Постоянный покупатель

Все еще обыкновенный осенний день. Серый ли? За окном весь город окутан синеватым мраком, как и комната Майера. Естественное освещение луны, придающее атмосферу таинственности и пробивающееся через одну лишь тюль, давало знать, о том, что по времени, вероятно, сейчас не больше пяти-шести утра. Для парня это было особое время, когда он мог прогуляться по тихим, расцветающим, но еще едва, если еще вовсе не проснувшимся, улочкам. Именно раннее утро и глубокая ночь ощущались самыми живыми, самыми вдохновляющими временами суток. Под присмотром звезд и в сопровождении рассвета парень смог написать свою книгу. Она не была популярна и приносила мизерную прибыль, но в ней была вся душа Вальтера, который писал под псевдонимом Nemo. Книга была написана в жанре психологии и детектива. Писал он исключительно в эти времена суток и в состоянии вдохновения. У него был особый слог, необычные метафоры и нестандартные мысли, но нравился такой стиль не всем, так как читать нужно было между строк, что, опять же, было не для всех людей посильной задачей. Особенно много негатива в сторону свого творчества он слышал от пользователя с никнеймом Teoooww_ , который так же был порой не против перейти на личности. ...«сентиментальный бред» Причем Вальтер о нем знал, что он состоит в какой-то то ли группировке, то ли секте, где любили использовать фразы и цитаты по типу: «Мы — будущее мира»; «Победим страх перед новым — победим смерть»; «Не бойся нового, бойся остаться в прошлом». Парень не понимал их. Уж слишком пафосно и бредово это звучало. Каким образом эта жалкая немногочисленная секта могла изменить мир? Что подразумевала под «новым» и «старым»? Какая у нее история? Неизвестно. Проснувшись, и еще пару мгновений потупив взгляд в потолок, студент гуманитарного университета по привычке, а может быть, даже рефлекторно, первым делом схватил телефон, чтобы проверить, не началась ли сегодня ночью ядерная война, не захватили ли Польшу, ну, или хотя бы, не писал ли ему кто-нибудь. Ничего из этого, к счастью или сожалению, он не заметил. Уведомлений не было вообще. Точнее, кое-что было... Зайдя в тик ток, он удивился, увидя в рекомендациях видеоролик о той секте, в которой состоял его главный хейтер, и еще больше удивился, когда во втором видео подряд восхваляли идеологию этой секты. Неужели она становится все более популярной? Вальтер надеялся, что скоро ее популярность утихнет. Зато он улыбнулся и настроение резко переменилось, когда зашел в личные сообщения тик тока и заметил, что ему отправила видео с котиками Дорис, написав снизу под ним короткое «мы!!». В ответ он поставил сердечко в реакции и набрал такое же сообщение, только без восклицательных знаков. «Мы» Парень, так же прочитав ответ подруги в телеграме, где было указано время начала этой самой вечеринки и адрес, подметил, что у него в распоряжении был еще целый день, так как начиналась она только в десять часов вечера, да и то, это был самый минимум, а сейчас всего лишь 4:20. Вальтер уже знал, как проведет весь этот день вплоть до девяти вечера. Ничего нового. Фильмы и книги. «Мы принимали морфин, диаморфин, циклозин, кодеин, темазепам, нитразепам, фенобарбитал, амитал натрия, декстропропоксифен, метадон, налбуфин, петидин, пентазоцин, бупренорфин, декстроморамид, хлорметиазол.. .» Вальтер досмотрел фильм «На игле» с мыслью о том, что он не знал почти ничего из этого и никогда не стал бы употреблять нечто подобное.                         *** Майер стоял у зеркала, в попытках понять, что ему лучше надеть. Для него комфорт был важнее красоты, но это не меняет того, что он пытался совмещать одно с другим. У парня был относительно небольшой гардероб, но зато все вещи сочетались. Почти на все случаи жизни: оверсайз худи или футболки, такие же брюки, кеды converse. Исключением были, разве что только какие-нибудь официальные мероприятия или привычные посещения университета, где, на удивление, с одеждой все было строго. Но таковы правила. Он не собирался их нарушать, ведь за это могли дать предупреждение, как минимум, максимум — отчислить, а это был единственный гуманитарный университет в городе. Выбор пал на футболку с ярким принтом, оверсайз черное зип-худи, штаны в клетку и кеды. Его повседневная одежда. А что еще