Тяжелая служба

Голова трещала жестоко, я проснулся и попытался вновь уплыть в спасительную темноту сна, но это не удавалось. Я открыл глаза и тут же со стоном закрыл, будто песок насыпали. - Что ж так пло-о-охо-то, - простонал я, эхо моего голоса отдалось в голове болью. - С добрым утром, граф д*Самош, - раздался сбоку знакомый голос, я застыл. Попытался вспомнить что-нибудь о вчерашнем дне, вспоминал плохо, после того, как меня схватил мой дракон, я помнил лишь эпизодами и совсем мало. Зато главная цель достигнута, граф рядом, он признал меня добычей, а после этого так просто меня уже не отпустит и не отделается. Натана Рауль тоже признал своей добычей, значит, тоже добровольно напоил его своей кровью, когда успел только? Хоть Рауль и полудракон, но древние инстинкты все же возобладали над разумом, и Натану будет очень весело, но он большой мальчик, разберется. Сейчас у меня есть куда более интересные дела. Я повернул голову и открыл один глаз, рядом со мной на кровати, подперев голову рукой, возлежал граф д*Марш и рассматривал меня. Я попытался улыбнуться, но тут же зажмурился и скривился, раздался хмык и я почувствовал, как граф поднялся и чем-то зашебуршал. - Граф д*Самош, - сказал он мягко. – Возьмите амулет очищения. Я застонал еще горше, применять амулет очень неприятно. Но делать нечего, иначе я до следующего утра буду «болеть». Протянув дрожащую руку за амулетом и почувствовав, как граф вложил мне его в ладонь, я зажмурился еще крепче и задействовал амулет, от вспышки боли выгнуло. Меня осторожно обхватили и, проморгавшись от слез, я почувствовал заботливые поглаживания по голове. Граф что-то успокаивающе гудел, а я плавился в любимых объятиях, слушал завораживающий голос и чувствовал себя уже намного лучше, поэтому решил, что пришло время осмотреться. Я тихонько, чтобы не вспугнуть нежность графа повернул голову, мы были не в моих покоях, похоже граф, как настоящий представитель рода драконьих, притащил меня в свою «пещеру», мы были у него. Я жмурился от удовольствия и млел, прикрыв глаза, всё будет хорошо, ведь правда? А потом вспомнил, что так и не подарил графу свой подарок. Пискнул, вывернулся из рук графа, скатился с кровати и метнулся в свою комнату. - Куда? – раздался сзади возмущенный рык, и началась погоня. Я, мятый, лохматый и босой, бежал по коридорам, огибая препятствия и спотыкаясь об разумных, идущих по своим делам, а сзади граф д*Марш, полуодетый, в штанах, в расстегнутой рубашке и тоже босиком. Я обернулся на бегу, увидел зверское выражение лица графа и припустил еще быстрее. В свои покои я залетел, по инерции впечатался в стол, схватил горшок с розой и, закрывшись им, как щитом, протараторил: - Господин граф, у меня есть для вас подарок!!! В ответ тишина, я выглянул из-за горшка, граф стоял в дверях, опираясь руками о косяки, и изумленно разглядывал мой дар. Потом он осторожно вошел в комнату, прикрыл за собой дверь и медленно подошел ко мне, аккуратно взял горшок с цветком и начал разглядывать подарок. - Вы мне уже подарили один подарок, - сказал он, не отрывая взгляда от горшка. Я мучительно покраснел. - Я прошу у вас прощения за столь неудачный дар, я тогда искренне думал, что вам нужно… ну, нужен навоз. - Зачем? – граф перевел изумленный взгляд на меня. - Сажать горные розы, - тихо прошептал я, понимая, что сейчас надо мной будут смеяться. Но граф молчал, а на его лице отразилось понимание. - А я думал, что вы таким образом, как виконту д*Дрышу, выразили свое отношение ко мне. - Не-е-ет!!! Я просто… сглупил… Простите меня, а? Я никак не хотел обидеть или оскорбить вас. Просто не додумался… А потом представил себе и… Вы простите меня? – сумбурно покаялся я. – Но