Яйца Бенедикт

      Перевод: SPIRIA | Редакт: YOUJIN       Сообщение пришло через две недели.       На часах 7:20. Ник на пассажирском сиденье машины Кайла. Фрост предложил прокатиться в обед до Оксфорда, что был по соседству, на что Ник дал своё согласие. Разумеется, состоялся короткий разговор о том, кто же из них будет за рулём. Кайл победил.       Последние две недели прошли спокойно. Ужасная течка ещё не наступила. В офисе все предполагали, что у Ника появилась новая пассия-омега, поэтому он до сих пор не рассказал о себе Герману и Джанин.       И всё же, главной причиной была занятость. Внезапный всплеск дел после небольшого перерыва вызывал головную боль. Масла в огонь подливали и постоянные судебные тяжбы. И самыми сложными были дела о дискриминации по вторичному половому признаку.       Николас откладывал информирование именно по этой причине, но подумал, что сегодня как раз подходящий день, чтобы всё рассказать. Ему нужно быть готовым к внезапной течке. Не считая этой проблемки, всё в принципе вернулось на свои места, и Уайт совершенно забыл о том, о чём просил Эльзу.       «Доброе утро, мистер Уайт», — увидел Ник ранним утром сообщение на телефоне. Сосредоточившись на работе, Кайл и Ник весьма редко попадали в неловкие ситуации. И именно благодаря этому они оба успокоились и уже не испытывали ревности.       Николас даже подумал, что сможет жить как прежде.       Уайт, который обычно просто удаляет сообщения, вдруг вспомнил слова Эльзы: «Если тебе вдруг придёт сообщение с неизвестного номера, не удаляй его».       «Неужели?» — Ник замер. Кайл, ведя автомобиль под тихую классическую музыку, поймал взгляд Ника. Блондин, нахмурившись, начал печатать ответ. Человек по ту сторону экрана показался ему весьма бестактным.       «Кто это?» — стоило Николасу отправить сообщение, как ему тут же пришёл ответ.       «Видимо, Линдит вам не сказала ничего», — догадка Уайта была верной. Его лицо чуть расслабилось. Эльза, видимо, приложила немало усилий, ведь потратила на поиски целых две недели. Хоть Ник и попросил подругу, но он не верил в то, что найдётся альфа, который захочет встретиться с омегой с внешностью Ника.       «Надеюсь, вы можете говорить сейчас», — хоть блондин и не был в восторге от тактичности незнакомца, ему всё же стало любопытно, что же он за человек такой. Удивительно, его наконец-то познакомят с альфой.       Из-за того, что Ник странно пялился в телефон и на него, Кайл вдруг сказал:       — Могу поинтересоваться, кто это? — спросил он чуть тише обычного. Экран телефона снова вспыхнул — молодой человек написывал с утра пораньше. Николас закрыл телефон рукой и вдруг почувствовал какую-то тяжесть на сердце.       — А, да так. — Фрост стиснул зубы, но в лице он почти не поменялся. Однако тишина, смешавшись с тихой классикой, создавала нехилое напряжение. Можно ли рассказать ему? Это ведь не так уж и важно. Ник вспомнил, как и раньше знакомил друга со своими спутниками, и медленно продолжил, — Ну... Эльза кое с кем меня познакомила.       Слишком часто в последнее время Уайт подставляет подругу. Блондин, у которого ещё всё-таки остались капельки совести, теперь был полон решимости отдать Эльзе билет на Уимблдон. И неважно, как в итоге закончится встреча с незнакомцем. Кайл молчал.       Фрост никогда не поздравлял Николаса с отношениями, но всегда говорил что-то типа: «О, правда? Давайте как-нибудь встретимся все вместе». Поэтому молчание друга было весьма необычным. Экран снова вспыхнул. Было два непрочитанных сообщения.       «Я Эш Джонс».       «У меня настолько классное имя, что вы даже дар речи потеряли?»       Николас усмехнулся. Кайл остановился на светофоре и спросил:       — Альфа?       Ник повернул голову вправо, Кайл продолжал сверлить друга взглядом. На руках, что сжимали руль, проступали едва заметные вены.       — Пока что знаю только имя.       — Ясно.       Николас подумал, что Кайла явно что-то беспокоило. Парень обдумал неловкий вопрос друга и сунул телефон в карман, чтобы не видеть новых сообщений. Уайта мучила вина. А Фрост был в ужасном настроении.       Николас переживал, что из-за дурного настроения друг пропустит обед, и хотел порадовать его, сводив на балет. Однако на Рождество не было ни одной интересной постановки. Может, фильм? Съездить на выходных в места, где они давно не были, было не такой уж и плохой идеей: либо в Британский институт кино, либо в Барбикан в Ватерлоо.       — Кайл, может, на выходных сходим в кино?       Светофор сменил цвет. Чёрная Audi поехала прямо вместо того, чтобы повернуть направо, на Шордитч-Хай-стрит. Взгляд блондина был пуст, словно раньше он никогда не видел таких выкрутасов. Чуть позже Кайл дал ответ.       — Если хочешь посмотреть, давай посмотрим.       От такого холодного и сухого ответа у Николаса сжалось сердце. Почему-то настроение Кайла стало хуже прежнего.       — Тогда возьму билет на вечер, — ответил блондин и замолчал на двадцать минут, наблюдая за тем, как друг ищет дорогу обратно. Им едва удалось вывернуть на Липерпуль-стрит, когда они почти доехали до Бетнал-Грин.       Кайл молчал даже после того, как они оставили машину на подземной парковке. Когда они выходили из дома, у Фроста было прекрасное настроение, но потом оно вдруг испортилось.       — Спасибо, — произнёс Ник, когда светло-голубые глаза посмотрели на него.       — Поднимайся первый, Ник, — сухо сказал Фрост. Голос был ровным. И это сводило Николаса с ума. В глазах промелькнуло беспокойство.       — Кайл, всё в порядке? — наконец-то решился узнать блондин. Фрост опустил глаза, легонько улыбнулся и разблокировал автомобиль, будто намекая другу на то, что нужно выйти.       — Всё нормально. Мне просто нужно немного подумать. Иди, Ник, — ответил Кайл и отвёл взгляд. Николас посмотрел на часы. Было почти восемь утра. А ведь Кайл всегда приезжал в офис раньше восьми и думал о чём-то... Неужели о том омеге?       Уайт, уверенный, что знает о друге всё, больше ни о чём другом думать не мог. Хотя никаких проблем не было: ни в работе, ни в их личных отношениях. Парень ещё немного помедлил, затем вздохнул и открыл дверь.       — Хорошо. Я пошёл.       Кайл промолчал. Ник закрыл дверь, несколько раз обернулся и уже только после этого зашёл в компанию. Уайт невнятно поздоровался с охранником и достал из кармана телефон. Разблокировав его, он увидел сообщения.       Вдруг ему в голову пришла мысль, но она показалась маловероятной. Странное тревожное чувство, которое беспокоило парня с самого начала, вновь появилось. Что-то точно было не так.       ***       Фрост ещё крепче сжал руль. Его бесстрастное лицо уставилось прямо в лобовое стекло, а голубые глаза были холодны. Он сидел в машине ещё полчаса и лишь потом отпустил руль. Всё тело сначала будто обдало ледяной водой, а потом появилась жгучая боль. Такого раньше никогда не случалось.       Кайл закрыл глаза и протёр лицо. Голова кружилась от ярости. В момент, когда Ник не стал отрицать того, что тот человек альфа, у него невероятно скрутило живот. Эти эмоции и чувства были настолько сильными, что их нельзя было упихнуть в одно лишь понятие «ревность».       Фрост представлял, как разрывает на мелкие кусочки того альфу, с которым встретится Ник. Это было инстинктивное желание, появившееся ещё до того, как мозг успел его обработать. Кайлу хотелось переломать ему все кости, хотелось задушить, чтобы тот никогда не посмел прикасаться к Николасу.       А после нахлынула волна ненависти к себе. Парень не мог вынести таких отвратительных и жестоких мыслей. Он не мог понять, то ли это рвётся наружу личность альфы, то ли он изначально был таким ужасным человеком. А возможно, и то, и другое.       