Булочная

Эйлан перевернулся на другой бок и еще несколько минут лежал в полной тишине. Становилось тоскливо от мысли, что он остался один на всю ночь. Хоть он и провел сегодня целый день с Моором, ему казалось что этого недостаточно. И когда он успел так привязаться? Очень некстати эльфу вспомнился ночной кошмар. Моор предполагал, что просто так не вырубится: слишком много переживаний набралось за день и их необходимо было осмыслить. Он лег поверх одеяла, обняв вторую подушку и уткнувшись в нее носом терпеливо ждал, когда усталость возьмет свое. В душе, конечно, еще теплилась надежда, что рыжик придет сам или позовет к себе, передумав спать в одиночестве. Усталость впрочем оказалась сильнее надежды и рогатый постепенно провалился в сон, довольно сопя в подушку. Ему даже сон какой-то начал сниться, о событиях прошедшего дня, вот только все в нем было окрашено тревогой за то что ушастый догадается о тайных пристрастиях булочника. Рогатый нервно дернул ухом и проснулся, отчетливо осознавая, что легко может потерять свое только что приобретенное счастье из-за неосторожности. Дверь в спальню бесшумно открылась. Кто-то зашел, прокрался через всю комнату и тихонько подлез к Моору. Затем обнял, с непозволительной ранее нежностью прижавшись и уткнувшись в грудь носом. — Заткнись. Я замерз, — тут же оправдался рыжий, опередив любой возможный комментарий, и крепче обхватив рогатого руками. — Грейся, — улыбнулся тифлинг, чувствуя как тревога рассеивается. Он поцеловал рыжую макушку и плотнее укутал парнишку пледом. — Люблю тебя. Очень хотелось потискать рыжика перед сном, но рогатый позволил себе только погладить его спинку. Эйлан счастливо улыбнулся и опустил голову, по детски бадая лбом Моора и пряча улыбку. Вот теперь все было идеально. Тифлинг и правда был очень теплым и эльф уже лежал с закрытыми глазами, готовый падать в страну Морфея. Моор еще немного послушал это счастливое сопение и тоже уснул, теперь уже без всякой тревоги за будущее. Ему показалось что он только успел закрыть глаза, как за окном раздалась знакомая утренняя трель птиц. Утро наступило как-то неожиданно быстро, но пекарь позволил себе еще немного полюбоваться на спящего рыжика, прежде чем начинать очень медленно и аккуратно выбираться из его объятий. Эльф, судя по всему, спал довольно крепко и миссия по выскальзыванию из кровати прошла успешно. Возвращаться к повседневным рутинным делам было даже немного странно, но между тем очень успокаивало и приводило мысли в порядок. Моор не спеша закончил все заготовки, поставил тесто рядом с разогревающейся печью и занялся завтраком. Эйлан так рано никогда не мог встать, да и не хотел. Ушастый лежал на спине в беззаботной дреме. Через ставни в комнату проникали тёплые солнечные лучи и тихонько ползли по полу. Рыжий эльф недовольно подвигал носом и нахмурился, когда в комнате стало слишком светло. Он отвернулся, пытаясь продолжить спать, но сон уже был беспощадно прерван. Минуту спустя, парень нехотя разлепил глаза и еще минут 10 лежал в мыслях о вчерашнем дне. Когда дверь на кухню открылась, Эйлан был уже расчесан, переодет и переведён в порядок. — Доброе утро, — эльф окинул кухню оценивающим взглядом, пытаясь понять что успел сделать Моор, пока эльф спал и высчитать сколько сейчас времени. — Доброе, как спалось? — тифлинг поставил последний противень с хлебом в печь. Большой рабочий стол был уже заставлен готовой выпечкой, которую оставалось только выложить на прилавок. Булочник поставил греться чайник и поймал парнишку в объятия, выполняя свою угрозу об обнимашках по утрам. — О, просто прекрасно, — эльф рефлекторно дернулся и сжался, но затем медленно расслабился и безвольно обмяк в руках тифлинга, принимая неизбежное, — Только кто-то очень тёплый постоянно жался ко мне. Эйлан с наигранным равнодушием закатил глаза, и, спустя несколько продолжительных секунд, вывернулся из объятий. Вообще, на самом деле, это он тулился к Моору всю ночь, но тот очень уж сладко сопел, так что парнишка посчитал, что рогатый ничего не вспомнит. — Как тут удержаться, когда в постели такой милаха? — поддержал версию парнишки тифлинг. — Лазанью разогревать тебе? Эйлан сложил руки на груди, усиленно пропуская прозвище мимо ушей. Моор ему поверил, а значит допускает такой вариант и это было так лестно и приятно. — О, да, точно, давай, — оживился эльф, при упоминании лазаньи. Это блюдо, однако, теперь ассоциировалось у него с чем-то неловким и смущающим, но чертовски приятным. Помимо упомянутой лазаньи, пекарь выставил две порции сырников, бутерброды с творожным сыром и шарлотку на десерт. Стратегия, опробованная им на ярмарке отлично себя показала и Моор рассчитывал теперь подбрасывать парнишке перекусы между основными приемами пищи в течение всего дня. — Приятного аппетита, — булочник сел рядом, первым взявшись за еду, чтобы успеть закончить к тому моменту как нужно будет доставать последнюю партию хлеба. — Приятного, — Эйлан вслед за рогатым присел за стол и в предвкушении пододвинул тарелку — М-м-м, лазанья, — удовольственно протянул ушастый, положив вилку в рот. То, что блюдо отлежалось ночь, сделало его как будто-то еще вкуснее. А может эльф просто проголодался с утра. — Сырнички тоже бери, — заботливо проворковал тифлинг, стараясь пялиться на парнишку поменьше. Очень хотелось обсудить вчерашний вечер, но Моор решил с этим пока повременить и дать ушастому возможность самому поднять эту тему, когда он будет готов. — Да, спасибо, — кивнул ушастый, но сырник тем не менее не взял. Эйлану тоже не терпелось задать парочку вопросов по поводу вчерашних действий Моора, но поднимать эту тему было неловко. Вряд ли рыжий станет это делать первым. Такая озабоченность этим вопросом ударила бы по его гордости. Вообще, это была его первая в жизни близость и он не знал, нормальная ли была у него реакция. К этому всему, эльф еще и с досадой осознал, каким слабым и отвратительным предстал вчера перед Моором и твердо пообещал сам себе исправиться. Эйлан вдруг обратил внимание, что уже как минуту сидит нахмурившись в задумчивости и тряхнул головой, поспешив возобновить трапезу. — Ты как вообще? — поинтересовался тифлинг, от которого хмурое настроение рыжика не укрылось. Он положил руку на плечо парнишки, участливо заглянув в зеленые глаза. — Все нормально? Эйлан посмотрел на тифлинга и озадаченно похлопал ресницами. Он еще не привык к такой заботливости со стороны тифлинга и чувствовал растерянность. Ушастый несколько долгих секунд выдерживал взгляд рогатого, а затем скептически опустил верхние веки. — Эй, ты что, пытаешься открыть в себе способности Наан? — Мне показалось тебя что-то беспокоит, — объяснил Моор. — Да не то чтобы беспокоит, просто задумался, — Эйлан не мог рассказать пекарю причину своих переживаний, так что снова уткнулся в лазанью. — Если что я всегда готов тебя выслушать, — мягко проговорил тифлинг, быстро заканчивая со своей едой и отправляясь доставать последнюю партию хлеба из печи. Эйлан кивнул, хотя пользоваться предложением тифлинга не планировал. Интересно, Моор так акцентировал на этом внимание, потому что сам хочет обсудить вчерашнее, или действительно беспокоится о рыжем? Ушастый посмотрел на его спину, без особой спешки доедая лазанью. Пару минут спустя, он тоже встал из-за стола и подошел со своей тарелкой к раковине. — А сколько времени? Мы получается уже открылись? — парень посмотрел на левую руку, хотя там не было часов. — Почти восемь, — ответил Моор, с сожалением убирая недоеденные сырники и шарлотку. — Сейчас выложим остатки на полки и можно начинать рабочий день. — Сегодня ты позже открываешься, — Эйлан включил воду, чтобы помыть свою тарелку, — Это из-за ярмарки? — Ага, раньше девяти все равно никого не будет, — кивнул Моор. — все отсыпаются после вчерашнего. — А из первых посетителей, у нас кто напомни? Наан? —Эйлан поставил чистую тарелку к остальным и развернулся, прислонившись поясницей к столешнице. — Должна быть госпожа из кофейни, но в последнее время все графики сбились, — улыбнулся тифлинг, снимая с крючка фартук, который перешёл к парнишке в постоянное пользование. — но я все ещё надеюсь на чашечку ее прекрасного кофе. Эйлан принял фартук и, разобравшись как его надеть, решил тут же нацепить его. — Любишь кофе? — ушастый поднял глаза, завязывая пояс вокруг талии. — Только если он с молоком, — тифлинг дернул ухом на звон дверного колокольчика и удивленно выглянул в зал. На пороге стоял незнакомец в темном дорогом плаще явно эльфийской работы, вот только ростом он был определенно выше, хотя из-за скрытого капюшоном лица сложно было понять к какому народу он относится. — Извините, я просто заметил что у вас свет горит, — голос мужчины был чарующе прекрасен и мгновенно захватил все мысли булочника. — в городе почему-то не работает ни одно заведение, а погода не располагает пить остывший чай из фляги. — В сущности мы открыты и можем предложить не только чай, — радушно улыбнулся пекарь, вставая за прилавок. Что-то в голосе незнакомца подкупало настолько, что хотелось сделать для