вы же признали меня своей добычей? Граф хищно улыбнулся. - Да. - Вы не сердитесь на меня? - «Ты», Ад. Говори мне «ты». - Хорошо, - я послушный мальчик. – Ты больше не сердишься на меня? Граф пальцами аккуратно прикоснулся к моей щеке и провел по ней вниз до шеи. - Я не могу на тебя сердиться, - сказал он тихо. – Это просто невозможно. – Я прикрыл глаза, слушая его голос. - Ты знаешь, что ты меня в поместье чуть с ума не свёл? Мне казалось, что у меня раздвоение личности, я думал, что влюбился в двоих разумных одновременно и никак не мог понять, что мне делать. С одной стороны я тосковал по графу д*Самошу, нежному, прекрасному, язвительному и в то же время такому обаятельному. С другой стороны Адам Корт, нагловатый, непосредственный служащий. Я никак не мог разобраться в себе, днем я не мог отвести глаз от Адама, ночью мне снился граф д*Самош. Странные сны, когда снится, что целуешь графа, а обнимаешь служащего. Видно мое подсознание подсказывало мне, что эти двое один и тот же разумный. Но граф отказал мне, я думал, что с ним у меня нет надежды, и решил, что служащего-то я уже точно ни за что не упущу. Тем более, мне казалось, что служащий отвечает мне взаимностью, поэтому и подарил ему, то есть тебе, семейную реликвию, и очень рад, что сережка пришлась тебе по нраву. – Меня поцеловали в висок, я заворожено слушал откровения моего графа. – Теперь я понимаю твою реакцию на прокол уха, ты ведь полуэльф и для тебя это было очень больно. – Меня опять поцеловали. - А теперь представь себе мое состояние, когда я узнаю, что граф и служащий оказались одним и тем же лицом? Я был сначала в ступоре, потом в гневе, потом даже не знал, что и думать. И все это происходило сквозь безумный страх потерять тебя. Ты… долго не приходил в себя, вампирья кровь уже не помогала, и целитель сказал, что надежды нет. Я думал, что умру вместе с тобой...И… Я не смогу без тебя, Ад, уже не смогу… Ты врос в меня, настолько сильно, что ночи без тебя превратились в пытку… Я напоил тебя своей кровью, я на всю жизнь связал себя с тобой … Я… Люблю тебя. Я решил приехать в столицу и добиваться тебя, несмотря на твой "подарок". Я смотрел во все глаза на любимого, и мое сердце было готово выпрыгнуть из груди. Ему было сложно произносить эти слова, он… Боялся моей реакции, что оттолкну его. Глупый… Разве я смогу тебе сопротивляться, твоему голосу, твоим рукам? Разве я сам смогу жить без тебя? Граф внимательно вглядывался в мое лицо. - Я, - во рту пересохло, пришлось судорожно сглотнуть, - я иногда благодарен баронессе д*Фор с её безумными идеями, потому что иначе я бы никогда не узнал тебя, я никогда бы не понял, что ты самый лучший, я даже и не подозревал бы, что значит любить… За свою связь с тобой во время дела я получил выговор и хочу заверить тебя, что мое отношение и действия относительно тебя ничего общего с расследованием не имеют… Я тоже люблю тебя. Граф порывисто обнял меня, а я зашипел: - Блин, горшок! Роза оказалась зажатой между нами и края горшка больно врезались в живот. Граф отстранился, и с и так чахлого кустика розы опало несколько листьев. - Ты подарил мне горную розу, - сказал граф, с нежностью рассматривая облезлый цветок, потом тронул горшок. – Интересный рисунок… - Это новое течение в искусстве называется «сюрреализм» и «кубизм», - вспомнил я непонятные слова друга и отобрал у графа горшок. – Вот, смотри. Это – ты, белый дракон, выдыхающий пламя, видишь какой у тебя красивый хвост, это – я протягиваю тебе своё сердце, ну, меня по глазам узнать можно, а это… Бабочка, просто бабочка… Летает. - Ммм… Что за мастер это делал, скажи мне, и я буду обходить его за два квартала. – Граф закусил губу. - Это моя работа, - я