Кровная связь

      Ария долго не могла уснуть этой ночью. Она лежала в темноте, пока ненависть к себе пожирала её изнутри. Как она могла совершить такое? Всё это казалось чудовищным лицемерием. Она презирала Драко за его жестокие фантазии, а сама едва не совершила убийство. Что в неё вселилось? И Гарри, и Снейп… она отбросила их, как мусор. Они пытались помочь, а она…       Смогут ли они её простить после такого? Сможет ли Снейп простить её за то, как она сорвалась на него? Зачем она всё это ему понаговорила… Зачем разругалась с Теренсом… Как так получилось? Что ей теперь со всем этим делать, как всё исправить?       Ей хотелось исчезнуть. Провалиться сквозь пол, сквозь землю, чтобы никогда больше не видеть их лиц. Ария просто не представляла, как завтра выйдет из комнаты и покажется всем на глаза. Она не будет выходить больше никогда. Она запрет дверь и останется в комнате до конца своих дней. Только будет ли этот конец…       Во втором часу ночи Ария сильно вымоталась. Её голова раскалывалась пополам, а мышцы разрывались на части от напряжения. Её всю трясло. Глаза начали смыкаться, но слёзы не прекращались.       Раздался тихий скрип двери, после которого кто-то шёпотом произнёс заклинания. На дверь наложили запирающие и заглушающие чары.       Глухие шаги стали приближаться к кровати. Но Ария не подняла даже головы, ей было всё равно. Девушка услышала до боли знакомый запах, когда Драко забрался к ней под одеяло и приобнял её сзади.       — Тише, звёздочка… — прошептал Малфой ей на ухо и прижал спиной к себе.       — Я чуть не убила её… — тонким голоском пролепетала она сквозь слёзы.       — Но не убила.       — Но это ужасно… то, что я сделала… я… — Ария расплакалась ещё сильнее.       — Ария, ты слишком строга к себе. Об этом мечтает вся школа. Дай любому ученику твою силу, и он точно доведёт дело до конца. Но ты смогла остановиться. Ты умница, — ответил Драко и крепко обнял её.       — Я… Я поругалась со Снейпом. Я поругалась с Теренсом. Я поругалась с Поттером… Я…       — Тш-ш… Тише… Ну и пошли они. Я с тобой, и я люблю тебя.       — Но я и с тобой поругалась…       — Я всё равно люблю тебя.       — Драко, ты не…       — Я всё равно люблю тебя.       — Прекрати! — Ария вырвалась из его объятий, резко подскочила и села на кровати, повернувшись к нему лицом. — Хватит спасать меня! Мне не нужна твоя помощь, я…       — Даже не пытайся, — перебил её Драко совершенно спокойным голосом.       — Что?       — Даже не пытайся оттолкнуть меня. Я всё равно буду здесь, — прошептал он и нежно провел пальцами по её щеке. — И я всё равно буду любить тебя. Так что…       — Но я…       — Так что заткнись и успокойся, — снова перебил её Драко и крепко обнял, пытаясь уложить девушку спать. — Ложись. Быстрее.       — Но я…       — Тише, вот так. Я знаю, тебе много есть что сказать. Напишешь потом письмо своей тумбочке, — съязвил Малфой, и Ария недовольно фыркнула от возмущения и отвернулась. — А я сейчас никуда не уйду, что бы ты ни сказала.       — Ненавижу тебя…       — Я люблю тебя, — тихо сказал Драко и снова прижал её спиной к себе, поцеловав в плечо.       Повисла пауза. В комнате было слышно только их дыхание. Потом Ария снова всхлипнула — уже не так отчаянно, а скорее устало.       — И я тебя… — прошептала она в подушку.       — Я знаю, милая, я знаю. — Его рука легла на её, сплетя пальцы. — Спи, звёздочка. Я буду тут. Я никуда не уйду.       Он продолжал целовать её в плечо, в шею, сопровождая поцелуи лёгкими, успокаивающими прикосновениями. Напряжение постепенно покидало её тело. Дрожь утихла. Дыхание выровнялось, стало глубже.       Ария не заметила, как провалилась в сон. Всё, что она чувствовала в последние мгновения перед забытьём, — это его крепкие объятия и тепло его губ на своей коже. И это было единственным якорем в мире, который днём казался ей разрушенным.

