В моей голове звери

Выспаться как следует этой ночью Полине не удалось. Утром, увидев себя в зеркале, она засомневалась, спала ли вообще. Но если все время до утра она провела в кровати, ворочаясь с бока на бок — это не значит, что уроки кто-то отменил. Собравшись, также как и вчера, она потопала в класс, встретив по пути Антона. Парень выглядел довольно бодрым, в отличие от Полины. Если судить так — здесь каждый выглядел бодрее, чем она. Но смотреть на чужие незнакомые лица ей не хотелось. От одного только вида своих одноклассников становилось тошно. А ведь она даже не знает имён большинства. На первом уроке — любимой Полине истории — она едва увернулась от нападения двойки. Ответить на вопрос учителя получилось не с первого раза. И плевать, если он спрашивал как у нее дела. Она что-то начала затирать ему о накануне прочитанном в параграфе. На втором уроке — когда оживился Пятифан, Полина поняла, что тоже нужно просыпаться. Она зевнула, прикрыв рот ладонью, и глянула на доску. Геометрия ей, конечно, нравилась больше, чем алгебра, но чтобы вот так прослушать новую тему — это что-то с чем-то. Придется самостоятельно догонять и тратить свободное время на учебник геометрии. После третьего урока Рома позвал всех курить, сказав, что каждого сегодня угощает. То, что пачка сигарет в его руках принадлежала Бяше, не имеет значения. Он широко улыбнулся, подкуривая с чужих рук. В этот раз в их тайном месте было больше людей. Полина не знала, кто они, но точно бы больше не хотела видеть их так близко — в одном маленьком помещение. Ее с этими ребятами познакомили, но имя всех она запомнить не смогла. Взгляд только-только начал фокусироваться. А вот перестать зевать Полине никак не удавалось. — На, угощаю, — парень с короткой стрижкой протянул ей тонкую сигарету, своими губами зажимая такую же. Полина отрицательно поматала головой. — Не куришь? — парень в удивление убрал сигарету обратно в пачку. — Меня привлекают зависимости посерьезнее, — она отвела взгляд. На ее заявление толпа хором протянула что-то похожее на звук «у-у-у». Полиной такой реакции не поняла. На фоне едва слышно играла какая-то музыка. Полине было настолько лень вслушиваться, что она скучно оперлась плечом о стену, все также у входа, перед этим предварительно проверив ее на наличие грязи. Прикрыть глаза даже на мгновение она боялась — казалось, что если она сделает это, то тут же свалится с ног и уснет прямо здесь. Разговоры остальных присутствующих тоже эхом отдавались у нее в голове. Как будто она с головой погрузилась в воду, а эти люди — стояли на берегу. Она вскинула голову вверх, понимая, что начинает засыпать. Почувствовав, как ноги в коленках подрагивают, она сменила позу. Окончательно она очнулась только тогда, когда почувствовала на своеих плечах тяжелую руку. — А, Полинка, пойдешь с нами? — Пятифан улыбнулся, хлопая глазами. Полина, все еще боявшаяся, что упадет, поскорее убрала его руку. С каким вопросом к ней обращилась, из-за своих желаний поспать в родной комнате за пределами этой школы, она не поняла. Но хорошо заметила то, что почти все внимание этой компании теперь обращено на неё. Не сказать, что ее это обрадовало. Скорее, наоборот. Выпученные глаза, ожидающие ответа, только отталкивали. Вот бы развернуться и сбежать! — Куда? — она глянула на часы, отмечая, что идти на географию не хочется совсем. География Полине уже не нравилась тем, что по рассказам новых друзей, преподаватель этого предмета не позволит ни поспать, ни просто отдохнуть. Сама учительница не строгая, может иногда шуток накидать, но справедливая и внимательная. «Даже если в задании не будет задания, она все равно придумает задание. Да такое, что это задание будет казаться нереальным заданием!» Рома протянул руку к голове