Вива Идеонелла!

      Они сидели в «Последней надежде», за тем самым столиком в углу, за которым не так уж давно давали советы влюбленной Парвати. Народу вечером хватало – космики и сменившиеся морпехи; за стойкой примостились даже – кто бы мог ожидать в таком месте! – двое «Молотов», но даже самым ярым фанатам тосбола с «Безнадежного» в настоящий момент не было до них дела. Их головы занимала загадочная Одри.       Одри из Затона не стукнуло еще и восемнадцати, а она уже кружила головы налево и направо. Хохотушка, попрыгунья, ветреница, она осознавала силу своей прелести и тасовала поклонников, как карты в колоде. Лишь немногим избранным удавалось задержаться в ближайшем ее окружении, и Феликсу посчастливилось быть одним из них. Кто знает, чем приглянулся принцессе трущоб самый заурядный грузчик, однако Одри внезапно начала его выделять и делать ему авансы. Феликс совершенно потерял голову; не поддается исчислению число мордобоев во имя любви и количество битов, выброшенных на ветер во имя ее же. Счастье продолжалось недолго. В один прекрасный день Одри попросту исчезла, а Феликсу на словах передали, будто она внезапно сорвалась с каким-то проезжим богачом на Гефест, за сладкой жизнью, и просила ее не искать.       Отчаяние Феликса невозможно было описать. Алкион – жестокое место, здесь вряд ли найдется хоть один человек, никогда не терявший друзей, но Феликсу показалось, что он потерял вообще все. Оправлялся от удара он тяжело, работал до изнеможения, после работы напивался, влезал в каждую авантюру и творил всевозможную дичь, какую только способны были воспроизвести юношеский максимализм и бунтарский нрав. И вот, казалось бы, справился, отболел, забыл, начал новую жизнь, и какую жизнь!       И вдруг это письмо.       Она не забыла его.       И ей нужна его помощь.       Капитан Алекс выслушала его излияния, не говоря ни слова, хмурясь и неестественно пристально разглядывая содержимое своего стакана. Дослушав до конца, она подчеркнуто аккуратно поставила стакан на стол и откинулась на спинку стула.       - Нет, Феликс, - сказала она твердо, - спасать твою подружку мы не полетим.       - Что?! – вскинулся тот. – Но босс!..       - Не полетим, - отчеканила Алекс. – И на это у нас три причины. Первое: Гефест – планета закрытая, туда будет проблематично попасть даже при наличии нави-ключа, которого у нас, кстати, нет. Во-вторых, это ведь даже не город, а планета. Каким образом мы найдем единственную девчонку на целой планете?       - Макс сможет, - сказал Феликс с надеждой. – Взломает какие-нибудь базы данных… правда же?       Викарий молча покачал головой.       - Третье, - терпеливо продолжала Алекс, - и это самое главное. Твоя Одри тебя бросила, Феликс. Просто бросила, чтобы лечь под первого встречного папика. У нее проблемы? Да Закона ради, пусть этот папик ее и спасает! Даже если ты примчишься к ней через все преграды, вытащишь ее сладкую попку из неприятностей, свергнешь тирана, победишь дракона, и что там еще положено, то и дня не пройдет, когда она усвистает с каким-нибудь очередным богатеньким мажорчиком, а ты останешься ни с чем!       - Кэп дело говорит, - сказала Элли. – Не суй ты голову рапту в пасть, оно того не стоит.       - А если это любовь? – пискнула Парвати. – Неужели вы никогда не любили… Мэм? Мистер викарий? – она умоляюще посмотрела на Макса, понимая, что, если кто и может сейчас переубедить Алекс, то только он.       - В данной ситуации я полностью разделяю точку зрения капитана, - высказался викарий.       Ниока тяжко вздохнула.       - Вот даже не знаю, что сказать, - посетовала она. – Если бы ты рвался выручать друга или там невесту, я была бы обеими руками за. Но эта Одри – она тебе кто? Предательница, только и всего!       Феликс вскочил.       - Вот оно как, - проговорил он. – А я-то думал, вы настоящие друзья, что я могу на вас положиться, а вы… - Он развернулся и решительно зашагал к выходу.       - Эй, Феликс, ты куда? – окликнула его Элли, но тот не отозвался.       - Он сбежит, - сказал викарий.       Алекс покосилась на него:       - Вы так уверены, святой отец?       - Уверен, - подтвердил Макс. Невысказанное «Я бы на его месте точно сбежал» повисло в воздухе. – Сначала некоторое время бесцельно пошатается по «Первопроходцу», а потом пойдет в доки и попытается пролезть на первый же корабль до Гефеста. Но туда направляется не так уж и много судов… - добавил он многозначительно.       - Ну, так чего сидим? Побежали на перехват! – предложила Ниока решительно.       Алекс залпом допила шипучку.       - Знаете, - сказала она, - я тут совершенно неожиданно вспомнила, что являюсь ярой болельщицей «Молотов Гефеста».       - Правда? – удивилась Парвати.       - Ага. Более того: ты, Парвати, тоже их болельщица.       - Ну, и я тогда, за компанию, - поддержала Ниока, которая вообще была всегда за любой кипеш. – Это не они там, за стойкой, сидят? Вон тот, слева, симпатичный. Буду его фанаткой.       - Правильно, - сказала Алекс. – Мы болеем за «Молотов» всем экипажем. Вот как с утра садимся болеть, так до вечера и не выздоравливаем. И нам очень хочется угостить этих замечательных людей чем-нибудь вкусным и, возможно, алкогольным.       - Точно, - запоздало сообразила Элли. – И вообще, чего мы сидим в этой шпрысиной норе? Возьмем ящик ультрафиолетовой и пойдем к ним на борт… Давай, кэп, подкати к ним, сделай красивые глазки, как ты умеешь.       - Тот, который повыше, - Томас Б. Генри, тендер, другой – Кэмерон Фрейзер, второй защитник, - шепнул викарий. – Дерзайте, капитан.       Алекс кивнула и направилась к стойке. Тосболом она немножко интересовалась – в той же мере, в какой увлекалась когда-то маджонгом: ей хотелось разобраться в правилах этой заковыристой игры. Последний, откровенно неудачный матч «Молотов», по счастью, тоже не прошел мимо нее, что здорово облегчало задачу. Красивые глазки она делать не стала: сойдут и те, какие есть.       - Добрый вечер, господа, - сказала она с нейтрально-вежливой улыбкой. – Вот посматриваю на вас и думаю: уж не обманывают ли меня глаза. Не вы ли прославленные «Молоты Гефеста»?       - Сударыня,- проникновенно проговорил тендер уже слегка заплетающимся языком, - для вас я готов быть хоть хакером «Дорогуш», хотя, на что вам сдался этот идиот, правда?       - Истинная правда. – Алекс улыбнулась шире. – А вы Томас Генри, верно? Знатная у вас была перепасовка с четвертым номером; жаль, разбилась о хак в зоне пятницы… - она не была уверена, что все говорит правильно, но «Молотам», похоже, было уже до лампочки. – Но, как говорит мой друг священник – вон он сидит, кстати, - Вселенная не более чем огромные весы, и чтобы кто-то победил, кто-то другой вынужден проиграть, такова неизбежность… - Макс в жизни ничего такого не говорил, но кто это станет проверять?       - У-у, - протянул второй защитник, - а что это за красотка-шоколадка? Она тоже с вами?       - Ниока? Да, конечно! Она ваша фанатка, кстати! – радостно поддержала Алекс. Ниока кокетливо помахала защитнику ручкой.       - Познакомишь?..       С участием Ниоки дело пошло веселее, ибо охотница способна была склонить к грехопадению даже изъеденные сернистым ветром скалы Монарха, если бы ей только взбрела в голову такая эксцентричная идея. И пяти минут не прошло, как «Молоты» переместились за столик к экипажу «Безнадежного». Генри начал подозрительно интересоваться Парвати, и ее пришлось, к вящему разочарованию тендера, срочно услать к Дзюнлей; тендер затосковал, но потом разговорился с викарием, который очень кстати прихвастнул количеством своих фаталити (всего на одно меньше, чем у «Полегче» Татума!). Генри заявил, что Макс шарит в тактике и непременно должен побеседовать с тренером, и тогда в разговор включилась Элли, которая сказала, что тоже давно мечтает познакомиться с тренером «Молотов» и, возможно, получить от него автограф на каком-нибудь интересном участке своего организма. Алекс преимущественно помалкивала, потому что беседа вышла за все мыслимые пределы ее компетенции, вместо виски налегала на воду и лишь изредка забрасывала удочки типа: «А что вы делаете на «Первопроходце»? Разве вы не должны после плей-офф лететь прямиком домой?».        - А, - тендер помрачнел. – Мы туда и направлялись, но Гефест вдруг отказался принимать корабли. И ладно бы какие-нибудь дрянные торговые посудины, но не принять нас…       - Совсем поехали! – защитник яростно взмахнул руками. В одной из них в это время находился полный стакан, а в другой – смуглые пальчики Ниоки, так что эффект получился интересный. – Торчим теперь в этой дыре и думаем, где пересидеть. Может, в Византий подадимся, а может… ик… на Эридан даже.       Алекс переглянулась с Максимиллианом. Тот тоже выглядел неприлично трезвым, а после заявления Генри – еще и несколько обеспокоенным. Хорошая новость заключалось в том, что побег Феликса блестяще провалился. Плохая – в том, что лучше бы он провалился по какой-нибудь другой причине. Проблемы неизвестной Одри грозили перерасти в общеколониальные.       - И вы не знаете, почему Гефест закрыли? – уточнила Алекс на всякий случай.       - Детка, вот прямо сейчас тебе оно надо? – скривился Генри. – Слушайте, вы такие ребята… прямо душевные. Так сидим хорошо. Пойдем к нам, познакомлю вас со всеми…       Шли в итоге довольно долго. Для начала тендер попытался набить морду автоматической двери, потом повис на викарии (единственном, кто был способен выдержать такой груз) и стал допытываться, уважает ли тот его. Макс заверил, что уважает даже больше, чем министра Кларка, и повел изрядно поддатого Генри в сторону порта. За ними потянулись и остальные. Замыкали шествие Ниока и Фрейзер, который непрерывно толкал охотнице такие комплименты, что сам Гуннар Макред, заслышав их, устыдился бы и принял аскезу воздержания. Алекс отскочила в сторону, изловила новостной дрон и быстро, насколько позволяло время, пролистала ленту. О блокаде Гефеста не было ни полслова. Догнала команду она уже в порту, когда веселая толпа поднималась по трапу на борт, где их горячо приветствовали остальные «Молоты». Общение грозило затянуться. Алекс сказала, что в кают-компании душновато, а она перебрала и хочет проветриться, немного поблуждала по кораблю, тычась наугад во все закоулки, а когда вернулась, выяснилось, что к кутежу присоединился Феликс. Он тоже разыграл карту заядлого болельщика и уже почти выбил себе место талисмана команды. Алекс оставалось лишь представлять себе его реакцию, когда среди "Молотов" он увидел экипаж "Безнадежного" практически в полном составе.       Юноша выглядел растерянным и подавленным.       - А, вот и ты, кэп! – воскликнула Элли. – Смотри, кто нарисовался! Еще один болельщик. Какой же ты предсказуемый, Феликс!       - Недалеко ушел? – сказала Алекс, присаживаясь рядом с несостоявшимся беглецом. По счастью, остальная часть шумного сборища не обращала на них особого внимания.       - Недалеко, - буркнул Феликс. – Они говорят, что не летят на Гефест, босс.       - Да, мы уже в курсе.       Феликс склонился к ней и горячо зашептал:       - Это что же получается, босс? Все не так просто, да? Там что-то происходит, печенкой чую, и никто не признается, что именно! Может, письмо тоже с этим связано?       - Контрабандисты должны что-нибудь знать, - ответила Алекс негромко. – А я до Глэдис никак не доберусь. Хотя, Гефест для контрабанды – самая сложная планета… Да, жаль, что твоя подружка не озаботилась подробностями!       - Это хуже всего, - сказал Феликс самым несчастным голосом.       - Неизвестность пугает, да? - кивнула Алекс. - Должна признаться, меня тоже. Мы мотаемся по системе, пытаемся спасти колонию, а тут под самым носом то ли злодейские планы, то ли очередная катастрофа. А может, - она усмехнулась, - Глэдис заплатит за информацию о Гефесте? Надо спросить. Тогда будет интереснее туда лететь.       - А мы туда попадем? Нави-ключа, наверное, даже у Глэдис нет.       - А у меня есть, - сказала Алекс. – Я только что сперла его у «Молотов». Все равно им пока не нужен.