Вива Идеонелла!

      - Знаешь, Вик, - сказал Феликс с сомнением, - все-таки, это уже перебор.       - Отнюдь, - невозмутимо отозвался викарий. – Я всегда хотел такую прическу. Продолжайте, мисс Рамнарим-Уэнтворт.       - Правильно, проповедник, - ухмыльнулась Ниока, обильно орошая его волосы спреем. – Вот это я называю – хорошая мина при плохой игре. Голову поверни… Ага, вот так.       Феликс запустил обе пятерни в собственную шевелюру.       - Ты представляешь, что с нами босс сделает? – простонал он.       - Со мной – ровным счетом ничего. А вот насчет вас, юноша, я не настолько уверен!       Феликс нервно забегал по камбузу.       - Это уловка, - выпалил он наконец. – Это реванш, да? Раз проиграл спор, так решил – гори все огнем? А босс подумает, что я опять над тобой издеваюсь! Ты понимаешь, что она мне устроит?       - Ничего не устроит, - лениво встряла Элли. – Ну, может, посадит лепить равиоли про запас; трудотерапия называется.       - По условиям спора ты должен был сделать ирокез! Но не красить его в зеленый цвет!       - Не слушай его, Макс, тебе идет! – Элли откровенно наслаждалась происходящим.       Феликс задохнулся от отчаяния.       - Ладно, - сдался он. – Будем считать, что ты выполнил условия. И, кстати говоря, похерил мой триумф. Смой это, звёздами кляну, пока босс не увидела.       - Что не увидела? – спросила Алекс, входя на камбуз. Скользнула небрежным взглядом по всей компании, вынула из холодильника бутылку шипучки и подалась на выход.       Замерший было Феликс облегченно выдохнул.       В дверном проеме Алекс обернулась.       - Знаете, - сказала она, - иногда мне кажется, что я нахожусь в психушке. А иногда мне кажется, что мне не кажется.

