет свою схему. Прыгает на чужой кровати, громко повторяя: — Аякс! Проснись! Проснись! Аякс!       Кэйа сочувствующе хмыкает своему другу и быстро поднимается с кровати, подбегая к двери ванны: — Я первый умываться! Ты сегодня готовишь завтрак с Кли.       Эта фраза будто пробуждает второго парня, он моментально спрыгивает с кровати и дёргается было к двери, но слышит, как та с щелчком запирается, а с его кровати спрыгивает девочка в красном сарафане и смотрит на него самыми невинными глазами на свете, словно не она пару секунд назад беспощадно уничтожила его сон.       — Додоко хочет жареную картошку. С кетчупом, — произносит девочка, невинно улыбаясь и перекачиваясь с пятки на носок, с носка на пятку.

***

      Готовка с Кли всегда была чем-то напоминающим минное поле. Да и сама девочка была похожа на маленькую бомбочку, что вот-вот и взорвется. А что тебя ждет внутри: конфетти или сильный взрыв — неизвестно. Фортуна, не иначе.       — Чайлд-Тарталья, не смей ей потакать! Детям полезен сбалансированный завтрак, а не это! — раздаётся со стороны ванны голос Альбериха.       — Раз умный такой, то выходи и готовь с нами! — прикрикивает, чтобы его точно услышали, Аякс, уже находясь на кухне и завязывая фартук.       — Я моюсь!       Чайлд фыркает. Как же. Моется он. Конечно, так он ему и поверил, учитывая, что это был ЕГО план, чтобы избегать приготовления завтрака. А Кэйа им бесстыдно пользуется, наплевав на авторские права.       — Кли, картошку мы можем сделать на обед. Давай сейчас кашу? — с надеждой смотря на девочку в красном, произносит Аякс.       Пожалуйста, пусть она согласится.       — Нет! Кли и Додоко хотят сейчас! — топнув несильно ножкой, отрезает девочка, хмуря бровки.       Дерьмо.       — Я куплю тебе шоколадку, только поешь ка—       — Я всё слышу! Тарталья!       Аякс тяжело вздыхает. Пропади оно всё к чёрту. Рыжеволосый молча достаёт молоко с холодильника и с сочувствием смотрит на девочку, как бы говоря, это не я виноват, ты сама слышала. Малышка скрещивает руки на груди, а после как-то слишком резко расслабляется, принимая приторно-счастливое выражение лица.       — Хорошо, но я помогу! — воодушевляется она, пододвигая стул к плите, так как своего роста не хватало, чтобы нормально контактировать с поверхностью кухонного стола. — А то вы, копуши, как всегда, без меня не справитесь.       — Ох, что ты, не стоит, иди лучше поиграй с Додоко, — пытается Аякс уговорить девочку. И в ответ на свои тщетные попытки, слышит насмешливый смешок из ванны и отрицательное мычание малышки.       Кли забралась на стул, что уже оказался у стола рядом с плитой и Чайлдом и с важным видом, скрывая улыбку, показала на молоко в его руках.       — Сейчас ты выливаешь его в кастрюлю и доводишь до кипения. И не забудь оставить для Додоко кружку молока.       — Так точно, миледи, — вздыхает Аякс и с лёгкой улыбкой повинуется. Что ж, она просто командует, и это уже неплохо. Хорошо, что не нужно искать маски монстров и делать «кашу хилличурлов», как хилличурл! Что за названия. Это всё Кэйа со своими рассказами для Кли. Будь он неладен. В прошлый раз из-за них Аяксу пришлось танцевать над кастрюлей, пока малышка читала «заклинание» и пыталась добавить в кашу не сахар, а стиральный порошок, уверяя, что всё идёт так, как нужно и это избавит их от проклятья.       Через какое-то время на поверхности молока образуется пенка, что начинает постепенно подниматься. Чайлд не ждёт указаний и добавляет манную крупу, перемешивая.       — Надо было пенку убрать, — чуть недовольно говорит девочка, и достаёт баночку с белыми маленькими кристалликами. — Я сама добавлю сахар! Дай мне ложку.       Аякс усмехается, достаёт чистую большую ложку и протягивает своей помощнице. Порой Кли добавляет сахара слишком много, но оба парня уже к этому привыкли и не особо против переслащенного завтрака. Нужно лишь запивать несладким чаем, и всё будет отлично.       Кли принимает ложку и с задумчивостью смотрит на молоко, в котором скоро набухнет крупа. Девочка раздумывает ещё пару секунд, прежде чем решительно добавить несколько ложек с горкой прямиком в кастрюлю.

***

      К готовому завтраку, наконец, выходит сам Кэйа. И, на удивление, он и вправду мылся. Об этом говорят его мокрые волосы, что сейчас он тщательно вытирает, проходя на кухню и чуть мокрая одежда, что впитала в себя воду с наспех протертого тела.       — Как успехи у моих поварят? — спрашивает Альберих и с самой нежной улыбкой смотрит на девочку в красном сарафане.       Чайлд натыкается на его лицо при виде Кли и сам невольно улыбается, хоть и чуть грустно. Его родные сейчас достаточно далеко — из-за учебы пришлось переехать в Санкт-Петербург и покинуть свой тихий и маленький городок. Там остались его родители, братья и сестры. И там же они его с нетерпением ждут на ближайшие праздники.       — Прекрасно! — абсолютно искренне-счастливо, вторит ему малышка, и её глаза загораются, когда всегда прохладная рука опекуна ложится на её макушку и взлохмачивает волосы в уже семейном жесте. — Правда если бы не я, Чайлд, как всегда бы недо-добавил сахара!       — Как хорошо, что у нас есть ты, Искорка, а то ели бы совсем не сладкую кашу, — ухмыляется Альберих, и Аякс вторит ему в этом звуке. — Ну что ж, давайте быстрее, я голоден до ужаса!       Совсем скоро три тарелки оказываются на столе, и все присаживаются за свои места. Кли посередине, в то время как Кэйа и Чайлд устраиваются на разных углах. Малышка первая пробует своё творение, покачивая ногами в воздухе. Парни смотрят на её реакцию, гадая, вкусно или нет. И как только девочка тянется за второй ложкой каши, оба выдыхают. Значит не всё так плохо.       — Ой! Я совсем забыла взять Додоко! — смущённо проговаривает Кли, не донеся ко рту третью ложку. — Я сейчас! Без меня пока что ешьте, вы же копуши, мне потом вас ждать!       Девочка аккуратно слезает со стула и молнией бежит куда-то в комнату. Кэйа и Аякс перекидываются взглядами и, почти синхронно, начинают есть манку.       Альберих кривится от первой же пробы, убирая ложку в сторону и смотрит на кухонный стол.       На его поверхности лежит ушастый и хвостатый зверёк, которого «забыли взять».       Чайлд громко кашляет и тянется к стакану с чаем, запивая этот ужас. Рыжеволосый прослеживает за взглядом Альбериха и натыкается, помимо игрушки, на баночку с надписью «Соль». Оба парня синхронно вздыхают.       — В КФС?       — Да. За картошкой с кетчупом.       В глубине квартиры слышится довольное «Ура!»