Скажи, что тебе жаль

      Малфой понял, что находится в лесу ранним утром, но это место было ему не знакомо. Он несколько минут простоял около старой берёзы вглядываясь вдаль, но так ничего и не увидел, кроме деревьев, тогда он выбрал направление и пошел. Драко долго брёл по лесу, пока, наконец, не вышел на дорогу, и не спеша пошёл по ней. Вдруг он увидел волка, зверь сидел на крыльце какого-то большого светлого дома, затем выбежал за забор и стал метить территорию вокруг него. — Ты должен заботиться о своей жене, — велел зверь Малфою, когда он встал рядом с ним. — Я это уже делаю, — Драко разозлился на волка. Ему захотелось подойти к зверю и ударить его, но он быстро убежал за дом.        В этот момент Малфой резко открыл глаза и понял, что находится в постели, а рядом с ним прижавшись спиной к его груди, лежит Грейнджер. Она спокойно спала, он перевернулся на спину, но не встал с кровати, чтобы не разбудить её. Драко попытался понять свой сон, что всё это значило? Он несколько раз просыпался за ночь, но ему всё время снился дом и волк, который каждый раз повторял, что он должен заботиться о своей жене и оберегать её. — Нет, — прохрипел Малфой, вспомнив, что волк укусил Гермиону во время оргазма. — Да, мы сделали это, — тут же в голове раздался победный голос зверя. — Как ты мог так поступить с ней? — Драко быстро сел на кровати, и опустил лицо в ладони. — Она никогда не простит меня, — от одной этой мысли ему стало плохо, в висках застучало, а в животе появилась тяжесть. — Может в первый момент Гермиона и разозлится, но потом она поймёт, что это очень хорошо для неё, — уверенно заявил волк. — Лучшего защитника, чем ты ей не найти. — Неужели ты не понимаешь, что дело не только в этом? — Малфой чувствовал, как в нём закипает злость и ярость. — Ты связал нас древней магией, мы не сможем убежать от этого… а ещё всё эти последствия, — он сглотнул, подумав об этом. — Древние заклинания были придуманы не просто так, они помогали молодым парам понять друг друга после вступления в брак, — строго напомнил зверь. — Я знаю это, я читал об этом в дневниках своих предков, — рявкнул на него Драко. — Сейчас просто оставь меня в покое, я должен… подготовиться к разговору с Грейнджер.        Как ни удивительно для Малфоя, волк не стал спорить с ним, а дал ему побыть наедине со своими мыслями.

* * *

       Гермиона медленно просыпалась, она уже привыкла ощущать себя удовлетворенной после секса с Драко, но в это утро всё было ещё лучше, чем всегда. Она чувствовала себя необычайно счастливой, эти эмоции переполняли её, она сладко потянулась, удобно устроившись на подушке. Вдруг через несколько секунд она заметила что-то другое, Грейнджер ощутила страх и беспокойство, но это точно были не её эмоции. Она сразу поняла, что эти чувства принадлежат Малфою, она тут же села и посмотрела на голую спину слизеринца.        Он так и сидел на кровати опустив голову, теперь она ещё сильнее ощутила его упадническое настроение. Казалось, что для него наступил конец света. — Драко, что случилось? — тихо спросила шатенка, чтобы не напугать его. — Гермиона, мне так жаль, — покачал головой Малфой, не глядя на неё. — Честное слово, это не я… это всё волк. Но всё равно, я тоже виноват перед тобой… прости меня, — сказал он, так и не взглянув на неё, ему просто не хватило смелости. — Я не понимаю, за что я должна тебя прощать? — Грейнджер искренне недоумевала, почему он такой несчастный и за что извиняется перед ней?        Драко резко развернулся и посмотрел ей в глаза, а затем переместил свой взгляд на её плечо. Она опустила голову и увидела засохшую кровь на плече, она провела по ней пальцами и вспомнила, как он укусил её в момент их кульминации. Этот момент был невероятный, в тот миг она ощутила, как соединилась их магия, связывая их на всю оставшуюся жизнь.        