Глава третья
28 октября 2023 г., 03:35
Без тьмы сложно разглядеть свет.
Лепестки пламени бодро прыгали с балки на балку, играя в импровизированные салочки. Деревянная обивка уже давно отдала свою жизнь ради чужой, служа топливом. Некоторые трубы не выдерживали температуры, увеличивающейся градус за градусом, и плавились с характерным запахом, словно свечи на праздничном торте. — Вы Джон? — приветливо подошёл коренастый парень с кудрявыми черными волосами и протянул руку, — Приятно познакомиться, меня зовут Чанбин, оперативник и главный атакующий команды Stray kids. — Рассказывай тут, — ехидно хмыкнул высокий красноволосый агент, кладя конечности на голову другу. Несмотря на искривленные в гримасе губы, в голубых глазах плескалась безграничная нежность. Чанбин тут же взревел, начиная играючи отталкивать обидчика, и между ними началась шутливая перепалка. — Его зовут Хёнджин, — подошёл ближе другой молодой человек, ростом ничуть не уступающий игривой модели, — Он вместе с хёном на передовой, — лисьи глаза довольно сузились, пристально разглядывая Джисона, — Меня зовут Айэн, я прикрываю с тыла. Хан кивнул, рассматривая парня во все глаза, и аккуратно ответил на протянутую руку рукопожатием. Айэн напоминал ему друида: сухое, но словно светящееся изнутри солнечным цветом тело, смоляные волосы, рвано постриженные, будто кто-то случайно обрезал длинную косу, зелёные с золотистыми крапинками глаза. Светлые льняные одежды, прикрывающие все части тела, но имеющие большой вырез на груди, где разместились грозди амулетов самого разного калибра. Если присмотреться, внутри разноцветных стекляшек виднелись камешки, странным образом напоминавшие семена. На ногах деревянные сандалии, опоясывающие лодыжку короткими веточками с едва распустившимися листочками. И как они добились такого реалистичного эффекта?.. — А это Лино, — представил четвёртого дитя природы, и Хан завис, глядя в тёмные, будто переливающиеся сияющими лиловыми линиями вселенные. Парень имел идеальные пропорции: ровный нос, пухлые губы, верхняя чуть больше нижней, выраженные скулы. Кошачий вырез глаз, которые чуть насмешливо разглядывали самого Джисона. Волосы были тоже фиолетовые, в завитушках будто заблудились потерянные звёзды и кометы. Через слои одежды Хан мог разглядеть результаты тренировок визави, отчего в горле пересохло. — Он у нас за всё и сразу, — дав попялиться и насладившись ошалевшим лицом нового знакомого, — Так сказать и чтец, и жнец, и— — Йенни-и, — протянул гласные предмет всеобщего внимания, — Невежливо так отзываться о своём старшем брате. Он хихикнул, сверкая глазами, и перекатился с носков на пятку пару раз, убрав ладони в карманы кожаной куртки. А потом будто принюхался, повернул голову к Джисону, и стальным голосом спросил: — Ты кто такой? Словно поддерживая внезапный гнев говорившего, позади ребят с громким стуком упала громадная балка, разломившись на несколько частей. Пылающие огнём осколки разлетелись по всей площади, задевая сооружения. Соседний с заводом дом, по несчастью оказавшийся внутри водного барьера начал рушится, словно карточный домик. Чанбин с Хёнджином тут же оказались перед агентами, закрывая собой от возможной опасности. — Спрашиваю ещё раз, — ни единый мускул не дёрнулся на красивом лице. Блики от огня игрались с тенями на нём. Парень материализовался рядом с Джисоном и схватил того за предплечье, будто впиваясь когтями в нежную кожу. Хан через слои бинтов ощутил неимоверную боль, отчего коротко вскрикнул и резким движением подставил нож к чужому горлу, — Кто ты такой? — Не понимаю, в честь чего агрессия, — прошипел в ответ он, зло глядя в потемневшие глаза. По лицу Лино было сложно сказать, о чём он думает. На лезвие у шеи агент внимания не обратил, — Меня зовут Джон, состою в гильдии «Клыки», стаж семь лет, атакующий. — Воу-воу, ребята, успокойтесь, — к ним обернулся Чанбин, понявший, что опасность миновала, — Хён, не знаю, в чём дело, но помни о миссии. Нам ни к чему лишние кровопролития и конфликты между организациями. Лино