Тихони

Ваня проснулся от яркого солнца, которое ослепляло его глаза. Он поднялся на своей небольшой кровати, протерая глаза. В дверь раздался стук. Янковский поднялся, совсем забыв про то, что он в одних трусах и пошел так открывать дверь. — Что? — Ваня сказал ещё до того как ему полностью показался человек за дверью. — Кхм, съемки вообще то, а ты ещё даже не оделся — Тихон говорил нейтральным тоном, пройдясь полностью взглядом по худощавому телу младшего. — А, скажи я сейчас буду — Ваня постарался повторить тон старшего, но получалось так себе.

*Неделю назад (третий день съёмок)*

Ваня проснулся от стука в дверь, открыв глаза сразу их зажмурил от солнца, но все же встал и пошел к двери, забыв о том что он в одних трусах. — Что? — за открытой дверью стоял Жизневский. — Ничего, просто съемки начинаются, а ты ещё даже не одет — Тихон прошелся взглядом по полуголому телу Вани. На его лице была улыбка, глаза горели, волосы в разные стороны раздувал ветер. Вот он, солнце-одуванчик. — А, ой, сорри, скажи что я ща приду — Ваня начал закрывать дверь, но уже в маленькую щель пролезла голова и рука Тиши — Эй, придурок что-ли? А если бы я со всей силы закрывал дверь? — с улыбкой говорил Ванько. — Ну не закрывал же — Тиша улыбался во все тридцать два — Так, пройти то дашь? — Тихон смотрел на него снизу вверх, почти что впервые за всё их знакомство. — Ага, щас прям. Иди к гримерам, я сам оденусь — Ваня конечно ослабил силу, но дверь все же держал почти закрытой. — Ну Ванюш — протянул тот — Дай помочь, мне скучно одному — Тихон выстроил брови как собака-попрошайка. — Боже, ладно, welcome to my house — Янковский полностью отпустил дверь и пошел к шкафу. Тиха быстро прошел внутрь и уселся на его кровать. — Короче, мы будто все офисные работники. — Ваня сразу понял что Тихон начал рассказывать свой очередной сон — Сидим работаем, никого не трогаем, я смотрю в окно, а там зомби, прям зомби, и я понимаю что начался зомби-апокалипсис, я в шоке, не понимаю что происходит как и все, но начинаю кричать всем чтобы все закрыли двери, и бегу за тобой, а ты где-то далеко находишься, добегаю, беру тебя за руку и веду в самый отдаленный угол или это комната была, не особо понял, но бежали мы до туда прям долго, мы все запыханные уже — Ваня в это время уже помылся с приоткрытой дверью, чтобы слышать этот удивительный рассказ, и начал чистить зубы — и я держу тебя за руку и смотрю, а там все уже зомби, я держал тебя позади себя, и взади будто открывают окно и тебя кусают, я оборачиваюсь вижу что ты уже почти зомби, начинаю куда-то бежать чтобы спастись и понимаю что все мои родные зомби, всё, я один остался, и я короче останавливаюсь оборачиваюсь и начинаю сам уже идти на них, меня начинают кусать и я просыпаюсь — Ваня стоял смотрел на него с зубной щеткой за щекой. — Фтооо? Ты узасов пересмотрел фто-ли? Я то там, фто забыл? — Ваня надел джинсы и наконец убрал щётку из о рта. — Вот, не знаю даже. А тебе что снилось? — Пляж, море и ты там тоже был, все я больше ничего не помню — он все помнит, и поцелуй на пляже и прогулку по песку за ручку, но он этого говорить не будет. Слава Богу, что с утра стояка не было. Его даже напугал этот сон, с чего вдруг ему начали снится эротические сны с Тишей? — Ооо, море это хорошо, я бы сейчас на море слетал — Ваня уже натянул футболку — ну ладно, пошли на съемки. — Пошли — Ваня улыбнулся ему, и пропустил вперёд.