Встав с постели, Гермиона взяла халат, надела его и поспешила в ванную. Она соврала бы, если бы сказала, что совсем не боится смотреть на рану. Но пока там была лишь засохшая кровь, она ничего не могла разглядеть, ей пришлось взять мочалку и аккуратно провести по коже. Когда кровь была удалена, она приятно удивилась, обнаружив шрам от укуса, а не открытую рану. Можно подумать, что это случилось не вчера вечером, а несколько дней назад. На её коже остались слабые фиолетовые кровоподтёки, а за пределами раны всё уже было исцелено. Ещё раз намочив мочалку, Грейнджер потёрла рану чуть сильнее уже не боясь сделать себе больно, и тут она ощутила лёгкое покалывание магии — это заставило её губы растянуться в широкую улыбку. Шрам оказался не такой страшный, как можно было ожидать, маглы не обратят на это внимания, но волшебники сразу поймут, что она связана с оборотнем. Гермионе было всё равно, она искренне радовалось, что она принадлежит Малфою, а он ей.        Положив мочалку на место, она ополоснула лицо, завязала пояс халата и вернулась в спальню. Слизеринец всё так же сидел на кровати, понурив плечи и разглядывая свои ладони. — Драко, тебе не стоит так сильно переживать, — Грейнджер присела рядом с ним и положила руку ему на плечо, — вот посмотри, — она отдёрнула ворот халата, и он уставился на метку. — Всё совсем не плохо, рана уже зажила, магия исцелила её, остался лишь небольшой синяк и след от клыков. Если ты боялся, что я потеряла много крови, то это не так, потому что я прекрасно себя чувствую, — она улыбнулась ему. — Ты считаешь, мне не нужно переживать? — Малфой не верящим взглядом посмотрел ей в лицо. — Гермиона, я укусил тебя… связал нас узами без твоего согласия. Да я просто заставил тебя принять мою метку, — у него затряслись руки и он отвёл взгляд.        Грейнджер моментально почувствовала его печаль и горечь через магическую связь. — Драко, не надо так, — она попыталась взять его за руку, но он не дал. — Меня никто не заставлял ложиться с тобой в постель, я сама сделала этот выбор. Мы вместе читали все книги про оборотней, так что я знала, чем рискую, — напомнила она ему. И вдруг неожиданная мысль обрушилась на неё, как цунами на побережье.        «Боже, он так расстроен, потому что застрял со мной? Одно дело просто заниматься сексом с грязнокровкой, когда рядом нет других девушек, и он не может никуда пойти, а другое быть привязанным ко мне на всю оставшуюся жизнь. Я прекрасно знаю себя, я ведь не красавица, и я никогда не пыталась сильно приукрасить свою внешность с помощью косметики и дорогой одежды. Я всегда гордилась своим умом, и я видела, что мои друзья тоже ценят это качество во мне. И самое главное, я ведь не чистокровная аристократка, о которой наверняка мечтал Драко ». — Мне очень жаль, что ты застрял со мной, — Гермиона старалась говорить ровно, сдерживая злые слёзы, которые уже подступили к глазам. — Что? Застрял с тобой, — повторил Малфой, вскинув голову. Он тут же почувствовал резкую перемену её настроения, теперь от шатенки исходили гнев и холодная ярость. — О чём ты говоришь, Грейнджер? — Ну вот, мы снова вернулись к фамилиям, — съязвила она, а затем поднялась на ноги и стала собирать с пола разбросанные вещи. Она быстро вытерла слёзы, которые всё-таки выступили на глазах, она надеялась, что он их не заметил. — Просто иди, Драко, — она протянула ему его одежду, — ты получил, что хотел с непредвиденными последствиями, за которые я не буду привлекать тебя к ответственности, — тоном адвоката заговорила Гермиона. — Получил, что хотел? — Малфою казалось, что он не правильно расслышал свою девушку. Он застыл сидя на кровати, так и не взяв из её рук