Скажи, что тебе жаль

      Ещё не открыв глаза, Малфой почувствовал привычный запах, так всегда пахло в его спальне в поместье. В первый миг он удивился, почему он заснул здесь, но стоило ему почувствовать рядом с собой Гермиону, он прижимался своей грудью, к её голой спине, то сразу вспомнил, как вчера они официально поженились, провели «Обряд свидетелей», который теперь будет защищать его супругу, как минимум два года. В компании самых близких людей они отпраздновали свадьбу, а потом Грейнджер даже умудрилась продолжить готовить «антизелье сыворотки правды», которое скоро они будут проверять.        Ночью их магия снова соединилась, и во второй раз получилось даже лучше, чем в первый. Драко широко улыбнулся, вспомнив выражение лица Гермионы, она заснула, так и не отойдя от оргазмов, до которых они довели друг друга. Малфой понюхал волосы жены и поцеловал её плечо и спину, она так и не проснулась. Драко двинул ногами, его бёдра были очень липкими, он решил не будить Миону, пусть ещё поспит, а он пока примет душ. А потом велит эльфу принести им завтрак в постель. Он видел, так поступают мужчины в магловских фильмах, которые он смотрел вместе с женой, когда ещё жили в доме мистера Мефама, ему понравился этот романтический жест. Он начал выбираться из-под одеяла, но этим разбудил жену. Она повернула голову и посмотрела на него затуманенным взглядом, а потом её губы медленно растянулась в широкую улыбку. — Доброе утро, — прохрипела Гермиона. — Доброе утро, миссис Малфой, — Драко приблизился к жене и поцеловал её, осторожно посасывая её нижнюю губу. Затем отстранился и заглянул в глаза жене. — Это лучшее утро в моей жизни, — признался он. — В моей тоже, — Грейнджер обняла его и поцеловала в кончик носа. — Когда ты пометил меня, и потом утром после пробуждения… ну, мы немного не поняли друг друга, поэтому вышло не очень хорошо, мы чуть не поссорились, — на несколько секунд её лицо стало печальным. — Это была полностью моя вина, я должен был не тянуть, мне просто необходимо было поговорить с тобой откровенно, но я боялся, — Малфой опустил голову, но тут же почувствовал руки жены в своих волосах, она погладила его. — Я так испугался, что ты откажешься стать моей парой и выгонишь меня из дома, я бы не выдержал быть вдали от тебя. — Драко, я бы никогда не прогнала тебя, — Гермиона дотронулась до его подбородка и заставила посмотреть себе в глаза. — Я так медленно влюблялась в тебя, не знаю точно, когда это произошло, но в одном можешь не сомневаться: я никогда не и не думала выгонять тебя. Я была рада, что у меня появился сосед, ты спас меня от одиночества. Иначе, почему ты думаешь, я так часто ходила на пляж, сидела там, а потом возвращалась домой через лес, чтобы не находиться одной в четырёх стенах. — Я уже много раз повторял, что ты вылечила сначала моё тело, а потом и душу, — напомнил Малфой, она кивнула. — Так вот, я тоже не знаю точно, когда влюбился в тебя, я долго не мог понять природу своих чувств: я это, а может всё-таки волк пытается командовать мной? — он пожал плечами. — Но потом я осознал, что с каждым днём я всё сильнее погружался в тебя, в твою доброту, твою удивительную способность заставлять всё казаться лучше. Я знал, что не должен так полагаться на тебя — это будет просто несправедливо по отношению к тебе, но я не мог ничего поделать с собой. После той тьмы, через которую я прошёл, после тех демонов, которых я носил в своей душе, я не мог не хотеть света, за которым мог бы последовать. Мне нужна была надежда, за которую я мог держаться. Ты заставила меня почувствовать себя свободным, лёгким, как будто всё ещё есть способ сбежать от пустоты, которая стала моей жизнью. Я так сильно захотел этого. Я знал, что это эгоистично, но я хотел использовать этот выход, который ты дала мне. Я желал исследовать его. Я должен был понять — действительно ли можно чувствовать себя таким свободным, просто быть счастливым и наслаждаться жизнью. У меня никогда этого не было: сначала мной командовал отец, а потом стал ещё и Реддл. А ты показала мне, что я сам могу сделать выбор. Я вдруг осознал, что можно комфортно жить в небольшом домике, для счастья не нужно огромное поместье и слуги, чтобы они ходили в магазины и готовили еду. Даже