этого замечательного создания все, что бы он не попросил. Эйлан раскрыл глаза, пытаясь всмотреться в темноту капюшона и навострил ушки. Слова произнесённые незнакомцем, так приятно ложились на слух и как будто захватывали душу. Эльф замер на несколько секунд, сбитый с толку происходящим, а затем, нерешительно подошел к прилавку, встав рядом с Моором, но ничего не сказав. — Я бы не отказался от кусочка пирога с вареньем, — было слышно что незнакомец улыбнулся и ощущалось это так, словно на лицо упал первый весенний луч солнца, растопивший залежи зимней тоски. — У вас кстати очаровательный помощник. — Да, я его люблю, — пекарь сказал это раньше, чем вообще успел что либо понять, отправляясь за самым свежим и вкусным кусочком сладкой выпечки на кухню. — О, вам так повезло, — мужчина в темном плаще склонил голову к плечу, — любовь это прекрасное чувство. Эйлан весь сжался, буквально чувствуя ускоряющееся сердцебиение. Вежливый незнакомец с самым обворожительным голосом на свете, назвал его очаровательным, а Моор, несмотря ни на что, тут же обозначил, что любит его. Эйлан приложил усилие чтобы остаться стоять на ногах и не убежать за Моором на кухню. Тем не менее, они остались с гостем пекарни наедине и надо было как-то разбавить атмосферу — Моор отличный пекарь, вам повезло заглянуть именно к нам, — Рыжий неловко улыбнулся, заправляя прядь за ухо, и на мгновения радуясь, что не может смотреть в глаза незнакомцу из-за капюшона. — Похоже что так и есть, мне вообще очень часто везет, — незнакомец пошарил в сумке в поисках кошелька, чтобы заплатить за завтрак. Он прекрасно знал что ему и бесплатно все отдадут, но воспитание велело поступать по честному. И вместо знакомого бархатного футляра рука наткнулась на пустой подклад. — Ох вселенная, кажется я потерял все деньги. Я еще могу отменить заказ? Эйлан похлопал глазами, не зная что ответить. Ему действительно хотелось, отдать все угощения бесплатно, однако это была не его пекарня и подобные решения мог принимать только Моор. — Что ж, раз произошла такая беда, может… Мы сделаем исключение? — Вопреки всему, предложил эльф, рассматривая узоры на плаще. Разговор с незнакомцем ощущался таким приятным, его не хотелось завершать и отпускать куда-нибудь этого гостя, просто из-за отсутствия денег. — Чтож, думаю я могу занести оплату потом? — предложил посетитель. — Ума не приложу, куда мог задеваться мой кошелек, может я его в гостинице оставил? Вопреки всему голос у мужчины оставался веселым, словно его нисколько не беспокоила эта неприятность. Тифлинг вернулся с кухни, добавив от себя несколько печенек и приготовив для гостя пожалуй лучший чай, на какой только был способен. — Вы, должно быть не местный? — поинтересовался пекарь, расставляя тарелки на круглом столике в зале. — Да, я с севера, — расплывчато ответил незнакомец. — путешествую вот, смотрю на мир. Эйлан оперся на стеллаж и положил подбородок на ладонь наблюдая за этими двумя. Вряд ли он сейчас осознавал легкую улыбку, невольно растянувшуюся на его лице. — И как? Нашли что-то интересное? — поддержал эльф диалог. — Вчера была удивительная ярмарка, — путешественник попробовал пирог и не смог сдержать удивления. — Ваша выпечка, пожалуй, пока что самое лучшее что со мной случалось в этих краях. Серьезно. — Спасибо, — расплылся в улыбке рогатый. — Хотя рецепт я бы сказал народный. Эйлан поднял брови, не прекращая улыбаться, типа «так предсказуемо». Он обошел стеллаж и встал спереди него. Прислонился поясницей к стойке а спереди скрестил ноги, продолжая рассматривать гостя. — Можно узнать, как вас зовут? — эльф выдавал в разговоре всю вежливость на которую был способен. Вообще, обычно, он не разговаривает с посетителями. Тифлинги сами начинают общаться, а он лишь слушает. Но сейчас он выражал удивительную заинтересованность. — Эдельфрей, хотя меня, кажется, хотели назвать Эдельвейсом, — тихо, но очень мелодично рассмеялся мужчина. — мне моё имя вполне нравится. А вас? — А, Эйлан, — с запозданием ответил ушастый, зачарованный смехом представившегося гостя. Трудно сказать что именно так привлекало, но он чувствовал себя счастливым, словно произошел выброс дофамина. — Пусть все у вас двоих будет хорошо складываться, — пожелал Эдельфрей. Когда он успел прикончить пирог с печеньем Моор не заметил, но путник аккуратно составил пустую посуду и, ещё раз пообещав занести денег, ушел. Тифлингу потребовалась ещё пара минут, чтобы осознать что гость растворился в утреннем тумане, словно какое-то очаровательное сновидение. Эйлан проводил посетителя взглядом и доброжелательно помахал на прощание, предлагая посещать булочную еще. После, вместе с Моором парнишка молча стоял некоторое время, вдвупляясь в произошедшее. — Что это было? — наконец не выдержал Эйлан, сложив руки на груди. — Что? — сам ничего не понимая переспросил Моор, тряхнув рогатой головой, как будто пытался вытряхнуть хоть одну умную мысль таким образом. — Какой-то очень приятный эльф… наверное. — Эльфы с севера всегда такие высокие? — Рыжий поднял бровь, подходя к столу и забирая оставленную посуду Эдельфрея, — и ты… Так беззаботно сказал ему, что любишь меня. Парень потащил тарелки к раковине — На Севере чего только не бывает, может и эльфы выше, — вздохнул пекарь, в очередной раз благодаря природу, что может просто прижать предательский хвост. Он сам не понимал как так получилось, что он выболтал такой важный секрет первому встречному незнакомцу. — Может я не в себе? Он пощупал нос, но тот был сухим и теплым, как и полагается. — С чего бы? — спросил рыжий, неспешно включая воду и намывая тарелки. Это был хороший способ занять руки. Остроухий побоялся рассказывать о своих собственных ощущениях. Было странно настолько симпатизировать какому то гостю-путешественнику, которого он видел впервые. Эйлан это понимал. Но тем не менее, Эдельфрей оставил о себе весьма приятное впечатление. — Но он очень спокойно отреагировал, по крайней мере, мне так показалось. — Если бы не посуда, я бы решил что это наваждение, — признался Моор. Дверной колокольчик снова звякнул, но на пороге стояла госпожа из кофейни. День потек своим чередом и тифлинг быстро выбросил странные волнения из головы, сосредоточившись на работе. Эйлан напротив, обдумывал утреннего посетителя довольно долго. Отвратительно признаться в любви, а потом зачарованно смотреть на первого встречного. Но это действительно было как на вождение. И кажется, Моор тоже это испытал, а значит, наверное, все нормально? В конечном итоге, эльф тоже отвлекся на работу и разговоры других посетителей. — На обед хочешь что-нибудь? — Пекарь глянул на часы, с удовольствием потянувшись. В процессе работы подбросить парнишке еды не получилось, они сегодня оба были заняты и тифлинг планировал отыграться на обеде. Эйлан вскинул глаза наверх, думая о том, что хочет больше всего. Казалось Моор угощал его уже всеми самыми вкусными блюдами которые только есть. — Может суп какой-нибудь, — эльф пожал плечами и еще подумал некоторое время, — что ты хочешь на обед? Я могу помочь. — Можно сделать суп с фрикадельками, пасту с курицей и грибами и какой-нибудь салат, — задумчиво проговорил рогатый, тоже посмотрев в потолок. — А на десерт пирог с маринованными персиками. — Вот, прекрасно, — согласился помощник, — Я нарежу мясо и грибы. Эльф не знал как готовится сливочный соус из мяса и грибов, но нарезать все ингредиенты и сварить макароны вполне мог. — Договорились, — улыбнулся Моор, улучив момент, чтобы поцеловать его в рыжую макушку. Как делается соус он все-таки подробно объяснил, не забыв рассказать про все нюансы. Вместе готовить было куда веселее и даже немного быстрей, несмотря на то что тифлинг постоянно отвлекался и засматривался на рыжика. Эйлан был очень увлечен готовкой, чтобы замечать падающие на него взгляды. Может для Моора готовка и была чем-то естественным и привычным, но для эльфа это было как что-то новое, сложное и интересное. Он сосредоточенно нарезал продукты и действовал по озвученному рецепту. С завтрака он успел проголодаться, но особо остро это ощутилось только во время готовки. Ушастый нетерпеливо гипнотизировал тихо бурлящую массу, под крышкой сковородки. — Скоро уже приготовится, — улыбнулся тифлинг, использовав свободное время, чтобы обнять парнишку и ткнуться носом ему в шею. — Ты так за пару месяцев сам поваром станешь. Эйлан закрылся от щекочущего носа Моора плечом и положил ладони на его руки, готовый вывернуться из объятий в любой момент. — Почему ты везде тыкаешься своим носом? — по голосу было слышно, что он улыбается, — Это какое-то место особой чувствительности? — Это одно из немногих мест где нет шерсти, так что да, нос это важный осязательный орган, — объяснил рогатый, подобравшись к шее с другой стороны. — Хх.! — Эйлан все же не выдержал и засмеялся от щекотки, вжавшись спиной в Моора. А затем нырнул вниз и развернулся лицом к тифлингу, игриво щуря глазки, и расставляя ноги с руки так, словно готов отбиваться от Моора, в случае если тот будет нападать. Тифлинг, конечно, не собирался