Полина, намереваясь потрепать на макушке. Но Морозова, предугадав это заранее, резко попятилась назад, врезавшись в Антона. Парень не смог удержать равновесие, — хотя выспался — и с громким звуком упал на пол. Под ноги сидячих на диванах ребят. — Прости, пожалуйста... — под звонкий общий смех ребят Полина помогла Антону подняться, и даже отряхнула его жилет от попавшей с пола пыли. На извинения он лишь раскованно пожал плечами, поправляя свои очки. Повезло, что они остались целы. Полина свела брови, ожидая конец этого, казалось, вечного мужского противного смеха. От этих низких голосов Полине становилось так мерзко, что она думала, будто парни специально его выдавливают. Но сказать что-то вслух не осмеливалась. Лишние проблемы ей не нужны. Особенно в этом месте. — Полиныч, ну ты даёшь! — Полина повернулась на Рому, сщурившись от своей формы имени из его рта. — Полина я! Что хотел? — она сложила руки на груди, с радостью отмечая, что сон как волной унесло. Но есть и минусы — Антон наверняка больно ударился ногой о спинку дивана. А виноват в этом Пятифан! — Да с тобой щас страшно общаться-то... — он усмехнулся. — Спрашиваю, с нами в пятницу на матч по теннису пойдешь? — он, до сих пор посмеиваясь, отошел от нее, опасаясь участи валяться на полу. Полина невольно вспомнила о том, что сегодня, на большой перемене договаривалась встретиться с Владом на теннисном корте. Втором, кажется. Желание отпало только сейчас. Вчера попросту не было времени раздумывать об этом. Вчера все мысли занимало желание провалиться в сон. Наверное, Влад там тоже будет. Даже приписывая сюда его, тащиться на какой-то теннисный матч ей не хотелось. Ей бы выспаться... — Что там делать? — она вскинула бровь вверх, оглядывая каждого сидящего. И только сейчас поняла, что здесь снова нет Алисы. Значит, она и вправду не знает об этом месте. Как же неудобно даже вспоминать о их отношениях с Ромой. — Смотреть, как в теннис рубятся! Чё еще-то!? — Рома ловко пожал плечами, накидывая на себя свою олимпийку. Три полоски, все как надо... Это предложение Полине показалось меньше, чем интересным. Кому-кому, но точно не ей завороженным взглядом глядеть за зеленым мячиком и чужими ракетками. Она вдруг задумалась, зачем практически каждую перемену таскается со своими друзьями в их потайное место. Оно, кажется, предназначено только лишь для того, чтобы покурить, пропустить мимо ушей свою же музыку, и вместе весело посмеяться над тем, как нечаянно, не по своей вине падают их друзья. Полина только сейчас поняла, что презирает их полностью. Начался второй день ее пребывания здесь, но плюса в окружающих ее людях она не увидела ни одного. Да и в себе, впрочем. Оказавшись перед этими темными, скрипучими дверьми входа в школу, она вдруг почувствовала, что потеряла все своё превосходство. Потеряла то, чем гордилась многие годы до этого. Полина боялась, что через пару недель, — если к тому времени Морозова все еще будет тут — она совсем перестанет чувствовать себя живой. Будет чувствовать лишь свою никчемность и ненужность. Боялась, что также, как ее новые приятели, начнет курить и срывать уроки. Забывать про форму и домашнее задание. Боялась, что останется здесь навсегда. — Погнали, там и уроки «культурно пропустим», — Рома покрутил рукой в воздухе, и, скручив гримасу на лице, подмигнул сидящим на диванах парням. Он спрятал руки в карманах спортивных штанов, снова подходя к Полине. — Да что там интересного? — Полина безнадежно глянула в сторону, видя перед собой стену. В этот раз отступить не получится. Некуда. И Антона под рукой нет... — Я там самое интересное, — как гром среди ясного дня ровно, не слишком быстро, но и не медленно произнесла Катя. За все время, пока Полина находилась тут, Катю она не заметила. И только сейчас