*Нынешние время*

Ванька проморгался и понял что Тиша уже давно ушел, а он стоял почти полностью голый с открытой дверью и на него уже многие смотрели. Тот быстро закрыл дверь и пошел умываться и одеваться. На съёмочной площадке уже все были, Ваньке стало как-то не по себе, было ощущение что все всё знают. У него началась некая паранойя, он видел во всех осуждение в его сторону. Ему хотелось кричать от этого, это его пугало, от чего во время съёмок он забывал текст, путался в репликах или вообще застывал на месте. Особенно все совместные дубли с Тишей, тот был максимально спокойным, Ваня по прежнему видел в нем отвращение и осуждение. Ванька уже не понимал что с ним, реально ли Тиша на него так смотрит, или ему уже кажется, на него все смотрят как Тиша, но всё же не так, не такое отвращение, не такое осуждение, не такая обида. День был достаточно длинный, но сегодня дублей было мало из-за погоды, которая за день раза три дождь давала, в это время Ваня сидел в своем вагончике и смотрел в окно, где бегал Тиша, то один, то с кем-то, то просто стоял и смотрел вверх. Ване очень хотелось побегать с ним под дождем или поваляться как раньше. В конце съёмочного дня к нему подошла Настя, игравшая в сериале Соню. — Эй — она аккуратно коснулась его плеча — Ты как? С тобой все хорошо? — Ваня развернулся к ней и улыбнулся. — Да, всё гуд. А с чего должно быть не хорошо? — Янковский пытался максимально говорить бодро и весело, будто с ним и вправду все хорошо. — Не знаю. Ты сегодня задумчивый слишком, грустный, реплики путаешь, в кадре с Тихоном вообще на месте застыл, так смотрел на него будто сейчас напрыгнешь на него — та немного улыбнулась — И Тихон к тебе сегодня не разу не подошёл, а вы же уже как Инь и Янь, друг от друга не отходите, только и слышно смех, да «Тиша!» и «Ванько!», а сегодня что с вами? — Ване не думал, что они настолько громкие, ведь он никогда рядом никого не замечал. — Да так, пустяки. Помиримся скоро. — сказал он сам не веря в свои слова, но ему надо чтобы Настя поверила и успокоилась. Улыбка сразу спала с лица, к девушке сзади подошёл Тихон — ладно, я пойду — он попытался улыбнуться, вышло как будто он при инсульте, развернулся и пошел куда-то, пока сам не знал куда — Чт..? — на Сонино плечо упала рука. — Привет, еще раз — Тихон улыбнулся. — Привет? — то ли утверждение, то ли вопрос. — Пошли чай попьём? — дальше Ваня уже не слышал, он не знал как на это реагировать. Тихон быстро нашел ему замену, а Ваня навряд-ли вообще найдет кого-то. Он не заметил как уже бежал, по щекам текли слезы. Он бежал в своем тумане, не замечая ничего что было вокруг, ни травы, ни деревьев, не моросящий дождь, ни время. В глазах стояла пелена от слёз, тело начинало дрожать от холода. Он сам не знал что с ним происходит, почему он так реагировал на это, понятное дело что Тихон не останется один, у него всегда кто-то есть, он всегда с кем-то общается, но почему Ваню это так бесило, он не понимал, почему он ревнует, почему злится, почему расстроен? Слишком много почему, на которых нет ответа, который бы Ваню устроил. Ответ — влюблён, ему никак не нравился. Да, Тиша харизматичный, всегда поможет и развесилит, глаза у него голубые красивые, на океан похожи, и улыбка завораживающая такая, и волосы еше эти, кудрявые, так и хочется косички ему заплести или в хвостик их собрать, или вообще просто в них руку запустить, этот рост его, шпала такой, но ему так идем быть высоким. Но это же не значит, что в Ваня в него влюблён, ну если он реально такой, о нем все так думают, Янковский в этом уверен на сто процентов или на девяносто девять и девять. Парень бежал в своих мыслях ничего не замечая вокруг, он пытался понять, что с ним, и что он чувствует к Тише. Он давно уже всё понял, но признавать пока не хотел, его пугала эта мысль. Но Жизневский единственный человек который заставил его так смеяться, радоваться и плакать. Только рядом с Тишей, Ваня мог назвать себя счастливым человеком, а без него хотелось умереть. Неподалеку от деревни «Топи» был поселок, там тоже уже никто не жил, но дома были невредимы и готовы к жизни. Туда Ваня и прибежал, в Топях казалось, что он далеко. В этом поселке жило всего пару человек со съёмочной площадки. Он пошел в эти дома. — Да? — послышался голос после стука — Можно, я сегодня у вас переночую? — Да, заходи, Вань — Артём открыл дверь пропуская парня в дом — Что-то случилось? — Да нет, побегать вышел, да и не заметил, что почти час пробежал, а уже темно, обратно по лесу не особо хочется идти. Где мне можно лечь? — Ваня уже разулся и прошел в дом, осматривая его, он здесь не разу не был. Артём смотрел на него с удивлением, но про красные глаза и опухшее лицо, а так же что погода сегодня вовсе не до бега, промолчал. — Да хоть где ложись, можешь вон ту комнату взять, там уже все есть, тебе только постелить надо — звукарь показал на дальнюю комнату. — Thanks - Янковский прошел в комнату, быстро постелил простынь, даже не заправляя её никуда. Разделся до полусухих трусов, взял подушку, скрутился калачиком под одеялом и улёгся спать. Вырубился он мгновенно, хоть и промерз. — Я тебе чай сд… — в комнату прошел Артем и увидел что Ванька спит, аккуратно положил кружку, рядом с кроватью, на тумбочку и ушел обратно к себе. В это время Тихон сидел у себя в вагоне попивая чай один, Настя уже ушла. Ему было безумно скучно, ему очень не хватало Вани, с ним было бы намного веселее.

