Сокровище Короля под Горой

      День близился к закату, и солнце пронизывало листву золотым сиянием, когда Гермиона, Мортис и Торин добрались до подножия гор.       — Интересно, почему их называют Белыми Горами? Они ведь совсем чёрные, — касаясь шероховатой поверхности, спросила Гермиона и посмотрела вверх. Таких высоких, могущественных и неприступных вершин она не видела ни разу в жизни. Глядя на них, девушка чувствовала, ка захватывает дух.       — Говорят, что камень, из которого состоят эти горы, внутри белее, чем снег. Мы сможем это проверить, если попадём в пещеры, — отозвался Мортис. Гермиона с тревогой посмотрела на колдуна: в последние дни он часто мучался ночными припадками и был совсем плох, хотя и старался этого не показывать. Колдун забрал большую часть сил Гриндевальда, которые жили внутри Гермионы, и девушке стало легче, однако «иссушение тьмы» беспощадно высасывало из Мортиса последние жизненные силы. Тёмная отметина на его запястье разрослась по руке и достигла плеча. Из-за этого колдун начал ходить в одежде с длинным рукавом, потому что знал, как винит себя Гермиона из-за того, что он пострадал. Знал Мортис также и то, что из Пещер Бесконечности, вероятнее всего, не вернётся живым. Он не делился мрачными мыслями со своими спутниками, дабы не огорчать их и не портить боевой дух. Торин принялся ощупывать каменную стену, в надежде найти потайную дверь или замочную скважину, а Гермиона последовала его примеру.       Мортис же уселся под раскидистым деревом неподалёку и начал изучать старые свитки с личными записями, усердно пытаясь что-то найти. Через некоторое время он вскочил и вдруг объявил:       — Друзья, у меня две новости — хорошая и плохая. С какой начать?        — С плохой, — угрюмо предложил Торин.       — Входа в Пещеры Бесконечности…не существует.       — То есть как?! Всё было зря? — воскликнула Гермиона, поймав удивлённый взгляд Торина.        — Но ведь ты говорил, что Пещеры существуют. Отчего не сказал, что не уверен? — недовольно сложил руки на груди Торин, выжидающе глядя на колдуна. Тот замахал руками.       — Да нет же! Пещеры здесь, просто в них нельзя войти! Гермиона устало потёрла виски.       — Ты нас только запутал. Какая хорошая новость?       — Входа не существует, но, к счастью, его можно создать. С помощью магии Гриндевальда. Смотрите, вот заклинание… — и Мортис развернул один из свитков, показывая записи, — вход придётся открывать мне, это очень древнее и сложное заклинание, молодой и неопытной эльфийке такое не под силу. Гермиона обеспокоенно нахмурилась.       — Это опасно? Мортис криво улыбнулся и засуетился, убирая свои записи в мешок с вещами.       — Это не займёт много времени, мне нужно просто прочитать…       — Мортис, правду. Заклинание способно причинить тебе вред? Повисла долгая пауза. Наконец колдун вздохнул и тихо произнёс:       — Скорее всего, это меня убьёт. Девушка ахнула, прикрыв рот руками. Даже в лице Торина отразилось беспокойство: он тоже успел привязаться к старику и в глубине души даже проникся к нему дружеской симпатией.        — Гермиона, я должен… Ты не справишься с заклинанием… В любом случае, я не позволил бы тебе рисковать жизнью… — Мортис по-отечески обнимал тихо плачущую девушку и осторожно гладил её по голове. «Я должна быть сильной, ведь мы почти у цели» — промелькнула в голове у эльфийки отчаянная мысль.       — Ты прав. Иногда…правильное решение — не самое простое, — выдавив из себя подобие улыбки, вытерла слёзы Гермиона.       