нападать всерьез, опасаясь не рассчитать силу, но поймать ушастого за талию все-таки попытался, сделав шаг вперед и вынудив парнишку упереться поясницей в стол. А дальше дело техники: отрезать пути к отступлению руками и чмокнуть в курносый нос. — Поцелован, — с довольной улыбкой сообщил Моор, посадив эльфа на стол, как непослушного ребенка. Эйлан убрал с лица удивление, скрестил руки на груди и надул губки. — Ум… Самое неловкое поражение в моей жизни, — пробубнил парнишка под нос. Эльф оперся на руки сзади и чуть поболтал ногами. Но вдруг вспомнил, как сидел в точно такой же позе вчера, вечером. Ушастый опустил голову, пряча улыбку. — В следующий раз ты победишь, — пообещал тифлинг, аккуратно боднув парнишку, чтобы он поднял взгляд. — Вечером, например, можешь делать со мной все что захочешь. Паста наконец приготовилась и Моор потянулся к шкафчику, чтобы достать тарелки и начинать накрывать на стол. — Все что захочу? — с загоревшимися глазами переспросил Эйлан, — О, ну ты сам предоставил мне такую власть. Предупредил эльф и спрыгнул со стола. Ушастый приставил руку к подбородку, хитро улыбаясь и задумчиво смотря в пол. Моор только головой покачал, поражаясь такому энтузиазму. В качестве основы для салата сегодня была сладкая тыква, которую принес один из любителей выпечки как благодарность за вкусный пирог. Рогатый сделал целую кастрюлю, рассчитывая что останется еще и на вечер, чтобы сэкономить время. — Мне аж прямо интересно что ты там задумал, — проговорил пекарь, усаживаясь за стол и накладывая ушастому его порцию пасты. Эйлан оперативно запрыгнул на свое место, поджал ноги и подался вперед держась за сидение руками. — Мучайся этим вопросом. Потому что ты разрешил мне делать с тобой все что угодно, — почти пропел ушастый, не отрывая предвкушающего взгляда от еды. — Я надеюсь ты не будешь меня кусать, — улыбнулся рогатый, пожелав парнишке приятного аппетита. — Но щекотки я вроде не боюсь. — Я тоже, — между прочим напомнил ушастый, прежде чем набить рот макарошками. Он еще не придумал, что именно хочет сделать с Моором, но такую возможность упускать точно не хотелось. Пасты тифлинг не пожалел, положив рыжику порцию побольше и пока тот был в задумчивости умудрился подбросить добавки. На суп большой надежды не было, но пекарь все равно поставил одинаковые тарелки, радуясь что мисочки поменьше всегда хранились на верхней полке, где эльфу их не видно. Эйлан еще раз убедился в том, что макароны его любимая еда. Тем более, с грибами и мясом. Ушастый не смог уговорить себя отказаться от добавки и с большим аппетитом подчистил обе тарелки спагетти. Тем более, что приготовил он их сам. Ну, почти. Рыжий довольно вздохнул, наслаждаясь тем, что чувство голода, не отпускавшее его с самого начала готовки, ушло. — Суп попробуй, — посоветовал Моор, подтолкнув полную тарелку наваристого ароматного бульона к парнишке. — Мне с этим блюдом всегда сложно, но я вроде приноровился. Эйлан с удовольствием втянул носом воздух над тарелкой горячим первым. — Ммм, а что сложного в супе? По-моему, закидываешь все в воду и варишь, пока картошка не приготовится. — Суп блюдо коварное, — наставительно протянул рогатый, взяв воздушную булочку. — Если просто все закинуть, вкусы перемешаются и будет каша. Нужно чтобы продукты отдавали вкус бульону постепенно, взамен впитывая другие вкусы в нужном количестве. Есть рецепты, в которых бульон готовится несколько дней и нужно делать все предельно четко, иначе ничего не получится. Слушая Моора, Эйлана на автопилоте потянуло взять в руки ложку и зачерпнуть вкуснопахнующего супа перед ним. — Боже, не представляю насколько нужно заморочиться с приготовлением разных супов, чтобы в конечном итоге вышло это, но это лучший суп что я ел, — Ушастый хотел было уже отложить ложку, но вдруг осознал, как бы некультурно это выглядело. Кажется Моор переживает за то, насколько вкусно вышло его «проблемное» блюдо. Эльфу бульон действительно понравился, но ведь просто слова звучали как-то неподтвержденно. Эйлан задумчиво поводил пальцем по узору на ложке, а затем, мысленно выругался на размер тарелок тифлингов, но принял решение доесть суп до конца. — Спасибо, — искренне поблагодарил Моор, подвинув парнишке корзинку с булочками к супу. Фантазия некстати подбросила картины вчерашнего вечера, но тифлинг отогнал эти воспоминания, потому что впереди была еще половина дня, которую нужно было как-то отработать. Как бы сильно не хотелось тискаться с рыжиком весь день. Эйлан кивнул и с удовольствием продолжил наворачивать бульон, с искушением поглядывая на булочки. Да уж, смотрелись они весьма симпатично. Несколько минут спустя, эльф таки победил тарелку супа. Но почти тут же после этого, он вскочил из-за стола со своими пустыми тарелками в руках и подошел к раковине. Булочки и пирог парень оставил стоять нетронутыми. Хотя последнего на самом деле очень хотелось. — Почему после обеда так неохота работать…? — взвыл рыжик, включая воду. — Потому что надо попить чай, — рогатый поставил чайник, подбросив в раковину своих тарелок. — Тогда и силы появятся. — Думаю, если я попью сейчас чая, работать еще меньше захочется, — тихо проговорил парень сконфуженно опустив ушки, и подставил под воду следующую тарелку. — Можешь отсидеться за кассой, — предложил Моор, взяв полотенце, чтобы вытереть вымытую посуду и убрать все по местам. — К тому же после обеда ходит меньше гостей. — Хм, ну так то да, — долго занимать руки посудой не вышло, потому что тарелки как-то быстро закончились. Эйлан замер с хмурым выражением лица на несколько секунд, то ли уговаривая себя на чашечку чая, то ли борясь с этим искушением. — Я попозже тогда попью, — обнадеживающе ответил эльф и, быстро улыбнувшись, направился к кассе. Булочник горестно вздохнул, проводив парнишку взглядом. И что только на ушастого нашло, ведь до сих пор он с удовольствием ел все что приготовлено. Рогатый все-таки налил чай в две кружки и, прихватив пирог, вынес это все в зал. В конце концов никто не запрещал им есть на рабочем месте. Эйлан бы с удовольствием скушал пирог, если бы не двойная порция макарон, с большой тарелкой супа. Воспоминания о вчерашнем позоре, не давали ему расслабиться, вынуждая отказаться сейчас от десерта, который очевидно был уже лишним, но почему-то таким желанным. Эльф невозмутимо сел за кассу и уставился на дверь, непоколебимо игнорируя пирог. — У тебя точно все хорошо? — уточнил Моор, обеспокоенно. В его мире от еды отказывались либо когда что-то болит, либо когда не все в порядке на душе. Эйлана на автомате потянуло тут же отделаться коротким положительным ответом. Он развернулся к тифлингу, уже открывая рот, но так и замер ничего не сказав. Была в глазах пекаря какая-то открытость и искреннее переживание, заставлявшее в серьёз задуматься над ответом. Ушастый опустил глаза на свои руки, нервно теребящие края футболки. — А с чего ты решил что что-то не так? — Ты от десерта до сих пор не отказывался, — объяснил тифлинг, присаживаясь на вторую табуретку за прилавком. — И утром тоже мало поел. Если тебя что-то беспокоит, давай обсудим? — Ну… — Эйлан поджал губы, не зная как сказать об этом тифлингу. Он посмотрел по сторонам, то ли чтобы потянуть время, то ли действительно убеждался, что их никто больше не слышит. — Я не знаю что со мной. Почему то, я не могу остановиться и постоянно переедаю, — признался ушастый, жалобно сводя брови. — В этом же нет ничего плохого. Может это и есть твоя норма? — мягко проговорил Моор, успокаивающе погладив эльфа по спинке. — Организм просто наверстывает упущенное. Эйлан похлопал глазами, не ожидая такого спокойствия и поддержки. — Хочешь сказать, ты не считаешь это проблемой? — Не понял эльф. — Будет проблемой если ты вообще бросишь есть, — улыбнулся тифлинг, чувствуя что двигается по очень зыбкой почве — одно неверное движение и может произойти непоправимое. — У нас всегда говорили — ешь сколько хочется. А ты может вообще еще растешь. Он поставил перед ушастым его кружку, чтобы парень хоть чая попил, раз боится есть пирог. Эйлан немного странно посмотрел на Моора, после его слов, и долго молчал. Нет, они не вызвали у рыжего никаких особых подозрений, просто он задумался над ответом. Хотелось побыстрее уйти с обсуждения себя в таком неудобном вопросе. — Вот ты это поощряешь, а потом это приводит к не очень хорошим последствиям. Вообще, Эйлан считал, что Моор просто так проявляет заботу, и винил во всем только себя. Ушастый взял кружку чая и поблагодарил кивком. — Эйлан, счастье мое, — склонил голову к плечу булочник, вложив в эти слова всю свою нежность. — В этой жизни самое главное, чтобы комфортно было тебе и если для этого нужно есть чуть больше установленной традициями нормы, то может не сильно нужны нам такие традиции? В конце концов, даже если ты чуть-чуть наберешь, в этом нет никакой катастрофы и я ни в коем случае тебя не разлюблю. Эйлан слушал тифлинга стыдливо пряча глаза. Он никогда не думал, что будет говорить с кем то о подобном. — Мне не нужно есть больше установленной традициями нормы, — Упрямо