И вдруг его осенило, насколько Кайл Фрост не подходит Нику Уайту. Он не должен испытывать таких чувств к Николасу. Ник не может принадлежать Кайлу. Он не должен думать так. И он сможет вытерпеть, как и делал это всегда. Ведь раньше Фрост ревновал и завидовал омегам и бетам, которые крутились возле Ника, и гадал, каково было бы, если бы он сам стал омегой.       Но когда Кайл увидел лёгкую улыбку Николаса, когда тот читал сообщения, он всё понял. Он сильно просчитался. Лютер был прав. Кайл не сможет стерпеть присутствие ещё одного альфы. Больше своему самообладанию парень доверять не мог.       Фрост долго сдерживался и думал, что на этот раз всё будет так же, но он очень сильно ошибался, ведь всё стало иначе. Ведь теперь Кайл знал о Нике то, что ему не следовало знать.       Знал, как выглядит Николас в смятении. Знал, как он плачет, как сладки стоны, что срываются с его губ, знал, как звучит его имя хриплым голосом. Брюнет узнал ту сторону Николаса, которую последний обнажал лишь тогда, когда он проникал глубоко внутрь, в места, которые доставляли удовольствие. Теперь он знал всё. И всякий раз, когда он упирался в живот Ника, по телу растекалось невероятное удовольствие.       Фрост моментально подсел на это невыносимое наслаждение, о котором, как он думал, никогда не захочет даже знать. Кайл не мог поверить, что человек вообще способен испытывать такие ощущения. Удовлетворение, которое он чувствовал, когда обнимал Ника или когда видел его лицо, подёрнутое удовольствием.       И более ему это было недостижимо. Поэтому десятки, сотни раз в день, не выражая никаких эмоций, парень вспоминал то время, проведённое с Уайтом. А слабый аромат, что исходил от блондина, был для Кайла смертельным ядом.       Всякий раз, когда он чувствовал его, ему хотелось укусить Ника за шею и заставить его лечь. Хотелось с невинным выражением лица взять за руку, а затем, улыбаясь, заставить его рыдать от наслаждения. Хотелось, чтобы тёплые зелёные глаза блондина были полны удовольствия и слёз.       Он терпел. И снова терпел.       Кайл думал, что если будет и дальше сдерживаться, то в итоге привыкнет и обуздает своё возбуждение. И так он боролся все две недели. Если бы он хоть немного ослабил бдительность, его бы поглотила уродливая сторона. Та сторона, которая ежедневно шептала ему раздвинуть ноги Ника и вкушать его плоть до потери сознания. Именно поэтому Кайл старался сосредоточиться на работе.       Когда Кайл понимал, что больше не может этого выносить, он утолял свою жажду, аккуратно касаясь руки Ника. Мучимый желанием, Фрост понимал, что всё, что его сдерживает, — тепло тела Уайта и его смех. И всё же.       И всё же.       Лишь одна мысль о том, что к Николасу будет прикасаться кто-то другой, могла разрушить это трудновозводимое терпение. Всего одна мысль о том, что чья-то рука раздвинет бледные бёдра Ника, разжигала неистовое желание убивать. Мысль о том, что кто-то ещё увидит то сокровенное выражение лица Николаса, сводила с ума.       Кайл, сжимая дрожащими руками руль, открыл глаза. Мир, что кое-как держался, разрушился. Он подумал, что ему, вероятно, придётся исчезнуть из поля зрения Ника. Ведь, если он этого не сделает, ему точно захочется сделать что-нибудь совершенно безумное, например, запереть Николаса там, где его сможет видеть лишь сам Кайл.       Разумеется, он этого не сделает, ведь ничего против воли Ника он делать не хочет. И если бы что-то подобное действительно произошло, Фрост без колебаний схватил бы оружие и вышиб себе мозги. Ведь он не может быть обузой для Уайта.       Брюнет усмехнулся. Ведь он даже представить не может, как поведёт себя сегодня, если столкнётся с Ником. Дабы не портить другу работу, ему нужно было держаться подальше хотя бы сегодня.       