Последний День Помпеи

В двери повернулся ключ и в квартиру вошёл промокший до нитки Антон. Родители замерли. Вита, поняв увиденное, обмякла в руках мужа, но не потеряла сознание. Тот быстро взял её и уложил на диван. — Пап, что случилось? — взволнованно спросил парень, проходя в комнату, — ей плохо? — женщина приподнялась на локте. — Сынок, — оценивающе посмотрел на него отец. А затем судорожно начал его ощупывать, — где болит? Что случилось? Ты ранен? — Пап? — не понимал Антон. Арсений резко обнял сына, сжал в объятиях и зарыдал ему в плечо. Громко и больно. Вита встала и тоже обняла их со слезами на глазах. Парень прижал к себе родителей, не понимая ситуации. Мужчина отпустил его и сказал: — Антоша, мне позвонили из полиции и сказали, что ты погиб. Переехал мотоцикл насмерть возле института. Назвал твои имя, фамилию, отчество. Номер группы и специальность. Попросил приехать сегодня с мамой, подписать бумаги... опознать. — Пап, Вит, — он немного виновато опустил голову, — я прогулял сегодня институт и свой студенческий отдал одногруппнику, он забыл свой пропуск, — Антон тяжело задышал, понимая, что друга больше нет, — это был Санька. Арсений резко обнял сына. — Господи, как я рад, что ты прогулял. Плохо так говорить, но я рад. Мой сын жив, Господи. Не дай Бог тебя потерять. Я уже смысл жизни потерял. Жить расхотел. Антоша, я соболезную тебе. Потерять друга - это тяжело. Сыночек, но ты справишься, — гладил его по волосам и целовал в лицо, — тот бездумно кивал и смотрел в одну точку, куда-то в пол. — Пап, — тихо подал голос ребёнок, не поднимая глаз, — а он сказал мне на днях «не парься Тох, у меня девять жизней. Хочу с парашюта прыгнуть». Пап, — посмотрел в глаза, — а он ведь и в правду хотел. Экстремал такой. Я ему сто раз говорил, чтобы себя поберёг. Чтобы не перебегал дорогу где взбердётся. Ему пофиг. У него не было родителей. Дядька, который взял опекунство над ним, только чтобы в детдом не сдать. Родители сгорели в своём доме, заживо. И ему стало пофиг на жизнь, — Вита слушала с ужасом эту историю, — вот и добегался, — Антон снова опустил взгляд вниз, — хороший был пацан, весёлый. Вот только никто его не любил, — и обнял обоих родителей. Арсений поцеловал сына в макушку, провёл рукой по волосам и тихо сказал: — Спасибо сынок, что думаешь о нас. Мы очень любим тебя. Не смогли бы пережить этого. Антон отпустил и посмотрел на Виту. Закрыл глаза и набрал в грудь воздуха. Потом медленно выдохнул, посмотрел на женщину и так нежно произнёс: — Мам, — та закрыла рот рукой, не ожидая этого. Она мечтала, чтобы её так назвали. Знала, что Антон не произнесёт это слово, но в душе хотела. И даже родного ребёнка не было, чтобы ей сказали «мама». Слёзы собрались на нижнем веке, готовые вот-вот выплеснуться. Она быстро вытерла их и обняла парня. — Сынок, мальчик мой, Антоша, — причитала дрожащим голосом. — Мам, прости, мне больно было тебя так называть. Но сейчас… сейчас я хочу. У меня есть мама и папа, которые не бросили меня, не оставили. Заботятся и всегда ждут домой, — сам уже еле сдерживал слёзы, — мне есть ради кого жить, — он отпустил её, — простите, что напугал вас. Я не хотел. — Антош, — сказал Арсений, протирая тыльной стороной руки слёзы, — главное, что цел и невредим. Что жив, а там… — поцеловал его в лоб, придерживая затылок. Словно лев, ласкает своего львёнка, — мой любимый сыночек. Восемнадцать лет назад ты появился на свет в другой семье, но вот уже как двенадцать лет, я твой папа. И считаю тебя своим родным ребёнком, ради которого живу в этом Мире. — Пап, — он направился в сторону кухни, — поддержишь меня? — Конечно, — отец всё понял и подошёл к бару. Достал из шкафа две рюмки, а потом посмотрел на жену, та кивнула и он достал ещё одну. Вита из морозилки вынула водку и протянула Арсению. Он разлил каждому, отрезал грубые, неровные куски чёрного свежего хлеба и положил на стол. Все взяли рюмки и Антон сказал: — За Сашку, — выпил залпом и сморщился в кулак. — Давай-давай, — отец протянул ему кусок, — закусывай быстренько, — парень откусил и смягчил горло хлебом. — Во второй раз убеждаюсь, что водка не мой напиток, — сказал Антон и отодвинул от себя рюмку. — А первый когда был?— поинтересовалась Вита, не подумав. Арсений посмотрел на неё и тихо сказал: — Мама, — она закрыла рот рукой. — Антош, прости, пожалуйста. Я забыла, прости меня. — Всё нормально, мам, — и улыбнулся. Он обнял её, положив голову на плечо. Женщина была ему по плечи, парень лихо вымахал, даже перерос отца на целую голову. Вскоре они разошлись по комнатам и улеглись спать. Антон долго не мог прийти в себя после новостей, а поэтому постучался к родителям. Ему никто не ответил, но послышалось активное шевеление. Чуть позже к нему вышел отец в одних трусах. — Да, Антош. Мама просто спит. — Пап, странная просьба такая, — он отвёл взгляд куда-то на лестницу, потёр слегка отросшую бороду, которую старался сбривать и попытался сказать, — мне неудобно просить тебя об этом, но... — Смелее, я приму любую просьбу. Если насчёт финансовой помощи, то естественно мы скинемся. — Нет. Я со своей стипендии отдам. Но я не про это, — он вздохнул и наконец-то сказал, — не мог бы ты со мной посидеть? Арсений улыбнулся. Он посмотрел на своего взрослого сына, с небритой щетиной, грустными и стеснительным лицом. Кивнул и направился с ним в комнату. Они легли на кровать и мужчина сказал: — Антоша, знаешь как я счастлив такой просьбе? Не представляешь. Твоё детство пролетело просто за одну секунду. Я не успел. Не успел много тебе дать и взять. Твоя наивность и искренность, улыбка и радость... они всегда в моей памяти. Парень улыбнулся на эти слова и неожиданно для себя нежно произнёс: — Папка, — у Арсения словно сердце застучало вдвое быстрее, — ты у меня самый лучший. Знаешь, мы сегодня, ну, точнее вчера, с Костиком встречались. Он же на айти поступил, вооот... и он мне предложил поехать на стажировку в Испанию, в комнате воцарилась тишина. Из приоткрытого окна только были слышны капли дождя и цикады. Арсений вздохнул и спросил: — Ты хочешь уехать? — это прозвучало с нотками грусти, ведь не хотел отрывать сына от сердца. — Я не знаю. Вы с мамой против? — Мама у нас точно плакать будет, не обращай внимания. С возрастом всё сентиментальнее становится. Мы не вправе тебе запрещать. Ты взрослый, строишь свою жизнь сам и выбираешь тоже. Мы лишь помогаем и поддерживаем. Поэтому если ты решил уехать, то мы поддержим тебя. Конечно я помогу финансово и всё оплачу. — Я знаю, что сейчас с постройкой дома много трат, мамина операция в прошлом году тоже. И вот я не знаю. Там есть моё направление, но денег приличных стоит. — Сам как думаешь, надо тебе это? Просто если надо, то не вопрос, возьму кредит и спокойненько буду выплачивать всё. Вита работает, поэтому потянем. — Да вот я не знаю. С одной стороны хочется, а с другой, — он сел на кровати и опустил голову. Арсений продолжал лежать под одеялом и смотрел на сына, — там язык нужно знать, а я как? — он обернулся, — ты выходной завтра? — отец кивнул, — а пошло оно всё! Поедем куда-нибудь, развеемся? Кино, театр, боулинг не знаю там, — мужчина тоже сел и приложил руку к спине сына. — Тяжело? Вижу, что не знаешь, куда себя деть. То стажировка, то развлечения. Сын, так произошло, люди смертны. Мне очень жаль. Саша ещё совсем молодой мальчишка, но это надо приять, — Антон молча кивнул. Потом посмотрел в темноте на очертания папиного лица и улыбнулся. — Сколько ты со мной пережил?! Я даже не знаю откуда у тебя силы, но восхищаюсь тобой каждый день, — Арсений положил голову ему на плечо и прошептал: — От тебя, мой мальчик. А по поводу развлечения. Мы можем днём сходить куда-нибудь. Вечером я пригласил маму в театр, ты уж извини. Мы очень давно там не были и не проводили время вместе. — Хочешь я съеду? — Нееет, ты чего? Нет. Мы хотим просто сходить вместе, а не жить без тебя. Ты чего? — Пап, я вам тут подарок на годовщину сделал, отпроситесь с работы? — Через две недели? — он почесал затылок, — что-то... — Поедем в одно место, я копил и накопил. Внезапно в спальне родителей зазвонил телефон Арсения. Он подскочил и убежал, чтобы выключить звук. Увидел, что звонит Юра, снял трубку и вышел из комнаты. Вита всё равно проснулась, но снова закрыла глаза. Мужчина встал на лестнице возле окна и шёпотом ответил на звонок: — Да, Юр. Что случилось? — Арс, прости, что разбудил. — Нет. Вообще нет. — Ну, в общем. Можешь ли ты приехать к нам сейчас? У меня дочь поехала на ночёвку к парню. Мне так сказала, а сама тусить. Позвонила с её телефона подруга, пьяная в стельку и сказала, что они где-то в центре. Моя блюёт, ещё что-то делает, а я это... на таблетках. Мне нельзя за руль. Машка в командировке. — Конечно, сейчас приеду. Чёрт! — провёл рукой по волосам, — я сына поддержал, у него друг погиб сегодня. Хотя, там пять капель. Сейчас приеду. — Точно? — Точно, жди, — он положил телефон на подоконник и зашёл к себе в комнату. В темноте, только при лунном свете, забрал свои вещи со стула, сумку и тихо вышел, закрыв дверь. Заглянул в комнату сыну и прошептал, — не спишь? — Нет, заходи, — ответил парень. Мужчина прошёл в комнату и попросил выключить прикованный свет, — а что случилось? — Антон щёлкнул выключателем и тут же зажмурился. — Дядя Юра попросил приехать, помочь. — Ты же выпил! — Там пять капель, уже всё выветрилось, — Антон встал и стал натягивать джинсы, — ты куда? — удивился отец. — Я не пущу тебя одного. Ночь, темно, вдруг что на дороге случился. Ты уставший, выпил. Нет. — Да Антон, спи. Я нормально съезжу, — надел свитер. — Пап, — так жёстко шёпотом произнёс он, держа в руках толстовку, — что ты мне сказал? Я сам принимаю решения и я его принял. Я еду с тобой. Оба вышли из дома. В душе у Арсения сидела гордость за сына. Какого он вырастил себе помощника! Заботливого, любящего и доброго человека. Антон открыл ворота, а отец выехал со двора. Парень закрыл всё и сел в машину. Ехали молча и быстро. Благо их дом находился не так далеко от Юриного. Всякими закоульными путями, они добрались к участку, где уже их ждал взволнованный отец. Антон уступил переднее сидение дяде Юре, сев назад и они помчались в центр. Парень в оба глаза следил за дорогой и отцом. Боялся за него слишком сильно. Сорок минут быстрой езды и они приехали к какому-то парку. — А тут парковки нет, — сказал Арсений, медленно едя в правой полосе и смотря на знаки. — Во двор этот заедь, — пальцем указал Юра, — припаркуй и мы пешком дойдём. Мужчина послушался и свернул направо. Ему удалось найти место для парковки. — Пап, я вас здесь подожду. Если что - приеду, — обратился к нему Антон. — Тох, ты что? — удивился отец. — Он водит? — спросил у Арсения Юра. — Водит, но на права не сдавал, — потом обратился к сыну, — Тох, а если менты? Не надо этой самодеятельности. — Я всё равно здесь останусь. — Хорошо. — Ключи оставь, — жёстко потребовал парень. Арсений посмотрел на него обдумывающим взглядом, а затем кинул ключи и тот их словил одной рукой, сидя на заднем. Мужчина хлопнул дверью и взрослые ушли. Антон разблокировал телефон и написал Косте.

