По вариантам

Глава 5.

      Названный крестный отец лихорадочно теребил край мантии, то и дело пытаясь поймать взгляд мальчишки, до невозможности, до неприличия похожего на Джеймса Поттера. С глазами Лили Эванс.       Впрочем, кажется, наделив ребенка столь выдающийся внешностью, судьба решила отдохнуть, вручив ребенку характер, которого больше не было ни у одного человека в семье.             Скрестив руки на груди, Поттер несколько секунд молчал, глядя на человека взглядом, каким обычно смотрят на надоедливых мух, после чего сказал:       — Крестный, а где же вы были все это время?       — В тюрьме.       — Одинадцать лет? Скольких же человек вы на тот свет отправили?       Он поморщился, затем сказал. — Тринадцать. Но клянусь, меня подставили. Гарри, я их всех не видел даже.       Он прекрасно понимал, что мальчик ему вряд-ли поверит, а потому постарался вложить в голос всю ту искренность, на которую он вообще был способен:       — Пожалуйста, поверь мне. Это правда. Я знал твоего отца. Ты очень на него похож. Я бы никогда не…       — Где вы с ним познакомились? — скептически поинтересовался Поттер.       В школе он особо не старался разведать, какими были Лили и Джеймс, — ему и других забот хватало, — но все же запомнил, что у последнего была своя, сбитая ещё на первом курсе, компашка.       — Познакомились в школьном поезде. Нас называли мародёры. Мы даже вместе изучали анимагию…       — Ну и кем ты стал?       — Собакой.       — Валяй.       Сириус немного подумал, сосредоточился и вмиг прекратился в большого черного пса. Гарри присвистнул, доставая сигарету из пачки.       — Ты Бродяга?       — Откуда ты…       — Это все знают.       — Все?       — Все, кто умеет думать.       Он смутился. Посмотрел на сигарету, которую тот крутил в руках. — Гарри, честно, ты очень дорог для меня.       — Потому что ты мой крестный? Пообещал своему другу неизвестно сколько всего, а затем бросил и его, и меня?       — Попал в тюрьму.       — Даже не виновные люди в тюрьму просто так не попадают. Ты видимо слишком хорошо старался.       — Я же вышел.       — Я не даю людям второго шанса.       — Даже тем, кто тебя любит?       Гарри задумался, дал бы он второй шанс Дафне Гринграсс. Он любит ее. И она его. Однозначно. Но ей, кажется, шансы никакие не нужны. Она и без них идеальна.       — Меня любят слишком многие. Я вообще — само очарование.       — Когда ты начал курить?       — А вам какая разница?       — Никакая.       Мальчик усмехнулся. За его спиной раздался женский крик. «—Гарри! Гарри, с кем ты разговариваешь? А ну иди сюда!».       — Теть, это родственник мой! — обворожительно улыбнулся Гарри, поспешно затушив сигарету и кинув ее на траву.       Петуния тут же оказалась за его спиной. Красивое платье, карие глаза. Прищурившись, она оглядела незнакомца с головы до ног, после чего положила руку на плечо племяннику и недовольно произнесла:       — Сириус Блэк. После стольких лет.       — Петуния? — он немного опешил. Точнее сказать, опешил он знатно. Молча смотрел на нее, словно не верил в то, что она существует.       — Я предпочитаю, миссис Дурсль Что вы стоите на пороге? Либо уходите, либо проходите. Уже поздно. Что могут подумать соседи?       — Что бродяга приходил просить деньги на бухло.       — Гарри, перестань выражаться. Ты же знаешь, я такого в доме не терплю. — она принюхалась. — Ты курил?       — Не я, а он, — доброжелательно кивнул Поттер на крестного, который осторожно переступил через порог идеального дома сестры Лили.       Вазы с фруктами, картины в позолоченных рамах, стол, идеально убранный… Мальчишка, болтающий ногами и пожирающий апельсин за две щеки. Гарри хлопает его по плечу.       — Дадли, у тебя аллергия будет, — Петуния быстро достает из буфета заварочный чайник.       — Не будет, теть, у него, — Гарри вытаскивает из руки брата недоеденный фрукт и кладет его себе в рот. Тетка в ужасе, но предпочитает молчать.       Не орать же при госте!..       — Чай будете?       — Если позволите, — залебезил Блэк, все ещё глядя на крестника. Лишенный сигарет, Поттер совсем не расстроился. Прожевал фрукт, он заложил за щеки печенье, улыбаясь глумливой улыбкой.       Вскоре Блэк свалил. Надменный, презрительный взгляд Петунии, разливающий час с видом, словно человека этого готова в любой момент отравить, скептицизм ребенка, как две капли воды похожего на лучшего друга и третий мальчишка, который пялился на него с интересом сделали свое дело.       Он сбежал, решив, что с Гарри попытается подружиться в другой обстановке. Так сказать, более дружелюбной.