протянутую одежду. — Непредвиденные последствия? Гермиона, похоже, ты не до конца понимаешь всю ситуацию, — он посмотрел в её тёмные глаза. — Я связал нас на всю жизнь. Но ты, кажется, больше расстроена тем, что мы занимались сексом все последние недели, а не тем, что я пометил тебя? — он не понимал этого. Тут ему стало больно, когда он почувствовал, как она заплакала. — Драко, я прекрасно знаю, что мы делали последние недели: да, мы спали вместе, — выплюнула последние слова Грейнджер. — Это то, чего ты желал, чтобы забыться и немного отвлечься от проблем, которые свалились на тебя, но твой волк воспользовался этим и заставил тебя пометить меня. Я понимаю, ты не хочешь оставаться со мной, ну так иди, я тебе не держу, — она быстро подняла руку и вытерла глаза. — Нет, стоп я не понимаю, почему ты больше расстраиваешься из-за секса, чем из-за связи? Из-за метки! — Малфой встал на ноги и навис над ней. — Мерлин, Гермиона, ты понимаешь, что мы, по сути, поженились, а тебе слово плевать на этот факт? Я не хотел лишать тебя выбора. Я не жалею о том, что было между нами, — заявил он. — Все последние дни до полнолуния и во время него, волк велел мне укусить тебя, но я отказывался, и он дико злился. А вчера он воспользовался моим расслабленным состоянием, взял вверх над телом и укусил тебя. Я не хотел этого… — Потому что боялся остаться со мной навсегда, — закончила за него Грейнджер. — Я всё понимаю, я ведь не прекрасная чистокровная аристократка, с которой ты мечтал породниться. Я должна была стать кем-то вроде любовницы, с которой можно только развлекаться. Мне это ясно, а теперь убирайся из моей комнаты, — она отошла от него указывая на дверь. — Мерлин, Гермиона, ты всё не так поняла, — простонал Драко, и снова подошёл к ней. Он сделал глубокий вдох, стараясь быстро собраться с мыслями. — Пожалуйста, не перебивай меня, дай мне сказать, — попросил он, когда она уже открыла рот. — Я ни капли не жалею о том, что мы занимались сексом, и я не расстроен, что ты моя пара, — подчеркнул он. — Но ты даже представить себе не можешь, как я зол на волка, что он лишил тебя права выбора. У тебя могла быть совсем другая жизнь. — Драко, я… — начала Грейнджер, но она приложил палец к её губам, не дав ей продолжить. — Нет, я ещё не закончил, — строго проговорил Малфой. — Всего несколько часов назад, я укусил тебя, пометил как пару оборотня, и заставил тебя быть связанной с изгоем общества. Да, именно так и будет, если эта кровавая война закончится и победит Поттер, то к оборотням отношения всё равно сильно лучше не станет, — он поморщился. — Когда другие волшебники увидят твою метку, и поймут, что ты пара оборотня, и не важно, что я не обращаюсь в полнолуние, к тебе всё равно будет плохо относиться. Это может повредить твоей работе, ты не сможешь сделать карьеру.        Гермиона смягчилась, почувствовав, что он действительно не расстроен из-за того, что она стала его парой, он беспокоится о её будущем. — Драко, ты забыл, что я грязнокровка, — напомнила она. — Не называй себя так, — с мольбой произнёс слизеринец. — Не буду, если ты перестанешь сам себя называть изгоем общества, — велела Грейнджер, он кивнул и прижал её к себе. Он тихо выдохнул, когда ощутил, как её руки обняли его за плечи. — Драко, ты сам говорил, что в мире, где ты вырос, плохо относятся к оборотням, но ты никогда не общался с моими друзьями, им всё равно кто ты, главное какой ты человек, — она подняла голову и заглянула ему в глаза. — Можешь не сомневаться, когда в Ордене ты пройдёшь проверку «сывороткой правды», никто и слово тебе не скажет, что тебя укусил Сивый. — Надеюсь, ты права, — протянул Малфой, но судя по его тону, он не сильно в это верил. — Так и будет, вот увидишь, — Гермиона улыбнулась ему и поцеловала в кончик носа. — А сейчас нам надо принять душ, затем позавтракать, а потом мы продолжил работать с зельями. — Да, сегодня очень важный день в приготовление зелий, — Драко вспомнил об этом и тут же стал серьёзным. — Сегодня оба зелья должны стать белыми, если это случится, то мы нигде не допустили ошибок и всё делаем правильно.        