Демоны живут напротив ворот храма

      - … И потом позвонил Чифую и рассказал, что там с Такемичи и близнецами Кавата, - заканчивал Баджи рассказывать о своих героических подвигах минувшего дня, укрывая Куро новой замороженной простыней.       За окном уже давно рассвело. Курохэби так и не смогла уснуть из-за жара и боли в теле, и Баджи всю ночь что-то ей рассказывал и отчаянно делал вид, что не хочет спать. Куро ему, конечно же, не верила и была благодарна за компанию, хоть и не лишала себя удовольствия подколоть Баджи по этому поводу. Поэтому в очередной раз безуспешно спрятав зевок в сгиб локтя, Кейске предупредительно недовольно цыкнул.       - Да ладно тебе, - рассмеялась Куро: - Мне скучно всю ночь просто лежать, хоть какое-то развлечение.       - А кто виноват, что ты себя загнала до состояния, в котором ходить небезопасно? – Баджи присел рядом на кровать: - Что теперь с этими бинтами?       - Сегодня придет Мамору, поменяет их. Потом уже можно будет снять. Там ничего серьезного, кожа не успела выгореть.       - Ебанутая, - вздохнул Баджи и щелкнул Куро по лбу: - Давай я диски с фильмами принесу? Что хочешь посмотреть?       - Ты любишь мелодрамы, а я ужасы, как мы это решим? – улыбнулась Куро.       - Ну, ни мне, ни тебе – комедию?       - Ужасный выбор. Неси.       Баджи усмехнулся, принес фильм, включил его и все это для того, чтобы уснуть через каких-то десять минут от начала фильма с Куро под боком. Рюгуджи тихо хихикнула себе под нос, стянула Кейске на подушки и накрыла его одеялом. Уже накладывая макияж в ванной – игнорируя красный ожог на лице, уже не скрытый пластырем – Куро заранее мысленно извинялась перед Баджи. Она понимала его желание помочь ей, но у Рюгуджи еще оставались дела, которые нужно сделать самой и без свидетелей.       Через полчаса Курохэби уже стучала в дом Сано. Стараниями Дракена и Майки Куро часто здесь появлялась в последние полтора месяца. Когда Кен затащил сестру в тренажерный зал, эти двое убедились в том, что у Куро не только ловкости и рефлексов, но и силы не занимать, и капризничающий Манджиро истериками уговорил Курохэби прийти на занятия к его деду.       - Куро! Ты к дедушке? – открыла дверь улыбающаяся Эмма и сразу пригласила в дом.       - Я ненадолго, и я к тебе, - Куро вежливо улыбнулась и Сано сразу насторожилась: Рюгуджи уже давно не улыбалась Эмме так.       - Что-то случилось?       - Еще нет. Могу я тебя попросить в ближайшие дни не выходить из дома?       - Что? Почему? – Эмма нахмурилась.       - Я расскажу тебе позже, ладно? Я понимаю, что просьба немного странная, но так правда будет лучше.       - Хорошо, я постараюсь, - напряженно ответила Эмма, изучающе глядя на Куро: - Я что-то сделала не так? Ты выглядишь прям как в нашу первую встречу в больнице у Дракена.       - Нет, что ты. Просто у меня есть еще несколько неприятных дел, и мысленно я уже их делаю, - Куро примирительно вскинула руки и попыталась улыбнуться более «живо». Получилось плохо, но Эмма оценила попытку.       - Если я могу как-то помочь…       - Посиди дома и этим поможешь, - Куро наконец-то улыбнулась естественно в ответ на предложение подруги: - А теперь, извини, но мне пора.       - Да, хорошо. Будь аккуратна, Майки рассказал, что случилось.       - Спасибо за беспокойство, я в порядке, - не моргнув глазом, соврала Куро и поспешила уйти.       Когда она появилась в дверях хорошо знакомого бара (после того, как заглянула с непрошенным визитом в одну ну слишком соблазнительно открытую пустую квартиру), его владелец со стоном попытался спрятаться за барной стойкой под злорадный хохот Курохэби.       - Раз сама пришла, пошли перебинтую, - вздохнул Мамору и пошел в кабинет.       - Слушай, дядька, я вчера не заметила, но ты как-то осунулся. Все нормально? – спросила Куро, раздеваясь, пока Мамору выкладывал бинты.       - Наконец-то назначили дату заседания по вопросу с дочкой, - мрачно поделился мужчина.       - Это ведь хорошо? Ты уже давно бьешься.       - У бывшей жены охуенный адвокат. А из моих знакомых никто вопросами опеки не занимается.       - Вот как. Действительно хреново, - сквозь зубы ответила Куро: Мамору уже разматывал присохшие бинты: - Я к тебе пришла с просьбой, за которую ты меня на хуй пошлешь, но если я тебе подкину контакты крутого адвоката, услуги которого уже оплачены, поможешь?       - Чего уже задумала? – в голосе Мамору боролись напряжение и надежда: - И откуда у тебя оплаченный адвокат?       - Наняла для друга и решения еще одной своей проблемы. Но моя проблема подождет, когда у тебя заседание?       - Двадцать первого, через два дня.       - Совсем скоро. Тогда тем более, я за свои юридические дела буду браться позже, - Куро рассудила, что выкуп интерната действительно мог подождать, а дядьке помочь хотелось.       - Так что тебе надо, мелкая?       - Легкий бронежилет и пистолет Томико. Я знаю, что он еще у тебя, он не светился в Токио.       - Куро, это не игрушки, - тон Мамору стал таким жестким, что Курохэби даже вздрогнула.       - Я знаю. И надеюсь, что мне это не понадобится. Но, боюсь, что ставки в этот раз сделали до того, как я смогла на них повлиять.       - Я подумаю. Когда тебе надо?       - В ближайшее время. Чем раньше, тем лучше. Я не знаю, когда рванет та пороховая бочка, на которой я сейчас сижу, - Куро уже одевалась, старательно избегая внимательного взгляда Мамору.       - Ты ж не собралась случайно помереть? – серьезно спросил мужчина, выуживая сигарету из пачки.       - «Случайно», - нервно хохотнула Куро, тоже закуривая: - Нет, дядь, я живучая. Меня так просто не убить.       Рюгуджи жестко усмехнулась, решительно глядя на Мамору, и тот ответил уважительным кивком: он не сомневался, что эта мелкая всех переживет.       - Приходи вечером через два дня. И чтоб без хвоста. Вообще, я здесь оружие не передаю, но для тебя, так и быть сделаю исключение. Но только если твой адвокат действительно поможет.       - О, в этом не сомневайся. Дело уже, считай, выиграно, - уверенно улыбнулась Куро, уходя из кабинета.       На все перемещения и разговоры ушло больше времени, чем она предполагала. Телефоном обзавестись Курохэби не успела и сейчас надеялась только на то, что Баджи еще спит, а Кен на работе. Грустно посмотрев на заходящее солнце, Куро почувствовала, как эта надежда тает с каждой секундой.       Еще у подъезда Рюгуджи поняла, что воспитательных бесед не избежать: на ее кухне горел свет. Открыв дверь квартиры, Куро прислушалась к подозрительной тишине, и, глянув на полку с обувью, вздохнула: двое гостей явно сидели злились и обижались.       Ее встретили недовольные взгляды Дракена и Баджи, едва Курохэби зашла на кухню.       - Да ладно вам, еще даже десяти вечера нет, а я уже дома живая и без новых повреждений.       - Я тебе что вчера сказал? – первым рыкнул Баджи.       - Ты не будешь меня бить, - отмахнулась Куро.       - Чего? – Дракен перевел удивленный взгляд на друга: - Неважно. Где твой телефон?       - Сгорел позавчера. Вчера я весь день пила, а сегодня уже поздно вспомнила, что нужно взять новый, - Курохэби решила просто честно отвечать на вопросы, чтобы парни быстрее успокоились.       - Где была?       - Сначала у Эммы, потом у Мамору. Видишь? Бинты новые, - Куро чувствовала поднимающееся раздражение от допроса, но давила его в себе, мысленно повторяя как мантру: «Он всего лишь беспокоится».       - Зачем тебе к Эмме? – у Куро дернулось веко, но она сцепила зубы и натянула подобие дружелюбной улыбки.       - Просто небольшая просьба по-женски, - натянуто ответила Куро, а Дракен устало вздохнул.       - Хотя бы пока у тебя нет телефона, не ходи одна, это же не сложно?       - Я правда забыла, что временно без связи. Все в порядке, Кенни, - примирительно улыбнулась Куро и Дракен наконец расслабился. Курохэби перевела извиняющийся взгляд на Баджи и тот демонстративно нахмурился еще сильнее.       - Завтра я хотела бы зайти к Хаккаю и поговорить с Инуи и Коко. Пойдешь со мной? – мягко предложила Куро.       - Разумеется, - раздраженно буркнул Баджи, но хмуриться перестал. Ворчал больше для вида: Куро вернулась и это уже радовало Кейске, хоть он и ругал сам себя за то, что уснул.       - Ты ведь что-то узнала, да? – спросил Дракен, и Куро недовольно поджала губы: очень не хотелось говорить брату, что Эмму планируют убить. - Узнала, по лицу вижу. Выкладывай.       - Ну, Кисаки не изменяет себе и снова хочет убить кого-то важного для Майки, - расплывчато ответила Куро, заваривая чай.       - Ты же не собираешься снова подставляться?       - Да сколько можно, тогда так не планировалось! – Куро раздраженно всплеснула руками: - Стоило один раз просчитаться и напороться на нож, как до сих пор припоминают все, кому не лень. А как столько раз я все делала красиво и изящно – ни слова похвалы и восхищения!       - На нож-то ты напоролась один раз, а сколько раз за это время тебя уже пиздили? Сначала Ханма после Хэллоуина, потом на Рождество – и я все еще не знаю, кто это был – и теперь вот с Хайтани нарвалась.       - Хайтани меня не успели отпиздить, - недовольно проворчала Куро. Неприятно, когда тыкают носом в ошибки: - Только ногу вывернуть. Но я ее тут же вправила, спасибо растянутым связкам.       - Было бы чем гордиться. Не Хайтани тебя, а ты сама себя. И это ты еще меня учила быть осторожной, с тебя что ли пример брать? – беззлобно усмехнулся Дракен, а Куро внезапно разозлилась:       - А из-за кого мне приходится это все вытворять?! Майки с Кисаки сам не захотел вовремя разбираться, Инуи бы проломил голову Мицуе…       - Так это был Инуи, - ухватил Дракен, а Куро чертыхнулась.       - Нет, в основном Тайджу. И нет, ты не пойдешь с ним пиздиться, он честно пару раз давал мне просто свалить.       - Так ты там еще и против Тайджу вышла, - рассмеялся Баджи, представляя эту картину. Куро была с ним одного роста, но явно меньше в плечах, и если рядом с Шибой даже сам Кейске выглядел ребенком – что уж говорить о Курохэби: - Ханма, Тайджу, Хайтани – Дракен, почему мы ее еще в «Тосву» не взяли? Мало кто из наших с таким послужным списком ходит.       - А тебе весело? – удивился Дракен.       - Что было, то было, - пожал плечами Баджи: - Куро и сама не в восторге от всего этого, что толку припоминать?       - И давно ты такой спокойный стал? – прищурился Кен и покосился на тихо усмехнувшуюся Куро: - Что у вас двоих вообще тут происходит?       - То, до чего вы с Эммой еще явно не дошли, - подколола Курохэби, но отвернулась налить чай, чтобы брат не заметил легкого румянца.       А вот Баджи отворачиваться было некуда, и он просто рассматривал потолок под пристальным взглядом друга. Он понимал, что рано или поздно нужно будет поговорить с Дракеном – Куро его сестра все-таки, но теперь, когда инициатор разговора сам Рюгуджи, начинать эту тему было как-то неловко.       - Что-то страшно мне от вашего союза, но хуй с вами, совет да любовь, - махнул рукой Дракен, давно подмечавший особую атмосферу в общении этих двоих. На самом деле, он был искренне рад и за сестру, и за друга, но взрывной характер Баджи в сочетании с эпизодической бесшабашностью Куро грозил обернуться катастрофой для всего Токио.       