Смертельное притяжение

      Короткий телефонный звонок разрезал тишину. Ригатони среагировала почти сразу. Спокойный юношеский тон полился с другого конца провода, говоря чётко — лишь по делу. — У нас проблемы с оборотом веществ. Босс хочет, чтобы ты разобралась. — Что за дело? — Продажи растут, но босс не получает с них денег. Кто-то открыл за его спиной новый канал. — Какая-нибудь наводка есть? — Есть. Я отправлю тебе информацию по почте. Правила те же: после прочтения сразу же удалишь.

: ▹༶༶◃:

13:50       В окне фуникулëра мелькали возвышающиеся над улицами кипарисы, устремлявшие свои острые пики в самому небу. Вагоны, расположенные незамысловатой конструкцией «лесенки», ехали медленно, давая туристам возможность осмотреть окрестности Капри со всех сторон. — «Со следующего года правительство Италии намеревается заменить итальянскую лиру принятым почти во всех странах Европы евро…»       Лаза едва слышно хмыкнула. Её лицо показалось из-за массивной газеты, которую она встряхнула пару раз — расправляя — и приблизила к себе, словно бы выискивая что-то интересное.       Фуникулёр продолжал своё мерное движение, но девушка даже не смотрела в окно. Весь Капри она знала как свои пять пальцев.       Ризотто перевёл на девушку взгляд, внимательно вглядываясь в её сосредоточенное лицо. При дневном свете улиц на бледном лице ещё сильнее выделялась россыпь веснушек, покрывающих щеки и шею.       Он медленно опустил взгляд своих красноватых глаз на газету, обращая внимание на отдельные заголовки. Где-то в самом углу, под небольшим фото, виднелась новость будущей недели:

Открытие казино «Золотой Дракон»

