***
Утро было холодным, но Вите даже нравилось. Пчелкин по-барски расхаживал по болкону с сигаретой в зубах. И, как это обычно бывает, именно сейчас мысли о будущем не как не желали исчезать из головы. Витенька, радостно открывший для себя мир вечеринок и красивых девушек, который очевидно были рады Витеньке в любых его проявлениях, на удивление, довольно быстро в нём разочаровался.Ну нет, ладно. «Разочаровался» конечно, слово громкое, и сюда не слишком подходит. Но тем не менее, день прошёл, число сменилось, а чувство ответственности и «понимание, что нужно браться за ум» долбило по мозгам, и деться от этого никуда не получалось. И то ли, это «такой период», то ли просто Витенька вырос, но " всякие темки и прочая поебота» уже не так привлекали. (Хотя конечно, когда речь шла о деньгах, Витины глаза загорались как и раньше). Единственный разумный выход приходящий в голову — Институт. Но вот только осознание чего же Витя хочет и куда же ему поступать ни как не желало приходить. А разговоры об этом нагнетали ещё больше. Ведь «определяться уже надо».Витя и сам это понимал, но если честно, все эти разговоры на тему будущего его подзаебали.***
Послышался негромкий щелчок и входная дверь открылась. Уставший, что называется «как собака», Пчелкин, ввалился в квартиру. Он конечно не надеялся, что на экономическом будет легко.***
А затем на Космоса. Да, пожалуй Витя стал всё чаще себя ловить на том, что он может зависнуть смотря на что-то красивое. И кто знает. Может, дело в том, что Пчелкин у нас человек эстетики, а может, дело просто в Холмогорове, который ну уж очень красиво курит. По крайней мере, так считали только что проведённые до дома девицы, игриво машущие на прощание, и Витя Пчелкин, который, в отличии от этих девиц, ни куда не торопился. Стряхивая фильтр в снег, Космос поежился. -Холодно Вить, пошли уже, -не столько Вите, сколько себе пробурчал Холмогоров и развернулся. А Витя ещё постоял пару секунд, вглядываясь в вечернюю черноту неба. Долго простоять конечно не получилось. Холодно, да и Космос сзади уже орать начал. -Вить, ну ради Бога, ну! — Космос, сложив руки на груди подошёл ближе — Че ты встал то? -Небо красивое, -Чуть подождав отозвался Витя. -А можно, ты на небо посмотришь пока мы до дома идём, а? Витя засмеялся. -Можно. Хотя смотреть на небо получалось лишь в исключительных случаях. Когда Витя подскальзывался и, не успевая схватить Космоса за рукав, (ибо, ну одному зачем падать?) падал. Да и случалось это всего четыре раза, два из которых Космоса таки удавалось утянуть за собой. Падать было конечно больно, и даже немного обидно. Ибо Космос, если уж ему повезло и он смог увернуться от Витиной руки, конечно поможет встать, но всё это время будет угорать. Зато обида быстро проходила. Через пару шагов, Космос и сам падал, Витя правда старался смеяться не так сильно, но получалось если честно не очень. Наконец свернули во дворы.Проходя мимо какого-то круглосуточного магазинчика Витя остановился. -Кос, давай зайдем, я старосте куплю чего-нибудь..В качестве презента, -зачем-то уточнил Пчелкин. В магазине пробыли они недолго. Витя взял пару бутылок пива, оплатил и кое-как уговорив «не бери этот коньяк Кос. Мы пили уже, нам не понравилось. Всё пошли Кос», они таки вышли из магазина. Спустившись вниз по ступенькам, остановились ненадолго. -Может, нахер этот институт. -шепнул себе под нос Витя. Но Космосу этого хватило. -Всмысле «нахер»? -Космос закурил предпоследнюю сигарету. -Да я шучу конечно, -уже громче ответил Витя —просто. заебали все, -он рассмеялся — да как обычно. -Пчел, тебе вообще нравится всё это? Ну этот институт. Витя этого вопроса не ожидал. Даже желание серьёзно ответить появилось. В попытках осознать что-то Витя двинулся дальше. Космоса звать не нужно было. Какое-то время шли молча. -Ну, наверное нравится. По крайней мере, не так уж и плохо, -Витя улыбнулся -А ты? Ты то сам доволен? В детстве вроде хирургом стать хотел. -Ой, ну ты махнул. Хирург, — Космос рассмеялся — Мало ли, что я хотел. Ты то, вообще. -Холмогоров вдруг осёкся. Витя воззрился на него в не понимании. -А что я? Аквалангистом? -Ну да ну да, — ответ Космоса был уж слишком саркастичным и Витю очевидно не устроило. Пчелкин хотел было уже встать в позу, мол «чего это ты там скрываешь?», но Космос уже и сам на все вопросы ответил. -Ты мне в четвёртом классе помнишь, что сказал? — вопрос видимо риторический, ведь Витя не помнил, так что Холмогоров долго томить не стал — ты говорил, что хотел.. как же это, -Космос задумался. То ли сформулировать пытался, то ли просто вспоминал. -А! Ты говорил, что «хочешь стать всем», — Космос произнёс это, с какой-то непонятной Вити нежностью. И ведь Пчелкин даже не знал, что ответить. Да, он этот раз вспомнить смог, вот только почему это помнил Космос? Да и в таких подробностях? -Да, детские мечты рушатся даже быстрее, чем мы думали, — в надежде отшутиться сказал Витя. -Ага, только у меня по-моему. У тебя ведь, получилось. Стать для кого-то всем. Витя тогда не понял. Посмеялись и забыли. Вернее забыл. Забыл Космос. А вот Витя не забывал ни на день. Каждый раз, оставаясь на едине со своими мыслями, каждый раз, когда клеилась новая девушка с курса, каждый раз и каждый день, в Витиных мыслях всплывал тот диалог. А Витя не понимал. Не понимал он и в те моменты, когда рука после тяжелого дня сама тянулась к телефону, и когда после пары коротких гудков, слыша знакомый голос, уставший Витя расплывался в улыбке. Не понимал он и в день, когда проснувшись рано утром в выходной, поймал себя на мысли, что чего-то, а вернее кого-то не хватает. А потом произошло 6 июля. Раздался дверной звонок.А Витя, кое-как надевающий на себя носок, открывать не слишком торопился.Открыв дверь, не сразу осознал, что вообще происходит. Перед ним стоял Космос. С букетом. Правда, было у Вити ощущение, что букет был собран Космосом собственноручно и цветы были с клумбы у дома, но надо признать, было красиво. Холмогоров сначала мялся на пороге, а потом выложил, если не всё, то бóльшую часть. И про чувства свои, и про то, что, как в романтических комедиях, жить без Витеньки не может, и вообще: «-Вот тебе. цветы.» Витя тогда, решив больше не делиться с соседями их семейными драмами, утянул Космоса в квартиру и прикрыв дверь молчал пару минут. А затем заглянул Холмогорову в глаза.