— Дружище, прости, что так поздно. Я помню про твоё предложение, но я пас.

Внезапно пришел ответ, на который парень не рассчитывал: — Доброй ночи, Тох. А чего так?

— Ты чего не спишь?

— С Сонькой встретились у неё на квартире) она недавно уснула.

— О) и как прошло всё?)

— Прекрасно. Я под впечатлением.

— У тебя впервые?

— Да.

— С дебютом.

— Подожди, а ты чего не спишь?

— С отцом приехал его другу помочь. У него дочь в разгул ушла. Сейчас домой повезем.

— Вот это да. Подростки.

— Да нет. Лена старше меня на три года. Удивлён, что она такая. Обычно была тихая и спокойная девочка. Знаком с ней с самого детства.

— Ну тут в какую компанию попадёт. Нам с тобой повезло. Рад, что со школы всё также крепко дружим, хоть меня и в седьмом перевели.

— И я этому рад.

— А почему ты пас?

— Костян, не могу я оставить родителей. Папа прям загрустил, когда сказал ему. Хоть он разрешил, сказал, что поддержит. А вот мама - ей будет очень тяжело. Между нами, ей на днях родители звонили. Они же уехали в свою Францию, наконец-то. Вот, звонили и сказали, что она им больше не дочь, раз живёт с мужем и со мной. Ей тяжко принять тот факт, что родители отказались. Пусть и отношения у них были натянутые. Вообще они бы смирились с мужем, но вот внука не хотели, а приёмного так совсем. У неё тяжёлый период, но она держится. От меня не отходит и я стараюсь быть рядом почаще.

— Мда. Пипец. Ну я помню твоих бабуль-дедуль. Жёсткие они у тебя. Ну ничего, стажировку и другую можно найти. Не переживай. И я уеду всего на три месяца, привезу тебе чего-нибудь. Стой, а ты Виту мамой называешь?

— Да. Вчера произошла одна ситуация и я понял, что хочу произносить это слово. Ведь она с шести лет обо мне заботится, переживает и любит. Помню где-то в семь или восемь лет я увидел, как она потеряла ребёнка и папа сказал, что она не сможет иметь детей. Ей было так больно. Отпечатлось в памяти прям. А вчера, когда назвал её мамой, то она заплакала. Я знаю, что она хотела этого. И теперь я так рад, что есть мама и папа.

Антону пришло сообщение от Арсения: — Тох, сможешь выехать из двора, развернуться и мы стоим с другой стороны дороги? Только на разметку смотри и очень аккуратно.

— Ок.