отреагировал не сразу, продолжая сканировать лицо Джисона, что находилось в нескольких сантиметров от его собственного. Виски последнего будто сдавила неведомая сила, сердце набатом стучало в горле, мешая ясно мыслить. Хан не отводил взгляда, стараясь медленно и незаметно вдыхать носом и выдыхать ртом, чтобы успокоиться, пока в мозгах проигрывались сотни сценариев развития ситуации. «Убедись, что тебя окружили и запугали,» — раздался в голове немного скрипучий, но мелодичный голос бабушки. Она всегда говорила на распев, а небольшие шорохи в мелодии напоминали музыкальную шкатулку с балериной. Её подарил отец крохотному Джисону в последний день перед исчезновением. Сколько раз она не билась и не падала, продолжала играть мотив из «Унесённых призраками», заставляя сына чувствовать себя дома, будто папа никуда не девался, а всегда рядом. Иногда скрипела, иногда сбивалась, но продолжала нежно напевать, — «А потом заставь их пожалеть об этом.» Видимо, в глазах Хана мелькнула мрачная решимость, граничащая с безумием, а в планы Чанбина резня действительно не входила. Он подал знак рукой и Айэн скрутил Джисона, аккуратно выхватив нож, в то время как двое других напарников отдалили Лино, держа его за руки по обе стороны. «Я даже в некоторой степени польщён, что они считают меня слабаком,» — оценил расстановку сил Джисон, — «Потом пригодится.» Вырываться Хан не планировал. Как и говорил глава гильдии, он действительно умел разговаривать и не сразу лез в драку. Точнее, он хорошо анализировал ситуацию и мог вовремя остановиться, что не совсем укладывалось в репутацию самой бесшабашной гильдии в Сеуле. — Ну хорошо, — решительно произнёс Лино, выпутываясь из человеческих оков, говоря так, как будто не он был зачинщиком балагана, — У нас действительно нет времени и желания на разборки. Все молча уставились на старшего в ожидании следующих слов. — В запросе, который мы отправляли в гильдию, чётко прописано, что присоединяющийся к нам агент будет подчиняться лидеру, предоставленному с нашей стороны, — он сузил глаза и скрестил руки на груди, — В данный момент им являюсь я, возражения? Джисон отрицательно мотнул головой. Ему было без разницы, кто главный и нужно ли слушаться — кто платит деньги, тот и устанавливает условия. А он за эту работу получит кругленькую сумму. Он в любой момент мог уйти и перевести на нужный счёт сумму неустойки. Риски уравновешены. — Отлично, тогда делимся таким образом, — он осмотрел всех из-под длинных пушистых ресниц, — Йенни, Бин и Хёнджин в первой группе, я и Джон во второй. Весь его вид говорил, что он не отойдёт от Джисона ни на шаг. В это время Хан поражался поведению девочки-подростка, влюбившейся в старшеклассника, рассматривал дыры от ногтей лидера на любимой толстовке — стоит ли попросить компенсацию? — и обалдевал от маникюра оного. От младших негативных отзывов не последовало. Они дружно кивнули, сформировали треугольник, в котором атакующие были впереди, а Айэн сзади, и стали ждать дальнейших указаний. Лино пристроился рядом с Ханом, чуть ли не беря его за руку и задевая плечом, а потом скомандовал: — Начинаем.***
Хотя каждый по отдельности должен был изучить информацию о здании и особях, которые их ждали внутри, Джисон посчитал неразумным не обсудить это всем вместе. Но что он мог поделать? Только подчиняться, раз этого так хотел уважаемый заказчик. Почти ролевые игры, ей Богу. Целью их рейда было гнездо огненных саламандр, которые только начинали формироваться. Ящерки размером с ретривера, с огненными столпами, идущими по хребту, и алмазно-крепкими когтями, уже давно заполонили восточную часть страны, предпочитая обитать со своими собратьями из других стихий, что образовывало отдельную экосистему внутри бывших деревень. Правительство почти сразу постановило — уничтожать можно было лишь тварей в зачаточном состоянии, когда вид был на последних уровнях развития истребление казалось кощунственным. В данный момент пришельцы расположились в административном отсеке завода, что не помешало гореть алым пламенем