***

      Тяжелый хаммерсмитовский револьвер «Паразит» куда надежнее, чем легкий «Спейсер» от "Просто космос". Во всяком случае, он не имеет свойства взрываться прямо в руке. Пусть кости каким-то чудом уцелели, но Элли пришлось наложить на кисть Алекс несколько швов, и рука до сих пор слушалась плохо. Теперь Алекс минимум по два часа в день посвящала упражнениям, разрабатывая конечность и привыкая к новому оружию. Зарядить. Прицелиться. Разрядить…       Все-таки, они крепко сдружились, - грузчик и викарий, невежественный юнец, воспитанный сериалами, и матерый науковер, который ему в отцы годился, Феликс Миллстоун и Максимиллиан де Сото. Один вспыльчив, упрям и всегда не прочь отметелить кого-нибудь тосбольной клюшкой. Второй – точно такой же, только вдвое моложе. Они сдружились – и при этом ни тот, ни другой не признали бы сего факта даже под угрозой расстрела.       Зарядить. Прицелиться. Разрядить. Еще раз. Медленно, аккуратно и вдумчиво, раз за разом, пока понятие медлительности не расширится, и вот уже две секунды – это достаточно медленно. В «Спейсере» двадцать зарядов, а в «Паразите» шесть, и это повышает ответственность за результат каждого выстрела. И, конечно, нужно уметь быстро перезаряжать. И поэтому Алекс по два часа в день занимается этой тягомотиной. Зарядить. Разрядить. Повторить…       И, конечно, можно сколько угодно рассуждать про взаимовыручку, прикрытие спины и прочие благоглупости. Разумеется, они сыграли свою роль, однако истинным маркером взаимной симпатии в данном случае выступила склонность совместно валять дурака. Взять, скажем, недавнюю сериальную дискуссию. Феликс и Максимиллиан полдня спорили, каким образом летает супергерой УльтраБионик, у которого нет ни крыльев, ни каких-либо технических приспособлений. Викарий тогда с непроницаемо серьезным лицом целую теорию вывел, с формулами и уравнениями, как положено, но в итоге свел все к тому, что летает УльтраБионик на мощи собственного самомнения и сценарного произвола, и никак иначе. Или тот случай, когда Феликс в очередной раз попался на шулерстве. Макс взялся его воспитывать и буквально за пятнадцать минут раскатал бедолагу в покер безо всякой жалости. Урок парню на будущее: не садись играть в адвантивные игры с науковером. Лишившийся последних битов Феликс здорово пригорюнился, но викарий широким жестом вернул ему весь выигрыш при условии, что Феликс отрастит усы. И да, Феликс их отрастил, но, видимо, решил поквитаться и накануне полуфинала побился с викарием об заклад, что «Избранники» обставят «Молотов». Проигравшему пари предстояло соорудить на голове лихой ирокез. Макс, убежденный в идиотизме тренера «Избранников», на условия с легкостью согласился, но «Молоты» с треском и блеском вылетели из турнирной таблицы. Интересно, зеленая краска - это Феликс поиздеваться решил или викарий скреативил? Алекс от души надеялась, что тоник смываемый. Не совсем же Максимиллиан сбрендил, чтобы показаться на «Первопроходце» в таком виде.       Зарядить. Прицелиться. Разрядить. Рука не болит, но там, где шрамы, - а они практически везде, - ощущается онемение. Зарядить. Разрядить. Хорошо. Теперь вслепую. Руки должны запомнить эти нехитрые операции. Зарядить. Разрядить. Повторить…       Да, похоже, общение с Феликсом постепенно перековывает непроходимо серьезного и даже напыщенного викария в матерого приколиста... Что ж, пускай маются дурью, пусть подкалывают друг друга сколько душе угодно; это гораздо лучше, чем когда они грызлись по любому поводу. И все же "Первопроходец" ее несколько беспокоил, и не столько сам "Первопроходец", сколько Король Затона Гуннар Макред, который в последнее время повадился ошиваться в доках. Они с Максимиллианом друг друга на дух не переносили, и их взаимоотношения чем дальше, тем больше походили на некое нездоровое соперничество. Обоим была нужна Алекс - точнее, ее корабль. Не мудрено, что Макса выводят из себя подкаты рыжего бандита: он уверен, что капитан Хоторн послана ему провидением для помощи в духовном поиске, и опасается, что велеречивый Макред задурит девчонке голову и собьет ее с пути истинного. Сама же Алекс сбиваться с пути истинного отнюдь не торопилась, ведь, если викарий смиренно принимал тот факт, что за штурвалом находится капитан Хоторн, и "Безнадежный" не всегда летит в том направлении, в каком ему, викарию, хочется, то Макред церемониться точно не стал бы. Дело до сих пор не дошло до рукоприкладства лишь из уважения к женщинам (в лице Алекс) и детям (в лице Феликса). А вот если Гуннар увидит викария с зеленой шевелюрой... Тут уж точно будет как в том анекдоте: слово за слово - и получил ежик по морде. А, впрочем, может, дать им выпустить пар? Пусть исчерпают претензии друг другу. Иногда с хорошей драки начинается хорошая дружба.       Зарядить. Прицелиться. Разрядить. Достаточно на сегодня. Интересно, как там поживают наши любимые обалдуи.       Обалдуи полным составом толпились у распахнутых дверей санузла.       - Может, ацетоном?       - Парвати, не лезь! Маслом надо, маслом!       - А написано – «легко смывается»…       - Так это, наверное, с нормальных волос смывается, а в седину накрепко въелось.       - У «Тети Клео» должны быть смывки специальные.       - Да остричь нафиг!       - Шаг назад! – рявкнул викарий. – Все!       Команда расступилась, и Алекс увидела Максимиллиана. Мокрый и взъерошенный, он придирчиво рассматривал себя в зеркале над умывальником. Прическа его уже приобрела прежнюю форму, но не цвет. Ядреная зелень на макушке, конечно, изрядно поблекла, но читалась по-прежнему явственно.       - Да… - протянул Макс. – Похоже, я погорячился. Обманул сам себя.       - Перекрасить, - предложила Алекс. – «Первопроходец» промышляет косметологией. Наверняка там найдется подходящая краска. А если не найдут серебряной, сделаем вас жгучим брюнетом.       - Пожалуй, это лучший вариант, - согласился Макс и вдруг расхохотался. – Ладно, юный Миллстоун, будем считать, что в этот раз мы квиты. Но в следующий...       - Только не в ущерб делу, прошу вас! - сказала Алекс. - Я понимаю, длинные перелеты, скука... На борту самовыражайтесь как угодно, но при высадках... Короче, не увлекайтесь. До "Первопроходца" три часа. Осушайтесь, святой отец.