одевать на неформальное мероприятие? Времени еще было много, поэтому он не особо торопился, но и дома, где было нечего делать, задерживаться не было желания. Поэтому он набрал Дорис. Та ответила спустя несколько секунд. — Омен? Ало? — послышался привычный веселый и громкий голос в трубке. — Привет, Дорис, я сейчас уже буду выходить. Кто-то, кроме нас из общих знакомых там будет? — поинтересовался Вальтер. Для него это было важно. — О, да! М-м-м... Там будет Хельга с Руф. Представляешь, Хельга тоже там будет, я сама удивилась! Это на нее не похоже. Думаю, Руф еле ее уговорила. Еще там будет Ганс. А вот Элиас отказался, ну, неудивительно, вряд ли он любит такое, да и он, вроде, вообще не пьет. — Девушка переходила с каждым словом с привычной интонации на более задумчивую. — Я тоже скоро буду собираться! Увидимся, Омен!! — Хм... Да, думаю, это в репертуаре Элиаса. — «И я прекрасно его понимаю» – добавил он про себя, но озвучивать вслух не стал. — Пока, Дорис. Увидимся. Элиас был приятным человеком по мнению Вальтера. Он был художником, который создавал работы по книге Майера. Да, их было не очень много, но пару работ — точно, и они были выполнены достаточно профессионально и реалистично. Элиас был одним из немногих, с кем в общении не было проблем. Понимающий и спокойный человек, знающий, что можно сказать, а что — лишнее. С ним было комфортно. Это тот человек, в компании которого можно было бы отдохнуть после компании шумной и энергичной Дорис, которая порой могла неслабо выматывать. Парень бы не сказал это вслух и сам себя корил за такие мысли, но иногда его слегка раздражала ее излишняя эмоциональность и гиперактивность. Порой сложно с человеком, который постоянно пытается выделиться, особенно такому, как Вальтер. Дорис была чуть ли не противоположностью парня, который старался держаться в сторонке и сливаться с толпой. Покинув квартиру, юноша вышел во двор, который потихоньку начинал засыпать. Дело в том, что это был спальный район, как упоминалось ранее, и в основном здесь жили либо пенсионеры, либо тихие и спокойные люди типа него, что довольно радовало. Молодежи, орущих шумных компаний подростков с колонкой, было немного. Вальтер думал, следовало ли вызвать такси или лучше добраться на маршрутке? Дело в том, что во-первых, ее придется долго ждать, во-вторых, пришлось бы делать несколько пересадок. Особого желания выполнять что то, что другое, не было, поэтому он не пожалел денег и все же заплатил эти несчастные четыреста рублей. Такси приехало довольно быстро, всего за минут пять и, к счастью, таксист оказался неразговорчивым, а салон довольно уютным. Пассажир вышел из машины. Таксист, выполнив свою работу, уехал. Доехали они примерно за полчаса без пробок. Увидев дом, в котором проводилась так называемая вписка, Вальтер прихуел. Это был не просто дом, а какой-то особняк. Он о таком мог только мечтать, проживая в старой пятиэтажной хрущевке. Во дворе был бассейн с подогревом, размером двадцать пять метров и большой сад. Парень, еще стоя на улице, слышал из дома очень громкую музыку, жанра между попсой и металлом, смешанные голоса людей. Крики, пение. Звук чоканья бокалов. Громкий смех. Все, что нарушало ночную тишину, которую могло прерывать лишь стрекотание сверчков и вскрики ночных птиц, неизвестных ему. Войдя во двор через распахнутую калитку, он неторопливо подошел к входной двери и сглотнул. Остановился возле нее. Его пробила мелкая дрожь. Руки задрожали. Ноги подкосились. Накатило легкое чувство нервной тошноты и слабости. Вдруг стало жарко, хотя на улице и было не более десяти градусов тепла. В ушах зазвенело. Мозг начал вырисовывать образы, все невероятные исходы событий в том случае, если дверь приоткроется, и он войдет внутрь. Все замолчат, прекратит звучать музыка и тысяча пар глаз метнется в сторону Вальтера Майера, которого бы освещал прожектор. Единственного. Яркий свет неоновых разноцветных ламп бы потух. Нет. Это лишь его воображение. Спокойно. Этого не может быть. Никому нет дела до него... Вальтер ощутил спиной пристальный прожигающий взгляд где-то сзади. Ему стало некомфортно. Передернуло. Однако резко обернувшись, он ничего и никого не увидел, кроме дорожки, выложенной квадратными камнями, ведущей к черной калитке. Показалось? Выдумка больного