Скажи, что тебе жаль

      Температура в помещение резко опустилась. Поттер выглядел так, словно проглотил целый лимон, мало того, что он ему не понравился, так ему ещё настойчиво предлагают съесть второй лимон, который ещё кислее, чем первый. У Уизли бешено горели глаза, он с ненавистью и призрением смотрел на Малфоя, и с обидой и разочарованием на Грейнджер.        Гермиона чувствовала себя такой виноватой, даже хуже, чем когда Рон обвинил её, что Живоглот убил Коросту, и из-за этого не могла ничего сказать, она просто не находила слов. Драко, внешне казался спокойней, чем его жена, он сидел на диване сложив руки на груди, и смотрел на огонь в камине, чтобы не встречаться взглядом с её друзьями. — Гермиона, это правда? — спросил Гарри, к нему первому вернулся дар речи. — Да, — решила не врать Грейнджер. — Выслушайте меня… нас… пожалуйста, — она наклонилась вперёд к лучшему другу. — Я могу всё объяснить. — Хорошо, объясняй, — Поттер кивнул, ему совсем не нравилось видеть подругу такой несчастной. — Как я уже сказала: на Драко напал Сивый — это был приказ Того-кого-нельзя-называть, — она перевела взгляд на слизеринца, он кивнул и напрягся. — Стоп, я не могу тебя не перебить, — извиняющимся тоном произнёс Поттер и перевёл взгляд на Малфоя. — Раз Реддл приказал Сивому напасть на тебя, то я так понимаю, это было наказание? — догадался он. — Да, — коротко ответил Драко. — Из-за того, что ты не смог убить Дамблдора? — спросил Рон. — Нет, — качнул головой Малфой, и тут почувствовал эмоции жены. Гермиона мысленно просила его рассказать её друзьям всё. — Тот-кого-нельзя-называть вызвал меня из Хогвартса и отправил вместе с другими Пожирателями на задание. Я не знал, что буду делать, пока мы не оказались около большого дома каких-то маглов. Мне велели войти и убивать всех, кого увижу… — он сглотнул, его глаза потемнели, а ладони сжались в кулаки, — я не смог… я не убийца. И из-за этого Он наказал меня, когда мы вернулись в поместье, Он натравил на меня Сивого. — Ого, — присвистнул Уизли, он уже не выглядел таким взбешенным. — Я понял, что ты не можешь этого сделать, когда ты не убил Дамблдора и опустил волшебную палочку, — Гарри пристально посмотрел на него, тот кивнул. — Что случилось с тобой потом? — Я смог скинуть с себя Сивого, сбежал за пределы Менора и трансгрессировал в лес маглов, я уже думал, что умру, когда меня нашла Гермиона, — Драко с благодарностью посмотрел на жену.        Это не укрылось от глаза Поттера. Он был искренне удивлён, так как раньше никогда не видел, чтобы его школьный враг, так смотрел на кого-то. — Как я сказала вам до того, как Драко спустился вниз: я шла с пляжа и встретила его в лесу, — Грейнджер повторила то, что сообщила до этого, и поделилась подробностями, как лечила слизеринца. — И, опережая ваши вопросы, хочу сказать: я первым делом забрала у Драко его волшебную палочку и долго не отдавала её, я даже запирала его в комнате, потому что боялась, что он… — Что я нападу на тебя, — закончил её мысль Малфой. — И я сразу вам говорю: у меня никогда и мысли такой не возникало. Я прекрасно понимал, что если бы не Гермиона, я бы давно умер в лесу от потери крови. Но её меры предосторожности были нужны, потому что пока она лечила меня, наступило полнолуние и я… мы… не знали, как всё это будет происходить, — он тяжело вздохнул, и увёл взгляд. — Если ты как Билл, то значит, ты не обернулся, — Уизли прищурившись, посмотрел на него. — Да, это так, но некоторые… черты характера моего волка, можно выразиться так, у меня