Маленькая

Бард лишь обнял Алез так крепко как мог. Заветные слова не срывались с его губ еще пару часов. Он боялся, что лишит её счастливой жизни, ведь у них не будет детей, он не состарится вместе с ней, а то и вовсе будет как сын. Архонт не желал ей такой жизни, не хотел стать причиной её страданий, о которых она никогда не скажет. - я люблю тебя - ответил он, проваливаясь в яму отчаянья. Он хотел любви. Алез резко повернулась, целуя архонта неумело, боязливо, быстро. Венти сначала опешил, но желания взяли верх даже над самим богом и он мягко поцеловал рыжую в ответ, успокаивая, накатившие у нее слезы.

***

Жизнь пары текла медленно и спокойно. Алез привыкала к новым ощущениям и тому, что самые простые вещи придется учиться делать заново. Венти предлагал переехать хотя бы ближе к Мондштаду, но рыжая отказывалась, протестуя и лишая парня поцелуев и прочих нежностей на часы. Но дом пришлось немного перестроить. Новая мебель, наконец-то люстра и хорошая кровать быстро обосновались внутри. Кухню построили в отельном домике в паре шагов от обители. Стены наконец-то не косились в стороны, благодаря усердной работе архонта. Дворик оградили маленьким заборчиком, а каждую субботу на веревке между двух столбов сушилось белоснежное белье и одежда. Тихими одинокими вечерами Алез выходила на улицу, представляя как бы по траве босыми бегали маленькие детки. Но желанию было не суждено сбыться ведь бог не мог дать ей только детей. Да, она грустила, но никогда и не думала, что должна бросить любовь. Рыжая нашла выход, ходила к бедным семьям и дарила детям игрушки и свою одежду. Одни их счастливые лица заполняли дыру в груди.

***

Шли годы. Венти походил на сына Алез и женщина все меньше и меньше проявляла тактильности. Архонт боялся этого, но ничего не мог сделать. Он не мог оставить её сейчас, когда она так зависима от него...Краски пропали из жизни вместе с уходом архонта из жизни все такой же маленькой рыжей непоседы. Алез ждала его, плакала, хотела сжечь вещи барда, но и их не было в доме. Будто он никогда и не жил здесь, никогда не готовил на кухне, никогда не спал с ней в одной кровати, никогда не пел ей баллады посвященные отчаянной рыжей девочке, которая не просто ловила счастье за хвост. Она была воплощением счастья.