всей конструкции, чудом не захватывая весь район. Всю операцию Лино держал Джисона подальше от остальных агентов, сам при этом ни отходя ни на шаг, что жутко мешало сосредоточиться и нормально целиться. Переводить ценные пули, на которые парень потратил половину дня, не входило в планы Хана, поэтому когда в очередной раз его напарник почти прилип с левого бока, опаляя горячим дыханием шею, а в нос ударил запах дождя и ландышей, он не выдержал: — Да прекрати меня зажимать, сколько можно! — повернулся он к нему, сердито смотря в чёрные глаза напротив. Вокруг ликовал огонь, создавая невыносимую жару. Воздух осязаемо дрожал, глаза побаливали от напряжения и яркости картинки. Все оперативники принимали снадобье, помогающее дышать в аномальных ситуациях, поэтому в масках не было нужды. Это всегда радовало парня, так как лишняя ткань ужасно раздражала и ограничивала обзор. Сейчас он был готов терпеть её, лишь бы смазливый агент не мозолил глаза. — Отказываюсь, — коротко отозвался он в ответ, провожая глазами очередную пулю, выпущенную Джисоном в особо резвую саламандру. — Тогда хотя бы стой сзади, — шикнул Хан, перезаряжая оружее, а потом тихо добавил под нос, — Идиот. Он действительно пристроился за спиной, продолжая следить за каждым движением наёмника, заставляя последнего закатывать глаза. Когда выстрел проходил рядом с другими агентами, на Лино будто шерсть вздымалась, и он ругался под нос, выдавая свистящие звуки сквозь беспокойную мелодию безумца под алкоголем. Тяжёлый взгляд не переставал мозолить макушку Хана. Сам лидер переодически метал иглы, попадая всегда точно в спинной мозг и убивая мгновенно. Остальные спокойно воспринимали клоунаду со стороны старшего и по его приказу отправились в соседнюю комнату — там расположился один из основных узлов распространения. Наступила идиллия. Джисон с Лино, словно слипшиеся пельмешки в миске семилетнего ребёнка, пробирались сквозь завалы и методично уничтожали всё движущееся, переодически ругаясь друг на друга. Вскоре к ним присоединились остальные, и они направились в предполагаемый центр апокалипсиса. Перед тем как заходить в переговорную комнату, где и расположилась самая крупная кладка, возник спор, как ребята будут действовать внутри. Лино хотел, чтобы Джисон стоял позади — то есть ничего не делал. Чанбин, скептически смотря в кошачьи глаза, убеждал того, что тогда им просто незачем было нанимать парня. Им нужна была помощь и подстраховка, её предоставили, а теперь старший хотел задвинуть её в угол. Айэн с Хёнджином предусмотрительно не вмешивались, тихо обсуждая, чего бы они хотели поесть сегодня на ужин под просмотр новой остросюжетной дорамы вместе с остальными. Сосед младшего очень хорошо готовил, поэтому вся импровизированная семья Stray kids от недостатка домашней еды не страдала. У них ещё была пара часов для того, чтобы сообщить, чего бы они хотели отведать вечером, сидя на мягком диване перед телевизором. Хан же сначала лирично любовался танцем огня на стене и сверкающими осколками скорлупы не вылупившихся зверей, потом устало вздохнул, крутанул пистолет и показательно выстрелил в Лино. Точнее, чуть правее него, вынуждая пламенную ящерицу грузно упасть с вертикальной поверхности и затухнуть. Пуля немного задела щёку, оставив тонкую алую полосу. — Пошли уже, — раздражённо проговорил он, запуская свободную ладонь в гнездо волос, снимая капюшон. Стала видна перебинтованная шея и крохотные ранки у ушей, спускающиеся ниже, на что уставились все, кроме лидера. Тот пялился в глаза, — Открою Америку, но вы мне вообще не упали, ага? Я так понимаю, ты, — он указал дулом пистолета на мужчину с сиреневыми волосами, — Боишься, что я кого-то из вас прикончу? Уверяю, если бы у меня была такая цель, я бы не грел косточки в маленьком аду на земле с риском для жизни, а сделал это, когда вы спите на мягкой перьевой кровати и видите десятый сон. Меня дома ждут, поторопимся. Он не стал дожидаться ответа и прошёл к проёму, где раньше располагались двустворчатые стеклянные двери, растаявшие сейчас лужами на полу. Они пузырились, что создавало имитацию лавы. Его остановил, сильно сжав плечо, Лино, опять впиваясь когтями до крови. — Обязательно дырявить мою любимую толстовку и меня— — Ты прав, мы задержались, — не дал договорить Хану он, — На тебе правый фланг, центр на Хёнджине и Чанбине, я отвечаю за левый, Йенни, прикрываешь, — и зашёл первый в стену огня.***