* * *

      Экзамены Поттер сдал почти идеально.       По рейтингу он был вторым в классе учеником, сразу после Гермионы Грейнджер.       Узнав об этом, девочка ему смущённо улыбнулась, словно расстроилась, что вышла вперёд. Гарри же одарил ее скептической улыбкой, от чего у нее возникло четкое осознание, что мальчика совершенно не расстроило второе место.       Более того, ей почему-то начало казаться, будто бы он специально уступил ей место, не добрав по чарам ровно четырех баллов.       Впрочем, доказать это было не возможно.       Все попытки обсудить с ним экзамены заканчивались дежурной фразой, которая говорила, что она скучная и не умеет думать ни о чем постороннем.       — А о чем надо думать? — разозлилась она.       — Ну… Например, Малфой на тебя смотрит с открытым ртом.       Грейнджер не сдержалась и кинула на него удивленный взгляд.       Блондин тут же отвернулся, носом уткнувшись в еду.       — Отношения в одинадцать лет? — с негодованием спросила она.       — Отношения? Может, ты просто скажешь, любовь?       — Но ведь это, Гарри, в сущности одно и тоже. Люди влюбляються, целуются, женятся…       — Ты все слишком осложняешь. Я никогда не буду жениться.       — Почему?       — Привет, Дафна, — Гарри одарил ее обворожительной улыбкой. Девочка заметно стала меньше раздражать, когда решила сменить постоянный гнев на милость.       — Так почему ты никогда не женишься?       — Давай поговорим об этом через пару-тройку лет?       — А если я захочу выйти замуж за тебя?       — Тогда тебя ждёт сплошное разочарование, — мальчик улыбнулся.       — Но ты согласишься?       Он пожал плечами. Для него свадьба — априори: ужасно скучная вещь.       Он презирал любое подобие заключения браков, если после этого женатых не ждёт отменное путешествие и супер вечеринка.       — Смотря, что ты мне предложишь.       — Ладно. Поговорим об этом позже, — согласилась Дафна.       — Тогда обсудим летние каникулы.       — Лето, — сказала Гермиона с осуждением. — Если бы мы учились в июне, гораздо быстрее научились всему, что нужно знать.       — А что тебе нужно знать? — поинтересовался Поттер.       — Невербальные заклинания. Анимагия. Перемещение во времени.       — Боюсь, министру к твоему совершеннолетию придется взять отставку.       — Думаешь, я смогу притендовать на его должность? — щеки Гермионы запылали.       Гарри с Дафной переглянулись и кивнули одновременно.

* * *

      — Я говорила, что ненавижу лето? — поинтересовалась Дафна.       Они шли по коридору поезда, безнадежно пытаясь найти свободное купе.       — Сорок три раза, — Гарри перехватил кота, внимательно следя за тем, как Рональд Уизли обращается с вороном.       — Может, вы сядете в мое купе? — предложил он, пропуская Невилла вперёд себя.       — Нет, Рон, в твое купе мы не сядем абсолютно точно, — покачал Поттер головой. — Твои братья всю оставшуюся жизнь будут говорить о том, что я ехал с ними на одном сидение.       — Я могу с ними договориться.       — Лучше неси Ориона.       Рон вздохнул.       Держать в руках две клетки и чемодан было задачей невыполнимой, именно поэтому Гарри недолго подумал и нанял Рона носильщиком за пять галлеонов.       — Тебе не приходило в голову, что со мной тоже можно общаться нормально? — буркнул Уизли себе под ноги.       — Признаться честно, приходило. И если бы ты поменьше интересовался моей биографией, я бы, возможно, даже попытался бы разговаривать вежливо.       — Отлично.       В итоге они с Дафной сели к Малфою, по странному случаю сидящему без двух идиотов.       — О, Уизли. Нанялся носильщиком?       — Малфой, будь добр, помолчи, — Гарри взял Ориона и осторожно усадил его рядом с котом.       — Зачем тебе сколько животных? — поинтересовался он.       — Он их любит, — пожала Дафна плечами. Ответ был настолько простым, что в купе повисло молчание.       Впрочем, в следующую минуту Гарри активно рассказывал Малфою о том, как именно он проведет летние каникулы, и тот решил пока что не поливать всех дерьмом.       Мысленно Гарри задался идеей найти Гермиону.       Она была в одном купе с Невиллом, а потому могла выйти из поезда гораздо раньше всех остальных.       В этом случае, Гарри не успеет познакомить ее поближе с Дадли.       А тот не подарит ему желаемый презент.       Плохо. Очень и очень плохо.