сказал ушастый, не собираясь признавать это. Он уже слышал от Моора о том, что тот будет любить его, даже если парнишка немного поправится. Но не воспринял тогда это всерьез. А сейчас, в этом обещании стало заметно столько теплоты и любви. Эйлану ведь действительно несказанно повезло. Моор искренне любил его, вкусно готовил ему, еще и тепло поддерживал, вместо осуждений за пристрастие к еде. Это ли не мечта? — А я очень переживаю, когда ты мало ешь, — тщательно подбирая слова, парировал Моор, взяв в руки маленькую эльфийскую ладошку. — У нас же совершенно другие традиции. Эйлан расслабил свою руку и посмотрел, как ее с двух сторон заключают большие ладони тифлинга. Ушастого это как-то успокоило. — Окей, — выдохнул парень, соглашаясь с Моором. — Трогательно, что ты так следишь за моим питанием. Ушастый улыбнулся, но не стал забирать свою руку у Моора, а продолжил на нее смотреть. — Вот и договорились, — тифлинг улыбнулся в ответ, став еще больше похожим на большого довольного кота. В голове промелькнула мысль, что вот такими маленькими шажками удастся рано или поздно подвести рыжика к нужным для понимания вещам. Как было бы славно хорошенько накормить его перед сном и потискать такого осоловевшего и округлившегося. Моор замечтался настолько, что не заметил как тихо брякнул дверной колокольчик, нехотя обозначив посетителя. — Ага! — резкий неприятный, но до боли знакомый Эйлану голос резанул ухо, заставив булочника вздрогнуть и отдернуть руки. — Воркуете, голубки? Артур положил локти на прилавок, глядя на бывшего члена шайки с неприкрытой насмешкой. Он даже не подозревал какой интимный момент умудрился нарушить, но посчитал что шутка очень удачная. Эйлана словно ударило током. Он так резко убрал свою руку от Моора, что чуть не грохнулся назад с табуретки. Как только эльф осознал, что произошло, тут же обрушился на Артура в крике. — Ты ебанулся?! Тебе занятся нечем? — Эйлан щелкнул зубами в миллиметре от носа блондина, с трудом подавив желание свернуть ему шею. — Совершенно верно, — карманник даже глазом не моргнул. Он хотел что-то еще пошутить про рыжего, но за спиной парнишки встал, скрестив на груди руки, Моор, хмурым взглядом выбивший все удачные заготовки из блондинистой головы. — Вообще я похавать зашел, у вас же есть еда? Артур немного отстранился, пока помощник булочника ему на самом деле что-нибудь не откусил, и осмотрел полки с выпечкой. — Оо, у тебя должна быть очень веская причина прийти именно к нам. — Ушастый фыркнул и сделал шаг назад от прилавка, тоже сложив руки на груди. — Выкладывай. Эйлан был явно агрессивно настроен и непреклонно прожигал Артура взглядом. — Вас я еще не грабил, — пожал плечами карманник, не зная больше никакой более веской причины. — неужели ты откажешь бедному-несчастному голодному брату по оружию? Он состроил максимально жалобные глаза и сунул руки в карманы короткой куртки. — Какой я тебе брат, ушлепок ты конченный? — воскликнул рыжий, перемахивая через прилавок и пускаясь вдогонку, за улепетывающим по залу ушастым. Артур не был бы лучшим карманником в шайке, если бы не умел убегать. Блондин мастерски использовал скудный интерьер, для того чтобы оторваться от рыжего и бегал от него в основном вокруг стола, иногда сворачивая к лестнице и перепрыгивая через перила. — Ты все еще хуево бегаешь! — глумился воришка, получая от ситуации максимум удовольствия. Моор на все это взирал с печатью усталости на лице, какая бывает у всех старших братьев в большой семье, когда дети начинают беситься. Эйлан очень старался, но носки имели не самое лучшее сцепление с полом. Да и плотный обед ситуации не помогал. Хотя, рыжий пару раз почти дотянулся. Но воришка был значительно проворнее, так что Эйлан оставил эти попытки. — Зато убегать мне ни от кого не надо, — заметил ушастый, окинув порицательным взглядом стоящего наготове Артура. — Ну, мне теперь тоже долго не придется ни от кого сваливать, — самодовольно заметил блондин. — Я может вообще легальное дело куплю и буду наслаждаться жизнью. Правда пока не решил какое, вы свою пекарню не хотите продать случайно? Он адресовал вопрос булочнику, по хозяйски облокотившись на прилавок. — Пока не планировал, — пожал плечами Моор, надеясь что эльфы больше не будут беситься. — Лучше скажи что тебе завернуть с собой и разойдемся по хорошему. Артур критически окинул взглядом полки, как будто не запомнил расположение выпечки с первого взгляда и выбрал пару небольших пирогов. Эйлан нахмурился на пару секунд задумавшись над тем, откуда у Артура будут такие деньги. — А-а-а-а, — протянул эльф догадавшись. — Ты зашел похвастаться удачным ограблением очередного бедолаги и «взять с полки пирожок»? — ушастый весело посмотрел на выбор блондина. — Ну что ж, молодец. Рад за тебя. — Не такой уж он и бедолага, — улыбку воришки можно было намазывать на хлеб вместо варенья, — ты давай тоже не кисни! Он даже оставил на прилавке пару монеток явно большего номинала чем требовалось и совершенно довольный выскользнул за дверь. Видимо отправился донимать Майали в кузницу, еще не подозревая что Наан куда более строгий начальник чем булочник и бесоебить по дому не позволит. — Ты, все-таки, был важной частью жизни этих парней, — заметил Моор, закидывая монетки в шкатулку. — Иначе я не могу объяснить почему они к тебе до сих пор так и липнут. Эйлан убрал натянутую улыбку с лица, сразу как Артур вышел за дверь и устало обернулся к Моору. — Да не, Артур просто любитель подоставать и пораздражать. Наверняка к Майю ща попрется, — рыжий снова с недовольством уставился на дверь. На свое место он не вернулся, оставшись стоять сбоку от прилавка. — Чтож, удачи ему в этом нелёгком деле, — с улыбкой пожелал рогатый, допив остывший чай. Пожалуй, отличительной чертой Эйлана было успокаиваться так же быстро как и вспылять. Шлейф раздражения, оставшийся после Артура, исчез буквально через пару минут. Ушастый дотянулся до своего чая и сделал глоток уже еле теплой жидкости, полностью успокаиваясь. Остаток дня прошел, как и предсказывал Моор, довольно спокойно. На улице было по осеннему пасмурно и дождливо, а в воздухе уже появилось стойкое ощущение, что сегодня-завтра пойдет первый снег. Тифлинги в такое время не слишком любили ходить по гостям, предпочитая готовить дом к зиме и проводить время с семьей. Пару раз в пекарню забегали дети, раскупив весь ассортимент булочек и немного разогнав скуку. Маленькие пятнистые пушистики традиционно сбивались в небольшие стайки по интересам и спокойно гуляли в городе сами по себе, поскольку принято было приглядывать за любыми детьми, которые попадают в поле зрения взрослых. Моор не был исключением, так что к булочкам детишки каждый раз получали возможность съесть их у камина и по кружке молока. — Хорошо поработали, — рогатый потянулся и отправился закрывать дверь. Нужно было еще убрать с витрины пироги и можно было считать что рабочий день закончен. Эйлан, скучающе лежавший на прилавке как на парте, встрепенулся. — Мы закрываемся? — он поднял брови, словно долго ждал этого момента, а затем хитро сощурил глазки. — Ну да, время к вечеру уже, — кивнул тифлинг, улыбнувшись рыжику. — Ужин придется самим готовить, ярмарка не каждый день бывает. Эйлан согласно кивнул и обошел столешницу. — Ага, время к вечеру, — ненавязчиво повторил парень, забирая пару пирогов, чтобы потом отнести их на склад. Не хотелось показывать излишнюю заинтересованность в подаренной ему возможности «сделать с Моором все что угодно». Но хотелось осуществить это до ужина. А то после тифлингийской еды почему-то ужасно не хочется ничего делать и клонит в сон. Пекарь тоже был в предвкушении, ожидая в основном сам ужин и надеясь, что парнишка перестанет сопротивляться. У него все еще оставался персиковый пирог и неплохой план на вечернее меню. Моор напевал какой-то простой мотивчик, заканчивая уборку в пекарне и поглядывая на рыжика. Тифлинг не знал удастся ли ему когда-нибудь выправить его непростой характер, но очень надеялся что эльф хотя бы научится выражать чувства и их не придется каждый раз вытягивать как клещами. Эйлан решил протереть пустые полки на прилавке. С плохо скрываемым волнением, он поджимал губы, но на тифлинга не смотрел. Тишина может и казалась чем то естественным и спокойным, но рыжий никогда не отличался особой терпеливостью. Подобная томительно длительная пауза, перед чем-то особенным и долгожданным была мучительной. Но эльф упрямо молчал, максимально спокойно и непринуждённо сметая крошки. Оставалось только сделать заготовки на завтра и Моор, для экономии времени решил совместить это дело с приготовлением ужина. Если бы у него был ресторанчик, приходилось бы стоять за плитой весь день напролет, а так только утром и вечером. К тому же готовить для эльфа и для всех остальных две большие разницы. — Поможешь с овощами? — тифлинг выставил на стол корзину с картошкой. — Конечно, — ушастый посмотрел на Моора, а затем заглянул в корзинку и взялся за ножичек. Эйлан охотно брался за любую работу, которую предлагал рогатый. Сон, приснившийся недавно, нанес