Раздобыв где — то кусок мела, Мортис принялся чертить на скале странные символы, периодически сверяясь с чем — то в своих записях из свитков. Гермиона и Торин наблюдали за его действиями, сидя неподалёку на большом камне, и усиленно старались не смотреть друг на друга. Делая вид, что стряхивает пылинки с плеча, Гермиона украдкой взглянула на гнома: тот смотрел прямо перед собой и, казалось, не думал вообще ни о чём — настолько безэмоционален был его профиль, обращённый в сторону горы. «Такой холодный, неприступный…» — подумалось Гермионе. Она вдруг поймала себя на мысли, что в душе Торин, вероятно, более чувствительный и эмоциональный. Вспомнился горящий взгляд сапфировых глаз и их поцелуй во дворцовом саду Баэрнарта, который теперь казался лишь сладким сном… "Правду говорят, что глаза - зеркало души..." - думала девушка. Чувствуя, как краска приливает к лицу, она резко наклонилась вниз, делая вид, что её ботинок немедленно нуждается в тщательном осмотре. Торин чуть повернул голову и, озадаченно приподняв густые брови, спросил:       — Всё в порядке? Гермиона выпрямилась так резко, что волосы хлестнули по лицу и она чуть не упала. Осознав своё неловкое положение, эллет залилась краской пуще прежнего.       — Д-да. Всё нормально. Только посмотри на этот прекрасный закат, — выпалила девушка, с облегчением отворачиваясь от пребывавшего в лёгком замешательстве Торина и не глядя указала рукой куда-то вверх. Тот лишь молча кивнул и, едва заметно улыбнувшись, взглянул на уже темнеющее сумеречное небо, которое проводило солнце за горизонт ещё пару часов назад. Луна уже сыпала на землю свой серебристый свет, когда Мортис закончил все приготовления.       — Когда появится проход, у вас будет не больше пары минут, чтобы войти. После этого он опять исчезнет, — предупредил колдун. Затем он достал из — за пазухи небольшой кинжал и, зажмурившись, провёл лезвием по ладони. На траву упало несколько алых капель, после чего колдун приложил порезанную руку к нарисованным на камне символам и забормотал что — то на незнакомом языке. Несколько минут напряжённого ожидания — и земля под ногами сильно задрожала.       Чтобы не упасть, Гермиона интуитивно ухватилась за плечо Торина. Ещё один толчок земли — и по горе поползла длинная трещина, образовав неширокий проход вглубь горы. Мортис повернулся к друзьям: на его бледном, почти белом лице читалось удивительное спокойствие. Он вымученно улыбнулся и упал на землю. Гермиона, отпустив Торина, бросилась к магу. Сердце девушки болезненно сжалось — пульса не было.       — Нужно идти. Мы никак ему не поможем, — тихо, но твёрдо произнёс Торин, положив руку на плечо девушке. Та на мгновение зажмурилась, рвано вздохнула и кивнула — сейчас не время для эмоций, нужно поспешить. Они осторожно подошли к расщелине и вошли внутрь горы. Проход оказался длинным и тёмным, но далеко впереди слабо виднелось светлое пятно. Торин и Гермиона осторожно начали продвигаться вглубь прохода. Гермионе казалось, что они будут идти целую вечность, и коридор никогда не закончится. Вдруг стены задрожали — расщелина начала сужаться. От страха и волнения девушка сжала кулаки так сильно, что на ладонях остались красные отметины от ногтей. Откуда — то сверху посыпались мелкие камни.       — Быстрее! — забыв об осторожности, Торин ускорил шаг, и Гермиона последовала его примеру, почти бегом преодолевая последние несколько метров пути. Едва достигнув конца прохода и спрыгнув с каменных ступенек, путники услышали громкий удар — каменные стены сомкнулись, и проход исчез. На мгновение их ослепил яркий свет. Привыкнув к освещению, Гермиона первой осторожно открыла глаза и ахнула.       — Торин, посмотри! Они оказались в ярко освещённой пещере.       — Мортис был прав… Камень внутри действительно белый… — задумчиво огляделась вокруг Гермиона. Белоснежные стены, пол и потолок этого места отражали свет растущих на потолке светящихся кристаллов.       — Это...снег? — Торин коснулся стены.       — Вряд ли, здесь слишком тепло. Это же соль! Вся пещера покрыта толстым слоем соли! Невероятно. Смотри, здесь цветы! Какая красота! — девушка восхищённо оглядывала новое место, всё больше поражаясь его красоте: белые и алые розы, пробивающиеся сквозь зелень вдоль стен, на фоне кристаллов и искрящейся в их свете белоснежной соли выглядели волшебно и необычно.       — Да. Это… слишком красиво, — отозвался Торин, смотря на освещённую кристаллами фигуру Гермионы. Та, почувствовав спиной чужой взгляд, почему — то смутилась и, кашлянув, приняла серьёзный вид. — Нам нужно найти Ключ Измерений. Я предлагаю пойти в…       — А я предлагаю сделать привал. Ты мало спала и очень расстроена из-за…недавнего инцидента, — перебил девушку Торин.       — Ты прав. Поспим и с новыми силами отправимся дальше, — вздохнула та. Только сейчас Гермиона почувствовала, как на плечи навалился весь груз пережитых в последние дни событий. Положив под голову плащ, она мгновенно забылась глубоким сном, несмотря на то, что в пещере было очень светло. Торин же сидел неподалёку и охранял её покой. Мысленно он давно пообещал самому себе защищать девушку от любой опасности даже ценой собственной жизни.       Проснувшись, Гермиона удивленно посмотрела на Торина.       — Ты…не спал?       — Нет, — отозвался гном, — Нам пора идти.       — Но неужели ты не хочешь отдохнуть? Нужно хоть немного поспать! — не отставала девушка.       — Больше всего я хочу быть уверенным, что ты в безопасности.       — Почему ты так заботишься обо мне? — вырвалось вдруг у Гермионы. Торин как-то странно взглянул на девушку.       — Не задавай вопросы, на которые не желаешь узнать ответы, — бросил он и пошёл вглубь пещеры.       —Не хочу? Да я…       — Идём, - отрезал Торин и двинулся вглубь прохода.       — Какой немногословный, подумаешь, — закатив глаза, проворчала Гермиона и поспешила следом.       Пещеры Бесконечности поражали своей красотой, но Гермиона и Торин помнили: эти места таят в себе опасности, и почти никто не возвращался отсюда живым.       — Вот бы Мортис был с нами… — тихо произнесла Гермиона. Глаза у неё предательски защипало. Торин вдруг остановился, и взгляды их встретились.       — Послушай… Я не силен в красивых речах, однако скажу: старик пожертвовал собой ради нас, а это достойно уважения. Он бы не хотел видеть тебя в печали. Да и я тоже— Торин был серьёзен, как никогда, но глаза его улыбались и смотрели с такой теплотой, что Гермионе сразу стало гораздо легче. Загрубевшие от меча пальцы осторожно, почти невесомо коснулись нежной щеки девушки. Она отвела глаза в сторону.       — Торин… — Гермиона не успела договорить: из-за густых розовых кустов выпрыгнуло неистово рычащее нечто с крыльями. Мгновение — и тварь вцепилась девушке в волосы. Гермиона среагировала молниеносно: ловким движением обнажив меч, она скинула с себя на землю огромное и клыкастое подобие летучей мыши. Торин бросился вперёд и ногой придавил тварь к земле. Та истошно завопила. Взмах оружия — и окровавленная голова зверя отлетела в сторону. Гермиона позволила себе испуганно выдохнуть.       — Ух, вот это чудовище… Нужно быть… — Гермиона осеклась, когда Торин подошёл к ней почти вплотную.       — У тебя кровь на лице. Ты не ранена? — обеспокоенно произнёс мужчина.       — Всё в порядке, это кровь зверя, — избегая пристального взгляда голубых глаз, спешно вытерла щеку Гермиона.       