обиженно засопел. - О! Какая продуманная композиция и очень интересное цветовое решение! – восхитился граф. - Тебе правда нравится? – подозрительно уточнил я, больно глаза у графа серьезные, он всегда подшучивает с таким лицом, когда боится рассмеяться. - Да, - твердо сказал он, забрал у меня горшок и поставил его на стол. – Иди сюда! Я с радостью окунулся в родные объятья и потянулся за поцелуем, а дальше время потеряло для нас счет. В груди росло что-то такое огромное и горячее, что я просто боялся, что взорвусь, и я отчетливо понимал – своего графа я ни за что никуда не отпущу. Уже гораздо позже, когда мы лежали на кровати обнаженные и полностью удовлетворенные, я спросил у графа: - А почему в поместье ты никогда не приглашал меня к себе в комнату? Я думал, что не так уж и нужен тебе. Граф хитро усмехнулся: - Ты видел, какая у меня кровать? – я кивнул. - Она слишком большая, я бы тебя в ней до утра искал. Мне в твоей комнате больше нравилось, кроватка у тебя узенькая, можно было спать на ней, крепко прижав к себе, чтобы ты не упал во сне. Граф помолчал и продолжил: - Я, когда бывал во дворце, видел только тебя, глаз не мог отвести. Вёл ты себя, кстати, отвратительно, но ты так тонко издевался и дразнил разумных, что придраться к тебе было просто невозможно. Я, как мог, убеждал себя, что не должен на тебя даже смотреть, мне не нравился твой характер и глупые капризы, и в то же время я глазами всегда искал тебя в толпе. Нечего было и надеяться, что ты обратишь внимание на такого урода, как я… - Не смей так говорить! – сердито перебил я его. – Ты самый лучший! И, если тебя это так волнует, то я тебе уже говорил, что моей красоты на двоих хватит! - Не злись, - граф примирительно меня поцеловал. – Но ты и правда прекрасен, а по сравнению со мной, так и вовсе божество. Тшшш… Перестань сердиться. Так вот, когда мы разговаривали с тобой у меня в поместье, уже когда всё закончилось, ты был такой красивый и неприступный, что я был просто в отчаянии. Мне казалось, что непоседливый служащий мне просто приснился и его место занял высокомерный аристократ, мне пришла в голову мысль, что ты лишь только играл, что на самом деле ты и есть такой, как во дворце. Но когда ты начал расписывать, что Тор тебя побил и свою месть ему, то я не знал, что мне делать, или смеяться, или бежать и наказывать Тора. Ты на самом деле совсем другой, не такой, каким стремишься показать себя в обществе. И я сейчас очень счастлив. Я довольно улыбнулся и стал пальчиком вычерчивать узоры на груди у графа. Сбылась моя мечта, когда мой партнер смог увидеть во мне не только завлекательную оболочку, и я тоже был счастлив. Осталось выяснить еще несколько вопросов. - Я знаю, что у драконов нужно не только напоить избранника своей кровью, но и публично признать его своей добычей, иначе это было бы простое влечение, ты признал. Но неужели ты так был уверен, что я отвечу тебе взаимностью? - Только не злись, - предупредил меня граф, я сразу же напрягся. - Я планировал, в соответствии с драконьими традициями, перед отъездом выкрасть тебя и запереть в своем поместье, - объявил он мне, а у меня отвисла челюсть. - Это же пережитки прошлого! – я возмутился. – Ты бы пошел под образ за ущемление прав разумного! - Не думаю! – огорошил меня любимый. – Наш Император тоже дракон и вполне меня понимает. Я еще раз напомню тебе, я напоил тебя кровью и признал своей добычей, для меня это навсегда! Я бы отделался строжайшим выговором, меня бы заперли с тобой в поместье, и выделили срок, в который я должен был бы переменить твое мнение относительно себя. В подавляющем большинстве случаев избранник остается с драконом и очень доволен положением его