Смирнова дала понять, что тоже существует, и по-прежнему жива. Она растянула губы в своей непонятной чтó отражающей усмешке, с каким-то вызовом смотря на Полину. Словно спрашивала, сможет ли она прогулять целый учебный день, чтобы посмотреть ничего не значащий для нее теннис. Катя, по своему обычному режиму стояла в стороне, подальше ото всех. Будто держала дистанцию, всегда готовая к нападению в спину и толпой. Полине она вообще казалась странной: в отличие от своих друзей на уроках Катя молчала, и иногда даже что-то записывала в тетрадь. По этому поводу к Полине в голову тоже закрадывались сомнения. Она думала, что Смирнова пишет что-то другое, совсем не по теме урока. Но зато Катя чаще всех остальных прогуливала. И почти постоянно никто не знал, куда она девается. Либо сама с каких-то определенных уроков уходит, либо с самого урока пропадает. Учителя, к такому привыкшие, уже не обращают внимания. По неясным причинам учителя на глазах у Полины еще ни разу не спрашивали что-то у Кати. У Морозовой чувство, будто они ее опасаются, и держаться от неё стараются подальше. Вот только почему — Полина не знала. Либо она настолько поехала здесь крышей, что уже видит то, чего не видно другим. Комментарий Кати Полину не обрадовал. Сказать больше — он вообще ничего не решил. — Я таким не интересуюсь, прости, — взгляд Полины снова направился на часы, скрываемые под белым рукавом её блузки. Она кивнула головой, направляясь к выходу. Опоздать на географию не хотелось, поэтому, стараясь не медлить она вышла, оставив ребят одних. — Не прощаю, — выдохнула Катя, смотря на вытекающую из помещения толпу. *** На географии Антон решил сесть с Полиной, конечно, попросив разрешения перед этим. Как он учился, Морозова не знала. Но он точно похож на того, кто получает только пятерки, иногда четверки. Все радости того, что Полина, как она подумала, больше не хочет спать, обрушила география и ее учительница. Несмотря на то, что Полине, — и, как она поняла, Антону, — сегодняшняя тема казалась невероятно скучной, почти все ученики ее слушали. Даже на последних партах ребята напрягли уши и глаза. Но Полина, не выдержав, опустила голову на парту. Но её, как она и ожидала, не оставили без особого внимания. Учительница — Елена Витальевна, и по совместительству завуч — предварительно узнав имя Морозовой, тут же попросила поднять голову и внимательно слушать. Она чувствовала, что сгорает от нехватки сна и скукоты. — Слушай, Полин, — Антон аккуратно повернулся к ней, прикрывая рот ладонью. Так, чтобы учительница не заметил движение его губ. Заметив, что Морозова слушает, он вновь уткнулся в учебник. — Пошли с нами в пятницу на стадион? Там круто будет, я обещаю, — он утвердительно кивнул, пробегаясь глазами по тексту. Полина уже подумала, что от нее отстали с этой темой, но нет. Видимо, Антон больше всех хочет, чтобы Морозова пошла с ними. Надо же — даже подсел к ней. Что такое перемена, он, кажется, забыл. Это вполне возможно обсудить на ней. Либо он знал о встрече с Владом, но на теннисный корт идти не хотела. — Ладно, один раз схожу, — Полина таки сдалась, предвкушая примерно несколько часов пятницы, проведенных на теннисной площадке. — Катя играет? — она оглянула класс, заметив "подругу" на последней парте. Та, что стоит впритык к окну. Наверное, оно хорошо открывает вид на весь передний двор школы, куда сейчас смотрела Катя. Подперев голову рукой, согнутой в локте, она стучала пальцами по своей коже. Антон тоже мельком глянул на неё. — Ага! Она в прошлый раз всех так уделала... — казалось, что Антон едва сдерживается от того, чтобы вскочить и, размахивая руками в разные стороны, начать говорить о великолепной игре Кати. Что-то тут не так? Наверное. Полина растянула губы, но тут же прикрыла их