Сколько они бродили по пещерам — неизвестно. Здесь не было видно ни Солнца, ни Луны. Казалось, что бесконечные коридоры, которые вели в очередную то большую, то маленькую пещеру, никогда не кончатся. Иногда проход закрывался прежде, чем путники успевали по нему пройти, и открывались новые. Поэтому приходилось довериться интуиции и выбирать направление наугад. Некоторые отрезки пути они проходили особенно осторожно: за каждым углом подстерегали опасности. Несколько раз на них набрасывались свирепые варги, а над головой пролетали неведомые хищные птицы, одна из которых утащила у Гермионы сумку с запасами еды. Кроме того, фляжка с водой уже опустела больше чем наполовину, поэтому путникам было необходимо как можно скорее найти источник пресной воды.       Наконец они дошли до совсем маленькой пещеры, где не было ни цветов, ни растений — одно лишь круглое неглубокое озерцо.        — Как же холодно, — поёжилась Гермиона. Магией огня, в отличие от прочей магии стихий она, к сожалению, пока владела очень неумело. Дровам было взяться неоткуда, поэтому путникам пришлось мёрзнуть. Из этой пещеры пока не было видно выхода, поэтому они решили сделать привал и обдумать дальнейший план действий.       Гермиона задумчиво вглядывалась в водную гладь, когда почувствовала, как что-то тяжёлое легло ей на плечи. «Груз ответственности за судьбу мира» — горько усмехнулась эльфийка и обернулась. На плечах лежал меховой плащ Торина, который остался теперь в одной рубахе и тонкой кольчуге.       — Спасибо, — улыбнулась девушка. Гермиона нагнулась к озёрной глади, чтобы набрать воды, как вдруг раздался мелодичный звон. Убрав фляжку, девушка осторожно коснулась воды в озере рукой — звук повторился. Девушка провела пальцами уже быстрее и засмеялась — прекрасная мелодия раздавалась по всей пещере. Торин внимательно наблюдал за её действиями.       — Музыкальное озеро! Да это почти как играть на фортепиано! — воскликнула Гермиона.       — Что такое…фортепиано? — осторожно спросил Торин. В душе он боялся показаться глупым или необразованным по сравнению с очень умной и невероятно начитанной Гермионой. Девушка улыбнулась:       - Это музыкальный инструмент со специальными клавишами. В детстве я ходила в музыкальную школу… — присев на камень, Гермиона начала свой рассказ: она вспоминала о детстве в Англии, о приёмных родителях, о годах, проведённых в любимом Хогвартсе. Торин, не перебивая, внимательно слушал, лишь изредка поглядывая на Гермиону. Он заметил, как на её лицо легла тень горя, когда она вспоминала о войне, многочисленных потерях и Волан-де-Морте. «Не думал, что на свете бывают столь сильные духом и стойкие женщины» — промелькнуло в голове у Торина, когда девушка закончила предаваться воспоминаниям.       Гном, в свою очередь, поведал девушке о юных годах, проведённых в стенах Эребора, о королевской жизни и даже о битве при Азанулбизаре. Видя, как тяжело Торину вспоминать событиях минувших дней, Гермиона неосознанно сжала его руку. Торин замер на полуслове и внимательно всмотрелся в большие карие глаза напротив. Он впервые в жизни осознал, что боится, но не за себя: страх за Гермиону и её жизнь терзал его сердце, рождая в душе доселе неведомые чувства.       Повисла неловкая пауза. Эльфийка и гном никак не могли решиться поговорить о главном. Сделав неловкое движение, девушка убрала свою руку от ладони Торина, неловко облокотилась на камень. Немой крик застыл в горле, мгновение — и Гермиона полетела вниз... Девушка закричала и зажмурилась, уже предчувствуя болезненное падение, как вдруг приземлилась в ледяную воду. Она упала в ещё одно небольшое озеро. «Вот это я понимаю, аквапарк…» — нервно усмехнулась Гермиона и, подняв голову, увидела туннель, из которого она попала сюда. Откуда — то сверху послышался шум и, едва Гермиона успела отплыть немного в сторону, рядом с громким плеском возник Торин.       — Ты цела? Не ушиблась? — отплевываясь от воды, забеспокоился гном.       — Всё в порядке. Этот проход… Видимо, он открылся, когда я опёрлась на камень… — рассматривая неширокий ход в потолке, задумчиво произнесла Гермиона, убирая мокрые пряди с лица.       Они попали в очередную пещеру, которая, по правде говоря, мало отличалась от предыдущих. Однако, пройдя вперёд, путники увидели большую белую дверь, которая почти слилась со стеной. Гермиона пару раз дёрнула за ручку — конечно, заперто.       — Послушай, ты ведь…укладываешь свои волосы? — спросил вдруг Торин с невероятно озабоченным и серьёзным лицом. Гермионе потребовались нечеловеческие усилия, чтобы подавить смешок.       — Да, но думаю, сейчас не время для причесок, — так же серьёзно ответила девушка.       — Я не о том, — Торин и зачем-то коснулся рукой своего носа. «Он ведь всегда так делает, когда ему неловко» — догадалась Гермиона.       — Нам нужно найти что-то маленькое и тонкое, чтобы вскрыть замок, Может, в твоих волосах есть…заколка? — закончил мысль Торин. Гермиона задумчиво коснулась головы: сбоку её челка всегда была заколота невидимкой.       — Это подойдёт? Торин кивнул и принялся сосредоточенно колдовать над замком. Спустя некоторое время раздался негромкий щелчок — и Торин с усилием сдвинул массивную дверь с места. Гермиона восхищённо взглянула на своего спутника. — Я и не знала, что ты такой великолепный взломщик!       — У меня был хороший учитель. Мастер Бэггинс, — слегка усмехнувшись, ответил Торин и вошёл.       Яркий свет ударил в лицо. Когда глаза привыкли, Гермиона ахнула: повсюду лежали горы золота, самоцветов и роскошных украшений, которые сверкали в свете зажжённых на стенах факелов - по всей видимости, они были заколдованы и горели здесь всегда.       — Торин, ты только взгляни! Наверняка Гриндевальд… Девушка не успела договорить: гора золота рядом с ними угрожающе зашевелилась. К ногам путников со звоном посыпались монеты, а из груды сокровищ, сверкая жёлтыми глазами выполз гигантский змей. Тёмно-зелёная чешуя переливалась в свете факелов.       — Не смотри на него! — закричала Гермиона.       — Но как я… — гном не успел договорить: девушка прижала ладони к его глазам. Сама же Гермиона усиленно смотрела вниз.       — Это василиск… Посмотришь ему в глаза — умрёшь, — прошептала Гермиона и медленно убрала руки.       — Так-так… Как интересно… — тихий рык, таящий скрытую угрозу гулко разнёсся по сокровищнице, — Давно у меня не было гостей. Что привело гнома в компании эльфа в мою сокровищницу?       — Мы ищем Ключ Бесконечности, — не задумываясь, бойко ответила Гермиона. Брови Торина поползли вверх.       — Почему ты шипишь? Ты его понимаешь?       — Кажется, да, но как?.. — Гермиона помнила, что владение парсултангом — очень редкая и часто врождённая способность, которой она никогда не владела. И тут её осенило: Гриндевальд был змееустом, а значит, получив часть его магии, девушка тоже обрела эту способность.       — Убирайтесь туда, откуда пришли, или умрите, — угрожающе произнёс василиск. Торин, всё ещё не глядя на чудовище, встал перед Гермионой, на всякий случай обнажив меч. Перспектива сражаться вслепую была крайне рискована, но других вариантов не оставалось. Вдруг Гермиона, рвано вздохнув и бросив свой меч, вышла вперёд.       — Постой. Я предлагаю тебе сделку.