* * *

      Дафна осторожно встала со своего места, отряхнула мантию и с задумчивым видом оглядела свое отражение.       Гарри со страдальческим выражением лица застыл в дверях, держа за руку Гермиону.       Пока Гринграсс собиралась, он успел поймать гриффиндорку за руку, и заставить ее подождать его.       — Как я выгляжу? — наконец спросила Дафна.       — Отлично! — заверила ее Грейнджер.       — Гарри?       — Дафна, ты вроде внешность не меняла. А твои шмотки оценке не поддаются.       — Тебе не нравится?       — Я же сказал, мне безразлично, во что ты одета.       Девочка вздохнула перед тем, как наконец-то покинуть купе. Светлые волосы она собрала в длинный хвост, а в дополнение к своему чемодану, подхватила клетку с Орионом.       — Спасибо, Дафна, но…       — Уизли я поблизости не замечаю, — отрезала она.       — А что, Рон… — Гермиона в ужасе посмотрела на Гарри, но тот умело перевел взгляд на более важную вещь: а именно на саму платформу, затаскивать куда тяжёлые чемоданы было просто издевательством со стороны мира волшебства.

* * *

      — Астория! — Гарри первым увидел темноволосую сестрицу Дафны. А соответственно, первым к ней подошел.       Пронзительно-карие глаза на миловидном лице сыграли свое. Он не смог сдержать ответной улыбки, за что получил от Дафны болезненный пинок под ребра.       — Будь добра… — начал он, но, в прочем, решил не договоривать.       Распрощавшись с семейством Гринграсс, Поттер и Грейнджер побрели с вокзала, в надежде, что родственники просто не успели зайти.       — Как думаешь, я смогу стать Министром Магии?       — Гермиона, мне кажется, что для начала ты должна закончить школу.       — Ты же знаешь, о чем я.       — Нет. — он подумал. — Прости.       — О чистоте крови. О том, что я не умею держать себя перед толпой так, как это может Драко Малфой. Или ты.       — Я не Малфой.       — Но ты тоже поразительно привлекательный, когда говоришь.       Он посмотрел на нее.       — Тебе так кажется.       — Кажется, что ты говоришь на сцене так, словно птица, летающая в воздухе? Ты прирожденный лидер.       — Не хочу рассказывать эту историю прямо сейчас.       — Конечно. Прибереги ее для детишек от себя самого и Дафны.       Он на секунду затормозил. Но только на секунду. Его лицо пронзило непривычно задумчивое, даже грустное выражение лица, после чего он ускорил шаг, а под конец, разглядев кого-то в толпе, оторвался от Грейнджер на пару тройку колонн.       — Профессор Снегг!       Учитель, облаченный в неизменно черную мантию, которого Грейнджер даже не заметила, обернулся, приметив на горизонте лохматую шевелюру Гарри Поттера.       — Вы тоже на каникулы? — жизнерадостно спросил Гарри, помахав рукой для верности.       — Да, Поттер. Учителя тоже иногда отдыхают, как видите.       — От нас? Вы, если что, не думайте, что я вас доставать решил. Мы с Гермионой просто семью ищем, а нашли пока что только вас…       — С Грейнджер? — переспросил учитель. Он оглянулся, не заметил ученицы. И все-таки спросил: — А где она?       — Ой, да сзади где-то! — Поттер прокашлялся и на пол платформы гаркнул. — Гермиона! Блин, ну где ты там застряла?       Смущенная девочка показалась через несколько минут. Запыхавшаяся, и покрасневшая под пристальным взглядом зельевара.       — Вот, — он взял ее под руку, как младшую сестру. — Гермиона. Так, сэр, вы не видели наши семьи?       — Нет, Поттер. Как-то в мыслях не было искать ваших родственников, — он глубоко вздохнул. — Вы помните, что на каникулах нельзя колдовать?       — Помним, профессор, — сказала Гермиона чинно.       — Помним, что своей собственной нельзя, профессор, — в тон ей ответил Поттер.       И этот тон никому не понравился. Снегг проводил их до самого выхода с вокзала, с рук на руки передав родителям.       Мистер и миссис Грейнджер отблагодарили его, поклони́лись, обняли дочь, Гарри, — и направились к заказанному такси.       — Гермиона, в гости приезжай! — прокричался он на прощание.       — Правда? Можно? — она обернулась, получив по носу скомканной бумагой с адресом.       И тут только Поттер вспомнил, что клетка с Орионом, — вот тут к слову пришлось матерное выражение: «блять», так и осталась в руках Дафны.       А где ее искать теперь?       Он даже сказал об этом вслух. Вместе с матерным словом. Да так искренне, что Снегг на него покосился:       — Что случилось?       — Дафна!..       — Соскучились уже?       — Да не в этом деле! Она клетку с Орионом взяла.       — А не имела права?       — Это же моя птица! Она помочь мне ее взяла. И уехала… — он посмотрел на учителя. — Сэр, а вы не знаете, где они живут… случайно?       — Случайно знаю, только это очень и очень далеко.       — На самолёте?       — Можно и так выразиться.       — И что же теперь делать?       — Поттер, что вы на меня смотрите? — разозлился учитель. — Я вас на самолёт сажать не собираюсь. Тем более, что ваша семейка уже явилась.       Гарри обернулся, помахав рукой тете и брату, сконфуженно глядевшему на него. Наверное, расстроился, что Грейнджер нет.       Быстрым шагом подойдя к ним, он хлопнул Дадли по ладони, после чего улыбнулся тётке.       — Здравствуй, Северус, — отчеканила Петуния еще более неприветливым тоном, чем тогда, когда говорила с Сириусом.       — Здравствуй, Петуния, — они пожали руки друг другу. — Поттер, прекратите пялиться.       — Интересно, — Дадли, посмотрев на эту картину, задушевно хрюкнул от смеха. Гарри поддал ему под ребра. Не сильно.       — Профессор, так что с вороном моим? — Гарри, едва дождавшись конца диалога двух взрослых, наконец-то задал волнующий вопрос.       Петуния посмотрела на него. А следующие несколько минут слушала рассказ Снегга о том, как проехать к дому мистера и миссис Гринграсс.       — Знаешь, Гарри. — заключила Петуния. — И без ворона ты себе спокойно проживёшь.