***

      Кажется, Ария серьёзно ухватилась за мысль больше никогда не выходить из своей комнаты. Она просто не могла заставить себя встать с постели. Девушка провалялась в кровати все выходные и два учебных дня.       Еда сама появлялась у неё на столе каждое утро, но Ария практически к ней не притрагивалась. И она даже не задумывалась, чьих рук это дело.       Во вторник вечером Ария лежала на кровати, спиной к двери, когда послышался тихий стук в неё. Она даже не обернулась, когда раздался тихий скрип и глухие шаги.       Ария подумала, что это снова Малфой, и потому резко вздрогнула и подскочила от неожиданности, услышав низкий, протяжный голос:       — Ты не ходишь на уроки.       — Профессор Снейп? Что вы тут делаете?       — Мне сложнее тебя контролировать, когда ты не посещаешь занятия, — ответил Снейп, стоя в дверях. — И я решил проведать тебя под маской обеспокоенности. Можно?       — Можно… — Тихо ухмыльнулась девушка.       — Как самочувствие?       — Несмертельное, — съязвила Ария по своему обыкновению.       — Какая жалость, — поджав губы, профессор съязвил в ответ.       — И не говорите, — шёпотом ответила она и понуро легла на подушку.       Профессор Снейп утомлённо закатил глаза.       — Мы можем продолжать ныть и драматизировать, а можем, наконец, взять себя в руки и поговорить как взрослые люди.       — Я выбираю ныть, — вальяжно пропела Ария, подняв руку.       — Что ж, тогда мне остаётся драматизировать.       — У вас не получится.       — Не стоит меня недооценивать.       Ария рассмеялась. Профессор издал тихий и бархатистый смешок вместе с ней. Но вдруг смех Арии снова перерос в тихий плач. От чувства вины, что вновь её захватило целиком и без остатка, плач плавно перерос в глухое и сдавленное рыдание.       — Профессор Снейп… — виновато пролепетала девушка, даже не представляя, с чего начать свои извинения.       — Ясно, драматизировать тоже будешь ты, — утомлённо вздохнув, перебил её профессор. — Что ж, осмелюсь тогда взять на себя роль взрослого и попробовать не осточертеть тебе очередным нравоучением.       Ария ещё пуще заревела после этих слов.       — Простите…       — Ария. — Профессор подошёл и сел на край кровати, и девушка вцепилась в его руку, обнимая. — То, что Дамблдор велел мне приглядывать за тобой, — это правда. Но я приглядываю не только за тобой. И я что-то не припомню, чтобы мы с Поттером изучали магию юмора или говорили о любви. — Ария тихо рассмеялась. — Послушай, — сказал Снейп, отстранился и аккуратно взял пальцами её подбородок, заставив взглянуть на себя. — Ты права. Я не знаю и половины того, что с тобой произошло. И насколько я успел понять, мне нельзя знать. Но если я могу хоть чем-то тебе помочь… Я сделаю это. И не потому, что мне велел так Дамблдор, а потому, что ты залезла мне в печёнки уже настолько… что я действительно стал за тебя переживать… Я смирился. Смирись и ты.       — Неужели вы прямо каждое слово моё помните? — смущённо пролепетала Ария, расплывшись в улыбке от такого внезапного признания.       — Ну, в отличие от некоторых, у меня отличная память, — поджав губы, съязвил Снейп.       — Это ваше как благословение, так и проклятие, — ответила Ария с прищуром.       — Да. Точно.       — Вы больше не злитесь? — грустно спросила она, жалобно сведя брови, и Снейп усмехнулся.       — Я всегда злюсь. Отдыхай и возвращайся завтра к занятиям, — уверенно ответил профессор, встал с кровати и направился к выходу.       — Хорошо… — прошептала Ария, и Снейп внезапно остановился, развернувшись к ней лицом.       — А если ты захочешь поговорить о том, что произошло… Или тебе снова нужны уроки по окклюменции и самоконтролю — обязательно скажи мне.       Ария кивнула и легла на кровать, отвернувшись. Когда профессор был уже в дверях она повернулась лицом в его сторону и тихо сказала:       — Профессор Снейп… — Он остановился и посмотрел на неё, приподняв бровь в ожидании. — Вы же знаете, что я вас люблю?..       Снейп ненадолго застыл, стоя в дверях и сцепив пальцы в замок у груди. А затем, наконец, ответил:       — Прекращай драматизировать.       Ария тихо рассмеялась и натянула одеяло на голову. Снейп вышел, и в коридоре, прежде чем дверь закрылась, на его лице мелькнула неприкрытая, короткая улыбка.

