Путь друг к другу.

Кармен Кастилио и Иден хозяйничали на кухне после ужина. Мать Круза мыла посуду, а Иден вытирала ее полотенцем. — Как успехи в школе? — Все замечательно. Лучше, чем я могла бы представить. Кармен улыбнулась бывшей невестке. Иден пару раз в неделю ходила в школу и рассказывала местным ребятишкам о странах, в которых побывала. — Мистера Линареса, наверное, было нелегко убедить в полезности подобных занятий? — О, директор милый человек и очень уважает Круза, чему я нисколько не удивлена. Миссис Кастилио пристально посмотрела на Иден. Она переживала за отношения ее сына и бывшей жены. Каждый день молилась и ставила свечки в церкви, чтобы у них все наладилось. Иден на секунду потупила взгляд, а потом продолжила как ни в чем не бывало: — Мне хватило полчаса, чтобы договориться о пробном занятии. Хотя он, конечно, с явным предубеждением отнесся к моей идее. Но дети были в восторге. Мистеру Линаресу не оставалось ничего другого, как согласиться. А главное, находясь в школе, я смогу проводить больше времени с Чипом и Адри. Глаза Иден сияли неподдельным счастьем. — Теперь тебе не придется скучать в четырех стенах. Сидеть на одном месте и ничего не делать — точно не про тебя, дорогая. Не думаю, что ты настолько изменилась. — Да, мне всегда с трудом удавалось усидеть на месте. Женщины переглянулись и поняли друг друга без слов. — Тебе, наверное, неудобно, что все называют тебя миссис Кастилио. Вы с Крузом в разводе. — Пусть уж лучше так, чем постоянно что-то объяснять людям вокруг. — Да-да, ты права. — Знаете, Кармен, видеть, столько чистых детских глаз, которые смотрят на тебя как на кинозвезду и ловят каждое твое слово, это то, чего не купишь ни за какие деньги. В Нью-Йорке я делала нечто подобное для сирот, и я, правда, скучала по этому. Иден замолчала и улыбнулась, явно вспоминая что-то забавное. — Не хочешь поделиться? — Спросила Кармен. Она немного замешкалась, прежде чем ответить. — Ничего важного. — Это связано с Нью-Йорком? Поэтому ты не хочешь говорить? — Не думаю… — Я с удовольствием послушаю. — Хорошо. Мы с Крейгом каждое воскресенье навещали сирот. Приносили еду, одежду и игрушки, играли с ними, рассказывали интересные истории. То, как Крейг общается с детьми, поразительно. И вот однажды он решил научить детей строить замки из песка. В Нью-Йорке, в середине января. Безумие. Но он все организовал. Завез кучу песка в спортзал. И мы целый день лепили песочные замки. Я не представляю, сколько потом дней пришлось очищать зал. Иден посмотрела на бывшую свекровь, хотя лицо Кармен Кастилио ничего не выражало, в глубине ее глаз читалось беспокойство. — Этот Крейг, похоже, хороший человек. — Он много чего натворил, Кармен, и заплатил за все. Я знаю, его репутация… — Он позаботился о тебе и вернул семье. Остальное в руках Бога. Иден положила последнюю тарелку на полку. Ей стало неловко под взглядом Кармен Кастилио. В нем не было осуждения или непонимания, скорее заинтересованность, но говорить с матерью Круза о Крейге было некомфортно. — Здесь мы, кажется, уже закончили. Я пойду спать. — Дорогая, я не собираюсь судить тебя. Я вижу, ты любишь Крейга, значит, он заслужил. Я хочу, чтобы ты была счастлива, и чтобы мой сын тоже был счастлив. — Я знаю, Кармен. — Круз любит тебя, всегда любил. Будь с ним добрее. Никто не безгрешен. Мы должны уметь прощать. — Именно поэтому я здесь. Не в Санта-Барбаре, не в Нью-Йорке или другом месте. Может, я слишком сурова с Крузом. Может, мне трудно понять и принять некоторые вещи, но мне небезразлично. Спокойной ночи. Иден сама не знала, почему решилась на подобное откровение. Кармен Кастилио удивилась бы, узнав, какие мысли занимают ее голову уже несколько недель. С того самого поцелуя на пляже. Как бы она не хотела злиться на Круза, но что-то изменилось с того дня. И дело было даже не в самом поцелуе. В тот день она вновь почувствовала ту близость между ними, которая, казалось, исчезла навсегда. Даже те пару ссор между ними с того дня больше не оставляли ран в ее душе. А ревность Круза к Крейгу забавляла, а не раздражала как прежде. Все верно, никто не без греха. Иден ушла. Кармен Кастилио улыбнулась сама себе. На сердце ее стало легче. Что-то во взгляде Иден заставило ее понять, все наладится, со временем все наладится.