рыжему слишком большую травму, но заставил сильнее ценить ту любовь и заботу тифлинга, которую он получал. — Спасибо, — пекарь улучил минутку чтобы благодарно поцеловать рыжика в щеку, пока у того руки заняты и вернулся к заготовкам. Эйлан по детски поджал губы, но большей реакции не последовало. Слишком уж часто Моор делал подобные сентиментально милые прикосновения. За всем уследить было просто невозможно, и рыжий был вынужден понемногу привыкать к ним. А может, в этом и была цель? Провозившись с ножом минут десять, Эйлан отнял у картошки кожу и сложил чистые овощи в кастрюльку. — Умница, у тебя так здорово все получается, — похвалил булочник, заканчивая со всем остальным. — Все что нам остается, это немного подождать. Эйлан никак не отреагировал на похвалу, но внутри него разлилось какое-то приятное чувство удовлетворения. Эйлан спрятал руки за спину, покачиваясь с пятки на носок и улыбаясь, но смотря в сторону. — Я знаю как нам скоротать время. — И как же? — конечно Моор догадывался и даже заранее снял фартук, чтобы не тащить его наверх в спальню. Но ответ парнишки все равно хотелось услышать. Ушастый скрестил руки на груди, недовольный тем, что его заставляют озвучивать это. — Будем делать с тобой все что я захочу, — проговорил Эйлан и, решив не дожидаться реакции, сразу отправился наверх по лестнице, в комнату. — Интригующе, — улыбнулся тифлинг, устремившись следом. Он бы предпочел заняться этими делами после ужина, но было честным дать парнишке получить удовольствие так как он хочет и заодно запомнить что именно ему нравится. На будущее так сказать. Ушастый зашел именно в комнату Моора. Вероятно, рассудив, что у него кровать больше, а может уже просто на автомате свернул. — Садись, — приторно улыбнулся Эйлан, выставляя руки в приглашающем жесте, как только увидел пекаря в дверях. Рогатый послушно сел, с интересом глядя на парнишку и ожидая дальнейших команд. Рыжий хищно сощурил глазки и подошел к Моору, встав напротив — они оказались примерно на одном уровне. Несколько секунд выжидающего взгляда на Моора спустя, парень внезапно просто чмокнул его в носик, в ответ за случай перед обедом. Это было что-то вроде проверки. Эйлан довольно улыбнулся и тоже забрался на кровать, покопавшись и устроившись за спиной у пекаря. — Мне не смотреть? — уточнил Моор, чуть повернув голову. Ушастый что-то промычал и приподнялся на коленях чтобы дотянуться до головы рогатого. Очень аккуратно и медленно, он стянул резинку, распуская светло-бирюзовые волосы. — Знаешь, всегда хотел посмотреть на твои длинные волосы, а потом заплести их в косу, — задумчиво проговорил остроухий, пропуская волосы между пальцев, словно лазурную воду. — Они сами выросли, я тут совершенно ни при чем, — объяснил тифлинг. Он действительно особо никогда за волосами не следил, они росли сами по себе. Эйлан прыснул в смешке и немного распушил бирюзовые пряди, равномерно укладывая их на плечи. После чего склонился сбоку от тифлинга, рассматривая свое творение. — Я кстати думал, что ты не разрешишь мне их трогать, — Эльф вернулся на свое место позади Моора и продолжил играться с его волосами. — У меня нет запретных зон, можешь все что угодно трогать, — улыбнулся пекарь, подставляя голову. Эйлан молча похлопал глазами, удивившись таким словам. Получается, он мог трогать тифлинга где пожелает, а сам рогатый должен был вылавливать момент даже чтобы погладить его по голове. — И. Тебе бы хотелось так же иметь возможность прикасаться ко мне? — развил мысль паренек, уже заканчивая плетение косы тифлингу и одевая резинку. — Было бы славно, но только если тебе не будет это неприятным, — проговорил пекарь, обернувшись к рыжику. Эльф сел с боку, в позе бабочки и взял себя за стопы, смотря в сторону. — Мне не неприятно. Просто. Непривычно, — Эйлан подумал о том, что некоторые прикосновения ощущаются даже чересчур ярко и волшебно, чтобы можно было на них спокойно реагировать. — Окей, ложись, — вдруг попросил парнишка, подняв сосредоточенный взгляд на тифлинга и постаравшись забыть о нежных прикосновениях больших серых рук. — Хорошо, серьезный господин, — улыбнулся Моор, вытягиваясь по центру кровати и складывая руки на груди. Что собирается делать с таким серьезным лицом ушастик он даже не подозревал, но надеялся что у рыжика есть пара интересных идей. Парень устроился над длинными ногами тифлинга. Какая-то излишняя напряженность как будто бы ушла. Парень с интересом опустил глаза на пекаря и провёл взглядом по его телу. — Сейчас мы узнаем, есть ли у тебя запретные зоны, — рыжик расплылся в хитрой улыбке, наслаждаясь позицией хозяина ситуации и чуть наклонился к Моору. Он аккуратно взял его руки за запястья и разложил их в стороны, делая позу более открытой. После, эльф снова выпрямился и, помедлив секунду, легонько положил руки сверху на бедро. Медленно словно движения змеи, руки синхронно заскользили вверх, по бокам таза и выше к талии. Тифлинг никогда за собой особой впечатлительности не замечал, но легкие прикосновения рыжика мгновенно разожгли, с таким трудом потушенное в течение дня, пламя. Уши мгновенно распушились, реагируя на прошедшую по всему телу волну возбуждения и Моор постарался отвлечься, посмотрев в потолок и постаравшись придумать меню на завтра. Ушастый замер когда руки были у рёбер и внимательно посмотрел на реакцию Моора, полностью довольный происходящим. Не одному ж эльфу страдать от мучительно приятных прикосновений. Но Эйлан знал как можно усилить этот эффект. Вдруг он убрал руки от тифлинга и взялся за свою кофту. Потянув края ткани наверх, парнишка снял предмет одежды, намеренно показывая торс и заранее подобранный животик. Эйлану ужасно хотелось чтобы Моор увидел, его привлекательным и подтянутым, а не осоловевшим и тяжело дышащим после двойной порции макарон и десерта. — Не отвлекайся. Слушай свое дыхание, — тихо с улыбкой проговорил рыжик, положив кофту ему на глаза и лишив возможности видеть происходящее. — Ох, Богиня, что же ты делаешь? — выдохнул пекарь, понимая что его самоконтроль стремительно тает, как мороженое в лучах жаркого летнего солнца. С закрытыми глазами держаться оказалось еще сложнее и организм очень быстро показал насколько ему нравится все происходящее. Эйлан, еще раз рассмотрел тело Моора и прикусил губу. При мыслях о том, каково сейчас тифлингу и от его слов, вся кровь в теле парнишки неудержимо устремилась прямо к паху. Ушастый мучительно склонил голову, поняв что погружается в эту пучину вместе с Моором. Эльф уселся чуть выше паховой области тифлинга и проскользнул маленькими ручками под одежду. Большими пальцами он нащупал белую линию живота и провел по ней вверх, разведя ладони перед самой грудью и сжав боковые косые мышцы. — У тебя такие сильные, развитые мышцы… Но ты такой чувствительный, — Эйлан ощущал какую-то высшую степень удовлетворения, дразня тифлинга и не мог остановить это. — Одно другому не мешает, верно? — прерывистый вздох прервал мысль. Отчаянно хотелось тоже поучаствовать, но Моор вместо этого вцепился в покрывало, изнывая от дразнящих прикосновений и собственного возбуждения. — Верно, — подтвердил эльф и достал руки из-под кофты тифлинга. Через мгновение, кончики пальцев ласково провели вдоль лучевой кости и аккуратно поддели напряженное запястье тифлинга, вынуждая его расслабиться. — Вчера ты выглядел таким уверенным, когда касался меня, — ушастый бережно взял ладонь в свои ручки и поднес ближе к себе, — А сейчас так мило стараешься сдерживаться. Последнее предложение прозвучало тише, кажется эльфу стало тяжелее держать голос ровным. Руки были его слабостью. Рыжик уткнулся носом в запястье, а затем прислонился щекой к широкой ладони. — И это чертовски тяжело, — признался Моор, второй рукой чуть сжав бедро ушастого и начав пробираться выше. Он хоть и обещал себе держаться, но тело само решило проверить границы дозволенного и немного поучаствовать. — Я вижу, — улыбнулся Эйлан и чуть вздрогнул от прикосновения, слишком увлекшись другой рукой тифлинга. Он не стал убирать ладонь со своего бедра или куда-то отползать, но предупредительно прикусил мягкую часть фаланги большого пальца на той руке что была у него. Эльф ужасно не хотел, чтобы Моор узнал о его возбуждении. Было в этом что-то постыдное, ведь к парнишке даже не прикасались. Тифлинг послушно остановил движение, замерев и позволив рыжику продолжать свою сладкую пытку. Ему определенно нравилась эта игра, еще и потому что в ней раскрывался сам Эйлан. Хотелось узнать что нравится парнишке, чтобы доставлять ему максимум удовольствия, но пока что тифлинг эгоистично наслаждался сам. Он немного поерзал под партнером, пытаясь найти положение в котором штаны не будут такими тесными, но ожидаемо не преуспел. Элан довольно долго копошился с рукой тифлинга. Он тонко водил по поверхности ладони кончиками пальцев, изучающе прощупывал суставы и сжимал фаланги, сплетал их пальцы вместе и касался кисти губами. Спустя пару минут, вдоволь наигравшись с рукой тифлинга и полностью удовлетворившись, Эйлан наконец опустил ее. Он замер на мгновение, а