Записки художника

      Время было уже позднее, а алкоголь почти допит. Парни то и дело перекрикивали друг друга во время разговора. И лишь Чимин сидел с отстранённым лицом, присосавшись к бутылке пива. Очередной за этот вечер. Какой по счёту он не помнил. Парень сидел и прожигал ревностным взглядом сплетённые руки Юнги и его девушки Соён. Но каждый раз когда кто-то смотрел в его сторону, отводил взгляд, прикрывая глаза и делая очередной глоток из бутылки. Дерьмо.       После прихода Мина, когда остальная компания пришла, они удивились, что среди них есть девушка. Тогда Юнги и признался, что они встречаются уже больше месяца. Ребята поздравили его. Чимин на эту сцену в тот момент лишь раздражённо выдохнул, схватил у Намджуна с Хосоком пакеты и отнес в комнату. Резко и со злостью, от чего парни недоуменно переглянулись, а Юнги нахмурился, не собираясь так просто это оставлять.       Ребята сидели в кругу на полу. Места в комнате было достаточно. Чимину становилось душно. Чувства угнетали настолько, что становилось физически плохо. Ему было хуево. Хотелось всех выгнать прямо сейчас. Парень вышел на балкон, открывая окна полностью и слегка перевешиваясь через оконную раму, вдыхая теплый ночной воздух. Грудь сдавило. «Может выброситься?» — мелькнуло в голове. В следующую секунду Чимин, ошарашенный своими мыслями, отошёл на шаг от окна, продолжая сжимать пальцами раму. Костяшки побелели от напряжения. Парень загнанно задышал, пытаясь справиться со своими эмоциями.       — Я курить, — бросил Юнги, поднимаясь.       Чимин, услышав это, встряхнул головой и поспешил ретироваться отсюда. Но в проходе на балкон возник Юнги, перекрывая путь своей рукой, впечатанной в стену. Достаточно пьяный Пак, не успевший отреагировать, врезался в Мина.       — Ой, — сдавленно просипел он.       — Чимин-а, поговорить надо, — не дожидаясь ни согласия, ни возражения, Юнги бесцеремонно усадил его на табуретку, которая стояла на балконе, и закрыл дверь с внутренней стороны. Мятноволосый присел на корточки перед испуганным юношей напротив. Чимин не знал куда деть глаза, поэтому неловко отвёл взгляд в сторону. Щеки невольно покраснели, но он спишет это на то, что он пьян. Юнги усмехнулся, пытаясь заглянуть ему в лицо.       — Скажи мне честно, что происходит?       — А? Ничего, Юнги. Разве что-то происходит? — Язык заплетался, и слова путались из-за нервов и из-за того, что парень выпил. Также его откровенно вело от такой близости. Их лица так рядом друг с другом, вот бы его поцеловать.. Чимин встряхнул головой.       — Я же вижу, что что-то не так. Ты отдаляешься с того самого момента, как, — Юнги не договорил, а его лицо вытянулось в удивлении, словно он что-то понял. — Как появилась Соён. Чимин, ты что ревнуешь?       А у Чимина сердце упало в пятки и лицо побледнело. Он зажмурился, а затем помотал головой. Как Юнги догадался? Это настолько очевидно? Что теперь будет? Он сейчас уйдет? Когда парень вновь открыл глаза, картина напротив его поразила. Юнги улыбается? Даже не так. Он сдерживал смех. Что смешного? Чимин нахмурился, начиная злиться.       — Ревнуешь, да ? Не переживай, ты всегда будешь моим любимым тонсеном и самым лучшим другом. Я про тебя не забуду. Если у меня появилась девушка, это не значит, что я перестану с тобой общаться.       Пак расслабленно выдохнул. Легко стало настолько, что он готов был лужей растечься по этой табуретке. Юнги неправильно понял его чувства. Все хорошо, они могут и дальше общаться. Вместе с этой лёгкостью пришла и боль. Интересно, если бы Мин понял все правильно, насколько сильно он бы его избил? Скорее всего они бы уже никогда не общались после этого.       — Спасибо, хён, мне правда лучше, — Чимин натянуто улыбнулся. Юнги вместо слов просто притянул его к себе и обнял. Пак, не раздумывая, прижался к любимому телу и вдыхал запах старшего, как какой-то зависимый. Запах лаванды приятно щекотил нос, умиротворяя. Но ничто не может длиться вечно, Юнги отстранился и достал сигарету, закуривая. Чимин коротко попрощался, через стекло двери увидев, что сюда идёт его девушка, и ушел обратно в комнату, понимая, что делать ему здесь больше нечего.       — Все нормально? — спросил Намджун. Остальные уставились на Чимина, в ожидании ответа.       — Да, все отлично, — тихо буркнул Пак, усаживаясь на пол возле дивана.       — Ты уверен? Если честно, ты выглядишь плохо. Давно, — робко добавил Хосок, проницательно рассматривая лицо рыжего.       — Ребят, правда, все нормально, — Чимин поднял руки в примирительном жесте, как бы подтверждая этим свою правоту.       Тэхён с Чонгуком с подозрением переглянулись между собой. Никто ему в этой комнате явно не поверил, но ничего не сказал. Чимин молча пожал плечами и открыл новую бутылку пива. За время, проведенное на балконе в компании Юнги, Пак успел почти полностью протрезветь. Виной тому наверное был стресс. Чимину не нравилось, что внутри себя он ощущает лишь пустоту. Чувство эйфории и лёгкости, принесённое алкоголем, испарилось, будто его не было изначально. Это расстраивало. «Так и спиться можно» — произнес внутренний голос, и Чимин был с ним полностью согласен. Но кто сказал, что он против? Это звучало не так уж и плохо. Зато он не будет чувствовать себя таким подавленным.