Антон отложил телефон, пересел вперёд, завёл машину и смотря по зеркалам аккуратно стал сдавать назад. Отец учил его на даче. На права пока не сдал ещё, но очень хотел. Он вывернул руль, переключил коробку передач и выехал со двора. Посмотрел наличие машин на большой ночной дороге и, включив поворотник, перестроился. Медленно вёл машину до разметки разворота. Сердце стучало, руки слегка тряслись, ведь впервые едет по городу, так ещё и один. Но был уверен в своих действиях. Антон развернулся и подъехал к трём людям, стоявшим на автобусной остановке. Включил аварийку и вышел с водительского. Сразу сел назад и принял пьяную Лену, которую мужчины заталкали в машину. Она упала к нему на плечо и что-то простонала. Парень посмотрел на девушку и аккуратно, двумя пальцами, подтянул уехавшее в сторону декольте. Прикрыл вульгарный бюстгальтер и вздохнул, уставившись в лобовое стекло. Он вспомнил историю знакомства своих родителей и хотел быть похожим на отца. Хотел быть рыцарем. Лена его не цепляла. Они хорошо общались на общих встречах, но не обменялись даже телефонами. Антону нравилась другая. Об этой другой знал только Костик - верный и настоящий друг. Арсений довёз Юру с дочерью до дома. Там вышел младший сын, который и помог завести сестру домой. Антон пересел на переднее и оба поехали к себе. — Горжусь тобой, — сказал Арсений, — ни одного правила не нарушил, поворотники включил. Молодец, — потрепал его по голове и зевнул. — Не спи! Нас мама дома ждёт, — строго ответил Антон. Ближе к четырём утра они доехали к дому. Открыли ключами дверь и увидели Виту. Она стояла в шёлковой ночнушке, прикрывая её таким же шёлковым лёгким халатом. Растрёпанные волосы и испуганный вид, говорили о том, что она недавно проснулась. — Вы где оба были? Я чуть с ума не сошла! — почти крикнула она. Арсений подошел к ней и нежно обнял. Она обиженно прижалась к сильному мужу и посмотрела на сына. — Мне позвонил Юра, — начал мужчина, — я приехал к нему на помощь. — А ты куда полез? — недовольно спросила она у Антона. — А папу кто контролировать будет? — Арсений усмехнулся и поцеловал жену в спутанные волосы. — Не ругайся, — нежно сказал он, — Антон молодец, помог нам. Все живы-здоровы, пойдём спать. После такой активной ночи все уснули быстро. «Антон сидел на скамейке на заднем дворе дома и следил за костром. Сегодня планировали пожарить шашлык, и когда угли уже были готовы, он повернулся, чтобы крикнуть. Но из-за угла появилась мама. Его родная мама. В таком светлом лёгком платье. Антон замер. Женщина подошла к нему и улыбнулась. — Сыночек. Мой маленький мальчик, — провела рукой по его волосам, переходя на щёку. Парень подался головой за её ладонью, закрывая глаза. Он вспомнил мамины нежные руки, пахнущие миндальным кремом. Вдыхал её запах, который помнил с детства. — Мааааам, — промурлыкал он, — мама я скучаю. — Я знаю. Но у тебя хорошая семья. Они очень любят тебя и заботятся. Не забывай называть Виту мамой. Для неё это важно. Я всё знаю, мой мальчик. Она каждую минуту думает о тебе. Вечером, после работы придумывает вкусный завтрак, выбирает в магазине рубашку, чтоб понравилась, ищет место, где отдохнуть вместе с тобой. Она любит тебя всем сердцем. Живёт тобой. Я не смогла бы дать тебе такую семью, такое воспитание. У тебя хороший отец. Ты для него центр Мира. И то, что он не сможет пережить твоей смерти - это чистая правда. Если бы в этом ДТП погиб ты, то он умер бы через месяц после похорон, оставив Виту вдовой, — она погладила его по голове, — ты береги их. — Мам, если ты всё знаешь, то… — Да, — она улыбнулась, — я знаю. И не виню тебя. Ты был несмышлёным мальчиком. А вот химичку посадили. Папа не сказал тебе подробностей, но он днями и ночами добивался этого. Он был так зол, но понимал тебя, старался не ругаться, потому что любит. Мальчик мой, я знаю, что у тебя есть девочка, хорошая девочка, — Антон улыбнулся и прижался к маме, она обняла его, — береги её. И не дари ей больше розы, она любит ромашки, просто молчит, чтобы тебя не обидеть. Она скромняшка у тебя. Антошка мой, Костик будет твоим свидетелем на свадьбе. Только не предавай. В двадцать, поддержи его, у него будет сильное горе. Не бросай друга. Он сделает это не со зла, будет не в себе. Прости его и забери домой той ночью, сохрани ему жизнь. Мимо проходил Арсений и Антон закричал: — Паппп, пап мама моя. — Ччччч, — женщина погладила его по голове, — не надо. Никто не увидит меня. Я пришла поговорить с тобой, у меня мало времени. Малыш, ты молодец, что отказался от стажировки, отговори Костика. Там не стажировка, вас будут использовать. Папа уже не сможет помочь. И береги свою семью, — она отошла на шаг назад. — Нет, мам, не уходи. — Мне пора. И говори "мама", как можно чаще. Отблагодари Виту за её любовь к тебе, а я всегда рядом. Береги свою семью, они живут и дышат тобой, — она отходила назад и растворялась. Тучи стали сгущаться, воздух стал сухим и жарким. Антон вдыхал ртом, царапая горло в кровь, но бежал за мамой. — Мааам, мамаааам, — он упал, протянув к ней руку, рвано дышал и пытался прокричать». В комнату вбежал Арсений в двенадцатом часу дня. — Антоон! — крикнул он, — Антон слышишь меня? — подтянул парня к спинке кровати и проверил пульс. Вита вбежала с аптечкой, — доставай мешок, — скомандовал он. Женщина достала мешок для искусственного дыхания, прикрепила маску и приложила к лицу сына, — не так быстро нажимай, — попросил Арсений, готовя инъекцию. — Арс, он умирает? — Нет. Без сознания. Сейчас я сделаю всё, — говорил уверенно и жёстко, хотя в душе волновался не меньше жены. Он ввёл иглу в вену ребёнка и медленно стал вливать содержимое. Потом положил использованный шприц на тумбочку и вскрыл нашатырную салфетку, — убирай, — сказал жене и она убрала мешок. Арсений поводил салфеткой перед носом сына. Тот завертел головой и медленно открыл глаза, — тихо, спокойно, — погладил его по голове, — дыши, — Антон хотел сказать, но папа остановил его, — не надо. Приди в себя. Несколько минут парень просто сидел и ровно дышал. Отец собрал аптечку, выбросил шприц и салфетки. Вита сидела рядом и держала