проявились, — слизеринец не знал, как всё это точно можно описать, но и рассказывать, как он напал на свою жену в первый раз, он не собирался. — Три дня выдались тяжёлыми, но мы их пережили и я успокоился. — Ладно, всё это я могу понять, — тоном следователя на допросах заговорил Рон. — Гермиона нашла тебя истекающим кровью в лесу, пожалела, принесла в дом и стала лечить, а когда ты сообщил ей, что не смог убить маглов, ей стало тебя ещё больше жаль, и она позволила остаться до полнолуния, чтобы тебе было проще пережить это в первый раз. Но почему потом ты не вышвырнула его? — он впился недовольным взглядом в подругу, прожигая её насквозь. — Я обещала помочь Драко научить его вызывать Патронус, а он меня колдовать без волшебной палочки, — объяснила Грейнджер. — Хорёк Пожиратель смерти, он не сможет вызвать Патронус, — тоном судьи изрёк Рон. — Я могу, — самодовольно заявил Малфой. — Да, у меня получилось далеко не сразу, но я научился. — Не может быть, — качнул головой Рон. Теперь он выглядел обиженным. — Я могу, — повторил слизеринец. — Докажи, — потребовал Уизли и перевёл взгляд на друга. — Держи, — Гарри достал волшебную палочку блондина и положил на стол, чтобы не передавать её лично в руки. — Только без глупостей, — грозно добавил он. — За это можете не волноваться, — Драко сжал свою палочку в руке, и сразу почувствовал себя увереннее. Он сосредоточился на воспоминание, как Гермиона говорит, что любит его. На этот раз у него ушло чуть больше времени, но уже через минуту по гостиной стал ходить большой волк. Он усмехнулся, когда увидел открытый рот рыжего и удивлённое лицо Поттера. — Я же говорил, что научился. Мой Патронус — волк. — Значит, ты не настоящий Пожиратель смерти, раз можешь творить чистую, светлую магию, — констатировал Гарри и перевёл одобрительный взгляд на подругу. — Кажется, я начинаю понимать, что между вами произошло. — Это ещё не всё, — Гермиона посмотрела на мужа и одними губами произнесла слово зелье, он кивнул, давая добро. — Перед тем, как Драко забрали из Хогвартса, директор Снейп дал ему конверт, там было письмо и ключ от банковской ячейки маглов. — Вы ходили в банк? — с сомнением спросил Поттер. — Да, — Грейнджер рассказала, как они путешествовали по Лондону и что нашли в ячейке. — Значит, Снейп придумал способ, как избавиться от Чёрной метки?! — у Рона от всей информации голова пошла кругом, он откинулся на спинку кресла и уже не выглядел таким злым, скорее просто недовольным. — Мы изучили рецепт и решили приготовить это зелье, — Гермиона вздохнула и поведала, что они ходили за книгами в Косой переулок. Увидев неодобрение на лицах друзей, она поспешила успокоить их. — Мы приняли все меры безопасности, мы ведь прикинулись стариками, и в магазине на нас никто не обратил внимания. Мы немного поговорили с другими покупателями и всё, а потом быстро покинули Косой переулок и вернулись сюда. — Так… с этим всё ясно, — кивнул Гарри и посмотрел на Малфоя. — Это вас сблизило и вы… влюбились друг в друга? — он спросил это таким тоном, будто сам не верил, что говорит такое. — Ну, в общем да, — подтвердила Грейнджер, она не представляла, как можно это объяснить. — Поттер, Уизли, вам придётся смириться с тем, что я люблю Миону, а она меня, — Драко взял её за руку и старался говорить спокойно. — После того, как меня укусил Сивый, я многое понял, впрочем, и до этого, я ненавидел то, что меня заставили принять чёрную метку. Всё, что я сделал в прошлом учебном году, было из-за страха за мою маму, Он угрожал убить её, если я не подчинюсь, — он тяжело вздохнул, ужасные воспоминания заполнили его голову. — Он пытал меня и не раз, за то, что я не выполнил его приказ, а последний мой промах, должен был стоить мне жизни. Но Гермиона нашла меня и спасла, и это лучшее, что случилось со мной в жизни, благодаря этому я изменился.        