***

      На следующий день Ария снова вернулась к занятиям, как и обещала. Гарри странно на неё смотрел: то ли с ненавистью, то ли с жалостью, то ли ещё с чем-то. Девушка побоялась к нему подходить. Конфликты с Поттером давались ей тяжелее всех. Поэтому она решила начать с примирения с Теренсом.       Догнав друга во время длинной перемены, Ария пригласила его выйти во двор, чтобы найти место поукромнее и поговорить. Теренс сразу согласился. К удивлению Арии, он не выглядел ни озлобленным, ни обиженным. Напротив, в его глазах ясно читалась некоторая обеспокоенность.       Присев на лавочку подальше ото всех, Ария посмотрела на Теренса и тут же спрятала глаза. Она нервно сжимала кулаки и теребила пальцы, пытаясь собраться с мыслями и найти подходящие слова. Девушка выглядела очень взволнованной и слегка испуганной. Ей было стыдно.       Ария мялась несколько минут, до тех пор, пока Теренс не закатил глаза. Он резко пододвинулся поближе, обхватил девушку руками и прижал к себе, заключив в крепкие объятия.       Ария судорожно выдохнула и крепко обняла его в ответ. Тогда Теренс поцеловал её в лоб, и Ария смущённо рассмеялась, отпрянув и взглянув ему в глаза.       — Прости… — прошептала она. — Я… Мне так стыдно… Я не представляю, как ты меня терпишь…       — Я люблю хулиганок, забыла? — улыбаясь, пошутил он и подмигнул. Ария тихо рассмеялась. — Ну, а ты… Ты — самая любимая, — нежно продолжил Теренс, но вдруг внезапно строго добавил. — И самая хулиганистая.       Ария рассмеялась громче, а затем тут же поджала губы, готовая расплакаться от умиления. Заметив этот виноватый взгляд и трясущуюся губу, Теренс утомлённо рассмеялся и полушёпотом сказал:       — Солнышко моё, иди сюда. — Он снова крепко обнял подругу, поглаживая по голове. — Ничего, ты злилась вовсе не на меня.       — Не на тебя! — громко согласилась Ария нарочито грустным голосом.       — Я знаю. Плохие дни бывают у всех, не переживай.       — Ты же меня всё ещё любишь, да? — поджав губы, печальным голоском спросила девушка.       — Я тебя просто обожаю, — прошептал Теренс и спустя пару секунд шутливо и громко чмокнул её в ухо.       — Ай! Теренс! — потирая зазвеневшее ухо, возмутилась Ария.       — Будешь знать, как кричать на меня, — поджав губы, спокойно ответил он, и Ария строго на него посмотрела. — Как с Поттером? Помирились?       — Нет, и я не знаю, как к нему подойти… Честно, я пока не хочу это обсуждать, я ещё сама не до конца поняла, что между нами произошло…       — Хочешь, я с ним поговорю?       — Нет… Спасибо… — Улыбнулась Ария. — Я сама разберусь. Как с Джереми дела?       — М-м-м… — Теренс смущённо заулыбался. — Всё хорошо, спасибо. Я думаю пригласить его на Пасхальные каникулы, чтобы познакомить с родителями.       — Серьёзно?! Прям познакомить-познакомить? Официально?       — Ну нет, конечно. Не так резко. Сначала просто его представлю, как друга. Там посмотрим, как всё будет развиваться.       — Ты счастлив? — тихо спросила Ария, довольно улыбаясь. Теренс смущённо кивнул. — Я рада за тебя. — Широко улыбнувшись, она крепко обняла его.       — Я подумал… Может, ты тоже приедешь?       — Ой, я… Я не умею себя вести и в обычном обществе, не то что высоком. Я обязательно разнервничаюсь и что-нибудь ляпну…       — Перестань. Ты их очаруешь, не переживай.       — Давай… Давай всё же в другой раз… Я пока не готова… Я боюсь. Вдруг тебе запретят со мной общаться после этого?! — встревоженно выдала Ария.       — Ладно, — Теренс рассмеялся и не стал на неё давить. — Как скажешь.       — Спасибо… — улыбаясь, ответила она.