***

      Прибытие на "Первопроходец" означало сутки увольнительной. Вернее, команда отправлялась развлекаться, а Алекс - по делам. Хотя она всерьез рассчитывала на вечер, полный угара и кутежа (пряный масала-чай и трехсторонние шахматы с викарием и АДА), до этого сладостного момента надо было еще дожить.       - Парвати, ты отправишься к Дзюн на практику, - велела она, когда "Безнадежный" пришвартовался у дебаркадера. - И не надо так краснеть, я тебя отправляю по делу, тебе надо учиться.       - Да, - оживилась Парвати. - На практику. Точно. Так и скажу.       - Так, остальные, - а вы почему еще здесь? Ну-ка, брысь! Резвитесь, дети мои!       - Коллегия уже года три как запретила резвиться, - заметил Феликс.       - Где Коллегия, а где "Первопроходец". Ну, не хотите резвиться, тогда угомонитесь. Скорбите. Блюдите аскезы. Только где-нибудь не здесь, ладно? - Алекс первой сошла по трапу. Ей предстояло навестить "Субсвет", отчитаться о проделанной работе и получить заслуженное вознаграждение. Развлекаться на станции ей не хотелось. Она с удовольствием провела бы ночь у костра где-нибудь в садах Роузвей, глазея на фантастическую картину лун и колец, но в замкнутых помещениях "Первопроходца" ощущения были не те.       На Макреда, разумеется, нарвались почти сразу. Он подпирал стенку грузового контейнера в отдалении от проходной, чтобы морпехам глаза не мозолить, и его рыжие бакенбарды на сером фоне пламенели, как сигнальный фонарь. При виде Алекс он отлип от стенки и отвесил полуучтивый-полушутливый поклон.       - Давно солнце не заглядывало в Затон, - сказал он, улыбаясь, как Чеширский кот. - Но маленькая птичка мне напела о нежной фиалочке, которая снова расцвела сегодня на обочине моей жизни. Надолго к нам, звезда моя?       - Покончим с делами - и сразу в путь, - неопределенно отозвалась Алекс. Ей было некомфортно.       - Жаль, очень жаль, - ответствовал Гуннар. - А я-то надеялся, что красота снизойдет к нам на нижние палубы... Должно же там быть хоть что-то прекрасное, верно?       - Если вы там хоть раз сделаете уборку, это уже будет прекрасно, - не выдержал викарий. Макред смерил его взглядом:       - А, это ты, служитель культа. Что у тебя с головой, служитель?       Лицо Макса приобрело непередаваемо ехидное выражение. Он шагнул к Макреду и что-то тихо ему сказал.       - Да ладно?! - изумился Макред.       - Не проверишь - не узнаешь, верно? - усмехнулся Макс.       - Вот уж не ожидал, фиалочка, - покачал головой Гуннар. - Дело вкуса, стало быть? Кстати, о делах... Для тебя есть письмо, малыш, - обратился он к Феликсу, вынимая из-за пазухи помятый конверт.       - Для меня? - поразился Феликс. - От кого?       - Не имею понятия. Пришло с почтовым дроном недели две назад и все тебя дожидалось. Как тебе служится, сынок?       - Лучше не бывает, - заверил его Феликс.       - Что ж, служить под началом у ангела, наверное, и правда неплохо, - предположил Макред. - Заглядывайте в Затон, фиалочка. Вдруг да прельститесь титулом Королевы. А я пока вас покину. Там, у дальнего причала, пришвартовались - знаете кто? - "Молоты Гефеста"! Правда, интересно, что они тут делают? Пойду поинтересуюсь, что с этого можно поиметь. Всех благ! - Он раскланялся тем же полуучтиво-полунасмешливым манером и удалился.       - Ух ты, - сказала Ниока. - Похоже, кэп, парень на тебя запал.       - Это же Макред, - отозвалась Алекс кисло. - Он клеится ко всему, что движется, а все, что не движется, он толкает и клеится вплоть до затухания волновых колебаний.       - Кэп думает, что Макред зарится на "Безнадежный", - пояснила Элли. - А что ты ему сказал, Макс? Парвати, ты слышала, что он сказал?       - "Фиалочке так нравится", - ответила Парвати и хихикнула.       - Вот не надо меня приплетать, - вскинулась Алекс.       - Феликс, а ты не хочешь к "Молотам" подкатить? - Элли ткнула юношу локтем. - Поблагодарить за игру в полуфинале... Эй, Феликс, ты чего?!       Юноша был бледен как смерть, взгляд его был устремлен в пустоту, руки нервно мяли вскрытое письмо. Алекс аккуратно вынула листок из сжатых пальцев, разгладила. Послание поражало лаконичностью:                         Помоги мне, Феликс.                                     Одри