Теперь я действительно, другой человек, — он посмотрел прямо в глаза Поттеру. — Если бы я остался прежним, то взял бы деньги и уехал из страны, как мне советовал крёстный. Но я решил присоединиться к Ордену и бороться. И да, я знаю, что мне придётся выпить «сыворотку правды», я готов к этому, мне нечего скрывать, — он закончил, и почувствовал облегчение. — Это пока для меня всего лишь красивые слова, — сказал Гарри. — Пока ты при мне не выпьешь «сыворотку правды» и не ответишь на все интересующие меня вопросы, я не смогу тебе верить. — Другого я и не ожидал, — кивнул Малфой. Но было во взглядах, которыми они обменялись с Поттером что-то такое, что дало им обоим понять, что достигнуто некое подобие перемирия. — Гарри, но мне ведь ты веришь? — спросила Грейнджер. — Да. Но ещё я знаю, что любовь слепа, — напомнил Поттер. — Сейчас ты очарована Малфоем, влюблена в него и не обращаешь внимания на его… недостатки, — он с трудом подбирал слова, ему не нравился этот разговор. Он перевёл взгляд на Рона. — Мы свяжемся с твоими родителями и попросим их найти Кинсли, а ещё нам нужны Люпин и Билл, они должны будут поговорить с Малфоем. Кстати, Билл может прийти сюда хоть сегодня, — он заметил, как резко изменилось лицо слизеринца, он оживился. — Честно говоря, я очень хочу поговорить с ним, — признался Драко, и едва не ухмыльнулся как раньше, прочитав изумление на лице Уизли. — Его укусили раньше меня, и у него было с кем поговорить… а я мог только читать книги. — Билла бы не укусили, если бы ты не выпустил в школу Пожирателей смерти, — зло напомнил Рональд, одарив его убийственным взглядом. — У меня не было выбора, он хотел убить мою маму, — прорычал Малфой. — Рон, мы уже ничего не исправим, давайте не будем из-за этого сейчас ругаться, — попросила всех Гермиона. — Как сказал Драко: он хочет поговорить с Биллом и готов выпить «сыворотку правды», он докажет, что перешёл на нашу сторону и будет помогать нам.        И у нас есть важные новости для вас, я думаю, это можно рассказать сейчас, — она посмотрела на мужа, он кивнул. — После того, как я сбежал из Хогвартса, мне нельзя было выходить из своей комнаты, даже чтобы погулять в саду. Тогда я стал бродить по тайным проходам, которые проходят через всё поместье, — заговорил Драко и поведал, как подслушал, что Реддл велел Беллатрисе положить в сейф Лестрейндж какую-то очень ценную для него вещь.        Услышав это Гарри и Рон переглянулись, а затем посмотрели на подругу. — Ты был прав, он спрятал крестраж в банке, — подтвердила их мысль Грейнджер. — Гермиона, ты не должна… — начал Уизли. — Не волнуйтесь, Драко знает о крестражах, я ему рассказала, — стоило ей это произнести, как она прочитала ярость на лице Рона, и огорчение в глазах Гарри. — Я не могла от него этого скрывать, мы стали близки и я… — Стоп, — голос Поттера изменился в нём появилась сталь и волнение. — Малфой стал таким же оборотнем как Билл? Значит, он слышит голос волка? — он уставился на него. — Ну, да, — кивнул Драко, не понимая, почему так напрягся лучший друг его жены. — О… нет, — простонал Гарри, и упал на спинку кресла, он снял очки и потёр глаза. — Эй, в чём дело? — не понял Уизли, с удивлением глядя на лучшего друга. — Так Малфой сразу сказал нам, что он как Билл, значит, он слышит волка, и… ну в полнолуние может вести себя… агрессивно. Ну так он же никого кусать не хочет.        