***

      Время понеслось с бешеной скоростью. До экзаменов оставалось каких-то жалких несколько недель, и напряжение в стенах Хогвартса стало осязаемым. По школе начали гулять запрещённые эликсиры и просто сомнительные препараты, помогающие увеличить объём памяти, успокоить нервы и тому подобные прелести, так необходимые сейчас пятикурсникам и семикурсникам. Ответственность старост возросла вдвойне; им приходилось не только готовиться самим, но и пресекать это опасное для здоровья надувательство.       Отношения с Драко, вопреки всему, снова были чудесными. Даже после очередной ссоры, после ледяного осознания, что они смотрят на мир с разных берегов и вряд ли подходят друг другу, они не могли отказаться от своих чувств. Просто не могли оторваться друг от друга.       После того, как Драко поддержал её, как несколько ночей подряд приходил к ней в комнату и утешал, злиться на него стало невозможно. Ария приняла и переосмыслила тот факт, что он, по сути, заботился о ней всё лето, даже несмотря на то, что она его бросила. Она простила слежку и поблагодарила за помощь и поддержку, взяв с него обещание больше так не переусердствовать и ни в коем случае не шпионить. В ответ она пообещала не относиться так эгоистично к его обеспокоенности её состоянием.       С Гарри они так и не примирились. Если это вообще была ссора. Почти каждый раз, когда Ария оказывалась рядом с Малфоем, она ловила на себе его пристальный взгляд. Поттер тут же отводил глаза, и его челюсть резко сжималась.       Ария не верила, что Гарри мог быть в неё влюблён. Предпосылки, конечно, были: её собственное неоднозначное поведение вполне могло что-то разжечь. Но больше она склонялась к другому объяснению — их странная магическая реакция друг на друга спутала ему все мысли. Ведь в ней буквально живет частица души её отца, и Гарри просто не мог не чувствовать себя странно рядом с ней.       Из-за всей этой неразберихи Ария не навещала Сириуса уже целый месяц. Наверняка Гарри уже рассказал крёстному о её выходке с Амбридж, и одна только мысль об этом леденила душу. Она не могла представить, как посмотрит ему в глаза. Ещё страшнее было думать, что Гарри мог поведать и об их последней ссоре. Ария панически боялась увидеть в его взгляде разочарование и не знала, что сказать в своё оправдание. Ей было стыдно.       Но время шло, и Ария очень сильно скучала. Когда наступил конец мая, она всё же решилась дождаться полнолуния и навестить Сириуса вживую, встретившись со своими страхами лицом к лицу. Тянуть дальше казалось уже глупым и куда более пугающим. Пора было поговорить.

***

      Ария дождалась, пока на часах пробьёт полночь, и тихо прокралась в гостиную. Убедившись, что в этот раз за ней никто не следит, девушка тайком сбежала из замка в Запретный лес. Под ярким, почти белым светом полной луны девушка порезала ладонь, пожертвовала кровь артефакту, сотворила заклинание сокрытия и, закрыв глаза, перенеслась на площадь Гриммо.       Ария материализовалась посреди пустой гостиной. В комнате никого не было, но огонь в камине горел, а на столике у дивана стоял недопитый бокал вина и лежала раскрытая книга. Что означало, что хозяин дома, очевидно, где-то неподалёку.       — Сириус? — позвала его девушка, но в ответ услышала лишь тишину.       Пока она ждала, её пальцы вцепились в ручку маленького чемоданчика с сюрпризом, который она принесла из Хогвартса. Не в силах усидеть на месте, девушка стала медленно прогуливаться по комнате. Она подошла к большому комоду у стены, заставленному фоторамками. Одну из них Ария взяла в руки: на пожелтевшем снимке смеялись молодой Сириус и Джеймс Поттер. Она разглядывала его с едва заметной улыбкой.       Даже на фотографии в Сириусе было видно ту самую, дерзкую, почти вызывающую живость во взгляде. Удивительно, но этот огонёк он сумел пронести сквозь годы, несмотря на Азкабан, ненавистный дом и постоянную тень над головой.       