сына за руку. Арсений вернулся и спросил: — Ну что? Что произошло? — Мне приснился сон, — он посмотрел на Виту, нежно обнял и ласково сказал, — мам, всё хорошо, не переживай. Она погладила его по голове, прижалась к щеке и поцеловала куда-то в шею. Одинокая слеза смочила ему ухо. Женщина расчесала его волосы пальцами и спросила: — Что сделать на завтрак, сынок? — Что хочешь. Ты всё вкусно готовишь, — улыбнулся он. — Тогда сейчас сырников пожарю быстренько, — она встала, оставив своих мужчин вместе. Отец присел и спросил: — Что за сон, который тебя так довёл? — Мне мама приснилась, — тихо сказал Антон. Я сейчас понял, что всё это время ужасно скучал. Не мог отпустить, представляешь, как долго? — тот кивнул, — а сейчас… она ушла. Она много чего мне сказала и ушла. Мне стало легче и я понял, что Вита моя мама. Что никто иной, — он закашлялся, — Арсений протянул ему баллончик. Тот вдохнул и немного молча посидел, затем продолжил, — никто иной, как Вита, любит меня всем сердцем. Именно как мама. Такая нежная и добрая. И у неё тоже руки пахнут миндальным кремом, — он улыбнулся, как и отец. Мужчина потрепал его волосы и встал с кровати. — Спускайся на завтрак. Пол дня они сидели все вместе. Арсений задремал на диване от усталости, положив ступни на колени жены. Вита сидела рядом и что-то печатала в телефоне. Антон вместе с ними на полу играл в приставку. — Антош, — шёпотом обратилась к нему мама, — а как мне картинку переслать тёте Маше? Парень поставил игру на паузу и подошёл. Встал возле дивана, облокотившись на подлокотник и заглянул в телефон. — А что тебе переслать надо? — Она попросила рецепт скинуть. Я вот переписала, — достала бумажку, — потом вот сюда переписала, — показала сообщение, а фотки не могу прикрепить. Текст слетает. Второй раз уже переписываю. — А откуда ты переписала? — С сайта, — Антон улыбнулся, — Вит.. ам.. мам... — Называй как тебе удобно. — Мам, — она улыбнулась, — я же тебе показывал, как скриншот делать, — она поправила ноги мужа на своих коленях и прошептала виновато, — я забыла, — Антон улыбнулся. — Смотри. Заходи на сайт, угу. Тыкай одновременно на вот эти две кнопки, воот. Теперь иди в чат с тётей Машей. Вот... э? А что это за видео со мной? - он посмотрел на маму. — Ну что я не могу похвастаться, как мой сын готовит? — Чувствую, что там вся моя жизнь, — он нежностью посмотрел в её глаза. Вита действительно гордилась своим сыном и готова была прокричать на весь Мир, какой он у неё хороший. Поэтому в телефоне хранилось множество его фотографий и видео с ним, с самого детсва. А на заставке стояла совместная семейная фотка. Антону двенадцать и он обнимает родителей, — ладно. Вот сюда нажимай. — А куда картинка ушла? — В буфер обмена. — Куда? — Ам... три пишем, два в уме. Что-то из этой серии. Телефон запоминает картинки и текст. — А. Так и куда? — Вот, нажимай, — он прогнулся в спине, так как стоять согнувшись уже устал. Вита приподняла ноги мужа и пододвинулась. — Садись, — Антон присел рядом и взял мамин телефон. Арсений открыл глаза и посмотрел на жену с сыном. Тихо и сонно спросил: — Который час? — Четыре, — ответил парень. — Витюш, нам собираться. Ещё ехать. — Да-да. Сейчас, — она стала массировать ступни мужа, внимательно смотря в свой телефон, который держал Антон. — Смотри, вот так нажимаешь и оп. — Ой, как удобно. Вот сюда жать? — она показала пальцем в экран. — Да. Держи, — парень снова сел за приставку. — Спасибо большое. Я запомню. Арсений встал с дивана и поцеловал жену в благодарность. Они поднялись наверх, чтобы переодеться. Антон активно играл в гонки и не обращал внимания на движения в дома. Его телефон зазвонил. Он поставил на паузу и ответил: — Да, — расплылся в улыбке, — привет. Нормально, ты как? В понедельник встретимся, я зайду за тобой. Куда захочешь, можем в кино. Давай на выставку. А это кто? А, я думал писатель. Нет, я только за. Ты им про меня сказала что ли? Мммм, хорошо... - он нервно потёр подбородок, — давай познакомимся. В среду у меня плавание, не смогу. Да, конечно, в четверг приеду к тебе. А они на неделю приехали? Мы в кафе встретимся? Хорошо. Пока, — он снова улыбнулся и нервно протёр нос, потом бровь и почесал затылок. Убрал телефон и услышал стук каблуков по лестнице. Обернулся и увидел маму в приталенном чёрном платье, которое подчёркивало её стройную фигуру. Она стояла возле зеркала и надевала серьги. Следом спустился отец в строгом чёрном костюме-тройке и так нежно положил руку ей на талию. Гордый и пафосный мужчина стоял рядом со своей супругой и любовался ею через зеркало. Он помог застегнуть ей колье, а потом из-за спины наклонил голову и поцеловал в щёку. Антон улыбнулся, видя таких красивых и статных родителей. Эта пара настолько красива, что он хотел любоваться ими вечно. Они повернулись и Вита спросила: — Антош, ну как я? — Сногшибательна, — улыбнулся парень. — Тогда мы пошли, — Арсений подержал жене пальто, она продела руки и стала застёгиваться. Мужчина тоже оделся и открыл дверь, пропуская даму вперёд. Потом повернулся на сына и сказал: — Если что звони, готовый укол в холодильнике. — Есть сэр, — улыбнулся Антон и закрыл за ними дверь. Парень доиграл в игру и позвонил Косте. Сидя за столом и жуя виноград, разговаривал: — Костян, да нафиг тебе нужна эта стажировка? Блин, лучше сгоняем с тобой куда-нибудь. Да я не против тебя иду, а наоборот. Подумай, что ты там будешь делать? Нихрена, чувак. Окей, сделай это ради меня. Прошу, не надо ехать. Ну хочешь я тебе часть денег за неё отдам? Кость, подумай, — внимательно слушал друга и жевал виноград, — Сейчас? Нет, у меня никого нет, но мне впадлу на электричке ехать. Мои наверное к одиннадцати вернутся. В театре. А прикинь, Настя меня позвала знакомиться с её родителями, они приедут в Москву на неделю её проведать. Да вообще, блин, ссыкую так. Не знаю, понравлюсь или нет. Было, — он улыбнулся, — у неё в общаге и один раз у меня. Неее, Костян, не. Я думаю об этом, поэтому нет. А тем более она такая скромная у меня. Ладно, подумай. Но я не хочу, чтобы ты ехал. Люблю тебя, вот почему, — улыбнулся Антон, — давай, да.