когда с нами стали жить Поттер и Уизли, я всё равно ощущал себя довольным, меня всё устраивало. — Ох, Драко, — Гермиону так сильно тронули слова мужа, что слёзы полились из её глаза. Она хотела вытереть их, но он опередил её и сам это сделал. — Я давно хотел сказать тебе всё это, — признался Малфой. — Ещё тогда на кухне, когда я пришёл и объявил, что решил помогать Ордену, но я не успел, ты обняла меня, и все мои мысли просто выскочили из головы, — он улыбнулся. — Ты была так близко, я не мог не поцеловать тебя. — Знаешь, мне было так тяжело наблюдать за тобой, смотреть, как ты борешься и страдаешь, — Грейнджер погладила его по щеке. — Тогда мне казалось, что ты скучаешь по своей прежней жизни и хочешь всё вернуть. — Я скучал только по матери, — тут же сказал Драко. — Потом я это поняла, но вначале признай, ты скучал по себе старому, — уверенно заявила Гермиона. — Ты долго не мог смириться со своей новой сущностью. — Да, не мог, — нехотя признал это Драко. — Но затем я осознал, что ЭТО дало мне свободу выбора, а твоё нормальное отношение ко мне раскрыло глаза на мои прошлые ошибки. Когда я всё это осмыслил, то понял, каким мерзавцем был и стал очень сильно жалеть о своих словах и поступках. Ты проявила ко мне невероятно милосердие, простив меня. — Я всё сделала правильно, я знаю это, — Грейнджер крепко обняла мужа, чувствуя огромную, всепоглощающую любовь. Это было их общее ощущение, их любовь объединилась и теперь согревает их души. — Я люблю тебя, — сказала она. — И я люблю тебя, — Малфой прижался губам к губам жены твёрдо, и в то же время нежно. Он провёл кончиком языка по её губам, умоляя о входе. Через пару секунд она открыла рот, чтобы позволить его языку войти в неё. Гермиона чувствовала себя на небесах, в ней тут же загорелся огонь, и она не могла ни о чём думать, кроме мужа. Спустя пару минут, он медленно отстранился от неё, всё ещё крепко обнимая. — Мы можем продолжить или ты сначала хочешь поесть? Или может принять душ? — Я очень хочу пить, — призналась Грейнджер, прижав голову к плечу блондина. — И поесть тоже не помешает, и душ принять хочется, — она засмеялась. — Я хочу всего и сразу. — Давай я позову эльфа и велю принести нам завтрак в постель? — предложил Драко. — Отличная идея, — обрадовалась Гермиона и посмотрела на него с нежностью. — Я пока успею быстро принять душ. Всё это так мило. — Значит, не зря мы смотрели с тобой столько магловских фильмов, — усмехнулся хозяин дома.        После душа завтрак в постель оказался очень кстати, только увидев гору оладьев и сироп, Грейнджер почувствовала, как сильно проголодалась. Они с Драко не спеша ели и вспомнили кино, которое успели посмотреть, пока жили в домике мистера Мефама вдвоём. Когда Малфой уже допивал кофе, появился эльф и передал ему записку, там было написано: для Гермионы и Драко от Гарри Поттера. Прочитав её они тут же переглянулись. — Похоже, что-то случилось, — не сомневаясь, заявила Грейнджер и перевела взгляд на письмо. — Надеюсь, кто-то из авроров или магов из отрядов увидел мою тётку, а может даже схватил её, — Драко очень хотел, чтобы именно эту новость сообщил ему Поттер. — Сейчас узнаем, — Гермиона открыла конверт и вместе они стали читать.

Гермиона, Драко

       Я сразу извиняюсь, что отвлекаю вас утром в первый день вашей официальной семейной жизни, но больше я ждать не мог. Ещё ночью мистер Уизли получил сообщение от начальника тюрьмы, и сразу разбудил меня. Нам сообщили, что Люциус Малфой требует немедленно поговорить с женой и сыном. До этого на допросах он вёл себя очень спокойно, даже отстранённого, а тут всё резко изменилось.        Я, мистер Уизли и Билл: мы отправились в Азкабан, сначала хотели сами поговорить с Малфоем, но он лишь повторял, что должен успеть всё рассказать Нарциссе и Драко. Так продолжалось несколько часов, а затем ему стало плохо и это точно было не притворство.        Мы доставили Люциуса в Мунго, целитель Скотт осмотрел его и сказал, что он отравлен каким-то ядом, сейчас пытаются выяснить каким именно, но похоже жить ему осталось недолго.        Малфой, я думаю тебе и Нарциссе лучше как можно скорее прибыть в Мунго. Что бы не хотел сказать тебе твой отец, я полагаю вам надо его выслушать.

Гарри Поттер.

