Вива Идеонелла!

      Экономика Алкиона стоит на трех китах – алкоголе, оружии и силиконовых имплантатах. Для тех, кому этих благ отчего-то недостаточно для счастья, здесь производят также шишкачину и кетунца самых разнообразных вкусов, от пирога с патокой до ментола с эвкалиптом. Для тех, у кого имеются биты, всегда найдутся стимуляторы, афродизиаки и наркотики на самый изощренный вкус. Чужаков здесь встречают по одежке, и за ваши деньги приличные люди всегда готовы справить вам приличный костюм. Но вот в плане сменных деталей на любую технику, из которой нельзя стрелять, колония болезненно зависит от поставок с Земли, а поставок не было очень давно. Вот уже несколько лет как техника Алкиона обзавелась собственными тремя китами – каннибализмом, честным словом и синей изолентой.       Узнав об амбициозных планах корпорации «Гефест», Парвати пришла в маниакальное возбуждение и тут же составила длиннющий список запчастей, необходимых, чтобы отдраконить «Безнадежный» от носа до кормы, в порядке убывания приоритетности. За первым списком последовал другой, еще более протяженный, уже касающийся «Первопроходца».       - Если мы всем этим барахлом загрузимся, то просто не взлетим, - вздохнула Алекс, изучая оба списка.       - Отнюдь. Если мы закупим все комплектующие, их суммарная масса уравновесится количеством битов, которые придется за них отдать, - сказал Макс, который сидел здесь же, на камбузе, как обычно с какой-то тетрадью. Алекс подумала, что ему стоило бы завести очки без диоптрий – просто чтобы посматривать поверх них на окружающих, пущего эффекта для.       - Эким вы шутником заделались, однако, - заметила Алекс и переключилась на датапад. На Алкионе не видны привычные созвездия, но у космолетчиков своя астрология, и большая часть их жизни подчинена положению планет. – Если не медлить с вылетом, успеем заправиться на Терре-2 и поймать выгодную позицию к Гефесту. Там у нас будет восемь дней, и если управимся с делами, то Сцилла как раз будет в противостоянии. Мне жутко неловко, святой отец; почему-то именно ваши дела мы все время откладываем в долгий ящик.       - Да, возможно, - согласился викарий. – Но, с другой стороны, если учесть, сколько времени заняла одна только охота за дневником Бакону, то прорыв в, как вы говорите, моих делах за последнее время случился колоссальный. Несколькими днями меньше, несколькими позже…       - Вы как будто совершенно не расстроены, святой отец.       - Пожалуй, вы правы, - признался Макс. - Я нервничаю перед встречей с отшельницей. Не знаю, что страшит меня больше, - не получить ответов, на поиски которых я положил всю жизнь, или... Или то, что я их получу и однажды утром проснусь с осознанием, что у меня больше нет цели.       - Я все равно притащу вас к этой отшельнице, - Алекс шутливо погрозила пальцем. - Под дулом револьвера приведу, даже если вы будете сопротивляться.       - Я знаю, - ответил викарий серьезно. - И я глубоко благодарен вам за это, капитан.       Он снова углубился в свою штудию.       - Над чем трудитесь? - полюбопытствовала Алекс.       - Феликс подбросил самостоятельно составленную задачу, - отозвался викарий и аккуратно вычертил в тетради кривую. - Ничего экстраординарного, график функции, но он над этой функцией три дня корпел; проигнорировать такой трудовой подвиг было бы невежливо.       - Вы давно не называли его глупым, - припомнила Алекс.       - Потому что я больше так не думаю. Феликс не глуп, однако его невежество просто вопиюще. Да и где ему было получить образование? В Затоне? Ничего, я сделаю из него человека. Потенциал есть: вон на какие замысловатые задачи замахивается. - Макс очертил еще одну короткую дугу. - Вот, собственно, и все. Феликс!       - Чего? - отозвался тот из коридора.       - Принимай решение.       Феликс немедленно примчался на камбуз.       - Ага! - воскликнул он с неким злорадным предвкушением, - ну-ка, показывай.       - Спешу тебя огорчить, - сказал Макс невозмутимо, - ты здорово напутал в условиях, поэтому решение я тоже полагаю некорректным. Однако если в функции вместо косинуса поставить синус, вот здесь, то очертания графика изобразят общепринятый неприличный жест, каковой, по видимости, и должен быть конечной целью задачи. Я прав?       - Вот черт, - сказал Феликс с досадой. - Я болван. Такую хохму провалил!       - Попробуйте еще, мистер Миллстоун. В следующий раз получится.       - Смейся, смейся, - сказал Феликс. - В следующий раз я тебя точно уделаю.