Гермиона удивилась, как спокойно произнёс это её друг. — Рон, ты что забыл, как связаны Билл и Флёр, — упадническим тоном произнёс Поттер и с мольбой посмотрел на подругу. Она поняла его немой вопросов и робко кивнула. — Ах ты мерзавец, — Уизли молниеносно поднялся на ноги и врезал Драко кулаком по носу. Он хотел ударить его снова, но Гарри быстро вмешался и замедлил его действия. — Рон, не надо, этого уже не изменить, остынь, — стал успокаивать его Поттер.        Грейнджер достала свою палочку и остановила кровь, которая потекла из носа Малфоя. Она была рада, что её муж не попытался дать сдачи. Только драки им тут не хватало. — Я не могу, — закричал Уизли. — Он же заставил Гермиону, он обманул её, сказал, что она его пара, только потому, что рядом не было других девушек. — Нет, всё было не так, — попыталась объяснить Грейнджер. — Между прочим, я видел других девушек, я ведь ходил на рынок, в магазины и банк, — добавил Драко, и потрогал свой нос, кровь больше не шла, но неприятные ощущения ещё остались. — И не на одну из них мой волк не реагировал так, как на Гермиону. А ведь мы ходили и по Косому переулку, и… волк думал только о Мионе. — И он меня не заставлял, — встала на защиту мужа Грейнджер. — Он тебя прямо спросил: хочешь ты принять его метку или нет? — выплюнул Рон. — Да, — соврала Гермиона. Она тут же почувствовала укол совести, но знала, что говорить им правду нельзя. Это слишком личное и навсегда останется между ней и Малфоем. — Я сама согласилась на это, потому что знала, что Драко правда любит меня. Нравится вам это или нет, но мы женаты, и это на всю жизнь, — констатировала она, и взяла блондина за руку. — Я прошу вас, смиритесь с моим выбором, — она с мольбой посмотрела на друзей. — Ты просишь, чтобы я смирился? — Уизли ещё сильнее разозлился, хотя минуту назад показалось, что он уже достиг своего пика. — А как же я? Мы? — Рон, нас никогда не было, — покачала головой Грейнджер. — Да, одно время ты мне очень нравился, но когда я стала наблюдать за тобой и Лавандой, как вы сидите в кресле в гостиной Гриффиндора, пожирая рты друг друга, я поняла, что вместе нам никогда не быть. Ты был с ней… ты занимался с ней сексом, и думал, что я всё пойму? — возмутилась она. — Неужели после этого ты рассчитывал, что я буду с тобой встречаться? — её тон поднялся на октаву выше. — Я… ну… а… — Уизли запнулся не находя слов. — Слушай, с Лавандой всё было не серьёзно, — через тридцать секунд добавил он. — Может быть для тебя, но уж точно не для неё, — заявила Гермиона. — Рон, у тебя был шанс со мной. Да, я хотела этого и ждала тебя, но… ты сам меня оттолкнул, и мстил за то, что я когда-то целовала Виктора, хотя это случилось ещё на четвёртом курсе. — Он позвал тебя в гости, — напомнил Рон. — Я отказалась и не поехала, — вздохнула Грейнджер. — Потому что уже тогда, я думала о тебе, но это прошло. Между нами так ничего и не случилось, так что ты не можешь предъявлять мне никакие претензии, — строго закончила она. — Не могу поверить, что ты выбрала этот кусок дерьма, а не меня, — закричал Уизли, он гнева его лицо покраснело. — Он ведь первый обозвал тебя грязнокровой и желал твоей смерти. — Заткнись, Уизли, — зарычал Драко, чувствуя, что его терпение на исходе. — Я уже миллион раз пожалел об этом и извинился. — Ну, конечно, — выплюнул Рональд. — Это правда, я много раз сказал Мионе, что мне