супруга. Я получил собственнический поцелуй в висок, и не мог найти слов на такое неприкрытое коварство графа. А потом решил, чего это я парюсь? Я же сам был готов выкрасть графа и завоёвывать его расположение всевозможными способами. А теперь я не только получил любимого, но и будущего супруга. Официального предложения еще не было, но, думаю, оно не за горами. И еще один плюс - в ста процентах брак дракона с его избранником получает благословение богов, а это уже почти гарантия счастья. Почему почти? Да потому что любовь и выстраивание отношений – это большой труд, и никто не застрахован от семейных разочарований. Кроме того, наши будущие детки обязательно будут чистокровными дракончиками, вне зависимости от того, кто будет их ма-отцом, я или граф. Драконы полукровки получаются только, если один из партнеров человек и то, чем больше разбавляется человеческая кровь у будущего поколения, тем большая вероятность получить в роду чистокровных драконов. А вот у демонов, например, при смешении с другими расами ребенок-демон получается, если ма-отец - демон. - Ты не злишься? – уточнил граф, разглядывая мое задумчивое лицо. – Я все же честен с тобой. - Ты знаешь, нет. Не злюсь, - я нежно улыбнулся графу. – Я же все-таки люблю тебя. - Я тоже люблю тебя, - прошептал граф и впился в мои губы жарким поцелуем. Я почти потерял связь с реальностью, но у меня еще были незаконченные дела, вернее одно, но очень важное дело, я по плану должен был закатить что-то типа истерики. Итак, отстраняем графа и смотрим на его непонимание взглядом наполняющимся слезами, плюс дрожащие губы и поехали срывающимся голосом: - А как же твое поведение на балконе на балу? Ты же… Ты целовался с виконтессой д*Ларен! Ты… Ты действительно любишь меня, не обманываешь? Граф крепче прижал меня к себе и зашептал. - Тссс… Тише, малыш. Виконтесса набросилась на меня сама, я опешил и не сразу оттолкнул ее, а когда увидел тебя, то растерялся. Хотел сразу же кинуться за тобой, но не знал, нужны ли тебе мои объяснения. Понятно, виконтессе я шею все-таки сверну. - А на балу почему избегал? - Я не знал, почему Император настойчиво рекомендовал мне посетить это мероприятие, понятно, что у него для меня было какое-то дело, не обязательно хорошее, поэтому не хотел, чтобы под раздачу попал и ты тоже. Я был возмущен. Он обо мне заботился таким образом! Такая забота стоила мне много нервов. - А за тобой какие-нибудь грешки водятся? – спросил, подозрительно сощурив глаза. - Нет, что ты, любимый! Но я не хотел рисковать тобой. А оказалось, что Император предлагает мне службу на благо Империи. - Ты согласишься? - Да, тем более, я буду заниматься тем, что мне нравится, тренировать воинов – личных гвардейцев Императора. Военное дело – это моё. - Граф нежно прикоснулся к моей щеке. - Все хорошо? Ты больше не расстраиваешься? Я отрицательно помотал головой, мои слезы быстро высохли, и я довольно улыбнулся, граф ответил мне такой же улыбкой, и я в очередной раз получил поцелуй в висок. - Ты на балу испортил платье виконтессы д*Ларен. – Припомнил он мне мою выходку, вот ни фига мне не стыдно. - Мой хитрый мальчик, - пробормотал он, обвести его вокруг пальца мне так и не удалось. Граф приступил к делу, от которого я оторвал его вопросами, то есть, начал ласкать и нежить меня. Я выгибался, постанывал, гладил сильное тело графа, и отвечал со всей страстью, на которую был способен. - Такой милый, такой красивый, такой нежный, мой… - бормотал граф, зацеловывая мое тело, я постанывал, не скрывая дрожь и трепет, в который приводил меня его голос. В общем, из постели мы в этот день так и не вылезли. Послали Яна, влетевшего в комнату и пискнувшего от неожиданности, за