* * *

      Коукворт.       Прекрасное место.       Гарри снова здесь. Лежит на зелёной траве и молча смотрит на небо. Голубое небо с белыми облаками. Смотрит на этот прекрасный пейзаж. Лыбится. Иногда лежать гораздо интереснее, чем бегать с волшебной палочкой, которая, как оказалось в дальнейшем, буквально должна была прилипнуть к руке.       — Гарри? — к нему сзади подошел Дадли. — Я тоже хочу в твою школу.       — Отлично. Тогда в сентябре поступишь.       — Это не возможно.       Гарри поворачивается и смотрит брату в глаза. — Нет ничего не возможного.       — Тогда?..       — Скоро приедет Гермиона. Так что, лучше готовься. * * *       Через несколько дней вместо приезда Гермионы, в Коукворт пожаловал Верном Дурслей.       Приехал… чтобы официально расстаться с Петунией Дурслей.       Совсем не трезвый, злой, он прямо заявил о своих намерениях развестись с супругой.       — А… как же… — Петуния запинается. На ее глаза наворачивают слезы. — Что я сделала не так?       — Я встретил другую, — лаконично ответил он ей. — У нее есть трёхлетняя дочка.       — А… Дадли?.. И Гарри?.. — запинается она, хотя знает, что Гарри он никогда не любил. Более того, он его почти ненавидел.       — Я буду платить алименты на обоих детей. К сожалению, по закону сраному Поттеру я тоже их должен выплачивать.       — Не смей его так называть!       — Как угодно не называй. Я уезжаю. Дадли буду поздравлять и отправлять подарки. Звонить и все такое.       Красная машина медленно исчезла за поворотом.       А Петуния все стояла на пороге. Дождь. Тяжёлые капли с грохотом ударяли по крыше.       Гарри подошёл к ней сзади, и сел на деревянном пороге. Молча сложил руки на коленях и просто задумчиво смотрел в горизонт.