***

Шли дни. Антон познакомился с родителями Насти и понравился им, хотя очень стеснялся и боялся. У Арсения с Витой близилась годовщина, а поэтому парень тщательно готовился. В этот день он прогуливал универ, а родители отпросились с работы по его просьбе. Парень усадил их в гостиной, спустился и включил телевизор. Там сменялись разные видео из их жизни. Вита прослезилась, видя маленького Антона, который дарил ей букет на восьмое марта, как читал стих в детском саду, как вместе с папой играли в боулинг и качался на качелях. Родители сидели и улыбались. Как только видео закончилось, то Антон сказал: — Мои мама и папа, вы самое лучшее, что случилось со мной в этой жизни. Вы любите меня так, как не любит никто. Я никогда не испытывал одиночества. А в этом ваша заслуга. Я смотрю на вас и вижу, как вы любите друг друга, как вам комфортно. Пожалуйста, несите вашу любовь вечно. А чтобы почувствовать её сполна - это вам, — он протянул конверт. Вита плакала. Папа взял конверт и оба обняли сына. — Спасибо тебе наш мальчик, — сказала женщина, — если бы не ты, то неизвестно, получилась бы у нас такая семья и была бы она вообще. — Антош, сынок мой, как я тобой горжусь! - Арсений поцеловал его в макушку, которую парень наклонил для него. — Да вы посмотрите, что там, — улыбнулся Антон. Мужчина вскрыл конверт и вслух зачитал: — Плавание с дельфинами на двоих, — рассмеялся, — очень необычно. Не ожидал. Спасибо. Вита чуть не запрыгала от счастья. Она крепко обняла сына и побежала собираться.