воображения? Он не знал ответов на эти вопросы. Теперь ему стало страшно не только заходить внутрь, но и стоять на улице тоже, поэтому через пару мгновений, он, еле собравшись с духом, дрожащими руками дернул ручку двери, оставляя ее позади и неуверенно переставлял подкошенные ноги, ступая на порог. Музыка еще громче ударила по барабанным перепонкам, проникая в них все глубже и вдалбливаясь в мозг, заставляя юношу поморщиться. Голова заболела от чрезмерно яркого освещения и нереально громкой музыки. На деле все оказалось куда лучше, чем он себе представлял. Никто не обратил на него внимания. Неизвестно, заметил ли кто-то вообще, как он вошел. Гость окинул помещение и огромное количество людей в нем оценивающим взглядом. Дом был огромным, трехэтажным. Незнакомые ему люди столпились, разговаривая друг с другом, танцуя, выпивая алкоголь, которого там, к слову, было за милую душу. Виски, вино, шампанское, коктейли, пиво и, конечно же, водка. Чего только не было. Все, судя по всему, были пьяны в разной степени. Кто-то уже лежал на диване в отключке, кто-то, наверянка, блевал, стоя над мраморным унитазом, кто-то еще не совсем потерял расудок, а были и те, кто казались вовсе трезвыми. Типичная вписка. Но Вальтер никогда на них не приходил, несмотря на то, что его приглашали пару раз. — «Везет же кому-то. Наверное, легко быть счастливым, когда у тебя столько знакомых и такое состояние, позволяющее купить целый трехэтажный особняк и бассейн с подогревом...» — Думал про себя Майер, естественно, не высказывая своих мыслей вслух. — Ты действительно так считаешь? — резкий насмешливый бархатный голос где-то рядом с ухом заставил юношу вздрогнуть. Взгляд янтарных глаз метнулся в сторону источника звука, и встретился с холодным презрительным взглядом неестественно черных глаз. Вальтер шокированно, с непониманием, отражающимся на дне глаз цвета заката, смотрел на молодого парня, который действительно выглядел как самый настоящий наркоман. То ли выцветшие, то ли явно покрашенные в пепельный блонд взъерошенные волосы, торчавшие в разные стороны. Неестественно бледная кожа, чуть ли не белая, вид у которой был вполне себе болезненный. Пустота в черных больших глазах — точно две черные дыры, и огромные темные синяки под ними, которые сильно выделялись на фоне белоснежной кожи. Сам парень был очень худой. К нему прекрасно подходило описание «одна кожа да кости». На одном ухе висела черная маска, а одет он был, на удивление, в классику: черный пиджак, рубашка, галстук, классические черные штаны с ремнем и лакированные туфли. Этот необычный молодой человек долго смотрел на Вальтера. Под его взглядом хотелось провалиться сквозь землю. Да что уж там, умереть любым способом прямо сейчас, лишь бы скрыться от взгляда черных дыр, смотрящих прямо в душу. Людей было очень много, но несмотря на это, стоящий рядом, чуть ли не вплотную человек, если это вообще был реальный человек, сильно выделялся на их фоне своей внешностью. Только ли внешностью? Майеру в тот момент казалось, что у него еще была какая-то сильная аура. Это тот, чье присутствие в помещении будет сильно ощущаться. Вальтер, кажется, потерял дар речи, но спустя мгновение, все же вернулся в реальность. — Что...? Я сказал это вслух? — в его голосе не звучало страха, да и не было ему страшно, однако все выдавало явное удивление и некоторую тревожность. — Все не так просто, как ты думаешь, Майер. — Презрительно, но больше равнодушно отрезал странный незнакомец. — Несчастным можно быть даже среди этой ебаной серой массы. Все они пришли сюда потому, что им нужно скрасить как-то свою неудавшуюся жизнь литрами спирта, пустыми разговорами с кучей не совсем цензурной лексики и сленга, а еще бесцельной тратой времени на какие-то бездумные поступки. Знаешь, кто владелец этого дома? — Непродолжительное молчание и неприкрытое незнание в глазах рыжего юноши, что указывало на то, что он не владеет столь важной информацией. — Тео Кремер. Ни о чем не говорит? Глаза Вальтера распахнулись. — Откуда вы... — он сделал вдох, собираясь с мыслями. В помещении было душно. — ...