рукой. Чтобы не смущать Антошку. — Тош, она тебе нравится? — Полина старалась вести себя тише, но вопрос будто криком сорвался с губ. Она даже сама не сразу поняла, что спросила. Антон замолчал и косо глянул на Полину. Из-за учительницы, которая теперь пристально смотрела в их сторону, он сдерживался, и говорил слегка невнятно. Но румянец на его щеках не появился. — Нет, конечно, — он поматал головой. Такого он допустить бы точно не смог. Да что там! Он бы себе этого не простил! — Просто она хорошо играет. А так она вообще... — он запнулся, выдержав небольшую паузу. — Ну, своеобразная, — он пожал плечами, а в сторону Кати даже смотреть не стал. От чего не удержалась Полина — голова будто сама повернулась назад. Но встречи с чужим, холодным и проникающим словно под самую кожу взглядом избежать не удалось. Катя смотрела так, будто слышала весь их разговор с Антоном. Но на Петрова она даже мельком не глянула, наверное, ее не сильно привлекала его спина. Полина сщурилась, решив поиграть в гляделки. Она улыбнулась, прячась за поднятой вверх книгой. Но вид Кати оставался одним и тем же. Полине даже показалось, что та не моргает. Но все же видела она в этих глазах что-то странное. Они безбожно отражали блеск в свете солнца из окна, и Полину увидела, как в них промелькнуло что-то знакомое. Самый настоящий хрусталь. Полина, продолжая играть с Катей, поняла одно — Смирнову можно сломать. А потом сама же сдалась, отвернувшись. Она почувствовала себя под взглядом какого-то психа в больнице. Когда Катя не могла видеть ее лица, она встревоженно сглотнула. — Ненормальная... — тихо проворчала она себе под нос. Совсем скоро звонок. *** На теннисный корт с наступлением большой перемены ребята шли под негромкий рассказ Антона, какие силы он приложил, чтобы уговорить Полину в пятницу сходить с ними. Искренняя радость Ромы Морозовой была непонятна. Он победно вскинул кулаки вверх, потрепав Антона по светлым волосам. Полина не знала, как совпало так, что на теннисную площадку они идут все вместе, а не она одна. О Владе за прошедшие сегодня уроки она вспоминала пару раз, и те были наполнены скукой. Она вдруг засомневалась, узнает ли вообще его. Всё, что она помнит о нём — это светлые волосы и огромная рубашка. Ребята любезно отобрали у ребят из класса поменьше ракетки и мяч, начав играть. Они заняли первый корт, и остались там, пожелав Полине удачи. Вообще-то, это сделал только Рома. Подув на ракетку, как — он думал —истинный спортсмен, Пятифан ударил ей по маленькому мячу. Он попал в сетку, но это не важно. Влад тоже играл, и, настолько бы увлечен игрой, что Полину заметил не сразу. Сделал это только когда соперник, поймав мяч в руку, указал на Полину. Влад поначалу вскинул руки, негодуя от остановки игры, но увидев Полину, широко улыбнулся. Сегодня он был в форме. В смысле — в специальной, предназначенной для тенниса. Полина поняла это только по белой повязке на голову. Да, с его шевелюрой она точно нужна... — Привет, — Полина качнула головой. — Я думал, что ты не придешь, — Влад взял бутылку с водой, отпивая несколько глотков. — Вообще-то ты играл в теннис, — Полина усмехнулась, смотря, как место Влада занимает другой парень. Они все почти в одинаковой форме. — Не обижай меня, я переживал за тебя, — он обиженно поджал губы и покачал головой, подобно маленькому ребенку. Полина рассмеялась, и подумала, что должно быть, со стороны это выглядит так будто они снимают сцену из какого-то американского фильма. И уже даже есть зрители. Хейтеров, как их принятно называть — Полина, повернув голову в сторону вновь встретилась со взглядом Кати. Он оставался таким же холодным, но теперь вперемешку с насмешкой. — Нас на географии задержали, — она отвернулась, пожимая плечами. — Тогда следует