***

Однажды, декабрьским вечером Арсений нервно ходил по дому. Вита звонила сыну, ждала до того момента ей не скажут «абонент не отвечает» и звонила снова. — Арс, — взволнованно спросила женщина, сидя на диване в гостиной. Часы уже пробили полночь, а она всё ещё была одета в свитер и джинсы. Не могла лечь спать, — а если ему плохо стало, он сознание потерял? Если задохнулся и ему никто не помог? — Вит, не нагнетай, — мужчина стоял возле книжного шкафа, оперевшись на него спиной, — я сам волнуюсь. Должен был приехать в пятнадцать минут. Электричка ровно в восемь приезжает, пешком тут меньше километра. Всё освещенное. Я даже не знаю где искать его, куда ехать. В дверь позвонили. Арсений кинулся открывать и на пороге увидел занесенного снегом сына. — Ты бошкой думаешь? Ты где был? Мать звонит! — Пап, — с легкой улыбкой сказал Антон, — я дико извиняюсь, но был в травмпункте, — он стряхнул с себя снег и прошёл в дом, — возьми, — отдал отцу пакет с продуктами, — Рука была занята и ответить не мог, прости мам, — он расстегнул куртку и одной рукой снял её. Родители увидели свежий гипс на правой. — Откуда, — ослабил пыл Арсений и поставил сумку на пол. — Поскользнулся на пешеходном и пришлось ехать в травмпункт. Перелом со смещением. — О Господи, — выдохнула Вита и повесила куртку сына. Мужчина развязал ботинки и помог снять их. Расстегнул Антону кофту и спросил: — А что нам не позвонил? Мы бы приехали. — Пап, у меня всё болело, совсем не до звонков было, прости. — Ты кушать будешь? — крикнула Вита, открывая холодильник. — Нет мам, спасибо. Мам, подойди, пожалуйста, — та поспешила к своим мужчинам, — пап, мам, завтра к нам приедет Настя - моя девушка, — он выждал паузу и увидел, как лица родителей в удивлении смягчились, — хочу вас познакомить с ней. Только она очень стеснительная. Пап, не спрашивай у неё про родителей, пожалуйста. — Хорошо. А почему? — Стесняется. — Своих родителей стесняется? — Арс, — посмотрела на него Вита, которая всё правильно поняла, — ей просто не удобно говорить на эту тему. Не допрашивай человека, а то я знаю тебя. — Ну а как? Я хочу узнать получше. Мысли читать не умею, не экстрасенс. Поэтому спрашиваю. Я же должен понимать в какие руки отдаю сына! — Пап, да всё нормально. Первое знакомство. Будем встречаться ещё и всё узнаешь. — Ладно, — вздохнул недовольно, — не буду. Всё, спать пошли. Завтра на работу. — Пап? — Чего, — обернулся он. — Помоги голову помыть, пожалуйста, — на стеснительной улыбке попросил Антон. Мужчина улыбнулся и потрепал сына по голове. — Эх, было время, когда я купал тебя. Помнишь? Сидели в ванной с пеной? Конечно помогу, я всегда тебе помогу. Пойдём, — он свернул в ванную. Папа помог снять рубашку сыну. Тот встал на колени перед ванной и склонил голову. Мужчина полил на волосы тёплой водой. Нежно запустил в них пальцы и стал массировать. Затем выдавил шампунь и двумя руками промывал каждый миллиметр кожи. — Знаешь Тох, — начал папа, — вчера с мамой сидели на кухне, общались и нам так грустно стало, — взял лейку и стал смывать пену с волос, бережно проводя возле уха. — Почему? — Ты взрослый мальчик, скоро уедешь от нас. У тебя своя семья будет. Антон здоровой рукой обхватил папину ногу, чтобы хотя как-то показать свою любовь и сказал: — Папк, я пока никуда не уезжаю. А когда уеду, то буду часто приезжать к вам. Каждые выходные. Честно. — Ох, сынок, — он взял полотенце и слегка протёр им волосы, затем обернул и Антон поднял голову, — это сейчас ты думаешь, что каждый выходные будешь приезжать. А съедешься с девушкой и захочется уединения. Проводить время вместе, жить своей жизнью. А там дети, они требуют внимания. Родители уходят на второй план. Разве что в самом начале: «мам, посиди с ребёнком», «пап забери ребёнка» и всё в таком духе. И это правильно, обращайся. Антон смотрел в его грустные глаза, съехавшие в разные стороны брови, уставшие мешки под глазами и небритое лицо. На висках пробивалась седина, как и где-то на бороде, а веки стали немного нависать, образуя первые морщины. Папа заботливо вытер ему голову и парень опустил взгляд в пол. Ему стало жалко своих родителей. Он чувствовал, что они живут им, а уехав, будут тосковать и ещё быстрее обрастать сединой. — Ты чего загрустил, Тох? — на улыбке спросил отец, присаживаясь перед ним на корточки. — Я не хочу вас оставлять, но ты прав, у меня должна быть своя жизнь. — Ээээй, — потрепал его по мокрым волосам, — да это всё правильно. Мы будем жить и ждать тебя в гости всегда, помогать и любить. Ну чего ты? Не грусти так. Это естественный процесс жизни. Когда детки будут, то зови, мы понянчиемся. И я очень хочу, чтобы они у тебя были. Антошик мой, дети - это такое счастье. Для нас с Витой ты лучик солнца. Не представляю, как бы повернулась жизнь, не полетев я на Камчатку. У нас не было бы детей. А ты? Сидел бы в детском доме и горько плакал бы. А потом неизвестно кем вырос бы. — Пап… — М? — они встали и присели на край ванны. — Если бы вот меня не было в вашей жизни, не поехал бы ты на Камчатку, а просто жил с Витой. Ты бы её бросил, из-за детей? — Из-за того, что она не хотела мне родить их? — он задумался и почесал бороду, — возможно. Хотя я очень люблю её и даже тогда, когда поссорились и я попросил её уехать из квартиры. — Зачем? — Мы с тобой возвращались домой с Камчатки и она не хотела тебя видеть. Вообще была против детей. И чтобы тебе не навредить, я попросил её уехать и жить раздельно. Не знал, как с тобой она поведет себя. Ударит, накричит или ещё что. А я не хотел этого, тебе и так тяжело было. — Пап, не бросай её. Ты нужен ей, — отец удивлённо посмотрел на него. — Подожди… с чего ты взял, что я её должен бросить? — Мы как-то вдвоём с ней сидели, общались и она мне сказала, что мало ли ты нашёл себе кого помоложе, а её бросишь. — Интересно, откуда у неё такие предположения. Мне кажется, что я не давал ей повода для ревности. У меня нет никого. Для меня моя жена это и друг, и любовница, и кореш и всё на свете, — он говорил словно вопросами, не понимая всей ситуации. Был удивлен такому заявлению. Ведь и вправду любил Виту очень сильно. — Пап, — Антон положил ему руку на плечо, — может ей не хватает тебя? А потом, девчонки всегда ревнуют и неважно есть повод или нет, — отец посмотрел на него с улыбкой. — Чему мне тебя ещё учить? Нечему. Ты вон лучше меня знаешь всё. Мой взрослый мальчик, — обнял его своей тёплой большой рукой за худую голую спину. — Нет, пап, я ещё нуждаюсь в тебе. Я так люблю возвращаться в детство. В дверь постучалась Вита. — Арс, — голос был взволнованный, — вы ещё долго? — Нет, иду, — он встал с ванны и кинул полотенце в стирку, — а что такое? — Там паук большой. Мужчины переглянулись и Антон шёпотом сказал: — Тебя не хватает, иди. Арсений вышел из ванной и вместе с женой поднялся в комнату. Встал на кровать и салфеточкой взял паука, выкинул в окно и посмотрел на Виту. Та улыбнулась. — Спасибо. Он положил салфетку куда-то на комод подошёл к супруге и стал страстно целовать в губы. Она захотела прерваться на вопрос, но он не дал. Одной рукой обнял за затылок, а другой - за спину, прижимал к себе и целовал, закрыв глаза и утонув в это женщине. Рука со спины переместилась на ягодицы, прижимая их к себе. Вита через какое-то время разъединила поцелуй, облизав губ и тихо сказала: — Ты что-то это… того, — улыбнулась, смотря на его пах. — Ага, я в тебе того, — его глаза бегали по её зрачками, — я только твой и ничей больше. И буду рядом до последнего вздоха, — он стал целовать её в шею, немного собирая кожу между губ. Вита тяжело вдыхала воздух, закрыв глаза, гладила его спину и пыталась что-то сказать, но не могла. Арсений опустил лямку шёлковой ночнушки и спускался ниже. Оголил правую грудь, но не успел поцеловать, как женщина оделась и сказала, тяжело дыша: — Арс… мы не одни. — Я лишь… — Нет. Даже если он взрослый и всё понимает, я не могу при сыне. Это наша с тобой любовь. Её никто не должен видеть или слышать. Только мы, — он поцеловал её в губы. — Завтра он уедет в университет, а мы… — А мы на работу. — Вит, скажи, что заболела. Один день. Я хочу тебя, — она посмотрела в его молящие глаза и поцеловала. — Один день. Но весь день. — Как скажешь.