      Грейнджер дочитала письмо и посмотрела на мужа, Драко сидел на постели и его лицо словно окаменело, и лишь только бледность кожи показывала, что он в шоке. — Думаю, тебе и Нарциссе надо как можно скорее отправиться в Мунго, — предложила Гермиона и взяла мужчину за руку. — Да, — Малфой медленно кивнул и сжал её ладонь, а затем посмотрел в глаза. — Я был уверен, что отец много лет просидит в тюрьме, а оказывается, он умирает, потому что его отравили, — судя по тону, он не мог в это поверить. — Ты пойдёшь с нами? — блондин с мольбой посмотрел на жену. — Конечно. Надо поговорить с целителем Скоттом, — Гермиона встала с постели и быстро стала одеваться. — Нужно выяснить, когда твоего отца отравили: это случилось уже в тюрьме или ещё до этого? Ведь есть яды, которые действуют очень медленно и симптомы плохого самочувствия трудно распознать. На головную боль редко кто обращает внимания, все считают это пустяком. — Интересно, что отец хочет мне сказать? — этот вопрос больше всего мучил Драко. — Скоро узнаешь, — Гермиона убрала волосы заколкой, чтобы не мешали.        Посмотрев на себя в зеркало, она вышла в коридор вслед за мужчиной.        На первом этаже в гостиной Нарцисса уже ждала их, вид у неё был встревоженный. В кресле сидела Джинни, она выглядела заинтригованной. Как только посмотрела на лучшую подругу, улыбнулась ей, а потом встала и обняла её. — Доброе утро, — заговорила Уизли, отстранившись от подруги. — Извини, что испортила тебе всю малину, так вроде говорили в магловских фильмах? — спросила она. — Да, так обычно говорят маглы, — подтвердила Грейнджер. — Но ты же не специально, так что мы не в обиде, — она перевела взгляд на Драко, он кивнул. — Это ты принесла письмо от Гарри? — Да, — подтвердила Джинни. — Нас разбудили ночью и рассказали, что Люциус требует поговорить с женой и сыном. Папа с Гарри связались с Биллом и вместе отправились в тюрьму, они хотели сами его допросить, но он отказывался им что-то рассказывать, а лишь повторял имена Нарциссы и Драко, а где-то около семи утра ему вдруг стало плохо и он потерял сознание, это я узнала уже утром.        А после того как Гарри ушёл, я снова заснула, и меня разбудила мама и сказала, что к нам пришла Флёр и сообщила, что Люциус Малфой в Мунго, тогда ещё никто не знал, что его отравили. А когда мы уже сами пришли в больницу, то тут целитель Скотт нам всё и сообщил, — Джинни тяжело вздохнула. — Поначалу казалось, что всё это несерьёзно, но потом анализы показали, что яд очень сильный, я не запомнила название, — извиняющимся тоном добавила она. — Перед тем, как я отправилась сюда, вроде мистер Малфой пришёл в себя, и снова повторил, что должен поговорить с женой и сыном. — Тогда пойдемте, узнаем что он хочет нам сказать, — решительно заявила Нарцисса и первая вошла в камин.        Следом за ней отправилась Уизли, потом Грейнджер и только затем уже Драко.        На первом этаже Мунго их ждали Билл и Флёр, они сообщили, что Люциус точно в сознании, его положили в отдельную палату на третьем этаже. Поднимаясь по ступенькам, Малфой никак не мог понять своих чувств: он презирал отца и был зол на него, потому что Люциус втянул их с матерью в этот кошмар, но в то же время Драко стало жаль его.        Около палаты сидели Молли, Артур и Гарри, у последних двух вид был усталый. — Гермиона, — первым подругу увидел Поттер и тут же встал. Он поправил очки и посмотрел на леди Малфой, потом на её сына. — Целитель Скотт сказал, что Люциусу недолго осталось. Сейчас помимо целителя у мистера Малфоя в палате мистер Тёрнер и аврор Ленор. Он знает много о заклинаниях и ядах, он предположил, почему всё это случилось вот так неожиданно. — Люциус не сказал, зачем позвал нас? — спросила Нарцисса. — Ему надо что-то сообщить о Реддле, вернее он называет его Тёмным Лордом, — ответил Артур. — Малфой до сих пор боится своего хозяина, — не скрывая осуждения, добавил он. — Думаю, мне лучше остаться здесь, — предложила Гермиона, посмотрев на мужа. — Мистер Малфой помнит меня, и точно не будет рад встречи со мной. — Ты теперь моя жена, всё официально, — с гордостью заявил Драко. — Это да, но всё равно… ни к чему лишний раз злить твоего отца и волновать его, учитывая, что он умирает, — Грейнджер взяла блондина за руку и выразительно посмотрела на него. Он ощутил её мольбу и кивнул.        