переживать! — Влад рассмеялся, а через пару секунд Полина подхватила волну. Теперь они, как два идиота, смеялись непонятно с чего. То ли с нелепой шутки Влада, то ли друг с друга. Полина уже и не помнила, когда в последний раз так смеялась — беззаботно, позабыв о том, где она находится и каким "волшебным" образом сюда попала. А потом, разговорившись с новым другом, — кем Полина могла назвать Влада — о чем-то неважном и не значительном, не заметила, как вся перемена уже прошла. И Рома машет рукой в ее сторону. Он словно ее будильник. Полина попрощалась со Владом, попросив его о встрече сегодня перед отбоем. Он лишь улыбнулся, удивляясь тому, что Полина в этой просьбе его опередила. Влад, сказав ожидать чего-то страшного, у входа в свой корпус, помахал ей рукой. Видимо, у него нет уроков. — А говоришь, Владик не понравился, — Полина вздрогнула, разворачиваясь на голос. А потом еще раз, не ожидая увидеть этот уже знакомый ледяной взгляд так близко. Катя оскалилась, отдавая кому-то ракетку. Полина, увлеченная разговорами со Владом даже забыла, что ее еще одни друзья все это время были рядом. Стояли за ее спиной, непринужденно играя в теннис и болтая о чем-то. Может, иногда и посмеивались, но Полина точно этого не слышала. Появление Кати ее никак и ничем не обрадовало. Хорошо, что она не подошла, когда Полина общалась с Владом. — Смирнова, отстань, а, — Полина отвернулась, не желая больше как-то контактировать с Катей. Она недовльно закатила глаза, надеясь, что, развернувшись, ее уже не будет. Но Смирнова стояла сзади, также ехидно улыбаясь. Полина бы отдала всё, лишь бы у Кати была нормальная, не пугающая и отпугивающая людей улыбка. — Просто хотела сказать, что врать — нехорошо, — Полина раздраженно выдохнула. Ладони превратились в кулаки, которыми хотелось проехаться по довольному лицу Смирновой. Она выглядела такой радостной, что Полине аж стало тошно. Также, как от ее слов. — Кто бы говорил, — Морозова лукаво сщурилась, покачав головой. *** Уйти в пятницу с уроков получилось намного легче, чем Полина думала. Охранник, стоявший у ворот только кивнул Роме. И по тому же пути, что и в их потайное место, они и куда то пошли. От факта, что с ними — Антон, Бяша и Рома — нет Кати и кого-то ещё, Полине становилось спокойно. Она признала, что успела к ним привыкнуть. Не то, чтобы считать их своими друзьями, но когда они рядом, Полина чувствовала непонятную ей защиту. А вот к Кате Полина привыкнуть не успела. Она не понимала, как сама относится к ней. Когда Смирнова открывает свой рот и что-то говорит, Полине хочется отбежать на десяток метра, что не слушать её. Но в то же время это хотелось делать. Становится рядом, и каждый раз отбегать. Но иногда Полина ловила себя на мысли, что ей достаточно того, чтобы просто видеть Катю. За такое ей становилось стыдно. Зачастую — к ее везению — такие мысли приходили ей в голову в ее комнате. Сейчас, идя по заросшей травой земле, она вспомнила, как, дописывая последнее предложение домашнего задания, почему-то представила в голове образ Кати. В тот день, на физике она повернулась назад, чтобы посмотреть на портреты ученых, висящих на стене. Взгляд сам упал на Катю, и то, как она что-то рассматривала в окне. За эти дни Полина заметила кое-что — Катя всегда занимает последнюю парту у окна. Независимо от класса и предмета. Зачем она это делала, Полина, естественно, не знала. Она также быстро отвернулась, утыкаясь в тетрадь. И только потом, вновь открыв её, вспомнила о Кате. Как она мирно спала на уроках, не мешая, в отличие от своих друзей, учителям. Как она во сне чесала лицо, и, на миг проснувшись, снимала с себя кофту, клала ее под щеку вместо подушки. Как она вздрагивала от громкого звонка, оглушающий о конце урока. Как на лице у нее после сорока