За её спиной скрипнула половица и послышались глухие шаги. Ария обернулась. Сириус стоял у двери, безмятежно облокотившись о косяк.       — Сириус… — улыбнулась она и осторожно поставила фотографию на место.       — Знакомы? — вздёрнув бровь, съязвил Блэк.       Кажется, он был всё-таки немного обижен на столь долгое отсутствие девушки без каких-либо объяснений.       Ария неловко ухмыльнулась и поджала губы, виновато пряча глаза в пол.       Сириус закатил глаза и улыбнулся. Он медленно к ней подошёл, разведя руки в стороны. Ария поставила чемодан на пол и радостно кинулась к нему в объятия.       — Я очень тебе рад, — прошептал он, тихо рассмеявшись, и погладил её по голове. — Что в чемодане?       — Сюрприз… — тихонько промолвила Ария, загадочно улыбаясь. — Но немного позже…       — Хорошо. Что ж, чем обязан столь внезапному появлению? — с ноткой сарказма спросил Блэк и жестом руки пригласил её присесть на диван.       — Сириус… — неловко начала лепетать Ария, когда они сели. — Я… Прости… Мне было стыдно… Я боялась, что ты разочарован… Гарри наверняка уже рассказал тебе…       — Про Амбридж? — внезапно перебил её Блэк, и Ария замерла от волнения. — Да, он рассказал.       — И что… Что именно он сказал тебе? — спросила она полушёпотом с застывшим ужасом в глазах.       — Он сказал, что Амбридж замучила бедного второкурсника пытками, но ты исцелила его, сумев забрать его рану себе. После чего Амбридж внезапно появилась в проходе, выражая удовлетворённость своим поступком, и ты вылила на неё свой праведный гнев.       — Праведный гнев? Но я же чуть не убила её…       — Этого он не сказал, — поджал губы Сириус.       Ария удивлённо приоткрыла рот. Гарри не сказал про попытку убийства? «Праведный гнев»? «Исцелила»? Так он видит эту ситуацию? Или просто не захотел открывать Сириусу всю правду, стыдясь за неё?       — Так… Что произошло?       Ария нервно выдохнула и рассказала Сириусу всё, что случилось тогда. Она рассказала и про Амбридж, и про очередную ссору с Драко, и про Топси, и про странное признание Гарри.       Она рассказала всё, словно на одном дыхании. Будто намеренно не давая Сириусу вставить слово, пока он не услышит всё до самого конца. Иначе она бы просто не смогла продолжить свой рассказ.       Ария закончила говорить и тут же испуганно замерла, ожидая его реакции. Сириус нахмурился и молчал несколько минут. Внезапно он вскинул брови и тихо вымолвил:       — Подожди… Так мазь от ожогов… Это тоже была Топси? Поразительно…       — Серьёзно? Это первое, что ты хочешь обсудить?       — Милая, я ждал развязки этой загадочной истории с эльфом весь учебный год. Дай переварить.       Ария внезапно громко рассмеялась, и Сириус издал тихий и бархатистый смешок вместе с ней.       — Ну, а если серьёзно, то я очень тобой горжусь, — тихо сказал Сириус нежным голосом.       — Серьёзно?.. — Ария замерла от изумления. Она ожидала вовсе не такой реакции.       — Чему ты так удивляешься? И почему ты так боялась навестить меня раньше?       — Я… — растерялась девушка. — Я думала… Ты будешь разочарован…       — Чем же? Тем, как ты спасла маленького мальчика и буквально забрала его боль себе? Или тем, как ты смогла проявить милосердие и взять себя под контроль? — Сириус слегка наклонился к ней. — Милая, в тебе буквально сидит паразит, от которого ты не можешь избавиться и который бушует в тебе, обостряя все эмоции и порывы… Я уж молчу про твои гены… — с ноткой иронии добавил Сириус шёпотом, и Ария снисходительно ухмыльнулась. — Твоё желание защитить слабых, а главное — желание не причинять людям боль… даже самым злым… Очень похвально. И я горжусь тобой.       — Спасибо… — нежно прошептала Ария, и её глаза вмиг заслезились от облегчения.       — Ну-ну, — тихо рассмеялся Сириус. — Иди сюда.       Они крепко обнялись.       — А что мне делать с Гарри?..       — Дай ему время.       — Ты не злишься на меня? За то, как я с ним обошлась… Я ведь ничего не знала… Думаешь, он вправду влюблён в меня?       — Нет, я не злюсь. Почему я должен злиться на ваши чувства друг к другу? Но, если честно, я не думаю, что Гарри в самом деле в тебя влюблён.       — Почему ты так думаешь?       — Если смотреть со стороны… Абстрагировавшись, если ты понимаешь, о чём я… — загадочно начал Сириус, и Ария кивнула, затаив дыхание. — Он часто слишком к тебе категоричен. А любовь имеет такое странное свойство: оправдывать и лелеять свой предмет обожания, несмотря ни на что. Особенно в вашем возрасте. Не то чтобы я одобряю выбор Малфоя, но посмотри на него. Сколько раз ты его бросала? Сколько раз флиртовала с его врагом у него на глазах? Сколько грубила? И что он после всего этого сделал?       — Пришёл ко мне в комнату и уложил спать… Сказал, что всё равно меня любит…       Сириус мягко улыбнулся и кивнул, поджав губы.       — Я его бросила, а он нашёл и прислал мне редкий артефакт, чтобы мне не было плохо…       Сириус быстро вскинул брови и снова кивнул, всё ещё улыбаясь.       — Но… Но почему Гарри тогда…       — Ну, во-первых, милая моя, — неожиданно серьёзно заговорил Сириус, — столь усердное кокетство часто имеет побочный эффект в виде заинтересованности со стороны юношей. А во-вторых, я согласен с твоей мыслью о том, что часть души Волан-де-Морта, что живёт в тебе, путает как сознание Гарри, так и его восприятие тебя в целом. Поэтому, если ты хочешь всё исправить, просто дай ему время, а затем сбавь градус своего желания всем нравиться и переведи ваше общение в более нейтральное и дружеское русло.       — Хорошо… — Ария сначала растерялась, но затем быстро пришла в себя, и на её лице заиграла смущённая улыбка. — Ладно, я поняла тебя. Но ты думаешь, он захочет со мной ещё разговаривать?       — Конечно. Не переживай об этом, милая.       — Спасибо… — нежным голосом прошептала девушка. В мире не существует интонации, с которой она смогла бы выразить всю глубину своей любви и признательности за его поддержку.       — Так, ладно, это всё? — спросил Сириус с неожиданным раздражением в голосе.       — Ты куда-то спешишь? — удивилась Ария.       — Я так больше не могу.       — Как? — вздёрнув брось, спросила девушка, улыбаясь.       — Что в чемодане, Ария?! Давай же, где мой сюрприз?! — звонко отчеканил Сириус и широко улыбнулся.       Ария рассмеялась и встала с дивана, чтобы принести чемодан.       — Я не знаю, уместен ли он… Сейчас…       — В каком смысле — уместен ли? Открывай немедленно!       — Помнишь, тогда на мосту, ты сказал, что споёшь мне трезвым, и я извинюсь за то, как воротила нос от твоих завываний?       — Допустим…       — Ты достаточно трезв сейчас?..       Ария открыла чемодан и достала из него что-то, очень напоминающее своим видом граммофон.       — Что это?       — Давай запишем песню! Только ты и я… Я и гитару с собой взяла! И вообще всё школьное музыкальное оборудование, тут чары расширения в чемодане… И я их зачаровала — они будут играть сами, я на гитаре, а ты петь… И…       — Так чего же мы сидим?! — Сириус внезапно подскочил и встал в центре комнаты, потирая руки. — А что мы будем петь?       — О, я и песню написала! — Рассмеялась девушка, наблюдая за его энтузиазмом. — Только это всего лишь набросок, давай сначала пробежимся по тексту и нотам, чтобы довести её до ума. Может, ты захочешь добавить что-то от себя…       — Ты думаешь, мы успеем?       — Думаю, к утру справимся. Мне нужно вернуться в 4:13. Минутой позже луна уйдёт, и мою магию смогут обнаружить.       — Так не будем терять ни минуты.       Следующие часы пролетели как один. Голос Сириуса был просто… Восхитительным. Он пел от всего сердца и попал во все ноты, но что больше всего поразило Арию до глубины души… Он держался как настоящая рок-звезда. Ария принесла ему свои глубочайшие извинения и рассыпалась в нескончаемом потоке комплиментов и восхищения его харизмой.       