затем нерешительно положил руку к себе на талию. Почему-то ужасно хотелось ощутить это прикосновение. Талия рыжика определённо стала мягче с момента их первой встречи. Но эльф еще не заметил этого, а пекарю было не с чем сравнивать. Эйлан неровно выдохнул и чуть наклонился к Моору, расположив руки возле его шеи. Тифлинг воспринял это как разрешение к действию и провел ладонью по талии парнишки выше к плечу. Эльф в его руках казался настолько тонким, что сердце сжималось от умиления и нежности. Сложно было бы выразить эти чувства словами, потому Моор повторил, что бесконечно любит рыжика. Эйлан каждый раз ловил какую-то дикую эйфорию, когда слышал от тифлинга признание. Рыжик взял лицо Моора и медленно очертил контур нижней губы большим пальцем, смотря на кофту так, словно мог видел сквозь нее глаза рогатого. Эльфу нравилось играть с либидо пекаря, но в тоже время, горячие руки на его собственном обнаженном теле слишком быстро выбивали парнишку из колеи. Чтобы не позволить тифлингу довести себя до предела, рыжик внезапно выскользнул из его рук, отодвинувшись назад. Поняв, что не справляется, ушастый сам перешел в нападение. Не давая партнеру ни секунды передышки, аккуратная эльфийская ладонь тепло накрыла паховую область тифлинга. — Ты так долго ждал. Могу я тебе помочь? — Задал вопрос ушастый, хотя уже снимал с Моора штаны. — Ох, вселенная… — простонал пекарь, закрыв лицо еще и локтем, в попытках сдержать эмоции. Он и без того был на грани и не хотел бы сдаться, как только нежные эльфийские пальчики коснутся его самой чувствительной части тела. Мысль о том, что это он довёл Моора до такого состояния вызывала мурашки. Но еще сильнее будоражило то, что тифлингу было некуда деваться. Ему придётся испытать эту позорную, сладкую истому прямо на глазах парнишки. Эйлан окончательно отодвинул мешающую ткань и с трепетом провел тонкими пальцами по болезненно напряженной части тела. — Только не останавливайся, умоляю, — невнятно, сквозь стон, попросил тифлинг, отчаянно сражаясь с собственным телом, чтобы не двигаться. Его захлестнули очень противоречивые чувства, которые, спутавшись в тугой клубок возбуждения, медленно поглощали последние крохи ясного сознания. — Странно когда это делает кто-то другой, правда? — Эйлан еще вчера сам испытывал нечто похожее и хорошо помнил это ощущение. Рука парня на удивление ловко находила тонкий баланс между силой сжатия и скоростью движения, словно ушастый водил по своему члену и чувствовал все лично. А может, он слишком сильно хотел почувствовать эту разрядку и рука двигалась рефлекторно. Моор все-таки дотянулся и сжал коленку рыжика, закусив нижнюю губу. По его телу пробежала волна сладостной дрожи, но рогатый все еще достаточно хорошо себя контролировал, чтобы парнишку не подбросило рефлекторно дернувшейся ногой. Эйлан выдохнул сквозь стиснутые зубы, сам чуть не кончив от вида рогатого. Слишком горячо. С трудом сохраняя самообладание, парень несколько раз успокаивающе погладил тифлинга по бедру. Как только сжимавшая его ногу рука ослабла, он нетерпеливо отодвинул свое колено и быстро слез с тифлинга. Воспользовавшись временной заторможенностью Моора, Эйлан тут же схватил свою кофту и выбежал из комнаты словно ветер. С трудом вытерпев длинный путь до ванны, ушастый наконец получил возможность дотронуться до себя. Долгожданный оргазм пронесся через все тело почти сразу, и с губ парнишки сорвался стон. Эльф смущенно зажмурился, дрожащей рукой оперевшись о стенку душевой. Ужасно стыдно. Как он вообще мог такое допустить? Но черт, это было так хорошо. Пекарь собрал себя в кучку только несколько минут спустя и с удивлением обнаружил что рыжик испарился, как будто это все была просто фантазия. Моор убрал результаты их совместных усилий и, прихватив чистые домашние штаны, тоже решил заглянуть в душ. — Можно к тебе? — вежливо постучав в дверь, поинтересовался тифлинг, услышав шум воды по ту сторону. Эйлан вздрогнул и обернулся на голос. Он забыл закрыть дверь и испугался, что тифлинг зайдёт прямо сейчас, но тот терпеливо ждал ответа. — Я… Э-э, да. Заходи, — растерянно проговорил парнишка, не зная как лучше встать перед тем, как Моор откроет дверь. Ушастый чувствовал смущение за свое развращенное поведение и не готов был посмотреть пекарю в глаза, после проделанного. Но затем он одернул себя. Все таки изначально Эйлан этого не планировал, Моор сам так отреагировал, да и не видел насколько сильно в тот момент был заведен сам рыжик. Осталось только убедительно отыграть уверенность. — Как ты тут? — с улыбкой поинтересовался пекарь, заняв место под струями прохладной воды. У него лично хорошее настроение просто зашкаливало и хотелось таскать рыжика на руках весь оставшийся день, осыпать его комплиментами и вообще делать приятное. — Я? Прекрасно. Потискал тифлинга, стою отдыхаю, — просто сказал Эйлан, давая Моору место, — У тебя как вечер проходит? Сейчас, когда тифлинг стоял рядом, он казался гораздо больше и выше, чем когда лежал под эльфом. Ушастый определенно уже не чувствовал никакой власти над телом напротив, но все равно держался с Моором наравне. — Мне очень понравилось, — рогатый встал на одно колено, чтобы быть с эльфом примерно на одном уровне и максимально нежно обнял парнишку, ткнувшись теплым носом ему в грудь. — Я уже говорил тебе, что ты потрясающий? Эйлан растаял и смущенно опустил ушки, кладя руки Моору на спину в ответном нерешительном объятии. — Ты каждый день говоришь, что любишь меня, — рыжик сжал уголки губ трубочкой, сдерживая глупую улыбку, — Ты действительно сдержал слово и позволил делать с тобой все что угодно, спасибо. — Можем делать так когда захочешь, — в ярких голубых глазах пекаря мелькнул лукавый огонек и ладонь начала скользить ниже, остановившись на ягодице. — А теперь моя очередь. Он продолжал придерживать парнишку за поясницу, второй ладонью аккуратно накрывая пах эльфа и внимательно следя за реакцией. — Ввоу, Моор, — не ожидавший такой подставы, Эйлан хотел отступить, но уперся в руку тифлинга сзади, — Если ты продолжишь, произойдет нечто необратимое. Предупредил эльф и, чуть наклонившись, положил свои руки сверху, в попытке убрать чужую ладонь от чувствительного места. — Ну, я этого собственно и добиваюсь, — продолжал улыбаться тифлинг, мягко сжав эльфийский член и сделав первое скользящее движение. — Расслабься. Эйлан, смотревший на это и спокойно думавший, что не сможет сейчас испытать вторую подряд эрекцию, удивленно раскрыл глаза почувствовав, как орган наливается кровью. — Стой стой, так нечестно! Запаниковал парнишка, понимая, что в какой-то момент сопротивляться уже будет невозможно. Не найдя никаких путей отступления, Эйлан ушел вниз, рассчитав, что Моор его там не достанет. — Глупый, — Моор чмокнул его в мокрый нос и выпрямился, поставив парнишку на ноги. Он выключил воду, решив что они и так уже достаточно чистые для ужина, и дотянулся до полотенца, чтобы вытереть рыжика. — Нет ничего плохого в том, чтобы доставлять друг другу удовольствие. Эльф, закутанный в белое мягкое полотенце, с сомнением поднял зеленые глаза, но через мгновение опустил взгляд и нахмурился. — Не нуждаюсь в таком, — пробормотал рыжик уходя из ванны первым. Чужие прикосновения к члену ощущались необычайно ярко и ужасно приятно. Но чертовски стыдно и неловко. Эйлану такое казалось унизительным, и он искренне не понимал спокойную реакцию Моора. Пекарь только головой покачал, впрочем, нисколько не расстроившись. Конечно диковатый ушастик за неделю не привыкнет к рукам, но прогресс и без того был впечатляющий. Тифлинг оделся и направился на кухню, заканчивать приготовление ужина и на этот раз у него получилось даже больше, чем он рассчитывал, возможно из-за того что сам успел проголодаться. Эйлан зашел на кухню следом за Моором, и его глаза тут же загорелись. Ушастый на самом деле сильно проголодался. Внутренне он ощутил искреннюю радость и облегчение, что после всего пережитого, может просто сесть с тифлингом за стол и в тепле поесть самой вкусной по его мнению еды, а не отправляться на поиски самых дешёвых продуктов, чтобы в итоге, потом все равно лечь голодным. — Перцев побольше сделал, может еще на завтра останется, — проговорил тифлинг, доставая из духовки глубокий противень с печеными овощами и какой-то умопомрачительно пахнущей начинкой. Кроме перцев он еще наварил легкий суп с картофельными клецками, сделал запеканку с сыром и овощами, салат с курицей и яблоками, и немного лепешек, чтобы вкуснее все это было есть. Эйлан по очереди оглядел те блюда, которые были в поле его зрения. — Мм, чувствуешь это? Так пахнет лучший ужин в моей жизни, спасибо, — ушастый обошел Моора, нетерпеливо взял пару тарелок и с готовностью встал рядом с рогатым. — Прямо таки лучший? — хитро прищурился пекарь, накладывая всего и побольше по тарелкам. — А как же ярмарка? — Ярмарка была не на ужин. Ну и… э, Я просто, имел ввиду, что это пахнет богически, — ушастый растерялся, пойманный на словах. Уже молча он положил полные тарелки на стол и отправился за столовыми