минутного сна оставался красный след. И, как едва держась на ногах, она шла курить. Катя редко что-то говорила. Когда они ходили в их тайное место, Катя просто курила, слушая разговоры парней, а при удобном и нужном случае добавляла что-то своё. Полина, все это время наблюдавшая за ней, сделала выводы, что она просто травмирована. Где-то внутри, в душе. И она понимала, что Катя, которую она видит сейчас — это только привычный для всех образ. Полина понимала, что на самом деле Катя не такая. Но залазить в ее душу, и тем более копаться там она не собиралась. Полина старалась оставаться на равных — как Катя к ней, так и она к Кате. Когда они прошли мимо тайного места, Полина вскинула брови. У этого тайного места было название. Оно показалось Полине весьма странным и немного смешным. Но «Пещера» этой бывшей будке охранника подходит больше, чем что-то другое. Полина не замечала, что каждый раз, предлагая друзьям курить, Рома называл его Пещерой. Ее немного удивило то, что сейчас ее друзья не зашли выпустить дым изо рта, а просто прошли мимо. Путь Полина не запоминала. В ней играла уверенность, что больше он ей не понадобится. Поэтому, шагая за Ромой, она скучно смотрела по сторонам. Полина даже не знала, куда они идут, и где они сейчас идут. А вдруг, Рома изменился в худшую сторону и, дойдя до какой-то опрежленное тяжко, сделает с Полиной что-то плохое? Вдруг, он на самом деле окажется убийцей, а его друзья — помощники. Хотя, нет, убийцей может быть только Катя. Но Полина продолжала спокойный шаг. Парни о чем-то разговаривали, иногда кидая тихие смешки. Полина, полностью погрузившаяся в свои мысли, сбавила темп, отставая. Теперь она шла сзади компании, смотря в их спины. Хотя ее совсем не расстроило то, что у них нет общих тем. Что Антон на урок географии назвал стадионом, являлась площадка такого же учебного заведения, чуть превышающая размеры той, что построена на участке их школы. Теннисных кортов тут целых пять. На три штуки больше, чем у них. Полина окинула их взглядом, выискивая знакомое лицо. Влад сказал, что тоже сегодня учавствует. Если что, всю причину прихода Полины можно будет свалить на него. Он ей, все-таки не безразличен. Поэтому сейчас в толпе спортсменов с ракетками в руках она пыталась отыскать светлую макушку. Найти ее было не сложно. Она выделялась цветом своей формы, и вальяжной походкой. Нашла. Но не Влада. Катя даже не улыбнулась их приходу. А они, между прочим, ради нее с уроков ушли! Только если Полина, и только если не ради неё. Влада она заметила готовящегося к подаче. Видимо, филиальной открытие матча Полина со своими друзьями пропустила, слишком долго топая сюда, и Влад с его соперником начинают первую игру в этих соревнованиях. Полина села рядом с Антоном, который зачем-то с собой взял кубик-рубика. Стресс, наверное. Все же его кумир играет — Катя! Влад же Полину не заметил. Скинув все на его внимательность и желание выиграть, обижаться она не стала. Все-таки он не обязан постоянно ей улыбаться. Катя тоже готовилась к игре. Уже на разминке она услышала бешеные крики своей соперницы, и поняла, что партия выйдет громкой. Но только не с ее стороны. Из-за внезапно подувшего ветра и без того короткая игровая юбка соперницы задралась вверх, и Катя видела, как парни, стоявшие сзади неё, оценили. Она усмехнулась, готовясь принимать. Полина сидела на трибунах, не зная, на какую площадку зацепить свой взгляд. Справа играл Влад, старательно махая ракеткой, а слева — Катя, спокойно выполнявшая своё дело. Полина даже показалось, что на миг она полюбила теннис. С таких ракурсов взгляда Полины, ей виделось, будто Катя играет против Влада. И смотреть за этой несуществующей борьбой было более, чем интересно. Полина даже улыбнулась, когда и Влад и Смирнова одновременно обыграли соперников, заработав по баллу. Но потом Полина по больше части смотрела за их выражениями лиц — сосредоточенные, готовые, внимательные, насторожительные. Это значит красота, или мастерство игры? На первом отдыхе ребята решили остаться на трибунах, поддерживая...