Поттер тоже не хотел заходить в палату, но мистер Уизли настоял, что он должен быть там, если речь идёт о Реддле, то ему надо знать всё.        Нарцисса первая вошла в палату, потом Драко и последними Гарри с Артуром.        В помещение стояло шесть коек, но лишь одна — вторая с правой стороны — была занята, а на первой сидел аврор Ленор, рядом устроился начальник «Отдела тайн», а целитель Брендан стоял с другой стороны кровати больного. — Нарцисса… Драко… — голосом заядлого курильщика заговорил Малфой и стал внимательно их разглядывать, когда они подошли ближе.        Младший Малфой не мог поверить, что его отец похож на старого деда с редкими седыми волосами. Когда шла битва за Хогвартс, он мельком несколько раз видел Люциуса, и тогда он выглядел куда лучше, если быть честным, он отлично смотрелся для своего возраста. Неужели всего за две с небольшим недели в Азкабане он мог так сильно измениться. Нарцисса тоже была поражена этим, она переглянулась с сыном, а затем вопросительно посмотрела на целителя. Скотт кивнул и тяжело вздохнул. — Мистеру Малфою становится хуже с каждой минутой, — с сочувствием изрёк он. — Это неважно, главное, что вы хорошо выглядите, — таким же охрипшим голосом произнёс Люциус и остановил взгляд не жене. — Цисси, последний раз ты так прекрасно выглядела ещё до… всего этого… до того, как вернулся Тёмный Лорд. — Реддл больше не живёт в нашем поместье, ты тоже больше надо мной не властен, теперь я могу делать то, что хочу, — леди Малфой произнесла эти слова спокойным тоном, но глаза у неё горели, она перевела взгляд на сына. — Теперь и у Драко всё хорошо, а вчера он женился… — Так вот почему проклятье усилилось, — Люциус закашлял и посмотрел на сына. — Я так понимаю, ты женился на своей паре и ввёл её в семью? — Если ты имеешь в виду, что я пометил свою жену? То да, но это случилось ещё зимой, — ответил Драко. Несколько секунд он раздумывал, а потом добавил: — моя жена Гермиона Грейнджер. — О… Тёмный Лорд был бы рад этому, — неожиданно для всех выдал старший Малфой. — Что? Рад? — спросил обескураженный Гарри и подошёл ближе к койке, словно искал подтверждений, что это сказал бывший Пожиратель смерти, а не какой-то другой маг. Всё остальные лишь открыли рты, и даже слово сказать не смогли.        Люциус кивнул и снова закашлял, колдун-медик дал ему стакан воды. Он залпом выпил половину и прикрыл глаза. — Теперь я могу всё рассказать вам, — Малфой задержал взгляд на сыне. — Впрочем, как всё? То, что мне известно, думаю это лишь малая часть. Начну с начала: тёмный Лорд был доволен, что вернулся в обычное тело, но оно быстро перестало устраивать его, он иногда повторял, что в молодости был очень красивым и крепким, а теперь похож на ходячий скелет. А он хотел быть великим не просто магом, но чтобы и физически его тело было сильным. Не знаю, как он к этому пришёл, но Повелитель однажды сказал мне, что подумывает стать отчасти оборотнем. — Великий Мерлин, — ахнул Тёрнер. — Ничего себе, — выдохнул целитель Скотт. — Чёрт, — ругнулся Поттер.        Драко посмотрел на друга, он не сомневался, что у него лицо такое же обескураженное. Он почувствовал, что у него открылся рот, и тут же закрыл его. — Понимаю, ваше удивление, — Люциус обвёл всех присутствующих взглядом. — Когда я это услышал, то тоже чуть не упал. Тёмный Лорд ещё так усмехнулся и добавил, что если и сделает это, то через какое-то время сначала ему ещё надо многое обдумать и проверить.        Через пару месяцев Повелитель снова заговорил со мной об этом, он сказал, что изучает родословные чистокровных волшебников и видит, что детей у нас в семьях рождается всё меньше. Раньше в роду Малфоев было по двое-трое детей, а последние двести лет лишь один ребёнок. Он говорил и о других семьях, там уже было двое детей или даже трое, но ещё раньше их рождалось пять-шесть. Он тогда сказал, что это происходит из-за того, что супруги не подходят друг другу, мужчины выбирают себе не тех девушек. А девушек вообще никто не спрашивает, им велят выйти замуж, и они не смеют идти против воли родителей. И потом он впервые сказал, что из всех выделяется только семья Уизли, он похвалил их за рождение семерых детей. — Похвала от Реддла… это нехорошо, — пробурчал