Баджи незаметно перевел дух. Где-то в глубине души он боялся, что Дракен его не одобрит из-за сложного характера, и сейчас, получив благословение, Кейске почувствовал, как этот камень свалился с его плеч, удивив своим весом. Баджи не заметил, как начал переживать за эту девицу сильнее, чем за своих друзей. Не заметил, когда перестал рассматривать других девушек; когда, возвращаясь домой из школы, стал первым делом заглядывать к Куро, а не к Чифую. Его руки уже давно помнили не ощущения от ударов, а прикосновения ледяных пальцев, заматывающих на нем бинты. Запах вишневого табака, долетавший до комнаты Баджи, когда Куро выходила курить, неизменно вызывал у Кейске легкую улыбку, а стойкий аромат ментола от шампуня Курохэби, смешанный с естественным особым запахом самой Куро, всегда действовал на него успокаивающе. Баджи довольно легко принял тот факт, что его буйный нрав успокаивался в присутствии Курохэби, он будто старался стать той самой стабильной и надежной опорой, которой порой не хватало девушке. И его это более чем устраивало: внутри крепло ощущение, что это правильно, что это состояние – это то, чего ему не хватало все эти годы. И Баджи был абсолютно уверен, что это чувство возможно только рядом с этой - порой невыносимой, но уже такой родной - девицей.       Куро, все еще стоя спиной к парням, закусила губу, словно пытаясь спрятать глупую счастливую улыбку: все же поддержка брата была для нее важна. Баджи ей нравился. Нравился так, что при одном воспоминании о его улыбке сердце замирало, а вечно холодные руки теплели. Нравился настолько, что воспоминания мелькали в голове слишком часто, мешая думать, приходили даже во снах, когда Пек-джей мурчал под боком. Нравился до восторженного трепета и желания быть лучше, чем она есть. Нравился таким, каким он и был: мрачным, хоть и взрывным; искренним до безобразия; вечно нахмуренным, даже когда улыбается; удивительно тактичным и по-своему заботливым. И эта своеобразность идеально подходила самой Куро, Рюгуджи это чувствовала. Это одновременно пугало и восхищало. Куро перестала думать о том, что Баджи лучше подошла бы другая, когда увидела, с каким восхищением он смотри на нее. Он словно не видел шрамов на ее теле, его будто не беспокоили сложности ее характера и целый ворох травм, которых не видно. Куро чувствовала, как постепенно расцветает рядом с человеком, который не пытается ее подчинить, проконтролировать или переделать. Когда рядом был Баджи, было не страшно ошибаться – Куро была абсолютно уверена, что он не осудит и даже поддержит, какую бы глупость она не сделала. И это ощущение безопасности Куро ценила очень высоко.       - Ладно, я понял, что тема неловкая, уже можете что-то сказать, - Дракен прервал затянувшуюся тишину: - Куро, ты не ответила. Ты собираешься лезть на рожон?       - Как и всегда – зависит от того, прислушаются ли люди к моим советам, - Куро наконец перестала изучать столешницу перед собой и развернулась к собеседникам, так и оставив чашку на гарнитуре.       - А можно поконкретнее?       - Я делаю все возможное, чтобы не пришлось активно лезть в это все, но и готовлюсь на случай, если придется.       - Кого на этот раз хочет убить Кисаки? – Баджи не успел закончить вопрос, как по поджатым губам Куро понял, что та не ответит: - Нам так было бы проще защитить. Но я понял, ладно. Ты знаешь, что делаешь, - улыбнулся Кейске, выражая полное доверие.       - Ты что сделала с нашим Баджи? – Кен все никак не мог смириться, что его друг не крушит все вокруг, когда ему что-то непонятно: - Ладно, давай по-другому. Почему ты не говоришь, кто это?       - Да что вы так прицепились, пошли бы лучше поискали информацию на Изану Курокаву. Что, об этом не в курсе? Это глава «Поднебесья». И… - Куро помялась, отводя глаза: - Майки это все очень не понравится.       - Как будто он сейчас в восторге, - фыркнул Дракен, но Курохэби покачала головой.       - Дело посерьезнее, чем просто разборки банд. Эта история упирается в Шиничиро Сано.       - Чего? – Баджи нахмурился, скрещивая руки.       - Я не лучший человек, чтобы рассказывать такие новости. Поспрашивайте у Эммы, - парни озадаченно переглянулись и пожали плечами.       - Ладно, я понял, спасибо, - кивнул Дракен, поднимаясь: - Пойду к Майки. А вы тут не увлекайтесь, я не хочу становиться дядей.       