Фрост заставил себя успокоиться и вышел из машины. Охранник, который обычно любезен и приветлив, напрягся и побледнел. Парень вспомнил про слова Лютера о проклятых феромонах доминантного альфы. Но сейчас ему было на это плевать. Сегодня ему в целом с трудом удавалось контролировать себя, дабы не убить партнёра Николаса.       Кайл грозно посмотрел на лифт и нажал на кнопку.       ***       Бз-з-з. Телефон завибрировал. Николас, прислонившись к стене, быстро разблокировал телефон. Он хотел увидеть сообщение от кое-кого, чьё имя начиналось на букву К, однако надежды были тщетны. Отправителем был Эш Джонс. А никак не Кайл Фрост, который не связывался с Ником вот уже одиннадцать часов.       Блондин больше даже чувствовал лёгкую обиду, нежели тревогу, поэтому просматривал сообщения с явным раздражением. Несмотря на прохладную погоду, на террасе было весьма много людей: кто-то сидел, а кто-то стоял с кружками. Уайт давно не был в подобных местах.       «Прошу прощения, я скоро буду».       «Даю вам пять минут», — Николаса, на минуточку, адвоката, у которого была почасовая ставка, заставляют ждать.       «Как я вас узнаю?»       «Вам в этом поможет функция вашего гаджета», — быстро ответил Уайт и посмотрел уведомления. Кайл по-прежнему молчал. И непонятно, когда он решит выйти на связь. Подробный рассказ блондина о том, что он будет делать после работы, а также вопросы про билеты в Королевский национальный театр, обед и десерты были проигнорированы.       Николас даже дважды звонил ему по дороге в Ислингтон , но Кайл не ответил. Парень едва удержался от того, чтобы отменить встречу, ещё и спутник задержался на целых десять минут. Но, разумеется, выказывать недовольство из-за опоздания вообще не по-джентльменски. Но что делать, если встреча затянется?       «Разве ж это не судьба?»       Судя по утренним сообщениям, у Эша Джонса был весьма своеобразный образ мышления. А когда он спросил у Эльзы, ответ был следующий: «Встретишься и сам всё обсудишь». Ник на 90% был уверен, что они не подойдут друг другу. Одного взгляда на эти сообщения было достаточно, чтобы понять это. Судьба, тоже мне. В подобное могут верить лишь дети.       «Не слишком ли это — говорить о судьбе?»       «Если я узнаю вас с первого раза, что вы сделаете?»       «Подарю подарочный сертификат в M&S на 35 фунтов ».       «Не думал, что у юристов такие маленькие зарплаты».       Ну ладно, собеседником он был не таким уж и плохим, что было редкостью, когда в компании полно снобов. Поддерживать разговор на пустяковые темы, не превращая его в скучную беседу, настоящий талант.       «Я определился».       «О чём вы?» — на руку Ника упала тень. А с головы до ног окутал освежающий аромат. Пальцы блондина, скользившие по экрану, замерли. Парень медленно поднял голову.       Серый глаз, а затем голубой. Уайт не мог оторвать взгляда от этих уникальных глаз. Лёгкий осенний ветер ерошил чёрные стильно уложенные волосы Эша. Несколько прядей упали на лоб. Глаза брюнета, что находились чуть выше глаз Ника, расширились, а затем Эш лучезарно улыбнулся и сказал:       — Я нашёл вас с первой попытки, Ник.       Слегка опущенные веки и мягкие брови придавали Эшу невинный вид щенка. Уайт моргнул.       Он ожидал немного не этого.       Николас всегда питал слабость к собакам. Вообще у него было три слабости. Первая — Кайл Фрост. Вторая — плачущие люди. Третья — собачки. Он хоть и относился скептически к благотворительности и сочувствию, но всё же как-то дал бездомному мелочь. А причина сего поступка крылась в третьем пункте — на руках бездомный держал собаку, и своим жестом Николас дал понять, чтобы тот позаботился о животном.       — Что вы хотите поесть, Ник? — Эш превзошёл все ожидания Ника, ведь был очень даже в его вкусе. Видимо, Эльза поняла пристрастие Ника встречаться лишь с похожими на щенков мужчинами. Брюнет улыбнулся Уайту с безобидным выражением лица, несмотря на то, что был альфой.