*** — Мам, Пап, — крикнул парень с прихожей, помогая одной рукой снять с девушки пальто, — мы дома.  Со второго этажа спустился отец и сразу же перехватил куртку девушки.  — Здравствуйте, Настя, разрешите? — спросил он с улыбкой.  — Пап, — недоумевающе посмотрел на него Антон, — ну… как бы моя девушка. — С одной рукой не очень удобно. Не переживай, ещё наухаживаешься, — он снял с Насти пальто и повесил на крючок. Помог раздеться сыну и втроём прошли в зал.  — Здравствуйте, — тихо сказала Настя, немного прячась за Антона. — Здравствуй, — на улыбке повернулась Вита, доставая из духовки мясо. Она поставила противень на стол, развязала фартук и подошла к детям.  — Знакомься, — сказал Антон, — Виталия Викторовна и Арсений Сергеевич.  Девушка стеснительно улыбнулась и ответила: — Настя, очень приятно.  — И нам, — сказала Вита.  — Пойдём, я покажу, где руки можно помыть, — Антон взял её под спину и повёл через зал.  Родители переглянулись и Вита вернулась к мясу. Арсений подошёл к ней и тихо сказал: — Боюсь вообще что-либо спрашивать. Такая куколка. Удивлён выбору сына. — А ты и не спрашивай. Сиди, да кушай.  — Нормально так? — усмехнулся он, — я должен принять участие… — Вита пихнула его локтём, потому что вернулись дети.  — Садитесь, у нас всё готово, — женщина поставила на стол запеченное мясо.  Антон придвинул за девушкой стул, а потом сел сам.  — Салат будешь? — спросил он и взял ложку.  — Чуть-чуть, — прошептала она. — Мяса?  — Нет, это много, — скромно сказала она. — Я доем, и положил ей большой кусок. — Настя будете вино, шампанское? — спросил Арсений. — Нет-нет, спасибо, - замахала тонкой ручкой, - Я алкоголь не пью.  Родители переглянулись. Антон сразу их успокоил.  — Ей просто нельзя. Она принимает… — Антон, — тихо сказала Настя.  — Да всё нормально, — налил ей сока, — принимает таблетки от аллергии и пока нельзя алкоголь.  Они сидели, общались. Настя постоянно стеснялась и почти не ела. Аккуратно пила сок из прозрачного стакана и мало говорила. Арсений, очень хотел узнать большего о девушке, но держал себя в руках. После ужина, Антон помог ей одеться и Настя сказала. — Вы с папой очень похожи, — парень посмотрел на отца. Тот сделал жест бровями, мол, «она знает?». Антона слегка отрицательно покачал головой, — я что-то не то сказала? — испугалась девушка.  — Нет, всё хорошо, — улыбнулась Вита.  — Пап, я довезу её до дома и вернусь.  Мужчина кивнул. Все попрощались и Антон с Настей сели в такси. Арсений стал собирать со стола тарелки. Посмотрел на жену и спросил: — Ну как тебе она?  — Милая девочка. Главное, что они друг друга любят.  — Да. Но мне кажется, что там не всё так просто.  — Аааарс, не ищи подвоха. Поживём - увидим.  Антон вернулся домой в двенадцатом часу ночи. Он зашёл к себе в комнату и ему сразу же позвонил Костя.  — Да, Костян. — Не спишь?  — Нет, а что?  — Новости видел?  — Нет.  — Глянь. Сейчас ссылку пришлю.  Антон сел на кровать и открыл статью: «Компания, которая уже два года организовала "стажировки" в Испанию, была накрыта сегодня утром. Несколько друзей собирали деньги со студентов за «прекрасные стажировки», отправляли их в Испанию за их счёт, а потом отдавали как наёмных рабочих. Ребята находились там в ужасных условиях, и не имели возможности связаться с родными. Двое студентов умерли от голода, двадцать госпитализированы в местные больницы. Мошенников задержали и привлекли к ответственности. Пострадавших отправят на Родину сразу после выздоровления.» Антон сидел в полном шоке. Он вспомнил маму. Слегка загрустил и написал другу. — Костян, спасибо, что поверил мне.  — Тебе спасибо. Как ты понял?  — Не знаю. Почувствовал.  — Фига ты экстрасенс!  «Это не я… это моя мама. Моя милая и дорогая мама», — подумал Антон и выключил телефон. Он откинулся на кровать и закрыл глаза. В дверь постучалась Вита и спросила: — Антошик, можно?  — Да, — он поднялся и протёр влажные глаза.  — Я хотела узнать… что с тобой? — она поцеловала его в лоб, — ты заболел? Глаза блестят. — Нет, мам, — он улыбнулся и обнял её за талию, прижавшись головой к животу, — просто люблю тебя. — Что-то случилось? — положила ему руку на шею. — Нет. Что ты хотела спросить? — выпустил её из объятий и стал разбирать кровать. Мама стала помогать ему.  — Да вот, собираемся к дяде Юре на Новый Год. Ты со своими будешь или с нами?  — С вами, — улыбнулся парень.  — Нет, я не настаиваю, просто спрашиваю.  — С Вами, мам. Потом отпраздную с ребятами. А как же Дед Мороз, снежки? М?  — Дед Мороз будет обязательно, — она улыбнулась, — папа бороду отращивает. Это, — она сложила покрывало на комод, — ты не видел моего крема. — Вот, — протянул ей со своего стола, — а что он у меня делал? — А, я вниз спускалась, руки мазала. Решила к тебе зайти взять вещи в стирку и, видимо, поставила и забыла. Спасибо. Спокойной ночи, — она ушла, закрыв за собой дверь.