Выстрел, взрыв, визг боли и отчаяния, пробирающее до потаённых уголков сознания шипение, и огонь. Вездесущий огонь, захвативший в плен всю комнату. Стены давно покрылись толстым слоем копоти, мебель канула в небытие. В дальнем левом углу покоилась большая самка, рядом с ней вились охраняющие её и яйца самцы. Уже рождённые, но не до конца вступившие в силу особи расползлись по комнате, стараясь держаться ближе к матери. Когда парни зашли в комнату, на них сразу бросилось несколько защитников, взрываясь раскалённой лавой. Атаку встретили щиты, что не помешало паре капель упасть в опасной близости с ногой самого младшего. Вокруг Лино словно появилась тёмная аура, вызывая желания замереть или спрятаться. Парень достал особенно длинные иглы, покрытые мутной зелёно-синей жидкостью, и метнул в самых крупных монстров плавным движением руки. Те, не издав ни звука, тяжело упали прямо на яйца, лопая их под своим весом. Зарычала самка, и волна саламандр, переливающихся огнём разных температур, ринулась на формацию агентов. — В рассыпную! — крикнул Лино, дёргая Айэна на себя влево. Чанбин замешкался, запутавшись в неисправном щите, что не собирался обратно, и Хёнджин толкнул его в бок, сам оказываясь на линии огня. Красноволосый парень растерянно замер, приподняв густые брови и в замедленной съёмке смотря на не совсем земноводных существ с жаждой убийства, добычи в глазах. — Джинни, нет! — завопил спасённый, падая на бетон рядом с остальными. — Заебали, — устало выдал Джисон, оказываясь рядом с моделью — как окрестил его про себя Хан — хватая за руку, — И как вы до этого вообще справлялись? — спросил он обалдевшего от жизни парня, отпрыгивая с ним куда-то назад. Они полетели в правую сторону. Толстовка приняла на себя весь удар, стираясь до листа бумаги, сохраняя целостность спины Джисона, на которой он проехался до стены с утяжелителем в виде Хёнджина на себе. Он сильно сжал того в объятиях, уберегая от урона вокруг. Руки стиснутого обвились вокруг шеи и затылка, спасая от встречи с вертикальными плитами. — Целы? — заорал Лино, убирая подбирающихся к лежащей парочке тварей точными метаниями оружия. — Да! — крикнул в ответ Хан, выдыхая в чужое плечо, — Поднимаемся? Руки вокруг головы расцепились, за ними следовал сильный металлический запах крови. Костяшки стесались и испачкались в саже, раны нужно было срочно обработать. Хёнджин лишь немного безумно широко улыбнулся, сидя на Джисоне, а потом восторженно произнёс: — Спасибо, Джон! — он хихикнул, опираясь руками на грудь Хана, — Благодаря тебе поживу ещё денёк. — Если не слезешь с него, то вместо дня у тебя будет только пара минут, — раздалось раздражённое сверху — Лино решил почтить их своим присутствием. Вот и остальные сгруппировались спереди, выигрывая время пострадавшим. Локти Чанбина кровоточили сквозь импровизированные бинты из лоскутов ткани с одежды младшего. На них пришёлся весь вес тела при падении. — Да-да, — ничуть не смутился парень, продолжая демонстрировать красивые белоснежные зубы с немного удлинёнными клыками, а потом грациозно слез с порванных штанов. — Нам нужно уничтожить королеву, — инструктировал всех лидер, недовольно поглядывая на наёмника, развалившегося на полу, — Как изначально говорили, мы сработаем единой командой, как обычно, Джон, ты нам нужен в тылу, раз уж пострадал. Джисон и сам не мог похвастаться желанием геройствовать. Спина горела, словно он пополнил ряды саламандр и получил особый хребет с переносной горелкой. На ней наливался кровью большой синяк. Парень молился, чтобы гематома не была слишком крупной. Копчик болел и ныл, жалуясь на несправедливую жизнь — разве он не