***

      В квартире уже не так шумно, хотя разговоры не стихали до сих пор. Ребята помогали Чимину убраться. Стрелки часов показывали уже половину первого, обычно они сидят дольше, но терпение Чимина лопнуло на том моменте, когда он увидел, как Юнги целуется с Соён на кухне. Он сказал повежливее, ну или ему одному так показалось, что устал и хотел бы лечь спать. Поэтому сейчас они разгребают весь этот беспорядок в комнате. Юнги с Соён и Намджуном уже ушли. Они живут в одной стороне и недалеко друг от друга. Правда Соён живёт вообще в другой части города, но Чимину было нетрудно додумать, что она останется у Мина дома. А Хосок с Чонгуком и Тэхёном решили остаться, чтобы помочь с уборкой.       Через полчаса Хосок, выходя из квартиры, пожелал всем спокойной ночи и захлопнул дверь. Чимин нервно выдохнул и вернулся обратно в комнату, где Чонгук и Тэхён в обнимку сидели на диване, выжидающе смотря на него.       — Что случилось? — Парень неловко остановился в дверном проеме. Тэхён молча похлопал рядом с собой. Немного сомневаясь, Пак выполнил его просьбу и сел на расстоянии вытянутой руки от Тэхёна, с подозрением переводя взгляд с одного парня на другого.       — Мы у тебя хотели спросить, что случилось? — Чонгук немного нахмурился, продолжая смотреть на него. Если сказать точнее, сверлить взглядом.       — Боже, я же сказал, что у меня все отлично! Все прекрасно, просто заебись. Что вам ещё нужно от меня услышать?! — Чимин резко подскочил с дивана, размахивая руками в воздухе, тем самым показывая свое негодование и злобу. Только вот на кого он злился не понимал даже он сам.       — Правду, — резко произнес Тэхён, продолжая неотрывно смотреть в глаза друга. — Мы не тупые, Чимин, и твое нестандартное поведение очень заметно. Даже для меня, хотя я тебе ещё никто.       Из лёгких будто выпустили весь воздух, парень устало сел обратно на диван, опуская голову. Всё, что сжигало его изнутри, рвалось наружу. Нужно было выплеснуть это все на кого-то. Но какая-то часть Чимина внутри противилась этому, не хотела рассказывать. Сомнения порой не давали спокойно жить. Пак слишком много на себя берет, ведь каждый раз, когда приходит осознание, что ему нужна помощь, он считает, что способен справиться самостоятельно. Молчание убивает. Тэхён слез с коленей Чонгука и сел рядом, накрыв своими горячими ладонями руки Чимина. Или это его кожа была такой ледяной? Пак заторможено перевел взгляд с пола на своего нового знакомого. Сейчас лицо Чимина выглядело особенно плохо. За счёт впалых щёк сильно выделялись скулы и форма черепа. Он очень сильно похудел и выглядел вымотанно. Ещё ужаснее картину делала накопленная годами усталость, а также тёмные круги под глазами практически черного цвета, побледневшая кожа лица, которая делала парня похожим на умершего, искусанные в кровь губы, потухшие глаза, в которых больше не было блика или огонька, во взгляде ничего не выражалось, он мертвый и пустой. Такой же как сам Чимин. Мертвый и пустой.       Глаза предательски покраснели и заслезились. Пак моргнул пару раз и неловко отвёл взгляд в попытке себя успокоить. Было очень больно в районе груди. Покалывало, резало, пульсировало. Каждый удар участившегося сердца ощущался болезненно. Тэхён сжал руку сильнее, а затем притянул Чимина к себе, сразу же обнимая и прижимая. Чонгук в этот момент совсем не знал куда себя деть, поэтому молча сидел рядом, неловко смотря на спину своего парня. Чимин прижался щекой к ключице Кима, выдохнул, все ещё пытаясь себя контролировать. Он почувствовал лёгкие прикосновения пальцев, поглаживающие его волосы. Стало настолько приятно, спокойно и больно одновременно, что он даже не сразу заметил, как слёзы срываются с ресниц и скатываются по щекам. Парень удивлённо моргнул, а затем прижался сильнее, давая поток своим чувствам, сжимая рубашку Тэхёна на спине. Громкие рыдания периодически обрывались из-за кашля. Чимин кричал, а затем резко смолкал, не издавая какое-то время ни единого звука.       — Я люблю его, понимаете?! Люблю, а он меня не любит, — Парень задыхался, от чего истерика накатывала с новой силой. — И никогда не полюбит, я себя просто ненавижу. Я больше так не могу. Мне плохо, очень плохо, это убивает меня. Но я не могу без него, я не хочу его терять. Я хочу умереть, я устал...       Монолог длился ещё долго, но после его окончания висела гробовая тишина. Тэхён и Чонгук сидели с мрачными выражениями лиц, обдумывая ситуацию. Чимина было жалко до безумия. Это и правда было не справедливо. Возможно, будь он не пьян, он бы и не рассказал об этом. Никогда бы не рассказал. Тэхён перевел взгляд на Чимина, открывая рот, чтобы что-то сказать, но осекся. Рыжий мирно спал в объятиях, словно это не он сейчас вырывался, кричал и плакал.       — Помоги мне его уложить, пожалуйста, — Тэхён повернулся к Чонгуку.       — Хорошо, Тэхён-и, — Чонгук невесомо чмокнул парня в губы, улыбнувшись.       Чонгук подошёл к Тэхёну с другой стороны и легко поднял Чимина на руки, словно тот совсем ничего не весил. Он осторожно отнес его и уложил на кровать, пока Тэхён в это время раскладывал им диван. Парни посмотрели на время. Половина четвертого. Да, ночь была тяжёлой...