Катю издалека. В этот раз повезло — она посмотрела на них, загадочно улыбнувшись. В этой борьбе, придуманной Полиной, вела Катя. Соперница отставала, и ей бы стоило начать догонять Смирнову. А вот Влада опережали всего на два очка. Полина видела, как грозно он глянул на парня, стоявшего напротив него. Он отхаркнулся в сторону, что-то говоря тренеру. А Катя выглядела так, будто играет с восьмиклассником в своей школе на большой перемене. Соперница оказалась довольно странной — каждый раз, отбивая мяч, из ее горла вылетали какие-то звуки. То она крикнет на подаче, намереваясь испугать Смирнову. То начнет мычать принимая чужую подачу. — Харэ горло драть уже, а! — крикнул с трибун Рома, когда услышал очередной мерзкий девичий крик. Полина уже поняла, что для тенниса — это норма. Но странное ощущение, словно с привкусом чего-то кислого от этих криков внутри не давало покоя. Слыша этот вкус и голос она могла только морщиться. Игра вновь возобновилась. Полина, продолжая мотать головой в разные стороны и сжимать ладони на коленях, заметила, что уже с большей увлекательностью. Словно все игроки разом стали играть лучше своего. Если признаваться самой себе, она понимает, что хочет чтобы и Катя, и Влад, выиграли. Это чувство напряженности в качестве зрителя она ощущала впервые, и будто не знала, куда себя деть. На какой стороне, вертя головой ее остановить. Зато ее друзьям повезло больше — Они корпусами тел повернулась в строну Кати, что-то хором крича. Вот это поддержка. Но Полине такая, впрочем, и не нужна. Вряд ли к ее соло скрипке подойдет такой вокал. Хор... Целый бы оркестр вышел! Дружба — если это можно так назвать — ее новых друзей Полину удивляла с каждой минутой. Особое внимание надо сконцентрировать на Кате. Не знай Морозова о том, что Катя общается с этими парнями, она бы подумала, что Смирнова живет в своем мире, придуманным у себя в голове. Она бы подумала, что у Смирновой нет друзей. Катя не делала чего-то полезного для ребят, но Полина видела, как хорошо они к ней обращаются. Если закрадываются сомнения, что Кате сказанное ими не понравится, они тут же исправляются. Бывало, что даже извинялись просто так. Полине, смотря на это, становилось как-то противно и неудобно. Будто Катя чем-то заслужила их уважение. Она знала, что если со Смирновой ей удасться сдружиться, то вести себя, как, например, Антон, Полина не будет. Этот парень ее вообще удивлял: на каком-то из уроков Катя попросила у него листочек, потому как тетрадь свою не брала. Антон вырвал из своей, протянув Смирновой. Но вспомнив, что Кате больше нравится листочки в линейку, тут же извинился и отдал ей другой листок. Полина хотела спросить, в чем дело и причина такого поведения, но промолчала, услышав звонок. Она помнит, как тогда в мыслях негодовала с такого неуважения Антона к себе. И уж чрезмерно хорошего отношения к Кате. Сама Полина старалась на Катю совсем не обращать внимания. И сама же Морозова понимала, что выходит это чересчур плохо. Даже просто сидя на уроке, когда становится скучно и шумно, голова будто на автомате оборачивалась назад. Но ей везло — когда в классе поднимается балаган, — да такой, что невозможно услышать учителя, — Катя запутывается носом в своей кофте, или прячет лицо в руках, намереваясь поспать. Наверное, она делает это, пряча глаза от яркого света из окна, возле которого постоянно сидит, чтобы быстрее уснуть. Или же ей просто не хватает подушки, в качестве которой она использует что-то