приборами. — Да ладно тебе, мне очень приятно, что тебе так нравится, — Моор успел поцеловать рыжика в шею и достал кувшин с молоком. Сервировку на этом можно было считать завершенной и тифлинг нетерпеливо занял свое место, почти сразу взявшись за еду. — Приятного аппетита. — Спасибо, тебе тоже, — ушастый улыбнулся, радуясь тому, что не один он проголодался. Эльф решил начать с самого долгожданного блюда и отломил ребром вилки сочный перец вместе с начинкой. Парень с наслаждением положил кусочек себе в рот и поражённо закрыл глаза. Голод усиливал эффект от попробованой еды. Получив максимум удовольствия от первого кусочка, рыжий принялся с диким аппетитом наворачивать блюдо на тарелке, периодически отвлекаясь на салатик. Моор в какой-то момент отвлекся от ужина, засмотревшись на то с каким наслаждением рыжик ест. Ради такого зрелища тифлинг пожалуй и целый день был готов у плиты простоять. — Если что не стесняйся брать добавку, — добавил пекарь, наблюдая как стремительно исчезают фаршированные перцы. — Угум, — промычал ушастик, не имея возможности сказать что-то более внятное. Он наклонился прямо над самой тарелкой, так что не видел смотревшего на него Моора. Перцы действительно заканчивались с тарелки слишком быстро. Но это было так вкусно! Еще и возможность добавки есть — просто сказка. Когда перцы на тарелке кончились, Эйлан чуть помедлил, а затем выпрямился и замер, тщательно подбирая слова для просьбы о добавке. Тифлинг все понял и без слов, щедро наложив в тарелку рыжика едва ли не больше, чем до этого. Сегодня он был всерьез настроен накормить эльфа под завязку, использовав для этого любые способы — уговоры, хитрость и настойчивость. А потом потискать округлившийся упругий животик, пока ушастый не может ничего противопоставить, разморенный и осоловевший от количества съеденного. Моор мечтательно улыбнулся, заботливо добавив еще и салата, который тоже неплохо заходил, а сам сосредоточился на супе. Эйлан неловко улыбнулся и благодарно кивнул, удивленный тем, как тифлинг без слов понял, что он хотел. На самом деле эльф и сам неплохо справлялся, охотно приступая ко второй порции. Возможно, он ел слишком быстро, и тело не успевало отдать сигналы о наступающей сытости. Еще и парнишка был слишком голоден и увлечен вкусом еды, чтобы самому отслеживать количество съеденного. Благополучно расправившись со второй порцией, ушастый убрал со стола руки и выдохнул с довольной улыбкой. — Спасибо, это очень вкусно, — Эйлан открыл глазки и посмотрел на то, сколько успел съесть сам пекарь. — Бери запеканку, — пекарь подвинул парнишке следующую тарелку, убрав свою пустую посуду в общую стопочку. — она сегодня тоже вкусно получилась. Парнишка сладостно вдохнул сырно овощной запах. — У тебя всегда получается очень вкусно, Моор, — улыбнулся Эйлан, а затем опустил взгляд в тарелку явно затрудняясь с решением, стоит ли кушать еще и запеканку. Выглядит крайне соблазняюще, но может… пора уже наконец проявить силу воли? Ради Моора. — Да ты не стесняйся, — подбодрил парнишку тифлинг, видя что он сомневается, — ее нужно сегодня съесть, она до завтра не доживет. Кроме того у него был в арсенале еще суп и пирог с персиками, которые тоже нужно было уговорить рыжика съесть. — Да кто стесняется, — резко возразил рыжий, взяв вилку. Но затем он все равно замер над запеканкой. — А ты будешь? — Ушастый поднял виноватые глаза на пекаря. — Буду, — успокоил эльфийскую совесть Моор, положив и себе кусочек. — Кушай, а то мне аж больно становится что ты так мало ешь. Эльф нервно улыбнулся, не понимая, издевается над ним Моор или действительно считает, что парнишке не нужно отказывать себе в еде. Элана это всё почему-то успокаивало в глубине души. Он чуть решительнее отделил кусочек и попробовал. И не о чем не пожалел. Черт, это определенно того стоит. Ушастый, не дожевав, спешно взял в рот еще запеканки. Пекарь даже не пытался маскировать удовлетворение во взгляде, понимая что ушастый полностью сосредоточен на вкусовых ощущениях. Край стола, к сожалению, скрывал все самое интересное, но фантазия с лихвой все компенсировала. Моор налил по кружкам свежее молоко, подвинув одну поближе к рыжику. С молоком еда должна была заходить намного легче. Парень издавая тихое, но очень довольное сопение, постепенно расправлялся с запеканкой, периодически отпивая пододвинутое к нему молоко. Ушастый был максимально скорцентрирован, пытаясь получить максимум удовольствия от заканчивающиеся на тарелке еды, но под столом, его животик неумолимо увеличивался. Рыжик с наслаждением отправил в рот последние кусочки запеканки и, прожевывая какое-то время, запил их молоком. Осушив кружку и облизав губы, рыжик поставил ее на стол потому что решил, что на этом трапеза завершена. — А суп как же? Это очень полезная еда, без него никак нельзя, — наставительно проговорил тифлинг, копируя интонации сестры. Хоть где-то пригодилась ее непреклонная настойчивость и сейчас рогатый был ей даже немного благодарен. Внутри эльфа, на строгий поучительный голос Моора, сработал какой-то детский защитный механизм. Ушастый послушно взял в руки ложку, хотя после молока супа хотелось не особо. — Он правда так полезен? — жалобно спросил парень, рассматривая симпатичные клецки в супе. — Жидкую пищу нужно есть обязательно, — авторитетно кивнул пекарь, отвлекшись чтобы достать разогревшийся пирог. Несмотря на то что выпечка была утренней, пахла она все так же потрясающе, как и в момент приготовления. Даже тифлингу захотелось кусочек. Эйлан отправил в рот первую ложку супа. Ладно, если Моор говорит, что без супа нельзя, да и сам его постоянно кушает, может он и прав. К слову, жидкая еда заходила куда полегче. Парнишка отсербывал ложку за ложкой, пока не поднял глаза за выпечку, которую достал Моор. Точно, пирог! Эйлан мысленно вздрогнул. Он очень хотел его еще с обеда. Но сейчас… он и так уже слишком много съел. Закинув в рот еще пару ложек, эльф закончил на том, что съел чуть больше половины супа. Кажется больше он уже не мог. — Авф… Теперь я буду абсолютно здоров, — сказал на выдохе ушастый, отодвигая от себя тарелку. — Тебе чай к пирогу или молоко? — уточнил Моор, дав парнишке иллюзию выбора. Он присел рядом, готовый покормить эльфа с рук, если понадобится. Рыжик придвинулся ближе к столу, точно пытался спрятаться. — Моор, я… — Эйлан собирался отказаться, но замялся. Как же он пожалел, что не съел пирог еще на обед. Утром ведь он уже точно будет не такой вкусный… — Чай. Я буду чай, — выбрал парнишка и улыбнулся. Черт с ним, потерпит. В любом случае, все тактильные игры с самоудовлетворением уже произошли и ничего не будет. Просто пойдет пораньше спать после этого. Тифлинг разрезал выпечку на равные части и налил по кружкам чай, чувствуя себя пожалуй самым счастливым рогатым на свете. Он все еще не знал как рассказать парнишке о своих эмоциях в такие моменты и старался просто насладиться происходящим, пока у него есть такая возможность. — Нужно будет на завтра такой же приготовить для продажи, — проговорил пекарь, маскируя довольную улыбку за укусом пирога. — Угум, — промычал рыжик впиваясь в свой кусочек выпечки. Мягкий, в меру сладкий бисквит приятно заполнил рот и Эйлан даже закрыл глаза, пока жевал. А вот глотался пирог с каждым укусом все труднее. Парнишка старался обильно запивать все чаем, но проблема была не в этом. Все таки, осилив кусок до конца, остроухий чуть отодвинулся от стола и приоткрыл рот, чтобы дышать было легче. Назад, на спинку стула, он откидываться не рискнул. Моор осторожно погладил его по спинке, придвинувшись еще поближе и решил рискнуть. — Поможешь мне с моим кусочком? — мягко попросил пекарь, продолжая поглаживания. Эйлан поднял жалостливый взгляд на Моора — Ты серьезно? — свел бровки парнишка. Поглаживания по спине были успокаивающими, ушастый не стал на них никак реагировать. — Серьезно, — кивнул тифлинг, переместив руку выше и погладив большим пальцем острое ушко. — не оставлять же его засыхать. Он свой кусок почти не ел, засмотревшись на парнишку. — Мог бы и сам доесть, —ворчливо пробурчал ушастик и вдруг замер от прикосновения мягких пальцев. Уши у эльфов были довольно чувствительны и те редко позволяли их трогать. Эйлан так вообще дрался. Но сейчас это ощущалось совсем по другому, как что-то ласковое пушистое и теплое. — Ладно, давай сюда, — согласился рыжик и с готовностью посмотрел на кусочек тифлинга. — Спасибо, — улыбнулся Моор и, долив еще чая, поднес выпечку к губам парнишки. Если продолжать каждый день понемногу увеличивать количество еды, то очень скоро рыжик должен был стать очень вместительным, но главное чтобы он перестал каждый раз сопротивляться. Пекарь подозревал, что у него рано или поздно кончатся веские доводы, под видом которых удается запихнуть в эльфа побольше еды. Тифлинг так поблагодарил его, будто Эйлан сделал что-то грандиозное. Ушастый посмотрел на протянутый кусок и затем нерешительно откусил его из рук Моора. Хм, действительно. Ничего страшного не произошло. Может тифлинг был и прав. Пекарю отчаянно хотелось сказать