Баджи отчаянно покраснел, уставившись в стол, а Куро только усмехнулась, стукнув Кена по плечу. Когда за ним закрылась дверь, она повернулась к Кейске:       - Давай сразу на берегу, раз братец подкинул тему, - Баджи поднял на нее взгляд полный ужаса: - Я не хочу детей вообще и есть вероятность, что и не смогу их иметь даже если захочу. Стабильную половую жизнь обещать не могу. А еще в скором времени на пару лет слягу полечить голову. Если тебе нужно что-то уютное, спокойное, стабильное и обязательно с продолжением рода, то лучше поищи кого-нибудь еще. Если в мое отсутствие поймешь, что хочется чего-то такого – тоже пойму, все нормально.       Баджи оторопело моргнул. Внезапное согласование их неформальных до этого момента отношений заставило Кейске растеряться, но он довольно быстро взял себя в руки.       - Если бы я хотел чего-то такого, на тебя бы не посмотрел даже. У меня ж от тебя мурашки, - оскалился он и протянул руку, приглашая Куро сесть к нему на коленки в объятия: - Перестань уже пытаться меня кому-то сплавить. Если тебе самой со мной все нравится, то не хочу больше этого слышать.       - А еще я не хочу замуж, - Куро доверчиво уткнулась носом в плечо Баджи, и он тихо рассмеялся:       - Ну и не ходи туда тогда.       - И убираться не люблю.       - Хорошо, за твою собу я готов хоть до старости сам мыть полы.       - Ну и дурак, - сдалась Куро и обняла Баджи в ответ, пока тот с тихой улыбкой поглаживал ее по голове.

***

      - Куро! – не успела открыться дверь дома Шиба, как Рюгуджи уже зашипела от боли: на ее обожженной руке повисла маленькая Мана. Куро быстро накинула на лицо улыбку и подкинула малышку в воздух, подхватывая предплечьем под бедрами.       - Ну здравствуй. Выучила что-то новое на ксилофоне? – Курохэби улыбалась попыткам сосредоточенной Маны распустить ее пучок волос. Сестрам Мицуя никогда не надоедало заплетать длинные локоны Куро, и она им это позволяла, хоть они и больно дергали за пряди по неумению.       - Куро, прости, не уследил, - в коридоре показался Такаши, а за ним выглянула и Луна.       - Все хорошо, Мицуя, не переживай. Ты к Хаккаю?       - Ага. Здаров, Баджи. Проходите, - Такаши скрылся в комнате.       Мана отчаянно не хотела признавать поражение в войне с резинкой для волос, и Куро тихо усмехнулась.       - Эй, Мана, мне будет приятно войти в дом под какую-нибудь мелодию. Сыграешь?       - Да! - детское внимание переключилось и Куро опустила маленькую Мицую на пол. Баджи задумчиво проследил за девочкой и повернулся к Куро, снимающей обувь:       - Ты же любишь детей, почему не хочешь своих?       - Чужих детей любить проще, - усмехнулась Куро, и они услышали немного нестройную игру на ксилофоне: - Нас уже ждут, пойдем.       В комнате было людно: Хаккай и Юзуха, вся троица Мицуя, Инуи и Коко, а теперь еще и Куро с Баджи. Коко сразу уловил серьезный взгляд Курохэби и уже было поднялся, но она махнула ему рукой, мол, не сейчас. Вместо бывших «Драконов», она пошла к девочкам.       - Куро, ты слышала? Это мы вместе играли! – гордо заявила Луна, а Куро погладила сестер по голове:       - Слышала, очень красиво. Спасибо.       - А тут есть гитара. Ты умеешь играть?       - Умею, - осторожно ответила Куро и уже знала, что за этим последует: - Ну что с вами делать. Хозяева дома, а можно инструментом воспользоваться?       Хаккай замер, уставившись в стену, а Юзуха вздохнула:       - Мы не знакомы, да? Но я слышала о Рождестве. Ты – Курохэби Рюгуджи. Спасибо за помощь. Играй, конечно. На брата не обращай внимания, он не может говорить с девушками.       - Просто Куро, пожалуйста. Тебя я тоже видела, Юзуха. Ты молодец, - Куро искренне мягко улыбнулась и снова повернулась к девочкам: - Но не прямо сейчас. Мне нужно сделать одно скучное взрослое дело.       - Я уже взрослая! – надулась Луна.       - Конечно. И когда у меня есть веселые взрослые дела, я беру тебя с собой, правда? – «Такие как покормить бездомных котов или починить чужую игрушку на площадке» - добавила про себя Куро. Аргумент сработал, и Луна согласно кивнула, серьезно протягивая руку для заключения договора:       - Хорошо. А ты споешь?       Куро имела неосторожность один раз подпеть сестрам, когда «Сияй, сияй звездочка» звучала уже тридцатый раз к ряду, и с тех пор маленькие Мицуя были покорены ее голосом. Рюгуджи страдальчески вздохнула, и сдалась под синхронным: «Пожа-алуйста!».       - Ладно. Но попозже, - Куро подмигнула и поднялась: - Юзуха, прости за такой вопрос, но ножниц не найдется?       Рюгуджи продемонстрировала неизменные длинные ногти, с которыми невозможно было играть на гитаре. Шиба кивнула и пошла за инструментом, а Баджи удивленно вскинул брови:       - Никогда не видел тебя без ногтей.       Оставив девочек играть на ксилофоне, Куро подошла поближе к Кейске и тихо сказала:       - Конечно, без них замки вскрывать неудобно, - Коко хмыкнул за спиной: - А вы двое думайте, где поговорим.       - А что тут думать, пойдем, - поднялся улыбающийся Хаджиме и Инуи последовал за ним. Куро забрала у Юзухи ножницы и кивком позвала Баджи с собой.       Когда закрылась дверь комнаты, с Рюгуджи моментально слетела веселость, которую она демонстрировала девочкам. Она села на стул, закинув ногу на ногу, оперла трость на бедро и принялась за ногти, будто между делом начиная разговор:       - Ну, и что вы мне расскажете?       - Мы с Коко поговорили, он предположил, что Мучо мог попытаться затащить нас в «Поднебесье». Ты ведь поэтому так повела себя на собрании? – спросил Инуи.       - Зачем ему вас забирать? – нахмурился Баджи, опираясь на стену за спиной Куро.       - Я был связан с Изаной, а Коко… Финансовый гений, для любой банды полезен будет, - Инуи уставился в пол: - Но я не предатель.       - Вот так новости, - цыкнул Кейске, но нападать на потенциального предателя не спешил: Курохэби не выглядела удивленной, а это что-то значило.       - Ты немного ошибаешься. Не хотелось бы тебя случайно разочаровать, но «Поднебесью» нужен только Коконой, - флегматично сказала Куро.       - А что-нибудь про его связь с Изаной? – намекнул Баджи на более очевидную, как ему казалось, проблему.       - Баджи, а ты в Рождество по сторонам смотрел? – улыбнулась Куро, посмотрев на Кейске.       - Не особо.       - То-то и оно. Не переживай, Инуи действительно не предаст вашу «Тосву». А если точнее, так любимого тобой Такемичи, - Баджи слегка скривился, но кивнул, понимая, чем Ханагаки мог заслужить преданность в ту ночь.       - Тебе не нравится наш капитан? – улыбнулся Коко, слегка склонив голову к плечу.       - Просто раздражает, - ответил Баджи, испытывая ощущение дежавю.       - Почему ты за нас заступилась? – последнее слово Инуи произнес очень неуверенно, словно сомневаясь, что оно подходит: - Я знаю, что с Коко вы знакомы еще до «Тосвы», но что-то не заметил, что вы дружите.       - Если коротко, то есть несколько вариантов развития дальнейших событий и при любом из них было бы лучше, чтобы Коко остался в «Тосве».       - Так ты тоже хочешь использовать его как кошелек? – Инуи нахмурился, сжав кулаки, и Баджи предупреждающе шагнул от стены.       - Нет, я хочу, чтобы мой брат не был снова на грани смерти, - Куро провернула ножницы на пальце, зажав концы в ладони, и подняла тяжелый взгляд на Сейшу: - Давай сразу проясним – к «Тосве» я не имею особого отношения, а с Коко мы ладим, потому что нам обоим это пока что выгодно. Мне феерически похуй на то, кому и как он будет делать деньги, пока никому из моих близких не нужно копать могилу из-за того, что он помог лучше оснастить соперника. К такому подходу у тебя есть претензии?       - Нет, прости, - Инуи виновато отвел взгляд. Куро услышала, как тихо хмыкнул Кейске за спиной.       - Битва с «Поднебесьем» - это вопрос времени. Не будет ли лучше, чтобы эти двое отсиделись? – спросил Баджи и Инуи злобно прищурился.       - Я буду участвовать. Я пообещал Такемичи, что буду его прикрывать в любой ситуации.       - А я пойду за Инуи, - протянул улыбающийся Коконой, ничуть не задетый прагматичным подходом Курохэби.       - Я не сомневалась, - беззлобно фыркнула Куро: - Коко, при всем уважении, твои слабости слишком очевидны. Каким бы сильным ни был Инуи, рано или поздно найдется кто-то посильнее, и тогда тебя прижмут. Не орал бы ты на каждом углу, что просто следуешь за ним, проблем бы было меньше. Можем договориться, что этот факт впредь будет просто вашим маленьким секретом, м? Меня не особо интересует специфика вашей связи, но ты делаешь ее слишком открытой.       - Я тебя понял, - Коко в привычной манере высунул язык, но Куро видела за этой дурачливостью серьезный цепкий взгляд. Как и долгий печальный взгляд Инуи, направленный на друга.       - Никогда не понимала, для кого делают такие туфли, - внезапно задумчиво протянула Курохэби, глянув на ноги Инуи: - Они же до жути неудобные.       - Зато красивые, - пожал плечами Сейшу, улыбнувшись уголками губ.       - Что ты собираешься делать, когда будет битва? – вдруг спросил Коконой, когда Курохэби уже поднялась со стула.       - Не поняла вопроса, - Рюгуджи нахмурилась.       - Ты явно что-то задумала. Если это что-то вроде твоей выходки на Рождество…       - Да почему меня все тыкают в мои же ошибки, - затенала Куро: - На Рождество так получилось, я ничего тогда не планировала!       - Ладно-ладно, - хихикнул Коко: - Недавно на рынке продали пистолет несовершеннолетнему. Это может быть и не связано, но лучше знать такое вещи.       - Это интересно, спасибо, - Куро жестко усмехнулась и покинула комнату первой.       - Что-то нездоровое намечается, - тихо сказал идущий позади нее Баджи.       - Я знаю. И мне это все тоже не нравится. Не говори пока никому, я еще не уверена, что стоит поднимать панику.       Баджи кивнул, и вся четверка вернулась к остальной компании. Девочки сразу облепили Куро, призывая наконец сыграть, вручили ей гитару, усадили на кресло и выжидательно сели напротив, завороженно глядя на Курохэби.       - Она скорее всего расстроена, - предупредила Юзуха, и Рюгуджи, пробежавшись по струнам пальцами, скривилась: - У нас где-то был тюнер, не помнишь где, Хаккай?       - Не нужно, спасибо, - Куро уже подкручивала колки: - У меня хороший слух.       Через пару минут снова пройдясь по струнам, Курохэби удовлетворенно кивнула. Начала наигрывать абстрактный перебор, привыкая к инструменту, и задумчиво посмотрела на девочек, уже от этой простой игры восторженно замерших. В детстве Куро часто переписывала сказки на песенный манер и напевала их вечерами уставшим сотрудницам и брату. В последствии, она редактировала собственные старые обработки и иногда писала что-то новое: это ее успокаивало. Вот только чем старше становилась Куро, тем мрачнее становились песни-сказки, и вспомнить сейчас что-то светлое из детства казалось непосильной задачей. А петь что-то известное очень не хотелось: хватило в интернате. «Да и хочется удивить малышек», - улыбнулась своим мыслям Куро.       Перебор из плавного стал игриво-скачущим, вторя мыслям и настроению Куро и сестры Мицуя удивленно ахнули. Куро не заметила, как Баджи отвлекся от разговора с Такаши и заинтересованно приглядывался к Рюгуджи, все дальше и дальше уходящей в себя. И чем больше Курохэби задумывалась, тем больше в игривой мелодии проскальзывало тревожных ноток, которые не пугали, а только сильнее завораживали.       Внезапно Куро прижала струны к корпусу, заставляя гитару замолчать. Она оценивающе посмотрела на девочек, словно прикидывая, готовы ли они к той песне, которую задумала спеть Курохэби. Сестры Мицуя только нетерпеливо подползли чуть ближе. Рюгуджи хмыкнула и перехватила гитару поудобнее.       - Я не пою детские песни, - сурово сказала Куро.       - Мы уже взрослые! – синхронно возразили девочки.       - Ну хорошо, - и Курохэби начала новый перебор, прикрыв глаза. Эту песню она еще не играла, но хорошо помнила, как она звучала у нее в голове.       Как-то в библиотеке в старой книге Куро наткнулась на обрывок истории, покоривший ее юное сердце. Она так и не смогла найти полную и достоверную легенду и придумала сама: про лихого пирата, заключившего сделку со смертью и поплатившегося за эту наглость. И эту придуманную грустную историю Куро переложила на веселый мотив, как она считала – это в духе пиратов. С подачи Рюгуджи Луна и Мана уже давно интересовались пиратскими историями, и теперь слушали песню, не отвлекаясь и раскрывая рты от удивления и интереса. И отвлекаться было не на что: со вступления вокала все разговоры в комнате стихли.       С последней нотой на Куро посыпались аплодисменты, и она удивленно открыла глаза:       - Подслушивать нехорошо! – восторженные Луна и Мана уже лезли к ней на коленки, вытесняя гитару, чтобы как можно ближе громко выразить восхищение.       - Да такой голос грех не подслушать, - улыбнулась Юзуха: - Я не слышала этой песни, чья она?       - Моя, - нехотя ответила Куро, и шутливо погрозила пальцем Луне, которая, не прекращая радоваться, таки стащила резинку с волос Рюгуджи.       - Серьезно? – удивился Мицуя: - А ты не думала…       - Нет, - Куро резко оборвала Такаши и грозно сверкнула глазами, безмолвно предупреждая: «Не продолжай».       - А зря, - Коко уловил ход мыслей Мицуи и уже прикинул, сколько в деньгах может принести карьера Курохэби на сцене.       Рюгуджи только отмахнулась и начала показывать девочкам, как плести «рыбий хвост» на своих волосах. Уже поздним вечером, когда Куро с Баджи снова попытались посмотреть никому неинтересную комедию, Кейске аккуратно сказал:       - Ты правда красиво поешь. И пишешь красивые песни, - он лениво перебирал пальцами пряди Курохэби, удобно улегшейся к нему на бедра.       - Я знаю, - флегматично ответила Рюгуджи, не отрываясь от просмотра.       - Было бы здорово слушать тебя почаще. Ну или просто хоть раз оказаться тем, кому ты поешь, - плохо скрывая легкую обиду продолжил Баджи и Куро удивленно повернулась:       - Ты не просил.       - Ну вот попросил, - Куро прыснула, как и каждый раз, когда Баджи одновременно краснел и хмурился.       - Ладно-ладно, как-нибудь и для тебя спою, не ворчи.

***

      Куро сидела в темноте, слушая мерное сопение недавно уснувших девочек. После новости о том, что Такаши Мицуя сейчас в больнице, Луна и Мана страшно распереживались. Рюгуджи пришла в этот дом по просьбе Мицуи. Когда она с Хаккаем принесли его в больницу, Такаши ненадолго пришел в себя. Попросил присмотреть за младшими и забрать новое пальто для Курохэби, отдавая ей ключи. Куро уложила девочек и отстраненно сжимала в руках ткань легкого пальто, пальцами ощущая вышивку на нем.       Куро была зла. Чертовски зла. Аж до тихих слез от собственного бессилия. Золотая надпись на рукаве пальто, лично вышитая Такаши, сейчас только сильнее распаляла жуткую ненависть внутри. Новый телефон звякнул, разрушая гнетущую тишину и оповещая о новом сообщении.       "Я завтра с Майки иду навестить брата. Майки пообещал меня защитить, но я подумала, что нужно тебе сообщить".       Курохэби подавила яростный крик. Тихо встав, она надела пальто, забрала трость, и написала записку о том, где матери семьи Мицуя стоит искать сына. В прихожей боковым зрением Куро заметила отблеск и включила свет. В отражении зеркала виднелась золотая надпись вдоль левого рукава. "Омамори Токийской Свастики".       "Как иронично, что именно тебя, Мицуя, я не уберегла в итоге" - мрачно подумала Курохэби и вышла из квартиры. Ей еще нужно было зайти к Мамору.