*** Однажды весной, все собрались на кухне отметить юбилей Арсения. Приехал дядя Юра, дядя Коля, дядя Боря, но не все с детьми. Все взрослые и у всех своя жизнь. Особенно у Ромки, который стал взрослым дядькой с женой и двумя дочками, которых ему родила Лиза. Они пронесли свою любовь с самого детства и родители были счастливы этому. Вита вместе с Машей суетились на кухне, Антон помогал отцу с шашлыком. И когда все собрались за одним столом, то парень взял право слова.  — Пап, я хочу поздравить тебя с Днём Рождения. Мой первый подарок я подарю сейчас, а второй чуть позже. Не обижайся.  — Да, Тох, — отец тоже встал, чтобы выслушать речь сына. Оба держали стакан крепкого алкоголя в руках, и смотрели друг на друга с улыбкой и большой любовью.  — Пап, я не писатель, не поэт, но всё же… Ты повел меня в первый класс, С большим букетом выше головы. И «сыном» называл ты каждый раз,  А «папой» сразу я не смог, увы.  Я проникал в тебя душой,  Я жил в уюте и тепле.  И благодарен я любви большой,  Которую подарил ты мне.  Ты создал для меня семью,  Счастливое и радостное детство.  И я пример с тебя беру,  Свою любовь оставил мне в наследство.  И я же подарить тебе хочу,  Точнее вам подарок на двоих.  Мам, пап, я бесконечно вас люблю, И внуков тоже любите вы своих.  Все похлопали и отец обнял сына.  — Спасибо, мой родной, это так приятно, — вытер слезу, — ты у меня талантище.  — Минуточку, — встала взволнованная Вита, — Антошик, я не поняла сейчас… — парень с улыбкой посмотрел на мать, — мальчик мой, ты… — Антон? — напрягся отец, который наконец-то понял смысл стихотворения.  Парень положил на стол конверт. Вита взяла его и вытащила снимок УЗИ. Она закрыла рот рукой и улыбнулась. Арсений увидел это и всмотрелся в первое детское фото. — Антон, — сказал он тихо, — у нас будет внук?  — Внуки. У нас двойня.  Вита заплакала. Арсений обнял её, а потом сына. Вокруг все стали поздравлять уже новоиспеченного отца. Такого молодого, но очень ответственного.  — Антоша, — Вита обхватила его голову руками, — милый мой мальчик, что ж ты молчал? Может Насте помощь нужна?  — Нет, всё нормально.  — А когда роды?  — Через три месяца. И это, — он отвёл её в сторону от всех. Они встали возле окна. Шёпотом спросил, — можно мы пока у нас с детьми поживём? Я возьму ипотеку позже и куплю квартиру.  — Конечно. Живите сколько нужно. Дом большой, места всем хватит. Про ипотеку не думай, у меня квартира есть, на тебя перепишем. — Мы загородом купим, где парк есть. — Ну как знаешь. А у неё же родители не здесь живут, да? Они говорили на знакомстве, но я что-то не помню.  — Да. Она пока в общаге.  — Антооооша, — воскликнула Вита и сразу снизила тон, — ты чего? Перевози её сюда, какая общага? Ты чего? Ей рожать скоро! А если что случится? — Вы там долго? — крикнул им Арсений из-за стола. — Идём, — ответил Антон. — Ну ты чего, сынок? — они медленно шли к столу, — м? — Да я каждый день её навещаю, продукты покупаю, девчонки ей там готовят. — Ну, Антон. Завтра с папой заберите её. — Хорошо, — он поцеловал её в голову. Все сели за большой шумный стол и продолжили общаться. Арсений светился от счастья. Это был самый лучший подарок на День Рождения. Он хотел увидеть своих маленьких внучат, пусть в них не течёт его кровь, но знал, что будет любить их очень сильно. Он уже их любит. Поздним вечером, после ужина, когда все разъехались Арсений с сыном сидели на заднем дворе, возле мангала и мужчина спросил: — Вы планировали? — Да нет, конечно. Я думал, что у меня презервативы остались, а отказывается, — он развёл руками, — решили так. Ну и… никто не ожидал. — Её родители то в курсе? — Конечно. Просто не могут прилететь пока что. Скорее всего после родов уже. — А ты как на всё это смотришь? Сам же ещё учишься, студентик, — он обнял сына за плечо. — Как? Ты учил меня ответственности? Вот. Я люблю её, люблю наших детей. Да, неожиданно, что сразу двое, но а что поделать? — он вздохнул, — сам, так сказать, виноват. Но ты не переживай, я доучусь, два года осталось и возьму ипотеку. — Какая ипотека, скажи мне? У тебя подработка на пол дня, дома только ночью появляешься и то весь в учёбе. Ты посмотри, синяки какие под глазами? А дети будут, за ними ухаживать надо. А ты пахать как лошадь будешь, чтобы ипотеку погасить, да? Сыыыын, у нас квартира, у Виты тоже. Первое время здесь, у нас. Мы поможем со всем. Тут лес, чистый воздух. А там и переберётесь. Только вот, — он прижался к Антону головой, — астма твоя. — Ничего страшного, прорвусь. — Да нет, страшно. Каждый раз сердце замирает, когда слышу твой приступ. Над квартирой подумаем, живи пока с нами. — Ну… мешать будем друг другу. — Мы лишь поможем с вашего разрешения, лезть со своими советами в вашу семью не будем. А вы нам совсем не мешаете, — поцеловал в висок и Антон склонил голову на плечо отца. — Хорошо. — Кто будет то? — Мальчик и девочка, — улыбнулся парень. — Как назовете? — Девочку Лера, — в воздухе повисло молчание и отец тихо сказал: — Правильно, помни маму. — А мальчика Настя хотела Егором. — А ты? — А я не против. Но хотел бы Савой. — Ой, красавчик. Савелий. Красивое имя. Ну, решайте. Не ругайтесь только. — Да нет. Я научился общаться с девушками. Ты научил, — посмотрел в отцовские глаза, что блестели от счастья. Арсений закрыл глаза, пододвинул рукой голову сына ближе к себе и поцеловал в лоб, задерживая на нём губы. Словно благословил, дал разрешение и согласие на собственную семейную жизнь, отпустил львёнка, чтобы создал свой прайд.

***

Одним весенним вечером, Антон привёз домой пьяного в стельку Костика. Парень был зол на друга, но не давал эмоциям взять верх. А главное, не дал Косте умереть. Он заботливо уложил его на диван в гостиной.

***

Мысли Арсения к Антону: «Я не отдам тебя никому Прощу любую твою вину Сквозь столько бед и потерь пройдя Какое счастье любить тебя Просто любить тебя» (с) А. Руссо и К. Орбакайте.