что-нибудь ласковое и подбадривающее, но он ужасно боялся спугнуть это послушное настроение рыжика. Пришлось максимально сосредоточиться, чтобы возбуждение не стало очевидным раньше времени, потому что кормить эльфа с рук оказалось еще более приятным занятием. Как и осознание того что с каждым проглоченным кусочком тот все больше округляется. На лице эльфа появился смущённый румянец. Рука Моора с ласковой настойчивостью вкладывала выпечку прямо в его рот, для следующего укуса, но Эйлан ясно ощущал, что живот уже давно переполнен. С немалым трудом для себя рыжик наконец прикончил этот кусок и почувствовал, что это его окончательно разморило. Эйлан с отчаянием отодвинулся на самый край стула, боясь, что Моор снова начнет его гладить. Парнишка сам аккуратно положил ладонь на округлившийся бок, пытаясь унять дискомфорт, и стыдливо опустил голову. — Иди ко мне, персичек, — проворковал рогатый, забирая рыжика на колени. Объевшийся он вряд-ли сможет оказать достойное сопротивление, а терпеть не было уже никаких сил. — Не нужно ничего стесняться, мы же с тобой на одной стороне. Он очень нежно прихватил губами мочку острого ушка, и слегка сжал бедро парнишки свободной рукой начав скользить выше. Эйлан действительно не мог ничего поделать, безвольно расслабляясь в руках Моора и принимая его ласку, от которой дыхание парнишки невольно становилось еще чаще и горячее, а к телу неспешно подкатывала волна возбуждения. Это ужасно смущало, потому что Эйлан не мог остановить ни свою реакцию, ни действия пекаря. Наконец-то тифлинг смог прикоснуться к упругому животику эльфа, испытав острое чувство удовлетворения, ведь по сути именно он был виновником того что эльф так объелся. Действовать тем не менее приходилось максимально осторожно и деликатно, чтобы не причинить ушастому неудобств и это было похоже на долгую сладкую пытку для них обоих. Моор наслаждался тихими стонами, постепенно становясь настойчивее в своих движениях и продолжая отвлекать парнишку поцелуями. Животик парнишки был достаточно тугим и плохо проминался. Кажется эльф действительно съел слишком много для себя сегодня. Ушастый закрыл глаза и тихо промычал, чувствуя это внутреннее давление, выпячивающее его живот вперед, прямо под ладонь Моора. — Прости, я… Это было так вкусно, и т-ты сам начал меня кормить. Я… Не смог остановиться, — Эйлан в отчаянии затараторил, пытаясь оправдаться. Рука не переполненном животе заставляла его чувствовать острый укол вины и заливаться краской. Рыжик вжал голову в плечи, не зная куда деться от рук тифлинга. — Почему это так приятно… — вслух сказал парень и свел бровки домиком, он уже не мог отрицать, что ему чертовски нравятся эти прикосновения. — Потому что ты становишься чувствительнее, если хорошо поешь, — объяснил Моор, поцеловав парнишку в лоб, чтобы не морщился и продолжая поглаживания. Эйлан удивленно посмотрел на тифлинга. Это было правдой. Он становился невыносимо чувствительным и не способным сопротивляться. — Если бы я знал, то не ел бы так много, — пообещал рыжик и прикусил губу, со странным волнением наблюдая за поглаживаниями пекаря. — Ну в этом же нет ничего плохого, — рука тифлинга опустилась чуть ниже, коснувшись кончиками пальцев промежности. — Мне нравится когда ты такой чувствительный. — А-ах, — от неожиданности с губ сорвался стон. Парнишка поднял голову и прикрыл рот кулаком. В паху и до этого приятно ныло, но сейчас возбуждение эльфа стало совсем очевидным. А ведь еще совсем недавно, он решительно отверг порыв Моора доставить ему удовольствие. — Думаю нам нужно более удобное место, — улыбнулся пекарь, легко встав вместе с эльфом на руках и быстро переместил его на кровать в своей комнате. На этот раз он не забыл прихватить салфетки, чтобы не выбрасывать каждый раз полотенце и не спускаться в ванну. — Позволишь? Вопрос был риторический, потому что тифлинг уже стащил с рыжика домашние штаны вместе с бельем, после чего избавился от собственной одежды и сел на кровать, закинув ноги ушастого себе на бедра. В таком положении вид открывался просто потрясающий, а главное эльф не мог свести колени и казался еще более беспомощным, чем когда сидел на коленях. Стыдно даже подумать, что он будет находиться когда-нибудь в такой откровенной позе. Ведь теперь тифлинг мог рассмотреть вообще всё полностью: покрасневшее лицо и ушки, часто вздымающуюся от возбуждения грудь, шарообразный животик, который давил теперь на эльфа своей тяжестью сверху, налившийся кровью напряжённый член, который теперь нельзя было скрыть ногами. Эйлан затуманено посмотрел на Моора, от парнишки шла смесь стыда и возбуждения. Пекарь никуда не торопился, сперва уделив внимание другим чувствительным местам, хотелось максимально насладиться этим моментом и сохранить его в памяти на случай если рыжик опять начнет вредничать. Но как бы тифлингу не хотелось овладеть этим прекрасным телом, все же пришлось ограничиться поверхностными прикосновениями, чтобы не навредить узкой эльфийской попке. Рогатый склонился над парнишкой, оставляя дорожку нежных поцелуев от шеи все ниже и поглаживая округлившиеся бока. Вдоволь наигравшись с ощущениями ушастого, Моор использовал старый прием, обхватив ладонью головку своего члена и член партнера, начав медленно водить вверх-вниз. Можно было бы попробовать другую позу, но пекарь пока опасался вертеть парнишку, приучая его пока к таким прикосновениям. — С ума сойти… — тихо проговорил ушастик, поражённый такими приятными ощущениями. Он все же нашел в себе силы приподняться на предплечьях, чтобы посмотреть на руки тифлинга, и закрыл один глаз, горячо выдыхая. То, что Моор так же получает удовольствие от происходящего, немного успокоили парнишку, но его все равно пугало то, насколько уязвим он был сейчас. Эльфийские ножки слабо сжали бедра пекаря, на большее в таком состоянии Эйлан был не способен. Но он и не хотел останавливать Моора. — Обожаю тебя, — тифлинг послал парнишке влюбленный взгляд, испытывая пожалуй самые яркие эмоции в своей жизни и чуть прибавил темп, чувствуя что подходит к финалу. Эйлан, услышав обращенные к нему слова, поднял взгляд, снизу посмотрев на возвышающегося над ним тифлинга с каким то заворожением. Всего мгновение, больше не смог, он тут же опустил глаза, обожжённый стыдом. Чувствуя как Моор набирает темп, эльф понял что не справляется, и конец слишком близок. Он беспокойно заёрзал на месте. — Я- ммм, Стой…— взмолился рыжик, понимая, что второй вечер подряд будет кончать у пекаря на глазах. Ушастый даже попытался отодвинуться, но не смог и понял, что ему некуда деваться. Пекарь не послушался и все-таки довел дело до конца, позволив и себе издать протяжный стон наслаждения. После чего вытянулся рядом с ушастым, не собираясь шевелиться ближайшие несколько минут точно. Все на что его хватило, это дотянуться до салфеток и вытереть руки. Эльф ощутил очень приятное сокращение мышц и услышал свой голос, а затем тоже оказался на спине, не удержавшись на предплечьях. Он молча лежал, возле тифлинга наполняемый какой-то внутренней эйфорией и равновесием. — Моор, помнишь я сказал что «не нуждаюсь в таком»? — парнишка, смотрел в потолок и вдруг улыбнулся, словно смеясь над собой, — Я соврал. — Я догадался, — пекарь подгреб рыжика к себе поближе, обнимая и поцеловал рыжую макушку. — Давай теперь всегда спать вместе? Эйлан прильнул к тифлингу в ответ, прижимаясь своим телом. Он никогда не думал, что будет испытывать настолько теплое, счастливое и уютное чувство рядом с кем-то. — Давай, — тихо согласился рыжик, понимая, что ужасно хочет остаться здесь. Моор все-таки нашел в себе силы убрать остальной беспорядок, чтобы не идти в ванну и накрылся вместе с эльфом пледом. Сейчас почему-то очень хотелось спрятать его от всего остального мира, чтобы рыжику больше никогда ничего не угрожало. Пекарня вполне подходила на роль этого маленького безопасного мирка, где они вдвоем будут абсолютно счастливы вместе. Раз в дюжину дней будут ездить на ярмарку вместе с Наан и ее семьей, каждое утро будут встречать в одной кровати и засыпать в обнимку под пушистым пледом. Будущее казалось тифлингу безупречным и таким спокойным, что не укладывалось в голове как он мог столько лет прожить в одиночестве. — Спокойной ночи, — он чмокнул эльфа в кончик носа, пытаясь найти подходящие слова, чтобы выразить чувства, — люблю тебя. Ушастый поддался внезапно охватившей его сегодня нежности и уткнулся лбом в шерстяную грудь тифлинга, очень удобно сжимаясь рядом с ним и позволяя себя обнять. Эйлан чувствовал себя таким маленьким и уязвимым, но в то же время таким защищённым и окружённым заботой. Эльф долго молчал, думая как лучше выразить благодарность за все произошедшее сегодня. — Я тоже люблю тебя, — почти прошептал рыжик. Каждый раз парнишка как будто отдавал частичку души чтобы произнести это со всей искренностью и сердечной теплотой. Тифлинг счастливо улыбнулся, покрепче обнимая свое рыжее сокровище и заурчал, усыпляя себя и эльфа. Завтра будет новый день, наполненный теплотой и любовью, нехитрыми хлопотами и вкусной едой.