Путь друг к другу.

Крейг никак не мог заставить себя уйти из офиса. Сводный отчет был готов и лежал на столе у Брайана, других дел у него не было. Он просто сидел и смотрел в одну точку. Келли уже приехала. Иден сообщила час назад. Поэтому Крейг не торопился возвращаться домой. Келли была там. Как бы он старался ни о чем не думать, но мысли его то и дело возвращались к ней. Крейг все еще безумно любил ее, и находиться рядом с ней было для него мучительно. Он мог отрицать это перед Иден или Брайаном, но обманывать себя было бы глупо. Нет, Крейг вовсе не рассчитывал, что каким-то чудесным образом Келли все ему простит. Тем более что они снова найдут взаимопонимание и, возможно, будут вместе. Крейг сам не хотел этого, но чем ближе она была, тем ярче в его памяти пробуждались воспоминания о прошлом. Тот единственный раз, когда они были по-настоящему близки. Столько надежд и иллюзий разбилось тогда. Они разлетелись на кусочки, так же, как и письмо Роберта. Во время небольшого приключения с Келли и Бобби в Аргентине он понял, что проиграл. Ему было больно, но он справился, хотя на самом деле страдал оттого, что Келли предпочла Роберта. А дальше все напоминало какой-то третьесортный сериал, который можно найти на любом канале. Не то чтобы он жалел о том периоде своей жизни, но понимал, это и привело его к печальному итогу. Мысли Крейга как бы сами собой перенесли его на два года назад. В тюремном заключении один день похож на другой. Поэтому ощущение времени теряется очень быстро, и в конце концов тебя начинает это вполне устраивать. Крейг за свою жизнь слышал много жутких историй о тюремных нравах. Он с первого дня в «Соледад» был постоянно начеку, ожидая удара с любой стороны. В камере их было пятеро — то еще соседство. Один маньяк, специализирующийся на женщинах преклонного возраста, два грабителя и профессиональный убийца. Маньяк вел себя тихо и спокойно и казался довольно милым парнем. Трудно представить, что в списке его жертв числилось двадцать шесть женщин. Один из воров был весельчак, другой вел себя подозрительно. Обычно сидел в углу и что-то говорил полушепотом. Самым разговорчивым был убийца. Он обожал рассказывать о своих преступлениях, помнил каждую деталь и четко объяснял правильную стратегию избавления от другого человека. Порой Крейг, слушая его, понимал, насколько глупой являлась затея с покушением на Мейсона. Идея была провальной изначально. Вот если бы этот парень проконсультировал его тогда… На самом деле, Крейг не хотел знать, что было бы в этом случае. Он не собирался убивать Мейсона, да и идея, в общем, не принадлежала ему. Он просто делал, что от него требовалось. Не проведя и недели в «Соледад», он дважды успел побывать в местном госпитале. Вернее сказать, в сарае с минимальным количеством лекарств и медицинского оборудования. Во время ежедневной прогулки какой-то бугай напал на него сзади и пырнул ножом. Это было его первое ранение из шести полученных им за время, проведенное в тюрьме. Через два дня ребят было уже двое. Один держал его, второй пытался вырезать у него на груди знак супермена. Тут, конечно, вовремя вмешалась охрана, а медсестра, вновь увидев его, сказала, что за десять лет работы впервые видит столь популярную персону. Потом его оставили в покое. Этому способствовало, что убийца, сидевший с ним, являлся авторитетом, и его он посчитал славным парнем. Даже прозвал за манеры «Месье Хант». В течение последующих трех лет он получил еще четыре ножевых ранения в различных стычках, которые лично к нему уже не имели отношения, просто разборки тюремных группировок. Однажды ему сообщили о посетителе. Крейг удивился, что это мужчина. Навещали его всего два человека, и обе были женщины. У него даже вновь проснулось любопытство, впервые за несколько лет. Посетителем оказался светловолосый мужчина 26—27 лет. Дорогой костюм и ухоженный вид говорили о высоком статусе этого человека. Отчего-то его лицо показалось Крейгу знакомым. Он не помнил, где они встречались, но был уверен в этом. — Вы адвокат? — Крейг спросил первое, что пришло в голову. — Нет, мистер Хант. Я ваш друг, вернее, хочу стать вашим другом. — У меня здесь достаточно друзей, благодарю. — Мистер Хант, может сначала выслушаете меня? Выводы будете делать потом. Крейг ничего не ответил, поэтому