Громко смеясь, они рухнули на диван, когда почувствовали невероятную усталость. Песня вышла потрясающей… Может… Теренс поможет и её пустить в эфир?       — Ну, осталось ещё десять минут… — тихо прошептала Ария с улыбкой. — Знаешь, мне так хорошо с тобой. Я счастлива, что ты у меня есть. Прости меня за все мои грубые слова, что я когда-либо тебе говорила… — неожиданно серьёзно заговорила она, но вдруг скривила хитрую улыбку. — Кроме сковородки, потому что… Ну, признай, это смешно.       — И страшно, — поджав губы, ответил Сириус серьёзным тоном. — Так что соглашусь. Потому что всё ещё боюсь.       Ария громко рассмеялась, и Сириус издал низкий и бархатистый смешок вместе с ней.       — Знаешь, ты ненавидишь свой дом, но… Это же так здорово… Что у тебя он есть… Что Гарри потом сможет жить с тобой… Вы будете вместе, как настоящая семья… — мечтательно заговорила девушка.       — Ну, а куда же пойдёшь ты после Хогвартса? — вскинув брови, обеспокоенно спросил Сириус и тут же резко сощурился. — Надеюсь, не к Малфою?       — Почему нет? — Рассмеялась она.       — Ария, я понимаю, мужчин очень украшают… поместья… — вздёрнув бровь, съязвил Блэк, и Ария снова рассмеялась, как вдруг он неожиданно серьёзно добавил, — но желание истребить бо́льшую половину населения как-то нивелирует этот факт.       Улыбка с её лица тут же исчезла. Ария поникла.       — Милая, я понимаю, ты его любишь… Сейчас. И он тебя любит — я это признаю. И он многое сделал ради тебя… Но он не сможет остановить войну, даже ради тебя. И он не сможет бросить свою семью: Малфои всегда держатся вместе, это залог их выживания и процветания… Я прошу тебя, подумай ещё раз обо всём хорошенько… Ладно? — Сириус легонько дотронулся пальцами до её подбородка и взглянул в её грустные лиловые глаза. — Скоро начнётся война. Твоя сила огромна, прошу, не натвори глупостей из-за своих чувств… Я верю, ты справишься, но всё же будь осторожна… Ты обещаешь мне?       — Я обещаю… — тихо прошептала девушка, и Сириус крепко её обнял. — Я думаю… Мне пора…       — Да. Поспеши. Осталось пять минут.       Магией Ария собрала в чемодан всё оборудование, и тот громко захлопнулся с резким щелчком замочка.       — Вот, кстати, у меня для тебя подарок. Пусть у тебя тоже всегда будет что-то, напоминающее обо мне… — сказал Сириус и протянул Арии маленькие карманные часы.       — Вау… Они такие красивые… Сириус, спасибо! — расплываясь в улыбке, ответила она.       Часы и вправду выглядели просто потрясающе. Они ярко переливались в свете огня от камина. Трёхкрышечный корпус был выполнен из серебра, а крышки украшены богатыми растительными узорами.       — Сириус… Ты не против… Это странная просьба… Но… — прошептала Ария, явно смутившись.       — Что ты задумала?       — Я думаю, я знаю, как сделать так, чтобы вы с Гарри тоже могли тайно видеться… Но для этого мне понадобится капля твоей крови…       — Это тёмная магия? — серьёзным тоном спросил Блэк.       — Немножко… — сощурившись, ответила Ария.       — Я против, извини.       — Артефакт тёмный, но его буду использовать я, и я с ним связана, так что на тебе и Гарри это никак не отразится. Хочу выступить связующим звеном, я объясню, когда доработаю ритуал… Пожалуйста… — Ария грустно свела брови.       Сириус недовольно поджал губы, но спустя минуту раздумий всё же кивнул в знак согласия. Девушка уколола заклинанием его палец и капнула его кровью на часы.       — Спасибо… — прошептала Ария и ещё раз взглянула на них. — Время!       — Да, поспеши!       Ария встала посреди комнаты и, убрав часы во внутренний карман рубашки, сжала чемодан в руках и приготовилась трансгрессировать. Перед своим уходом она в последний раз обернулась, чтобы посмотреть на Сириуса.       — Я буду скучать по тебе, брюзгливый старик… — ехидно улыбаясь, прошептала Ария и подмигнула, и Сириус издал тихий лающий смешок.       — И я по тебе, пубертатная язва. Навещай меня почаще, — ответил он нежным голосом, но с хитрым прищуром в глазах.