      Ровно через неделю должно было стартовать событие, заинтересующее собой, пожалуй, не только жителей Неаполя, но и соседних островов и городов. Именно поэтому даже в местной газете острова Капри успешно закрепили эту новость. — Я слышал, что недавно скончался один из капореджиме…       Ризотто посмотрел перед собой, даже не глядя на реакцию Ригатони. Та подняла голову от газеты, скосив в сторону мужчины взгляд. — Да. Фаджано Санто нашли в его квартире с простреленной головой. Он покончил с собой. Это официальное заявление.       Последнюю фразу она добавила, будто бы, для большей убедительности. — Он не был владельцем стенда, поэтому его столь внезапная кончина не привлекла к себе особого внимания, — Ризотто слабо хмыкнул себе под нос, — Для таких как он это является обычным делом: погибнуть в какой-нибудь перестрелке или попасть в лапы своих же собственных недоброжелателей.       На секунду мягкий толчок фуникулёра, свидетельствующий о прибытии на новую станцию, заставил Ригатони беззвучно открыть рот, не произнеся ни слова. — Тем не менее, — Лаза вздохнула, складывая газету, — Привычный баланс четырёх сил нарушен. Не так давно скончался Польпо, но его быстро успели заменить. С Санто же всё сложнее… — Они оба держали сферу казино, верно?       Ризотто задумчиво хмыкнул, смотря взглядом в пустоту перед собой. — Именно, — девушка провела пальцами по сложенному углу газеты, заворачивая её в ещё один раз. — В Неаполе сосредоточено всего три силы лидеров семьи. И это с учётом, что сети босса охватывают всю Италию…       Ригатони знала это не хуже других. Пассионе уже давно слыла довольно обширной семьёй, запустившей свои сети едва ли не в каждый уголок Италии. Всего за несколько лет под предводительством нового босса эта организация успела стать известной и приобрести себе имя, звучащее на каждом углу.       «Passione» — означало страсть. Это имя отражало семью как нельзя лучше. Её лидеры ворвались в преступный мир, уничтожив старые порядки и снеся подчистую все прежние организации. Больше не существовало той каморры, которую знали отжившие своё старики. Новая эра ворвалась в мир вместе с новым потенциалом, который нёс в себе босс Пассионе и его верные «гончие».       Обороты оружия, веществ, а также подпольный бизнес, включающий проституцию и продажу человеческих органов возросли по крайней мере в два раза. Это не могло не радовать представителей преступного мира. Одни — восхваляли нового босса, другие — кусали локти, понимая, что им не достанется лакомого кусочка…       Дешево закупив наркотики в Средней Азии, новая мафия продавала их в Европе и Америке, зарабатывая в десятки и сотни раз больше, чем могла только по территории Италии. Босс зарабатывал на этом огромные деньги, которые крутились лишь в его собственной сфере и не доставались никому, кроме верных членов Пассионе.       «Именно поэтому босс не стерпит того, что кто-то за его спиной расширил бизнес, позволив класть себе в карман лишнюю тысячу-другую лир…» — Лаза едва заметно нахмурилась, невольно сжав пальцами газету. — Любой другой, возможно, сказал бы, что грядёт новая эра Пассионе, но я в подобную чушь не верю.       Ризотто подпëр подбородок рукой, продолжая смотреть в одну точку. Его голос зазвучал глухо и монотонно. — Баланс сил семьи держится не только на её лидерах. Наша команда — такая же важная часть всей организации, как и капореджиме. — Неужели лидер La Squadra Esecuzioni решил показать себя?       Лаза хмыкнула, резво дëрнув одной бровью. Металлическое кольцо на её губе едва заметно шевельнулось, поддаваясь манипуляциям языка. — Босс считает нас лишь простыми наёмниками, услужливо выполняющими заказы семьи, — голос мужчины звучал всё также спокойно, однако девушке казалось, что она чувствует в нём угрозу, лёгким баритоном распространяющуюся по воздуху. — Это не совсем верно… Мы — часть семьи. Нас не нужно держать на коротком поводке. — Очевидно: босс так не считает.       Ригатони не постеснялась оборвать его мысль на корню, вовремя устраняя возможные споры. — Между прочим… — Ризотто, наконец, снова повернулся к девушке, вперив в неё немигающий взгляд, — Чего это ты боишься подсесть ко мне ближе?       Он в лёгком удивлении приподнял одну бровь, замечая, как Ригатони слабо дёрнулась, услышав его слова. Она боязливо попятилась в сторону, отсаживаясь едва ли не на ещё одно соседнее сидение, и выставила перед собой сложенную газету, будто бы та могла служить для девушки барьером. — Ещё с полчаса назад ты едва не убил меня, хотя чётко намерен был, — пробормотала Лаза, косясь в сторону лидера команды убийц. — У меня не было намерения убивать тебя, — прищурив взгляд, спокойным тоном парировал Ризотто. — Пока у тебя нет этого намерения, ты никого не убьёшь. — Безусловно…       Девушка тяжело сглотнула и поднесла руку к своей шее, слабо прощупывая ту пальцами. Она боялась, что под бледной кожей вновь образуется острая резьба металлических лезвий, разрывающих слизистую и намеревающихся затронуть саму кожу.       Лаза негромко выдохнула, поёжившись. — Хотя, мой «Metallica», конечно, мог убить тебя… Но ты слишком интересная девушка. Было бы глупо поступать так опрометчиво.       Девушка едва не выдала отчаянный стон, поражаясь холодному тону мужчины. Он мог говорить ужасные вещи абсолютно спокойным голосом. Пожалуй, Лаза бы предпочла слышать от него тон какого-нибудь маньяка, истинное счастье которому доставляло мучить свою жертву — это было бы для неё привычнее… — Если это был такой комплимент, то он просто ужасен, — в сердцах выдала Ригатони, по-прежнему продолжая держаться за своё горло. — Но твой стенд действительно мне очень интересен. Я ещё не видел никого со способностями… — Ризотто оборвал себя на полуслове. Слабая усмешка тонкой линией исказила его губы, и мужчина перевёл на Лазу взгляд. — Забудь пока что. — С чего бы это? — Ригатони слегка скривила губы, — Пытаешься интересоваться моим стендом, будто бы надеясь, что я расскажу хоть что-то. Даже не думай. После того, что твой «Metallica» пытался со мной сделать, можешь даже не мечтать о подобной перспективе!       Она намеренно громко хмыкнула — звук её голоса раздался на весь вагон, разносясь по нему слабым эхом. Ризотто даже вида не подал. — Ты боишься меня?       Глаза Ризотто едва заметно сужаются, когда он переводит на девушку взгляд. Он не делает абсолютно ничего, однако Лаза всё равно слегка вздрагивает даже от одного лишь поворота его головы. — Конечно, боюсь. Ты старше меня, крупнее и сильнее. Я буду если не бояться, то точно опасаться тебя…       Ризотто следит за тем, как девушка хлопает глазами, словно бы пытаясь нести полную чушь максимально убедительным голосом. Она вся едва заметно сжимается, теребя пальцами пластиковый бейдж на шее. — Что за чушь? — кривит губы Ризотто, — Ты одна из приближённых людей босса, тот же наёмный убийца. Гончая Пассионе. Какого чёрта тебе бояться меня?       Слабый смешок вырывается у мужчины, когда он заканчивает говорить. Ощущение, будто бы его пытаются обмануть — причём, самым дурацким из всех возможных способов — не покидает Ризотто до самого конца. — Не строй из себя дурочку. — А я и не строю, — Ригатони стискивает зубы, оставляя свой бейдж. С секунду она молчит, а затем едва заметно склоняет голову. — Просто я предпочитаю не сталкиваться со своими противниками напрямую. Не было ещё никого, с кем бы я столкнулась лицом к лицу.       Я предпочитаю убивать незаметно.

: ▹༶༶◃:

14:05       Когда электронная табличка над выходом из вагона фуникулёра мигнула ярким светом, высвечивая название очередной станции, Ригатони подняла взгляд на бегущую строку — «Via Marina Grande». Девушка тут же вскочила с места, оставляя на сидении сложенную в несколько раз газету. Она ухватилась за железный поручень, отдающий неприятным металлическим запахом, и встала у раздвижных дверей в ожидании прибытия.       Ризотто повторил все её действия только в спокойном, абсолютно стоичном темпе. Бросив на Лазу косой взгляд с высоты своего роста, он взглянул на проносящиеся за окном деревья и невысокие каменные ограды. Центр Капри остался далеко позади. — Как только мы приблизимся к отелю, где остановился предположительный самозванец, я запрещаю совершать любые необдуманные действия и принимать опрометчивые решения.       Голос Лазы на этот раз прозвучал удивительно сухо, с выделяющимися в нём серьёзными нотами. Ризотто усмехнулся. — Ты думаешь, я способен на подобное? — Нет, — бросила в ответ Ригатони, — Просто предупреждаю.       Она повернулась в сторону мужчины в тот момент, когда фуникулёр остановился и двери вагона разошлись в стороны, впуская внутрь яркий дневной свет…