другое. Когда их взгляды случайно встречались, Полина, не медля и не теряя ни секунды отводила свой. Она смотрела на что и кого угодно, но только не на Катю. Не секрет, что и Морозова порой чувствовала на своей спине и затылке этот тяжелый, изучающий взгляд. Она не заметила, как первая партия начала приближаться к концу. Удивительно, но даже человек в специальной форме и табличками счета в руках здесь был. Влад забрал начальную победу, но сильно не оторвался. У Кати успехи были получше. По скромной улыбке Влада, когда он подошел к тренеру, Полина поняла, что парень явно доволен. А потом она повернула голову влево, четко и отчетливо заметив ухмылку Кати и ее хитрый, даже странноватый взгляд на проигравшую ей соперницу. — Полиныч, погнали к Катюхе, — Рома задел ее плечо, толкая на себя. Вот только Полина оставалась на месте. Она глядела на Влада, и стало понятно, что внутри все же затаилась обида от того, что тот ее не видел. Она посмотрела на Рому. От его взгляда на Влада по спине пробежал холодок. Полина видела, как крепко он сжал челюсть, а рука, спрятанная в карман штанов, наверняка превратилась в кулак, став тверже камня. Он словно вот-вот перевоплотится в какого-то страшного зверя и накинется на парня. Полина поняла, что отношения с Владом у ее друзей плохие. Наверное, между ними есть какие-то проблемы. Очень серьезные проблемы. Отмазку, чтобы не идти к Кате придумать не удалось. Полина и не пыталась это сделать. Но точно знала, что спускаться к Кате не хотелось. Да и разве разрешено? — Я налево не хожу, — она замотала головой, как бы отказывая предложению. Но Рома не стал этого намеренно замечать. Эмоции на его лице тоже никак не поменялись. Только взгляд намного адекватнее стал, и казалася даже мирным. — Не бросим же мы тут тебя одну! Пошли, надо показать кое-что, — он махнул рукой, показывая идти за ним. И сразу развернулся, начиная шаг и догонять ушедших Антона и Бяшу. На Полину он не разворачивался. Ей это показалось каким-то выбором. Идти или не надо? Может, лучше остаться здесь? Может, тогда и Влад заметит? Полина не сразу почувствовала какую-то тревогу. Ощущение ожидания чего-то внезапного ударило ее, когда она уже шла за Ромой. Ноги словно сами начали идти, совсем не слушаясь Полину. Но что такого страшного может произойти, если ребята поговорят с Катей? Морозова с ней разговаривать не собиралась. Но о взглядах она молчала, даже не думала. Катя выглядела так, будто отсидела три урока, только-только начиная просыпаться. Она совсем не устала? На вопрос Полины «Что ты хотел мне показать?» Рома выхватил из рук Кати ракетку, показав ее Полине. Она не успела и слова сказать своего недовольства сказать, как Смирнова забрала свою ракетку обратно, предварительно назвав Пятифана придурком. И Полину действительно удивило то, что на этот раз Рома не извинился. Но вместо этого он улыбнулся и пожал плечами. А потом Полина не слушала. Она глянула в сторону — туда, откуда они пришли, — отмечая там тусклую пустоту. На улице не было холодно, но на ее коже появились мурашки. Глаза стали бегать вокруг. Словно искали что-то странное и подозрительное За что можно зацепиться, ухватиться и остаться там, держась за последнюю ниточку. Но ничего не происходило. Где-то сзади, на крайнем корте снова началась игра и стуки мячей о ракетки приглушенно слышались здесь. Эхом. Как и крики тренеров. Рядом пробежал какой-то парнишка, едва не задев Полину плечом. Сквозь тонны мыслей она услышала свое имя. Кажется, ее кто-то звал. Резко развернувшись, она потянулась рукой к лицу, чтобы убрать мешающие волосы. Но не успела — в висок она почувствовала сильный, отдающий болью по всей голове удар теннисной ракеткой. А последнее, что увидела — склонившегося над ней Рому и его до жути перепуганное лицо.