Откуда вам известна моя фамилия? — Он с ожиданием смотрел на таинственного незнакомца, компания которого напрягала и уже начинала раздражать. Вальтер был согласен с ним в некоторой степени, но именно от такого, как этот тип, слышать такое было ожидаемо. Больше всего тревожило непонимание того, откуда он обладает личной информацией об обладателе рыжих волос. — Ты еще и считаешь, что имя и фамилия человека – это важная информация, которую невозможно узнать посторонним лицам? Имя — это формальность, придуманная для удобства в обращении к тебе, оно ни о чем не говорит. — На тонких бледных губах «наркомана» расцвела, если можно так сказать, ехидная насмешливая улыбка, а глаза смотрели с тем же презрением и пустотой. Он прошелся по бедному юноше оценивающим взглядом, смотря на него сверху вниз. — Какие умные фразочки. — Не тая раздражения, немного агрессивно фыркнул Вальтер. — Еще что скажете? Но это вовсе не ответ на мой вопрос. И да, я не знаю, кто такой... Тео Кремер. — Выплюнул парень, делая акцент на имени хозяина особняка. — Да? — С наигранным удивлением и разочарованием тихо спросил незнакомец, опуская уголки тонких губ. — Тогда обернись. — В этот же миг маска разочарования сошла на нет, и незнакомый человек показал свою истинную натуру, обнажив свои зубы-клыки, злорадно ухмыляясь. Майер не понял такого предложения (если это было вообще предложение), потому что сзади них была стена, так как они стояли в углу, подальше от центра. Но все же послушался. Когда он, обернувшись, кроме встречающей его стены, увидел на ней два плаката со знакомыми надписями, его будто окатило холодной водой, либо прошибло током: «Мы — будущее мира» «Победим страх перед новым — победим смерть» — Это же... — Мир тесен, не так ли, Майер? — сохраняя всю ту же злорадную ухмылку, спросил незнакомец. — Посмотри вооон туда... Видишь, как он любезно беседует с этой очаровательной голубоволосой мадам? Парень последовал взглядом по направлению тонкого длинного пальца руки в черной перчатке. Еще одна деталь, указывающая на то, насколько странным был белокурый новоиспеченный «друг». Что-то внутри Вальтера тревожно отозвалось на это. Молодой парень лет девятнадцати с черными уложенными волосами и синими, словно океан, глазами, по всей видимости, домогался до знакомой Майера — Хельге. Его губы были растянуты в садистком оскале. Понять, что он приставал к девушке можно было по его языку тела, реакции Хельги и рядом стоящей, защищающей ее Руф, которая была просто в ярости и была готова наброситься на организатора вечеринки, покрывая его, по всей видимости, не самой цензурной бранью. — Откуда ты... «знаешь, что я ненавижу Тео?» — у Вальтера было немало интересующих его вопросов, но озвучивать их он не стал, потому что догадывался, что незнакомец не даст на них ответов, уклоняясь от них. — Что тебе нужно? — В голосе юноши отчетливо слышалась сталь и какая-то непонятная усталость. Наверное, зря он сюда приехал. — Я смотрю, ты не из любителей поговорить с малознакомыми дядями. — Ехидно усмехнулся незнакомец. — Раз так хочешь, то сразу к делу. — Загадочно протянул он, мечтательно улыбаясь и сощурив глаза. — Но для начала, давай отойдем. Вальтер от такого предложения поморщился, следом закатив глаза. — Ага, сейчас я с тобой выйду во двор, а на следующий день мое тело найдут где-нибудь в лесу. — фыркнул юноша. Был ли в действительности велик шанс такого исхода событий? — Доверься. У меня к тебе о-о-очень хорошее предложение. Уверен, тебе понравится и ты с удовольствием согласишься. Больше тебе никто никогда не предложит такого. Я полностью изменю твою жалкую жизнь в лучшую сторону, стану проводником в мир удовольствия. Просто доверь это дело мастеру... — Черные глаза, вновь заглядывая в душу, гипнотизировали. Бархатистый голос был глубоким, тихим и каким-то наигранно нежным, будто тот разговаривал с маленьким ребенком. Майер знал, что он ходит по тонкому льду. Доверять такому человеку — это явно не лучшая идея. А с другой стороны, он не выглядит полным идиотом и вряд ли станет убивать прямо здесь, на вечеринке. А черные глаза продолжали смотреть в янтарные, вызывая мурашки и желание уйти... Зная, что пожалеет, он обесиленно кивнул. Незнакомец мило улыбнулся. Ясное дело, что это был неискренний жест. — Вот и славно. С тобой приятно иметь дело, Немо. — Наигранно слащавым голосом пропел все еще незнакомый парень, который даже пока не сказал своего имени. Юноша предполагал, что он хочет предложить...