жаль, — Малфой старался успокоиться. — Я не в состоянии исправить прошлое, но я могу признать свои ошибки и попросить прощения. — А я простила, — тут же вставила Гермиона. — Значит, ты простила, что он обзывал тебя, а мне не простила связь с Лавандой? — от злости и возмущения у Уизли затряслись руки. — Довольно, — грозно произнёс Гарри, встав между ними. — Я не желаю слушать ваши обвинения друг друга и смотреть, как вы выясняете… очень личные отношения, — он повернул голову и так посмотрел на Рональда, что тот сделал шаг назад. — Миона, — он повернулся к ней, — ты можешь объяснить нам: почему ты так безоговорочно веришь Малфою? — После того, как он укусил меня, у нас появилась магическая связь, — ответила Грейнджер. — Ты имеешь в виду, что вы словно обмениваетесь мыслями и чувствами? — неуверенно спросил Поттер, и перевёл заинтересованный взгляд на блондина. — Да, мы чувствуем эмоции друг друга, — лицо Грейнджер смягчилось. — Это древняя магия, раньше, когда волшебники вступали в брак, они проводили обряд, чтобы у них появилась эта связь. Так делали, когда о браке договаривались родители жениха и невесты. — Значит, Малфой не может обмануть тебя? — уточнил Гарри. — Нет, не может, если он соврёт, я почувствую это, — на лице Гермиона появилась полуулыбка. — Теперь понятно, почему Билл и Флёр иногда так смотрят друг на друга, они тоже всё чувствуют, — Поттер снял очки, достал платок и стал протирать их. — Ладно, о крестражах мы поговорим позже, наверное, завтра. А сейчас я отправлю Патронус Биллу и попрошу его прийти сюда. Миона, думаю, я всё понял, правда, понял, но мне нужно услышать мнение Билла. Я не могу мыслить объективно, учитывая, что я люблю тебя как сестру и очень переживаю за тебя. — Гарри, спасибо, — Грейнджер обняла друга, а он её в ответ. — Если вам нужно пойти умыться, то вы можете подняться на второй этаж, там есть отдельная ванная. — Да, пожалуй, это мне не помешает, — кивнул Поттер и потянул за собой Рона.        Уизли отошёл к окну, он до сих пор выглядел злым и недовольным. Гермиона объяснила, куда нужно пройти, и подвела друзей к лестнице. — Хотя бы Поттер всё понял, — по тону волка было ясно, что он доволен уже и этим. — Да, Поттер молодец, — согласился Драко. — А вот с Уизли у нас ещё будут проблемы, не подпускай к нему Гермиону, — посоветовал зверь. — Я доверяю Мионе, со временем она сможет и Уизли всё объяснить, — сказал Малфой. — Кажется, всё прошло нормально, — выдохнула Грейнджер, подойдя к мужу. — Я ожидал худшего, — признался Драко, он взял её за руку и усадил на диван рядом с собой. — Я не думал, что Поттер окажется таким понимающим. — Гарри видел, как я страдала из-за Рона, — Гермиона тяжело вздохнула. — Мне, правда было плохо и очень больно. А Лаванда ещё издевалась надо мной, любила в нашей комнате рассказывать соседкам, как она… и Рон… занимаются сексом, в каких старых классах и даже… в каких позах, — она поморщилась. — Я старалась не слушать этого и сразу уходила, но сам понимаешь, кое-что я всё равно узнала. — Но ты простила его, — Малфой взял жену за подбородок и заставил посмотреть себе в глаза. — Да, ведь мы никогда не встречались, и, по сути, он был мне ничего не должен, — объяснила Грейнджер. — А потом я перестала переживать, чувства к нему прошли.       Всё не хочу больше об этом говорить, — она тряхнула головой и посмотрела на часы. — Надо разогреть ужин, может, и Билл поест с нами. — Как ни странно, но я очень жду встречи с ним, — усмехнулся Малфой.        Они встали с дивана и пошли на кухню.