незнакомец продолжил. — Вы меня не помните, это неудивительно. Но мы все же знакомы. — На свободе я любил заводить знакомства. Дальше что? — Мы с вами в одно и то же время обитали в Вегасе. Лас-Вегас. Да, много веселых деньков он там провел. Вполне может быть именно там он встречал этого парня. — Я должен вам денег? Прости, приятель. Как видишь, я на мели сейчас. Приходи лет через двадцать. — Дело не в деньгах. Теперь Крейг заинтересовался происходящим. — Меня зовут Брайан Джонсон. Когда вы работали на мистера Тонелла, я был мальчиком на побегушках у мелких мафиози. Эта информация не помогла пробудить его память. Сколько он за свою бытность в Вегасе видел всяких мальчиков на побегушках. Каждого не запомнишь, тем более, по сути, он у Тонелла выполнял те же обязанности. Джонсон явно догадался по его лицу, что сказанное ни о чем ему не говорит, поэтому поспешно добавил: — Это к делу не относится, конечно. — Слушай, приятель, может ты просто скажешь, какого черта тебе от меня надо? — Я осведомлен о том, каких успехов вы добились в Санта-Барбаре, работая на СиСи Кепвелла. У меня есть фирма в Нью-Йорке, но пока, увы, она довольно посредственная. С вашим опытом, я полагаю, можно будет это исправить. — Ты мне работу предлагаешь? Крейг от неожиданности чуть не выронил трубку. — Не просто работу. Должность вице-президента. — Надо же! Крейг совершенно не понимал, что происходит. Приходит какой-то тип и предлагает ему высокую должность, потому что он когда-то работал на СиСи Кепвелла. Крейг не верил в подобные подарки судьбы. — Как ты, наверное, заметил, я немного занят ближайшие несколько лет. Он свободной рукой обвел помещение вокруг. — И не настолько глуп, чтобы поверить, что ты мне предлагаешь работу просто так. — Мистер Хант… — Послушайте, Джонсон. Так вас зовут? По моему опыту, когда кто-то предлагает такому, как я, что-то бескорыстно, это либо ловушка, либо меня пытаются подставить. Кто за вами стоит: мафия или Кепвеллы? — С Кепвеллами не имел чести быть знаком. Свои связи с мафией я давно порвал. — Так чего ты хочешь от меня на самом деле? — Только то, что сказал. Я обязан сделать это для вас. Однажды вы помогли мне изменить мою жизнь. — Любопытно. Не помню, чтобы в Вегасе я страдал синдромом матери Терезы. — Возможно, мне стоит рассказать все по порядку. Это объяснит причины моего визита к вам. — Валяй, я слушаю. — Я был мальчиком на побегушках долгое время. Это не было пределом моих мечтаний. Я стремился взойти по карьерной лестнице в мире мафии. Удивительно знакомая ситуация. В свое время он приложил для этого максимум усилий. Крейг все еще ничего не понимал, но происходящее стало ему интересно. — Так вот. Однажды я узнал, что после смерти Энтони Тонелла вы, мистер Хант, заняли его место. Весь Вегас гудел об этом. Как-то я узнал, что вы в городе, и решил попытать счастье. Я хотел работать на вас. Кажется, Крейг начал понимать кое-что, и сидящий за стеклом мужчина стал ему еще более знакомым. Правда, тогда он был совсем юнцом, чуть больше двадцати лет. — Вы сидели в баре отеля и пили. Я очень нервничал и поэтому с ходу выпалил свою просьбу. Я был уверен, что скоро получу желаемое. Наконец Крейг все вспомнил. Разговор с Брайаном Джонсоном, в том числе. Проект плавучего казино тогда еще только разрабатывался, а он считал себя большим человеком. — Вы вспомнили? — Вспомнил. Какое отношение то, что я сказал тебе тогда, имеет к тому, что сейчас ты предлагаешь мне работу? — Я помню каждое ваше слово, мистер Хант. Джонсон сглотнул и произнес: — Приятель, хочешь бесплатный совет? Возможно, он тебе ни к чему, но ты все же послушай. Сказали вы. Ты еще молод и можешь изменить свою жизнь к лучшему. Думаешь, стать мафиози то, что нужно для счастья? Поверь мне, это абсолютно не так. На твоем месте я пошел бы, собрал свои вещи и свалил бы отсюда как можно дальше. Найди себе работу. Любую, но честную. Устройся мойщиком окон, официантом в кафе. У тебя не будет много денег, но осознание того, что никто не пострадал от твоих поступков, сделает тебя счастливым. Крейг прекрасно помнил свои слова и почему так сказал. Да, он стал представителем шаек, избежал заключения и не волнуясь ожидал суда, зная, что не попадет за решетку. Только ничего из этого не оправдывало того, что он чуть не застрелил своего