Они вместе приняли душ, но в этот раз не занимались сексом. Малфой только сам промыл место укуса Грейнджер, ему надо было убедиться, что метка быстро заживает. Гермиона заверила его, что эта боль похожа на ту, которая бывает от синяка, через день-два всё пройдёт. Драко снова виновато посмотрел на неё, и она почувствовала, что он рассердился на волка. Она обняла его и в который раз за последний час повторила, что не обиделась на него. — Вот почему ты не хотел, чтобы я находилась рядом с тобой во время полнолуния? — сообразила она, когда они сидели на кухне и пили кофе с тостами. — Да, я знал, что волк накинется на тебя, и я не смогу его остановить, — подтвердил слизеринец. — Когда луна пошла на убыль, я решил что он успокоился и сам расслабился, но это был обман, волк перехитрил меня, — процедил он сквозь зубы. — Я должен был это предвидеть, — он разозлился уже на себя за свою недальновидность. — Но почему ты просто не поговорил со мной прямо? — удивилась гриффиндорка его молчанию. — Ну… я испугался, — Малфой опустил голову и его глаза забегали по столу. — Ты думал, что я откажу тебе? — Грейнджер дотронулась до его локтя. — Да… и не только это, — Драко нехотя посмотрел на неё. — Ты могла так сильно испугаться, что я всё равно укушу тебя без твоего согласия, что попросила бы меня покинуть этот дом. — Я бы никогда так не поступила, — она посмотрела в глаза блондину, и сжала его руку. — Знаешь, я ведь догадалась, что волк хочет укусить меня, — призналась Гермиона. — Меня это не удивляет, ты очень умная, — мышцы на лице Малфоя немного смягчились. — И я гадала, почему ты не поговоришь со мной об этом, — она сделала глоток кофе. — У меня было два варианта: один ты уже озвучил — ты боялся моей реакции. А второй я… — гриффиндорка прикусила губы и увела взгляд, но тут же почувствовала руку на своём подбородке, которая повернула её голову обратно к нему. Она встретилась с глазами цвета грозового неба, которые просили её продолжить. — Ну… я думала, что ты не хочешь меня кусать, но этого требует волк. Я ведь гр… то есть из семьи маглов, — Грейнджер тут же исправилась, увидев как слизеринец поморщился. — Я не красавица аристократка из твоего окружения. — Запомни, ты прекрасней любой чистокровной девушки, которую я встречал раньше, — серьёзно заявил Драко, не отрывая от неё глаз. — Я же рассказывал тебе, что многие парни с моего факультета захотели тебя, после того как увидели на балу. И я тоже, я этого не скрываю, просто из-за отца я не мог подойти к тебе и попросить прощения за всё, что говорил и делал до этого, к тому же тогда я ещё не до конца осознавал, что происходит в стране. А уже после того, как меня заставили принять чёрную метку, я уже ни о чём не думал, а лишь боялся. На самом деле я должен благодарить Сивого, что он укусил меня, а ты нашла меня, спасла, помогла мне справиться с этой ситуацией, и теперь мы женаты, — он улыбнулся. — Обещаю тебе, если мы переживём эту войну, то после я устрою тебе свадьбу, которую ты заслуживаешь. — Драко, мне ничего этого не нужно, — заверила его Гермиона. — Может быть сейчас, ты правда так думаешь, потому что ещё не осознала, что мы связаны на всю жизнь, это ведь произошло так быстро, — Малфой сжал в руках кружку с кофе. — Я просто уверен, ты не об этом мечтала. И я сразу хочу сказать: если ты не хочешь, можешь пока оставить это между нами, пусть все думают, что мы просто встречаемся. И