***

      Ария не помнила, как добралась до своей комнаты. Едва переступив порог, её ноги подкосились, и она рухнула на пол. Сознание отключилось мгновенно. Все её тело билось в судорогах, а из носа, не останавливаясь, шла кровь.       Она пробыла у Сириуса слишком долго и потратила слишком много магических сил. Расплата от воздействия Асцендента наступила сразу.       Непроглядный туман.       Знакомое место…       Небольшое строение среди тесно растущих стволов, похожее на неприглядную хибару.       Небольшая комната, служившая, судя по всему, сразу и кухней, и гостиной.       Девушка с длинными чёрными волосами, спутанными в колтуны, пишет записку.       Кругом очень темно. Тусклый свет луны с трудом пробивается в маленькие грязные окошки.       Золотой медальон лежит рядом с ней на столе…       Девушка бросает перо, оставляет записку, судорожно хватает медальон и спешно покидает дом…       Яркая белая вспышка.       Лавка «Горбин и Бэркес». Внутри темно и сыро, на улице поздний вечер и промозглая погода.       Дрожащей рукой девушка с длинными чёрными волосами стучится в дверь. Она проходит внутрь и снимает плащ. Судя по размеру её живота, кажется, срок уже скоро должен наступить.       Она снимает с шеи медальон. Ей платят за семейную реликвию Мраксов жалких десять галлеонов.       Яркая белая вспышка.       Большой просторный дом каких-то явно богатых людей.       Полная старая дама в замысловатом рыжем парике и причудливом розовом одеянии… Рядом молодой человек…       Красивый и обаятельный, с холодными, как айсберг, глазами…       Отец?..       Она показывает ему медальон. Она показывает ему большую золотую чашу. В его леденящих душу глазах загорается огонь.       Яркая белая вспышка.       Она лежит на полу. На её лице застыло выражение полнейшего ужаса.       За окном глубокая ночь и громкий ливень…       Ее сердце больше не будет биться.       Яркая белая вспышка.       Что это за место?       Длинный тёмный коридор.       В конце большая чёрная дверь с круглой ручкой посередине…       Что за ней?..       Высокий, как собор, зал со стеллажами, на которых лежат пыльные стеклянные шары.       Между стеллажами узкий проход.       В самом конце, на полу, лежит чёрная фигура человека и корчится, словно раненое животное.       — Возьми его и отдай мне… ну же, бери… я не могу до него дотронуться… зато ты можешь… Круцио!       Человек на полу кричит от боли, пытаясь встать, но сразу же, корчась, падает снова.       Приглушённый холодный смех.       — Тебе придется убить меня, — прошептал Сириус.       — Обязательно, — произнёс холодный голос. — Но сначала ты дашь мне его, Блэк…       Волан-де-Морт взмахивает палочкой, и Сириус отчаянно кричит от боли, рухнув боком на холодный каменный пол.       Яркая белая вспышка.       Гарри кричит, лёжа на полу Большого зала, вдоль которого расставлены парты, будто идёт экзамен. Ему приснился сон. Всё хорошо — это было не по-настоящему…       Экзамен? Экзамены ещё не начались, когда это происходит?       Яркая белая вспышка. Головная боль.       Большое тёмное поместье. Звонкий, до боли знакомый смех… Отец.       Радость и предвкушение… Коварный план… Это всё обман.       Яркая белая вспышка. Чувство сдавленности в груди.       Большая чёрная платформа. В центре возвышается каменная арка, в которой мягко колышется, словно туманный, чёрный занавес. Из неё доносится тихий завораживающий шёпот множества голосов.       Ослепляющий красный луч останавливают защитные чары.       Среди всего этого хаоса, что происходит во время сражения целой толпы магов, ничего невозможно разглядеть и понять.       Из-за спины внезапно доносится до боли знакомый голос:       — Экспелиармус! — это кричит Гарри.       — Браво, Джеймс! — Сириус сражается рядом с ним, плечом к плечу.       Тёмная высокая фигура женщины возникает словно из неоткуда…       Она замахивается волшебной палочкой.       Она кричит:       — Авада Кедарва!       Ослепляющий зелёный луч.       Застывшее выражение ужаса на лице Сириуса.       Туманный чёрный занавес обволакивает его тело, поглощая в небытие.       Пронзительно-громкий, отчаянный, истошный крик.       — Ты ничего не можешь сделать, Гарри… — шепчет Люпин, сдерживая трясущегося парня.       Яркая белая вспышка. Невыносимое удушье и боль в груди.