друга Бобби. У них было много разногласий, и они преследовали разные цели, но он никогда бы не стал стрелять в него. Это получилось случайно, и, слава богу, Роберт остался жив. Он не мог навестить его в больнице, Барр не оценил бы его визита, но Крейг ощущал вину перед ним. Что бы не происходило, в душе Крейг считал Роберта Барра своим другом. После этого он начал пить сильнее, чем раньше. И твердо решил, первым делом как попадет в Санта-Барбару, найдет предлог, чтобы увидеть Бобби. — В свое время я много чего говорил. Я был пьян в тот день. — Вы не понимаете… Я сделал именно так, как вы посоветовали. — Неужели? — Абсолютно. Я пошел, собрал свои пожитки и уехал из Вегаса. — Мои слова произвели на тебя столь сильное впечатление? Крейг не мог поверить, что сказанное им когда-то сейчас привело этого человека к нему. — Если человек с положением, которое у вас тогда было, говорил подобное, значит, игра не стоила свеч. Крейг поежился. Он в своей жизни много чего делал и говорил, только никогда не мог представить, что несколько слов, сказанных им много лет назад, будут иметь для кого-то значение. — Ты уехал и что? — Денег мне хватило на билет до Нью-Йорка. Я жил там до того, как попал в Вегас. Поселился в самом дешевом мотеле. На день устроился официантом, вечерами подрабатывал грузчиком. Было тяжело, но я был счастлив. У меня появились друзья. Через какое-то время мы с ними открыли свою небольшую фирму, потом взяли кредит. Нам удалось расшириться. В банке, в котором мы взяли кредит, я познакомился со своей будущей женой. Правда, я тогда не знал, что она дочь директора банка. — Повезло тебе, приятель, я смотрю. — Я не искал выгоды от брака с ней. Я ее действительно полюбил. — Ее отец позволил вам пожениться?! Крейг мог представить, что собой представляет директор банка, такой же ублюдок, как СиСи Кепвелл. — Нам через многое пришлось пройти. В итоге я подписал брачный контракт, где отказался от претензий на наследство и имущество своей избранницы. Только после этого мы смогли пожениться. — Знакомая схема. — Простите? — Это я так, о своем. Продолжай. — Со временем мне удалось найти с тестем общий язык. Он даже несколько раз предлагал свою помощь. Я всегда отказывался. До этого момента. — Думаю, я скоро узнаю свою роль во всем этом. — В общем, после женитьбы я выкупил у партнеров их части, причем заплатил намного больше, чем они стоили. Я мечтал вывести компанию на новый уровень. Только для этого нужен был человек, способный помочь мне. — И ты подумал обо мне? — Все вышло абсолютно случайно. Я был в гостях у тестя, горничная в это время выкидывала какие-то старые вещи, в том числе и газеты. Одна упала на пол, я поднял ее, чтобы отдать служанке. Газета была от 1991 года. На первой полосе красовалась ваша фотография. В статье шла речь о вашем аресте по подозрению в покушении на Мейсона Кепвелла. — Ты узнал меня по фотографии? — Поверьте, мистер Хант, когда благодаря кому-то твоя жизнь меняется в лучшую сторону, вряд ли можно забыть этого человека. Крейг это хорошо знал. Для него таким человеком являлась Келли Кепвелл. — И ты решил в благодарность за совет предложить мне работу? — Если я скажу, что только благодарность заставила меня пойти на это, не думаю, что вы поверите мне. — Ты смышленый парень, Джонсон. — Мы оба можем извлечь выгоду. Я хочу, чтобы с моей фирмой хотели сотрудничать самые престижные компании. Хочу, чтобы мое имя стало известно в деловых кругах. Вы получите престижную должность и хороший заработок. И, конечно, самое главное — свободу. Крейг не знал, что сказать. Слово «свобода» давно исчезло из его лексикона. — Как, по-вашему, я окажусь на свободе? Приговор суда обжалованию не подлежит. Тем более я во всем сознался. — Никто и не собирается менять приговор. А вот смягчение наказания вполне возможно. — Ты бредишь, приятель. — Мне известно, когда вы находились в тюрьме Санта-Барбары, местная полиция пыталась с вашей помощью посадить нескольких главарей мафии, на которых вы работали. — Было дело. Мои приятели из Вегаса посчитали это плохой идеей и уничтожили все улики. — Верно, как и то, что в Санта-Барбаре больше стремились засадить вас за решетку, чем поквитаться с мафией. — Я что-то не улавливаю сути? — Дело обстоит следующим образом. Моего тестя беспокоит один из