Моя единственная

За тридцать минут до вылета они приехали на международный аэропорт Швейцарии. Цзыюй и Цзы Хань немного выделялись с толпы своим внешним видом. Даже они не знают, чью внешность они вообще унаследовали от своих родителей. Хотя теперь им полностью поебать на это, потому что хоть где-то в чём-то их наградили. В особенности в плане красоты, потому что не у каждого такая красивая внешность, которая придерживается золотого сечения 1:8. Каждый человек, проходя мимо, несколько раз оглядывались на них с восхищением. Не каждый день увидишь таких красивых братьев близнецов. Особенно когда один классической одежде, а другой современном. У одного большие и карие глаза, похожие на корицу или на кофе, с двойными веками. Стройная фигура, маленькое и круглое лицо, маленький нос с высокой переносицей, губы форме сердца. Тонкая талия и объёмные бёдра. Высокий, но худощавый и выглядит слабоватым. У него тонкие изящные пальцы. Другой точно таким же лицом, но на голову выше своего брата. Широкие плечи, накаченный, высокий, что придает ему горячую сексуальность. Некоторые словили фетиш на его руки, потому что его длинные пальцы, от которых выпирают вены. Ещё и эти четыре чёрных колец, которые соединили с цепью в браслетом на запястье. Их пальцы показывали, что эти двое принадлежат высшему обществу. Дети голубых кровей. В свою же очередь Цзы Хань и Цзыюй даже не обратили внимания на этих глазеющих людей и продолжили идти по своим делам. Они давно привыкли к такому повышенному вниманию со стороны общества. — Они уже заебали так смотреть на нас. Цзы Хань, твой рейс через пятнадцать минут, а я пойду. Мягкой посадки. — Цзы-Цзы честно. Чтобы я делал без тебя? — искренне спросил Цзы Хань, с любовью глядя на неё. Цзыюй мягко улыбнулась ему, потрепала по голове и ушла, сказав очень много слов своими действиями. Цзы Хань остался там смотреть на удаляющийся спину своей сестры. Поклонился в знак благодарности за её поддержку. Вот так вот Цзыюй и оказалось в Южной Корее. Как только она выехала из аэропорта, то в неё врезался чёрный порш, а оттуда вылез какой-то наркоман с бейсбольной битой и разбил ей лобовое стекло. В полном спокойствии вышла из своей машины, потому что хотела знать, почему этот тупой осёл...... нет-нет, а непонятный мужчина решил сесть за руль в нетрезвом состоянии и создаёт проблемы на дороге. — В чём дело? Вы в порядке? У Вас тормоза отказа...., — не договорила Цзыюй, как успела схватить нож за лезвие. За это время успела оценить эту пидрилу, который посмел напасть на неё без какой-либо причины. Выглядит как нормальный альфа, но пиздец как шатается от количество выпитого спиртного. Вроде накаченный, но нету ни грамма мышц и бицепсов. Он только создаёт эффект накаченного и хорошего бойца. Но то как он держит нож и стоит вообще неправильно говорит о том, что его даже в армию НЕ призывали. — Есть ли какая-то причина вашего нападения? — спросила она, отступая назад для атаки. Он смотрел на нее с ненавистными глазами, чем доказывал, что он что-то имеет против Bugatti или таких красивых людей, как она. Он снова напал, на что Цзыюй ответила жёстким локтевым ударом в горло. Как только Чон Сон получил этот жёсткий удар, то просто согнулся пополам. Не каждому удавался его вот так вот оглушить. Тем более не ожидал, что у такого хилого парня удар окажется таким мощным. Но ему было наплевать на боль щитовидке и нехватке дыхания. Чон Сон до смерти ненавидит Bugatti и каждый раз, видя эти машины, то сразу идёт уничтожать их. А за рулём оказался ещё и такой красавчик. Никто, нахуй, абсолютно никто не смеет быть красивее него. Чего уж там, всего лишь разбитая машина и лицо. Мина возьмёт на себя все расходы, компенсирует разбитую машину или же купит точно такую