Янтарь и Обсидиан

Гермиона была в шоке. Ее щиты рассыпались в прах. Скрытые эмоции вырвались на свет. Слёзы хлынули рекой, и она оттолкнула Снейпа, который в наглую полез к ней. Просто ни с того, ни с сего поцеловал ее… Да-а-а… Ну конечно. Он сделал это чтобы пробудить ее эмоции. Фред… Как она не догадалась сразу. Хитрый змей! Не то, что Фред… — Э-э-э… Получилось. Молодец, Северус! Правда способ… — мадам Помфри решилась первой прервать неловкое молчание. Впрочем, это было бессмысленно, потому что после того как она вымолвила последнее слово, началась новая пауза (к слову говоря, такая же неловкая как и предыдущая). — Э… Да-а. Спасибо… Поппи. — Мне… Я… Устала. Думаю, мне нужно поспать, — отвертевшись от продолжения разговора выдавила Грейнджер. Северус быстро развернулся и напрааился к выходу держа путь в подземелья. А именно — в свои личные покои. На пути не попалось никого и ничего, на что можно было сорваться. Глупая, глупая Грейнджер! В такой ситуации тотальная окклюменция — не выход! Но разве сам он в свое время не делал так-же? Тогда он разгромил половину кабинета Дамблдора, когда старик вывел-таки его на эмоции. Впрочем, речь сейчас не о нем, а о девчонке, которая без опыта и страховки использовала тотальную окклюменцию. Как и сам ты когда-то. Услужливо прибавила совесть. — Драный… Мерлин! — послышалось из темноты очередного каредора негромкое ругательство, а затем гулкие звуки ударов. Северус затаился, и медленно заглянул за угол. Увиденное его удивило. Опершись головой и кулаками о стену стоял Драко Малфой. Несколько секунд спустя, он оторвался от стены и уже окровавленным кулаком ударил по ней. И ещё раз, и ещё… Каждый удар сопровождался ругательством. Северус выскочил из-за поворота скручивая руки молодого человека за спиной, и тем самым прекращая самобичевания крестника. — Какого Мордреда ты творишь?! — зарычал младший Малфой. — Нет, это ты что творишь?! — зарычал в ответ Северус, — Давай ты успокоишься, я тебя отпущу, и мы поговорим как цивилизованные люди. Драко дышал быстро и неглубоко. Со временем дыхание выровнялось, челюсть не сжималась от бессильной злости, а глаза не метали молнии. Северус отпустил крестника, развернул его лицом к себе, и положил руки на плечи. — Так, а теперь ты объяснишь мне что случилось и заставило тебя так самобичеваться. *** Час назад, в кабинете директора. Драко зашёл в кабинет директора в волнении, страхе и нервозности. Не лучший коктейль эмоций который он когда-либо испытывал, но именно в таком состоянии он сейчас приветствовал директора Макгонагалл. — Ожидайте, мистер Малфой. Министр Бруствер и мистер Фадж скоро прийдут. — Да, директор. Вскоре камин взревел зелёным пламенем, и материализовался Министр и его заместитель. Драко вскочил с места и подлетел ко вновь прибывшим. — Здравствуйте, Министр! Ну что? — Приветствую Вас, мистер Малфой. Пока ничем обрадовать не могу. Мистера Люциуса Малфоя посадят, это точно. На пожизненное. — Плевать, а Нарцисса? — Эм-м… Точно сказать пока не могу. Ее тоже посадят, но… — Блять… Блять, блять, блять… Апелляцию хотя-бы рассматривали? — Естественно. И ее приняли, — сердце Драко затрепетали в надежде, — Частично. Драко нахмурился: — Это — как? — А вот так, мистер Малфой, — вклинился Фадж, — Легко и просто. Ее отправят обратно домой, но… — Но? — нетерпеливо сподвигнул на продолжение фразы. — Но из дома она выходить не сможет, и к ней отправят нескольких дементоров. — Что?! Вы там в своем дурацком Минестерстве совсем с ума посходили?! Домой ее отправят, но из дома она выходить не сможет и… дементоров! Это-же нечеловеческая жестокость! И это когда она ничего, слышите, ничего не сделала! Господи, Боже! Мерлин! Салазар! Кто нибудь! Нет… Нет… Только не дементоров… — Это решение Визенгамота, на которое я, увы, повлиять не могу. Драко сорвался с места, и вылетел за дверь, в сердцах хлопнув ей так, что портреты закачались. Он опрометью бросился в подземелья, в гостиную Слизерина, но неожиданно для себя остановился, и начал муткзить ни в чем не повинную стену. *** — Вот уж действительно, Драный Мерлин, — пробормотал Северус, — а… — он не договорил. — Етить твою мать, Северус! Тише, Гермиона, тише. Он здесь. Хрипящая Гермиона упала на пол, но прежде, чем Северус успел что-то предпринять, она подползла к нему, и уцепидась закрай его мантии, и расслабилась. Зельевар быстро опустился на колени, обхватил ее одной рукой за плечи, а второй накрыл ее ладошку, которая всё ещё цеплялась за край его мантии. — Черт. Как я мог забыть… Драко таращился на него и Грейнджер, как на восьмое чудо света. Вопросительно взглянул на крестного и вздрогнул от вторжения в свою голову постороннего. «Позже объясню. Обработай раны.»