известных вам представителей мафии. Он готов поспособствовать вашему освобождению, если вы поможете избавиться от него. — Я что, должен его убить?! Крейг не думал, что все закончится столь банально. — Боюсь, в этом я мало преуспел. Зато один из моих сокамерников с радостью согласится. С чего они все решили, что он искусный стрелок? Убил одного человека и то случайно. — Что вы, мистер Хант! Ни я, ни мой тесть не собираемся действовать подобным образом. Мы сделаем все по закону. — И как же? — Вас посетят некие люди. Они специализируются на борьбе с мафией. Зададут вопросы, вы ответите. Думаю, через три-четыре недели вы покинете «Соледад». Теперь, когда картина стала полностью ясна Крейгу, он был даже слегка разочарован. У него не возникло ни малейшего желания принимать во всем этом участие. — Ответить на вопросы я могу, но у меня нет ни улик, ни других доказательств. — Улики они сами найдут, не сомневайтесь. Вы расскажете, где их надо искать. Это ведь вам известно? — То есть от меня требуется назвать имена моих бывших работодателей и места, где они проворачивают свои сделки? После этого я свободен? — С некоторыми «но». — Я слушаю. — Ваш приговор останется в силе, изменится лишь мера наказания. У вас будет поручитель, думаю, эту роль я возьму на себя. Если в последующие двадцать два года вы будете замечены в сомнительных делах, вернетесь сюда и продолжите отсиживать свой срок. Плюс то, что получите за новое преступление. — А я рассчитывал, что буду свободен как птица. — Если сможете держать себя в рамках закона, так и будет. — Спасибо, конечно, за заботу и столь заманчивое предложение. Я, пожалуй, откажусь. — Не хотите выйти отсюда? — Я оказался здесь по заслугам. И должен полностью искупить свою вину. Не думайте, что я горжусь тем, что совершил. — Почему вы считаете, что не можете искупить свою вину на воле? — Каким образом? — Во-первых, нет никаких гарантий, что люди, оказавшиеся за решеткой благодаря вам, однажды об этом не узнают. Они захотят отомстить, можно в этом не сомневаться. Во-вторых, в течение многих лет вам придется отчитываться обо всех ваших перемещениях. И, последнее, работы у меня в компании будет очень много. — А на самом деле, зачем ты мне все это предлагаешь? Крейг видел, Брайан Джонсон отличается от большинства его знакомых. Таких, как он, называют хорошими парнями. — Мои родители никогда не были богаты. Моей мечтой было обеспечить им достойную старость. Они погибли, когда мне не было и пятнадцати. Именно тогда я попал в Вегас. Ту мою жизнь они вряд ли одобрили бы. Теперь же там, на небесах, они гордятся мной. Но без того нашего разговора, ничего бы этого не случилось. Возможно, меня и в живых не было бы. Желание подняться по мафиозной лестнице могло принести мне немало бед. Джонсон был прав, Крейг знал это лучше, чем кто-либо другой. — Но они успели научить меня одной вещи. Надо уметь делиться с ближним, тем более если кто-то однажды парой фраз изменил всю твою жизнь. Удивительно, как хорошо Крейг помнил каждое слово, произнесенное тогда. В тот период он не хотел никакой свободы. Привык к тюрьме и считал, что лучшего не заслуживает. Брайан приходил к нему ежедневно и пытался переубедить. Почему в итоге он согласился, Крейг не знал. Наверное, потому что редко упускал в жизни шансы, которые она ему преподносила. Далее были многочисленные визиты людей в строгих костюмах с серьезными лицами и долгие часы беседы с ними. Он по десять раз рассказывал одно и то же. Спустя три недели появился Брайан с адвокатом, решением суда об изменении меры наказания и ордером на освобождение. Первые несколько часов свободы казались Крейгу нереальными. Он помнил, как Брайан спросил его, не хотел ли он навестить кого-нибудь в Санта-Барбаре. Крейг отказался. Кэсси давно уехала оттуда, а больше у него никого не было. Первым вечерним рейсом они с Брайаном вылетели в Нью-Йорк. Крейг знал, шанс, который позволил изменить его жизнь, дорого стоит. Только сейчас он пожалел, что не остался в тюрьме. В стенах «Соледад» он был защищен, защищен от возможной встречи с Келли. Крейг уже не думал, что ее мнение о нем может стать еще хуже. Его женитьба на Иден сделала это реальным. Зачем Иден сказала, что они любовники? Крейг надеялся, когда он сегодня вечером вернется домой, она скажет сестре правду.