же. Очень даже удобно иметь под рукой личный нескончаемый кошелек. — Прекратите немедленно! Я вызываю полицию! Из толпы крикнула какая-то женщина. Вот так вот они вдвоём попали в полицейский участок. До приезда полиции он успел порезать ей щеку. Она, конечно, с небольшими увечьями, чем парень, которому она сломала пальцы и избила до потери сознания. Через час он очухался и в полном двухуе смотрел на неё через камеру предварительного заключения. Чон Сон и раньше попадал в полицейский участок, но только это он избивал парней до потери сознания. Когда Мина приезжала за ней, то выходил гордо поднятой головой, без увечий. Чон Сон никогда бы не подумал, что будет избит хилым и высоким парням, у которого кроме красивого личика ничего нет. Цзыюй в тем временем оформляла документы и давала показания. Ей было всё равно на ненавистный взгляд накормана. Она сказала своё настоящее имя, потому что знает, что все данные военной группы находятся под строгим соблюдением и настолько засекречены, что без специального доступа ничего не увидишь. И дала приказ назвать её господином. А когда он спросил почему, то она просто ответила, что это секрет. Полицейский так и не смог что-то узнать про неё. Потому что все её данные засекречены и не могут быть показаны даже полицейским. Если данные засекречены, значит, она военная. Какой-то засекреченной военной группы, который не придаётся огласке. "Этот Чон Сон крупно вляпался. Хоть повезло, что ему сломали только два пальца, а не две руки. Хоть не убила. И на этом спасибо" — его мысли прервал гнуснавый голос, который доносился из камеры предварительного заключения. — Эй, выпустите меня. Цзыюй и Тэ Сон так зовут полицейского одновременно взглянули на Чон Сон, а затем переглянулись с друг другом. Цзыюй медленно кивнула, а Тэ Сон пошёл выпускать Чон Сон, который только сейчас начал осознавать, что у него сломаны пальцы. Час назад он вообще не чувствовал боли из-за выпитого алкоголя и наркотиков. Ему сейчас же нужно осушить стакан хорошего вискаря или же вколоть в себя дозу хорошего наркотика. После нескольких показаний и взятия новых отпечатков пальцев позвонили Мине. А Цзыюй позвонила Дахён, потому что знает, что Чеён может четвертовать его, несмотря на свой рост и вес. Она улыбнулась, когда представила злую Чеён, которая с пинком открывает дверь и врывается в полицейский участок со словами: "Где этот пидор, который посмел тронуть моего щеночка?". — Эй, ты! Ты чо лыбишься? Давно по ебальнику не получал, а? — Дружище, это твой ебальник разукрашен, — спокойно огрызнулась Цзыюй, дожидаясь, когда врач начнёт обрабатывать ей раны. Когда Мина и Дахён приехали, то Чон Сон выпрямился и сидел высоко поднятой головой. Как-будто так и говорил: "Смотри только на меня. И радуйся, что встречаешься с таким классным парням". Цзыюй же, наоборот, сидела спокойным выражением лица, но ее сердце было готово выпрыгнуть из груди, потому что была рада увидеть свою жену. Как только все это закончилось. Чон Сона выпустили под залог. Они вчетвером вышли из полицейского участка. Мина постоянно, сама того не понимая, подглядывала на Цзыюй. Дахён беспокоилась о ране Цзыюй также как и о машине. — Я столько денег на эту машину. А тут бац! И нету и лобовухи, и переднего бампера..... Блин. — Тебе должны это компенсировать двойном размере. — Ездят же по-дороге наркоманы, блят! — Цзыюй и правду была подавлена. Ещё и Мина так грубо с ней обошлась и не извинилась. Она опоздала, так сильно опоздала. Но ничего, ей удастся вернуть свою жену. — Эй, наркоман хренов! — Чего тебе? Он даже не посмотрел на неё. Ему и вправду пофигу на машину, который въехал и разбил. — Как ты мне собираешься компенсировать увечья, который ты нанёс в моей машине? Тем более из-за тебя теперь