едой, и продолжали предаваться любви. А потом, когда граф заснул, я тихонечко позвал его по имени: - Анри… Граф завозился и собственнически прижал меня к себе и ответил: - Уббрад… Я сначала возмутился и заскрипел зубами, потом задумался, так как сам не знал, какой ответ хотел услышать, «Уби», как обычно, или «Ад», как он меня называл наяву. Потом тихонечко рассмеялся счастливым смехом, похоже, граф окончательно принял меня, мою внешность и мой противный характер, поэтому и соединил два имени в одно, в мое настоящее. И как бы оно мне не нравилось, в исполнении графа моё имя звучало, как музыка, и ему я мог позволить называть себя так постоянно. *** Мы с Натаном сидели на яблоне в Императорском саду и хрустели ее плодами, причем, я держался за ветку только ногами, так как в одной руке держал яблоко, а в другой морковь, попеременно откусывая их. Натан обозвал меня извращенцем, но умудрился опасно извернуться и оттяпать у меня половину моркови прямо из рук, задумчиво пожевав, он сообщил, что вроде бы вкусно и потребовал себе корнеплод, на что я свернул ему кукиш, а друг смешно надулся. Я увидел спешащего по садовой дорожке знакомого канареечного и метко запустил огрызком от яблока. Огрызок попал разумному по лбу и тот заозирался, пытаясь найти шутника и, судя по выражению лица, раздавить его. Натан закрыл рот обеими руками, чтобы не заржать и чуть не сверзился с дерева. А канареечный тем временем бросил бесполезное занятие и расцвел в радостной улыбке, к нему навстречу шел Ян. Ян обнял его и собственнически залепил ему смачный поцелуй, причем руки Яна оказались на ягодицах разумного и притягивали к себе за них в весьма недвусмысленном жесте, канареечный сразу весь растекся, прикрыл глаза и отдался поцелую. Мда, мальчик растет, ну что ж, придется забыть о мести и оставить канареечного в покое. - Слушай, - сказал Натан, - я так и не понял, почему ты решил, что граф д*Марш будет помогать Раулю разыскивать меня? - Это же просто, - ответил я. - Император поручил твоему Раулю, - Натан поморщился, - разговор с графом по привлечению его на Императорскую службу, он всегда Раулю поручает такие вещи. Обычно разговоры проходят после или на середине бала, чтобы разумные помучились от неизвестности о причине беседы, Императору нравится выводить разумных из себя, - я посмотрел по сторонам, не слышит ли нас кто-нибудь.- Пока продолжался разговор, к ним наверняка заходили служащие с докладом относительно твоих поисков, все же Рауль волнуется о тебе. - Ну-ну, - скептически ответил Натан на мое замечание. - Не хочешь, не верь, - я пожал плечами. – Так вот, так же наверняка Рауль на чем свет стоит поносил меня, догадываясь с кем ты проводишь время, он не сдержан, когда дело заходит о твоей драгоценной персоне. Граф д*Марш услышал мое имя и предложил свою помощь, а мне лишь осталось подговорить тебя на небольшой спектакль. - Ну, ты интрига-а-ан, - протянул Натан, я гордо приосанился. – Только я никак не пойму, почему ты все время намекаешь мне, что Рауль ко мне неравнодушен! - Он и правда к тебе неравнодушен, но ты не видишь дальше своего носа. И он признал тебя своей добычей, - сказал я ему очевидное. - Он просто непримиримый собственник, вот и все! – отрезал Натан, доказывать ему обратное было тратой времени. Пока мы препирались с моим другом и наблюдали за гуляющими по саду, я заметил разумного, удаляющегося к выходу и что-то в его походке показалось мне знакомым. Я подался вперед, чтобы разглядеть его получше, но меня прервал Натан, наконец-то, свалившийся вниз. Он хотел посмотреть, что же так меня заинтересовало, и не удержался на яблоне, упал и сломал руку, и мне пришлось вести стонущего «страдальца» к целителю.