Артур. — Так и есть, — кивнул Люциус и впился в него взглядом. — Повелитель сказал, что велит Сивому сделать из старшего ребёнка Уизли наполовину оборотня. Он знал, что Билл скоро должен жениться и хотел посмотреть: состоится ли свадьба? И если да, то ему нужно было узнать: невеста точно пара старшего сына или нет? — Великий Мерлин, так всё это было сделано специально, — мистер Уизли подошёл к пустой койке и сел на неё, он стал белее снега. — Да, — подтвердил Малфой. — Поэтому мы и на свадьбу вашу нагрянули, нам нужно было всё узнать. С нами был Сивый и он по запаху понял, что француженка пара Билла. А ещё до этого Повелитель сказал, что если Драко не сможет никого убить и служить ему, как Белла и Рудольфус, то он и его сделает отчасти оборотнем, — он перевёл взгляд на сына. — Драко, он хотел, чтобы ты изменился и остался жив, он намеревался узнать, будешь ли ты слышать голос волка в своей голове? И если да, то сможешь ли ты побороть его? У Тёмного Лорда было очень много вопросов о твоей новой сущности. Он желал получить на них ответы, он надеялся, что ты вернёшься в поместье и попросишь помощи, но ты не сделал этого. И тогда он разозлился и… дал мне яд, но не простой, а он действует только с проклятьем. — Это очень старое проклятье, — заговорил аврор Ленор. — В двадцатом веке именно Реддл снова стал пользоваться им, а до этого в Европе лет триста такого никто не делал. Раньше в Древнем Риме магу подливали яд в напиток, но он не действовал, пока не произнести заклинание. И оно существовало разных видов. Одно работало очень медленно, человек мог прожить лет пять, и почти всё это время он не понимал, что его отравили, потому что физически чувствовал себя превосходно. А другое заклинание срабатывало быстрее, но сильные симптомы проявлялись только за неделю до смерти, тогда уже и сделать было ничего нельзя. — Моё проклятье должно было действовать пять лет, — поведал Малфой. — Повелитель сказал, что если Драко вернётся домой, так ещё и потом женится на своей паре, то он даст мне противоядие. — Рецепт противоядия давно потерян, — тут же возразил Ленор, но затем его лицо резко изменилось, будто он открыл для себя Америку. — Мерлин, чего только Реддл не восстановил. — Да уж, — кивнул Тёрнер. — Я вот чего не понимаю: почему сейчас проклятье так подействовало на вас? — Поттер посмотрел на начальника «Отдела тайн», а потом перевёл взгляд на целителя Скотта. — Прошло ведь чуть больше полугода после этого, и вдруг Малфою стало плохо. — Я думаю, это из-за того, что Драко женился на своей паре, — предположил Люциус. — Нет, это из-за обряда, — возразил Тёрнер и стал ходить по палате. — Вас заколдовали очень древними и сильными чарами, и я почти уверен, что это всё было как-то привязано к главе рода. Но Драко женился и тоже провёл древний обряд, и теперь он стал главой рода Малфоев, а свидетели на свадьбе, как бы подтвердили его право на это. Я почти не сомневаюсь, что именно из-за этого заклинание Реддла как бы ослабло и яд стал действовать как и должен — то есть очень быстро. — Да, похоже всё так и есть, — согласился с этим колдун-медик. — А что за обряд вы провели? — спросил Люциус, и посмотрел на сына с женой. — «Обряд Свидетелей», — ответил Драко и рассказал о нём. Судя по лицу отца, он знал, как действует этот обряд. — Может ещё поэтому яд стал так быстро действовать, — предположил начальник «Отдела тайн». — Вы как бы впустили в свой род магию других чистокровных семей, и она таким образом повлияла на мистера Малфоя, — он задержал на нём взгляд. — Всё может быть, — согласился с Тёрнером Ленор. — Такая магия очень мало изучена. — Мистер Малфой, а вы знаете о проклятье, которое у волшебника из семьи маглов забирает силу? — спросил Гарри.        Драко с благодарностью посмотрел на друга и разозлился на себя, что сам об этом не спросил. — Я слышал, как Повелитель обсуждал это с Беллой, Рудольфусом, а ещё Яксли и Руквудом, может и ещё с кем, я точно не знаю, — ответил Люциус. — Повелитель тогда сказал Белле, что она должна проверять это заклинание только на парах оборотней из семей маглов и больше ни на ком… — тут взгляд старшего Малфоя изменился и он с испугом посмотрела на сына. — Великий Салазар, неужели Белла уже послала это проклятье в твою жену? — Да, — кивнул Драко.