Импровизация

После окончания съёмок Елена закрыла за собой дверь квартиры, оставив позади напряжённую атмосферу последних сцен. На улице уже сгущались сумерки, окрашивая Москву в мягкие серо-голубые тона. Сердце её было тяжёлым, слова Максима ещё эхом звучали в её ушах: «Я уверен в своих чувствах и мне не нужно, чтобы ты любила в ответ». Эти слова словно тень следовали за ней, пока она шла к своему автомобилю под редким светом уличных фонарей. Водя машину по темнеющим улицам Москвы, её мысли откатились назад, к 1985 году, когда она и Валерий стали жить вместе. Они были золотой парой театра, известной своей химией как на сцене, так и за её пределами. Когда она решила уйти из театра десять лет назад, Валерий без колебаний последовал за ней, чтобы поддержать её. Сердце Елены сжалось от боли. Он пожертвовал столько ради неё, а она теперь волновалась из-за признания мужчины, моложе её почти на пятнадцать лет. Огни города мелькали мимо, каждый из них — мимолётный момент ясности, когда она боролась со своими чувствами. Внутренний голос ангела шептал о верности и благодарности: «Он любит тебя — настоящую, без грима и света софитов». Демон же подстрекал её уязвимость: «Максим заставляет тебя чувствовать себя живой. Он видит в тебе настоящую женщину, а не мраморную статую на алтаре для поклонения. Неужели ты не чувствуешь, как его внимание вновь пробуждает в тебе забытые эмоции?» Елена крепче сжала руль. Она не допустит, чтобы этот кратковременный порыв нарушил построенную ими с Валерием жизнь. Она любила его, по-своему, ценила каждый день, проведённый вместе, каждый совместный смех и слезу — всё то, что сплело их жизни в единое целое. Подъезжая к своему уютному загородному дому, она увидела свет в окнах. Валерий ждал её, вероятно, заваривая чай. Услышав звук машины, он вышел на крыльцо, и вместе с ним к ней подбежали их собаки, игриво метаясь у её ног и махая хвостами. Ступая на крыльцо, Елена ощутила, как напряжение дня начало уходить. Она была дома — там, где ей место. Валерий налил ей чашку ароматного чая, и они сели в гостиной, где мягкий свет ламп создавал ощущение спокойствия и защищённости. — Тяжёлый день? — спросил он, обнимая её. — Просто долгий, — призналась она, пряча лицо у него на плече. Валерий удержал её ещё момент, затем отступил, чтобы посмотреть ей в глаза, исследуя её взгляд на предмет невысказанных забот, которые он так хорошо знал. — Мы вместе во всём, помнишь? — сказал он, его голос был мягким, но твёрдым обещанием. Елена кивнула, её сердце успокоилось при его присутствии. Ей предстояло два дня отдыха, чтобы подумать обо всём и принять решение. *** Тем временем Максим продолжал съёмки оставшихся сцен. Он не видел её с того неловкого момента. Не знал, останется ли она в проекте или нет. Юлия тоже ничего не говорила, ему оставалось лишь ждать. — Макс, как дела? — в перерыве между сменой декораций обратилась к нему режиссёр. — Нормально, — бросил актёр. — Я видел Ильина здесь. Он что, возвращается? — Да. По сценарию Кривицкий звонит поздравить Ирину, узнаёт, что случилось на дне рождения, и принимает решение вернуться обратно. Не только из-за неё, но и потому что отец попадает в больницу. — Вот так поворот, — Максим саркастично поднял бровь. — Будет утешать Павлову и к ней прилипать? Благородно, и вполне по-еврейски. — Макс, ты же понимаешь, что это логично. Она останется с первой любовью. — С первой и постоянно уходящей любовью, да… Интересно, насколько долго на этот раз. А что Брагину с этим делать? Их отношения разве не важны? — Брагин развидется с Мариной и вернётся в Склиф. Вы будете друзьями. В конце этого сезона, Павлова попадёт под машину и не сможет ходить. — И Геннадий Ильич будет за ней ухаживать, так сказать, реабилитируется в её глазах. Как трогательно! — Ну не только он, ты тоже. Ты же единственный, кому она всецело доверяет. — Запасной вариант. А что, если я не хочу возвращаться в Склиф, быть просто другом. — Макс, ну ты же сам сказал, что будешь рядом и что не ждёшь от неё ответных чувств. И она, по-моему, тоже сказала, что между вами ничего быть не может. Макс, не усложняй всё, хорошо? — Хорошо. Она возвращается завтра? — Да, вам осталось доснять две сцены. Надеюсь, всё будет хорошо. — Конечно. После разговора Макс вышел покурить. С одной стороны, он был рад, что Лена остаётся в проекте. С другой, ему совсем не нравилось возвращение Кривицкого и перспектива наблюдать, как он ухаживает за её «любимой» начальницей. Он сказал, что испытывает к ней чувства, и теперь сомневается, стоило ли это делать, не выставил ли он себя дураком? Но он действительно её любит, уже давно. Не уверен, что будет дальше. Чувствует, что это может быть больше, чем просто дружба, но он обещал, что не будет её беспокоить. Всё сложно, он всё испортил.