моё лицо испорчено. — Моя девушка тебе всё компенсирует. А вот лицо заживёт. А ты как будешь компенсировать моё лицо и сломанные пальцы, а? — Твоё лицо и пальцы заживут, не беспокойся...... Нееет, дружище....... Девушка тебе не личный кошелёк или банкомат, который даст тебе денег. Это ты врезался в мою машину и разбил моё лобовое стекло. Значит тебе и компенсировать. Скажу марку машины, чтобы ты мог найти мастера и поставить новую лобовуху, бампер. Скажу тебе по-секрету, у моей тачки всё оригинальное. Ты должен найти оригинал для Bugatti Bolide, построенный на базе Chiron. Автомобиль, в лучших традициях Bugatti, имеет ограниченный тираж — 40 штук. Один из самых дорогих автомобилей в мире стоит $4 700 000. Если не сможешь компенсировать, то тебе придётся найти точно такую машину. Запомни~...... ограниченный тираж — 40 штук. Если не сможешь и компенсировать и купить такую же тачку, то тебя ждёт огромные неприятности, наркоман. — Повтори-ка! Что ты сказал? Хочешь ещё раз получить по морде, ссыкло? — он подошёл к ней очень близко и быканул на неё. Тем более он был ниже её на семь сантиметров, поэтому ему приходилось смотреть на неё, немного задрав голову. Цзыюй только улыбнулась от его заявления. И ямочка на одной щеке Мине показалось милой, и у неё вдруг появилось дикое желание ткнуть на ямочку. — Давай, если хочешь снова угодить в камеру предварительного заключения, — сказала она, подставляя свою щеку. Дахён громко выдохнула и оттащила Цзыюй подальше от этого наркомана. Цзыюй даже возразить не успела Дахён, как её схватили за шиворот и начали таскать назад. — Ай-ай.... Больно же, — жалобно сказала Цзыюй, поправляя свою одежду. — Мы сейчас перед полицейским участком. Пожалуйста, перестань его провоцировать. — И что? Как ты думаешь, кого больше всех бояться полицейские? Его или меня? — Хоть это и так, но....... не забывай, что с завтрашнего дня ты приступаешь к работе...... Они хоть знают, что твоя машина собрана по индивидуальному заказу и всё вручную? Лобовое стекло и передний бампер твоей машины вообще не найти. Тем более купить точно такую же машину тоже не могут, потому что все экземпляры скупили вы с Цзы Хань. — Пускай и помучается. Если он не сможет этого сделать, то мне придётся забрать у него сначала глаза, потом левую сторону лица. Цзыюй фыркнула и больше ничего не сказала. Она стояла напротив Дахён, глядя на Мину, которая суетилась вокруг своего парня. А Чон Сон вообще было плевать на неё. Он с ненавистными глазами смотрел на неё. Цзыюй показала ему свой длинный язык и подразнила его. Чон Сон сорвался с места от злости. Быстрыми шагами приближался к ним, игнорируя попытки Мины оставить их покое. Цзыюй с удовольствием сломает ему ещё два пальца, если нужно. Или же руку, чтобы не мог больше колить в себе наркоту. Поэтому она просто стояла с улыбкой на лице, чем-то напоминающий на насмешку, что снова показывали ямочки на щеках. Как только Чон Сон собрался ударить её, то его сразу вырубили с электрошокером. — Его только что отпустили, а уже создаёт проблем...... Нам очень жаль, мисс Мина, но мы можем отпустить его только через два дня. Это был Тэ Сон, который убирал свой электрошокер. Он хотел убедиться, что Чон Сон не будет быковать на столь опасного человека, как члена военной группировки. Засекреченная военная группа, по его мнению, 3-4 раза опаснее, чем политики, сидящие наверху. — Прошу прощения, если он вам доставил проблем, — он извинился перед Цзыюй и приказал к двум подчинённым обратно доставить Чон Сона в камеру предварительного заключения и выпустить через два дня. Цзыюй самодовольно ухмыльнулась, глядя на Дахён, и подняла левую бровь, чтобы показать, насколько бояться её. Она пожала руку Тэ Сона и похлопала по руке в знак одобрения.