*Семнадцать лет назад*

— Эй, ты дурак? — Серега толкнул друга в лужу, он не хотел чтобы он упал, но Тихон на него и не обижался. — Прости Тих, я не хотел — Сережа улыбнулся и протянул тому руку. — Тебе 16, ты лоб здоровый уже — младший взялся за руку и все же поднялся, шорты, кросовки и половина футболки было мокрые и грязные. — Кто бы говорил, тебе вон тоже почти 16, а до сих пор ржешь со слова «многочлен». — Ты тоже вообще-то — они оба громко рассмеялись. Они продолжили гулять — Мне домой уже пора — посмотрев на небо сказал Тихон — Солнце уже село. — Да и мне наверное. Пошли тогда, я тебя провожу — Спасибо, Серёж — они пошли в Тихон двор, разговаривая и смеясь со всего подряд. — Эй, детвора! — послышался голос взади. Они оба обернулись, неподолеку был отец Тихона — чего ещё не дома? — Мы как раз идем, пап — улыбнулся парень — Паап — протянул тот. — Ладно, только не больше часа — пригрозил тот. — Спасибо, пап! — Спасибо, дядь Игорь! — Да не за что, ребята. Идите гуляйте, только далеко не уходите. — Окей! — эти двоя уже убежали, а старший пошел к себе домой с пакетом продуктов. В конце прогулки они решили сходить на крышу, посидеть там минут 10 и пойти уже по домам. — Красиво здесь — Тихону очень нравилось ночное небо, он смотрел на него с завороженными глазами. — Ага — подтвердил его друг. Они сидели рядом, касаясь плечами. Жизневский повернулся к нему лицом и смотрел на него не отрываясь, он давно понял что ему нравится его друг, и ему казалось что это было взаимно — Что? — Сергей повернулся к нему в ответ, между ними было не более десяти сантиметров. Младший быстро потянулся к нему и начал неумело целовать, через секунды три его толкнули со всей силы в грудь, от чего тот пластом упал назад — Ты дурак?! — прокричал Сережа, вытирая губы тыльной стороной руки — Ты что сделал? Вообще не думаешь? А если это кто-то увидит? Боже, какой стыд! — он огляделся, никого рядом не было, ни на крыше, ни на улице — Не подходи ко мне больше, придурок — тот быстро вскочил с крыши, и побежал вниз по лестнице. Тихон до сих пор был в шоке, он не ожидал такой реакции, он думал даже если не взаимно, тот просто отвернется и они сделают вид будто ничего не было. Тише теперь тоже было стыдно, он начал винить себя за свои чувства и за этот грёбаный поцелуй. Не то чтобы раньше он спокойно относился к тому, что ему нравится свой лучший друг, но сейчас он понял насколько это отвратительно, и что он самый омерзительный человек в мире. ЛГБТ было запрещено в России и в народе, в нулевых всё ещё советский народ, который не верит в Бога, а только власти, где однополые отношение призирались настолько, что легче было умереть, где развестись считалось плохим признаком, и не важно из-за чего, из-за мужа-тирана или из-за жены-изменщицы, надо всем молчать и делать вид, что все хорошо, а если нет, то ты сам или сама виновата, чаще конечно сама. Сталин воспитал народ «как надо»! Только Тихон нарушал все правила, он верил в Бога, а не в власть, он влюблен в своего друга, и он был «за» разводы и ещё так же нарушал многие другие правила. На ватных ногах он спустился к себе в квартиру, открыв дверь ключами. — Я же сказал не больше часа, а тебя два не было — сразу начал отец — Эй, с тобой все нормально? Выглядишь неважно — тот немного наклонился к нему. — Да, все окей. Прости пап, больше такого не повториться. Я пойду в комнату — Тихон и не заметил как по глазам у него текли слезы. Его отец был жутким гомофобом, винить его в этом нельзя было, он был рожден и воспитан в то время. Но в основном он был отличным папой, многие бы позавидовали ему. — Может расскажешь, легче станет — Жизневский-старший положил руку ему на плечо, и слегка наклонился. Тихон был почти с одного роста с отцом. — Меня девушка отвергла, когда я её поцеловал — частично соврал тот — Девушка? Так вы же с Сергеем были — Роман Жизневский был явно удивлен. — Сережа домой ушел, а я с девушкой гулял. Прости, что обманул. — Сынок, такое бывает, надо просто научиться жить дальше, зато у тебя есть друг, он тебе поможет с этим справиться — отец хотел помочь, но он не знал всей правды из-за чего сделал только хуже. Слезы пошли быстрее. — Ладно, пап, спасибо. Я все же в комнату пойду, спокойной ночи — тот попытался улыбнутся и быстро убежал в комнату, заперевшись, он проревел всю ночь, жалобно скуля в подушку. Он надеялся, что родители его не слышал, и что друг его простит. На следующий день он был весь опухший, а к вечеру поднялась температура под сорок, его отвезли в больницу. Ему было очень херово, и вовсе не физически.

*нынешние время*

Тихон потрёс головой, подошёл к раковине, сполоснул кружку и умылся сам, одна слеза все-таки у него протекла. Он разделся до трусов и улёгся спать. Он старался не думать на схожесть ситуаций, и утверждал себе, что так будет правильнее, и Ване так легче будет, хотя он помнил как он мучился после этого годами. Жизневский долго не мог уснуть, мысли мучали его, но все же уснул, настолько незаметно, что последняя мысль превратилась в сон.