мы можем вести себя как пара, у которой только недавно начались отношения, — предложил он. — А затем мы поженимся… как обычно и бывает. — Вижу, ты обо всём подумал, — усмехнулась гриффиндорка. — Может быть, ты прав, я ещё не до конца всё осознала, — медленно произнесла шатенка. — Но на счёт свадьбы, тут вряд ли что-то изменится, я не фанатка пышных торжеств, это всегда означает огромное количество гостей и траты кучи денег, я уж не говорю про всю организацию праздника, — она закатила глаза. — Да, я согласна, что для других мы можем сделать вид, что только встречаемся, но от своих лучших друзей я не буду скрывать, что ты мой муж. — Поттер и Уизли захотят убить меня, — поморщился слизеринец. — Вначале, наверное, да, но потом они успокоятся. Я расскажу им, как всё случилось между нами и они поймут меня, — в тоне Грейнджер не слышалось сомнений. — Надеюсь, — протянул Драко, она почувствовала его скепсис. — Вот увидишь, так и будет, — Гермиона взяла его за руку, он ещё сильнее ощутил её уверенность. — Надо же, как мы чувствуем эмоции друг друга, — поразилась она. — Ты же читала об этом в книгах про оборотней, — напомнил слизеринец. — Одно дело читать, а другое ощущать самой, — гриффиндорка опустила его руку и одном глотком допила уже остывший кофе. — К этому ещё надо будет привыкнуть. — Знаешь, в некоторых чистокровных семьях до сих пор пользуются этим заклинанием, когда молодая пара вступает в брак, но плохо знает друг друга, — поведал Малфой. — Мне несколько раз попадалось упоминание об этом заклинание, — вспомнила Грейнджер. — Но всегда без подробностей описания самого заклинания и того, что чувствуют супруги. — Смысл этих чар: сблизить молодых людей, — стал объяснять Драко. — Им нужно было лучше понимать друг друга, поэтому проводили древний обряд связи. И после этого заклинания супруги чувствовали эмоции друг друга, они могли сопереживать, и это укрепляло их брак. — Ух ты, здорово, как много ты об этом знаешь, — похвалила его Грейнджер. — Меня так воспитывали с детства, я же говорил тебе о правилах этикета, — слизеринец тяжело вздохнул. — Ох уж, все эти правила. — Ну да, ты упоминал, что учился танцевать, — улыбнулась Гермиона. — Это ещё не самое ужасное, больше всего меня раздражало, когда отец заставлял меня ходить с книгой на голове, — Драко насупился, и заметил, что его молодая жена еле сдерживается, чтобы не прыснуть от смеха. — Давай, смейся, знала бы ты как это неудобно. — Извини, — гриффиндорка мягко улыбнулась. — Так что ещё про брачные узы ты знаешь? — с любопытством спросила она. — На самом деле их существует несколько видов, можно так это назвать, — ответил Малфой. — Эти чары, которые связали нас, считаются одними из самых древних. Мы чувствуем эмоции друг друга, я попробовал твою кровь, и теперь ты можешь забеременеть только от меня, и я, соответственно, могу сделать ребёнка только тебе. — Об этом мне говорила Флёр ещё до того, как я прочитала о метке в книгах, — поведала Грейнджер. — Тебя это устраивает? — забеспокоился слизеринец. — Да. А тебя? — Грейнджер посмотрела ему в глаза. — Более чем устраивает, — улыбнулся Драко, он нагнулся и поцеловал её. — Но пока идёт война, нам лучше об этом не думать, — его взгляд стал очень серьёзным. — Тут ты совершенно прав, я принимаю зелье, так что… проблем нет, — заверила его Гермиона.        На несколько минут они замолчали, обдумывая свою связь. — Время, нам пора заняться зельями, — посмотрел на часы Малфой. — Да, давай, — гриффиндорка стала убирать посуду со стола.        Через две минуты она спустилась в подвал за ингредиентами, а когда Гермиона поднялась обратно на кухню, котлы уже стояли на столе, и рядом с ними лежали открытые книги. Прочитав всё, что им нужно сделать, они принялись за работу.