Pistilla et stamina: Amor intellectualium

Упитанные снегири, до недавнего времени громоздившиеся организованной кучкой из дюжины тушек на выглядевшей хлипкой ветке, хаотично вспорхнули, стряхнув хлопья рыхлого снега. Мимо пронеслось маленькое укутанное нечто, тащившее за собой на санках такое же нечто поменьше. Только большие детские глаза выглядывали в промежутках между мохнатыми шапками и n-ным количеством слоев намотанных шарфов. В парке пел рождественский хор, мелодичной россыпью звучали бубенцы и колокольчик, трубил медный оркестр. Wouldn't trade Christmas, I love you the best. It's time for the hollys of fun, and the folly or all of that jolly jazz, The people are glowing, the sand is now howing, each window is showing it has All the latest in choicing, the daddy invoicing and all that razzle that does* - But I wouldn't trade Christmas...* - Тейлор, не останавливаясь, на ходу повернулся к по-праздничному разодетой группе поющих, подхватив мотив. - ...wouldn't trade Christmas for New Year's Day, Thanksgiving, Holloween and the rest...* - на раскрасневшихся от мороза лицах невольно появилась улыбка. - Christmas we love you the best.* - коротко взмахнув руками, пропел блондин, уже Мэю. - Дуралей, - покачал головой Брайан, поглубже спрятав руки в карманы, и обернулся на Роджера, который шел задом и махал оставшемуся позади хору, отвечавшему парню неожиданной взаимностью. - но поешь ты хорошо. Даже очень. - В малолетстве своем я пел в таких же хорах. - Да ты и сейчас ведешь себя, как малолетка. - ухмыльнулся брюнет. - Сегодня сочельник, - не обратив внимания на подъёб, широко улыбнулся Тейлор. - сегодня положено вести себя, как малолетка. Народ вокруг суетился и бегал с горами купленных подарков. Позади по парковым деревьям раскидывали рождественские гирлянды. Праздничное настроение, исходившее от непривычно взбалмошного Роджера, било через край и захлестывало изо всех сил старавшегося быть серьезным Брайана. Though you pour the hot toddy, to force everybody, though half of the toddy's enough, I wouldn't trade Christmas, wouldn't trade Christmas for Father's Day or Mother's, Valentine, and the rest, Christmas we love you the best.* - Ты ни разу не катался на коньках? - Нет. - приглушенно ответил Тейлор откуда-то снизу, завязывая шкурки. - Ты не играл в детстве в хоккей? - поднял брови Брайан. - Я всегда больше любил футбол... - Тейлор соскребся с лавочки и поджал губы. - Ну, я готов. Мэй окинул парня оценивающим взглядом, прикидывая масштаб ситуации. - Начнем с езды возле бортика... Прийти на каток в сочельник было идеей Роджера. Дерево обмотано мишурой, выпивка стоит в холодильнике, голый и несчастный рождественский гусь ждет исполнения своей важной миссии в морозилке. Дела по дому и все праздничные приготовления позади, почему бы и не развлечься, наблюдая за тем, как Роджер неуклюже корячится на коньках? - Знаешь, - Мэй окинул взглядом блондина, начинавшего передвигаться более-менее адекватно. - а у тебя начинает получаться. Но может оторвемся от бортика, а то ты прижался к нему, как к родному... И попробуем проехать несколько метров? - Так... Хорошо... А круг проехать слабо? - Да легко. - отозвался Тейлор и удалился делать круг по катку, набирая скорость. Брайан следил за ним взглядом, не сразу заметив, что широко улыбается. Также, как и не заметил, что... - Кудрявый... Кудрявый! ... что Роджер машет ему руками и кричит, что не знает, как остановиться... - Твою-то мать! - только успел выкрикнуть Роджер. Уже не на таком большом расстоянии, как казалось несколько мгновений назад, лед с распростертыми объятиями ждал дружеской встречи с затылком и спиной Мэя. - Твою... - блондин на всей скорости налетел на Брайана. - мать... - закончил он, перекатившись на холодный лед. - Эй, ты в порядке? - привстал на локтях Мэй и потер ушибленный затылок, стараясь скрыть улыбку, вспоминая испугано открытые глаза Роджера до, во время и даже после падения. - Отделался легким испугом. - хрипло пробормотал Тейлор, отряхиваясь от снега. - Что ты ржешь, придурок, лучше научи меня тормозить... Роджер проснулся от того, что почти над ухом что-то коротко, но громко звякнуло. Он сонно замычал и открыл налитые утренней сонливостью веки. Перед глазами предстала картина маслом: крадущийся в трусах Мэй, зажмурившись от громкого звука, поставил на прикроватную тумбочку подарочную коробку раза в три больше самой тумбочки. - С Рождеством... - тихо произнес брюнет, садясь в ногах у Роджера. - Фак, Кудрявый, что там... - блондин уже во всю шуршал оберткой. - Ну ты и псих... - Ты же хотел химичить дома. - улыбнулся брюнет. - С реактивами, думаю, у тебя проблем не будет. - Да, конечно, - воскликнул Тейлор, подойдя к полке над письменным столом и расставляя там новенькую химпосуду. - Реактивы можно и тайком из универа попиздить. Брайан лишь покачал головой, диву даваясь практичности своего партнера. - А мой подарок будет весьма необычен. Даже опасен. Знаешь почему? - М? - отозвался ничего не подозревающий Брайан. - Потому что. - Роджер повернулся к Мэю и устрашающе поднял руки. - Я. - шаг вперед. - Буду. - еще один. - Готовить! Он, смеясь, толкнул брюнета на кровать, и сел ему на бедра. - Если только ты мне будешь помогать... Блондин окинул удрученным взглядом голую тушку птицы. - А яблоки зачем? - нахмурился он, наблюдая за манипуляциями Мэя. - Гуся начинять. - буркнул себе под нос Брайан, поставив перед Роджером тазик с яблоками. - Ты хочешь, - Тейлор взял в руку краснобокий фрукт, - чтобы я того?.. - Того. - Прям туда? - Прям туда. - Извращенец. Мэй, который раз за их совместную жизнь, привычно покачал головой, надкусил яблоко, взятое из руки Тейлора, и вышел из кухни. Угораздило же полюбить такого придурка. Пустая бутылка из-под шампанского торжественно стояла на полу. Кулинарное творение Роджера было наполовину съедено. Телевизор, в котором давно отзвучало традиционное обращение Её Величества, разрывался от рождественских выступлений. На ковре, перед ёлкой, глядя на мигающие в темноте огни, сидел Тейлор, а рядом с ним, без энтузиазма отпивал из бокала белое вино Брайан, отрывавший и без того рваную обертку у горлышка полупустой бутылки. - Может... - тихо начал он. - Пива? - Гиннесс. - В холодильнике. - Тащи сюда. Мэй усмехнулся, наблюдая за тем, как Роджер на четвереньках выползает из под ёлки. Сомнений не было - это лучшее Рождество в его жизни. Впереди их ожидала не менее прекрасная рождественская ночь.