Два театра и переводчики

Обратимся к вариантам перевода этой реплики “I’th’common shew place (showplace), where they exercise”: «На обширной площади, гдѣ происходятъ игры» Каншин П.А. 1893 «На площади предназначенной для игръ» Кетчер Н.Х. 1858 «Да, на площади для игр» Михаловский Д.Л. 1864 «На площади, гдѣ учатся войска» Соколовский А.Л. 1894 «На площади для зрѣлищъ объявилъ» Фет А.А. 1859 «На площади, гдѣ происходятъ игры» Чюмина О. и Минский П. 1904 «На площади игръ» Юрьев С.А. 1879 Опять «игры», когда опять-таки о них и слова нет в оригинале! Разве что выделяется вариант Фета: «На площади для зрѣлищъ» - как бы намекая на то, в чем Антоний и Клеопатра могли “exercise” среди прочего. Весьма удачным на наш взгляд является вариант Соколовского: «На площади, гдѣ учатся войска». В целом же разнообразие вариантов перевода наводит на некоторые мысли и вопросы, в том числе и к таким: «Неужели войска можно обучать с помощью театров? Чему же их можно обучить, если это тупые солдафоны-мясо?». Возможно поэтому Фет и выбрал «зрѣлищъ», поскольку некоторых людей пробирает только кровь, смерть, убийства и насилие. Но, учитывая то, что подразумевается место для представлений и спектаклей – убийства и насилие будут скорее постановочными, а незамысловатый сюжет все-таки заставит немного поскрипеть мозгами. Своеобразная развилка: захочешь поскрипеть мозгами – будешь тянуться к творчеству мастеров, а любишь похрустеть костями, ну… милости просим на гладиаторскую арену. Что же предпочитал смотреть Антоний, раз обернулся против Октавиана?