заслужил мягкого кресла, которое обволакивает формы и создавая ощущения пребывания на облаке? Или хотя бы прелестной кровати с вкусно пахнущим лавандой бельём, где так приятно лежать? Обиднее всего было за толстовку, такую дорогую сердцу. Кряхтя и ругаясь под нос, агент встал, потирая спину. Другие ребята уже переключили всё своё внимание на полыхающую синем пламенем самку в окружении свиты. По комнате оставались разбросанные тела рептилий, в которых ещё теплилась жизнь, и они из последних сил извергали огонь в нарушителей, вынуждая отвлекаться. Их и взял на себя Джисон, потихоньку продвигаясь к дальнему углу комнаты. Некоторые саламандры подрывали собственное тело, чем усложняли задачу. Возможно, если бы в глазах не двоилось от небольшого сотрясения мозга, парень был бы более внимательным. Хруст. Под ногами треснул пол, стремительно раскалываясь напополам, и Джисон почувствовал, как падает в бездну. Раздался отчаянный крик Хёнджина, находящегося слишком далеко, чтобы ухватить Хана, но близко, чтобы запечатлеть его исчезновение в образовывающихся руинах. На остальных нападала разъярённая королева гнезда, не давая возможности отвлечься. Лино был в самой гуще событий, атакуя монстра саблей — и откуда он её вытащил? — вместе с Чанбином, который отбивался от мелких особей, пытающихся закрыть собой главную. Вокруг Айэна вились толстые лозы, не горящие в огне, а сам парень сильно светился мягким светом. «Так он мугунхва,» — пронеслось в голове, пока тело теряло ощущения земли под ногами, — «То есть это всё таки были семена?» Удар.***
Джисон пришёл в себя от сильной боли, нервная система вопила о муках, что сотрясают каждую клетку. По всему телу ощущались шевеления ледяных стальных лапок и укусы. Плоть сдирали крохотные существа, пронзительно скрипя железками под слоем бинтов. Некоторые особи не имели острых зубов, поэтому тупо продолжали пробивать кожу чистой силой, пока она не поддавалась, изрыгая фонтаны крови. Парень дрожащими руками полез в большой карман на правой штанине, где хранил шприцы. Зрение плыло, голова не соображала, но медицинский инструмент неоново-зелёного цвета с обезболивающим выцепить удалось, и парень с размаху вставил иголку в вырез джинс, вводя препарат с булькающим шипением пузырьков воздуха, затесавшихся в цилиндре. Когда-то Хан пытался пить таблетки, чтобы уменьшить страдания, но они действовали слишком медленно — он мог попросту умереть от болевого шока. Почти сразу он потянулся за следующим ярко-жёлтым — тонизирующем. Экстренная ситуация возникала не в первый раз, комбинация была заучена с тринадцати лет: убрать боль — дать сил организму — восстановить ману, которая помогала быстрее регенерировать — закрепить эффект — энергетик, чтобы его не убили, пока он будет без сознания. Однако нежно-фиолетовая жижа в этот раз подвела. Две ярко красные точки на мелкой переливающийся серебряным мордочке показались рядом с вырезом на джинсе, она широко раскрылась и прямо на глазах агента впилась в израненное бедро. В бледную кожу, потерявшую былую здоровую смуглость были из последних сил вставлены шприцы. Сознание меркло, вопреки ожиданием, и Джисон понял, что вместо бодрящего адреналина вколол успокоительное. — Помогите! — из последних сил завопил о помощи парень, чувствуя на щеках слёзы. Из горла выдались слабые сипы, на губах скопились капли крови. Вокруг звучали шорохи, жизнь продолжалась. Битва уже давно стихла, а на небе красовалась яркая луна в окружении моря звёзд. Из-за отсутствия освещения в этих краях, они казались больше и значительнее, чем в оживлённой черте города. Его окружали высокие серые стены, покрытые смолью. Разрушенные дома выглядывали из-за бреши в потолке, где-то далеко выли сирены и полыхали языки огня. Холод сковывал горящее в лихорадке тело, что пожирали мифические существа, убивая волю к жизни. — Помогите… — прошептал Джисон, проваливаясь в темноту и роняя голову на камень. Влажные дорожки украшали его лицо, переливаясь перламутром на лунном свету.Помощь всегда приходит, откуда мы не ждём.
