Перекрёсток путей

Очередной тяжёлый вздох, прорезал пелену ночи. Молодой юноша развернулся на кровати, стремясь найти удобное положение. Несмотря на позднюю ночь, сна не было ни в одном глазу. В голове вился целый рой мыслей, что раздражительно жужжал под аккомпанемент метели за окном. Юноша вновь перевернулся на другой бок, поморщившись, когда выбивающиеся из пододеяльника, ворсистое одеяло, оцарапало его кожу. Антон просто не мог осознать произошедшее. Всё, что происходило сегодня, казалось бредовым сном. Сначала истерики старосты, потом вальс с Полиной, затем поцелуй Алисы и наконец… Юноша невольно зарделся, вспоминая произошедшее в доме Смирновой. В голове всплыло искажённое безумной страстью лицо. Резко, у него снова начало неприятно щипать запястья и зудеть укусы с засосами на шее. Антон немного смутившись, потёр бледную кожу, зашипев, когда боль только усилилась. Слишком, слишком много событий свалилось на него, за один день… Юноша медленно поднялся с кровати, стараясь издавать, как можно меньше звуков, однако не смотря на все его старания, старый матрас всё равно противно заскрипел, заставив парня замереть на месте, прислушиваясь к звукам из соседней комнаты. Наконец, убедившись, что родители не проснулись, он на цыпочках прошагал к письменному столу. Мгновение, и комнату осветил тусклый, желтоватый свет настольной лампы, что с трудом рассеивал густую тьму комнаты. Раздалось характерное, тихое жужжание приносящее некое умиротворение. Достав белый листок и карандаш, юноша медленно опустился на скрипящий стул, вперив взгляд в белоснежную поверхность бумаги. Антон немного прикрыл глаза, освежая в памяти образ девушки. Секунда, и рука уже носится по бумаге в бешенном темпе завораживающего вальса, вырисовывая идеальные черты стервозного личика девушки. На бумаге появляется длинная, цвета зрелой пшеница коса, закреплённая заколкой в виде клубники. Удивительно, насколько Смирнова была помешана на этой ягоде... Впрочем, этот плод прекрасно подходил ей… Невероятно сладкий, заманчивый, но при этом до омерзения приторный и кислотный… Это напоминало скорее яд, что девушка запустила по его венам… Ещё вчера, он, если не ненавидел её, то по крайне мере, испытывал крайнюю степень неприязни, но уже сегодня… Юноша тяжело вздохнул, облокотившись на спинку стула. Он внимательно оглядел набросок девушки. Миловидное лицо, хитрый прищур, грозная полу-улыбочка и глаза полнившийся смертельным цианидом… Казалось, что такая, как она, в принципе не способна испытывать к окружающим что-то кроме презрения и неприязни, но сегодня он узнал её с новой стороны… -А узнал ли? Вопросил тихий голосок в голове. И в самом деле, а узнал ли он её настоящую? Ведь по словам самой Кати, всё это время, она идеально притворялась стервозной змеёй, идеально изображая ненависть к юноше… Четыре года, целых четыре года, она делала это… Так мог ли он быть уверен, что она до сих пор не притворяется? Вдруг, она всё ещё обманывает его, и всё произошедшее у неё дома, лишь театр, с помощью которого она хотела опозорить его и воплотить в жизнь, сиюминутную потребность её молодого организма? В конце концов, для Кати, это были вполне обычным делом, подарить надежду, а затем растоптать, дабы причинить, как можно больше боли… Но с другой стороны, даже, если всё произошедшее в доме Смирновой и было постановкой, то вот произошедшее в школе… Всё это было слишком убедительно. Её истерики, ненависть к Полине, слова Ромки в последние несколько недель о ней… Это и вправду было похоже на вполне продуманный план, а её поведение и истерика в школе, мога быть обусловлена элементарной ревностью. Антон ведь и вправду очень много времени проводил вместе с Полиной, да ещё и сегодняшний вальс… Всё это было похоже на то, что Смирнова возненавидела Морозову, за то, что она слишком много общалась с ним… Но вот что, насчёт самого Антона? Катю кажется даже не интересовало его мнением насчёт происходящего. Ей было абсолютно всё равно на его желания и мысли. Она просто сказала ему принять, как данность, что он принадлежит только и только ей. Антон раздражённо откинул почти завершённый портрет в сторону, и уже даже не стараясь быть тихим, подошёл к окну, оперевшись на подоконник. Юный художник вгляделся в прекрасное зрелище за окном. Снег медленно падал вниз, кружась в одной лишь природе известном танце. Вдалеке чернела Тайга, которая сейчас, ночью, кардинально отличилась от утренней. Мрачная, таинственная и опасная, но при этом завораживающая… Юноша тяжело вздохнул, потупив взгляд в подоконник. Он не знал, что думать о Смирновой. Она была красива, умна и обворожительна, однако ничто не могло отменить того, что девушка оставалась стервозной, эгоистичной и противной… Да что уж тут говорить?! Она почти напрямую сказала, что относится к нему, как к обычной вещи, что принадлежит ей. Катя даже не поинтересовалась, а нравится ли она ему? А хочет ли он общаться и тем более иметь отношения с ней? Ей не нужны были слова любви от него, она ведь сама уже решила, что он готов ответить взаимностью на её искажённую любовь… В конце концов, разве можно было назвать подобное отношение – любовью?! Она связала и принудила к близости, она наплевал на чувства Полины и лишь под самый конец сказала эти приторные: «Я люблю тебя». Которым он даже не мог до конца поверить! Юноша нахмурился и раздражённо потёр переносицу. Эти размышления, кажется делали только хуже. Он прекрасно понимал, что Полина всё ещё симпатизирует ему гораздо больше, но даже так, сейчас это ничего не меняло. Он всё ещё был зависим он Смирновой, если не от её прикосновений и любви, то от этой грёбаной фотографии и рисунков. И что он мог сделать с этим? Он мог попробовать забрать улики силой, вот только во-первых, не факт, что у него получится, а во-вторых, вряд ли Катя настолько глупа, чтобы носить с собой и фотографию и рисунки. Так что даже, если он сумеет забрать что-то одно, то он ни капли не сомневался, что девушка немедля воспользуется второй уликой, оправдав это тем, что: «Это всё для нашего блага», или «Я вынуждена было наказать тебя Тошенька, впредь будь хорошим мальчиком». Юноша скривился от омерзения, представив этот разговор. А ведь есть ещё и Пятифан… Если Катя покажет ему рисунок Полины, или фотографию, где Антон с девушкой, едва не поцеловались, то никакая дружба не остановит хулигана. Юноша прекрасно помнил, что случилось с тем пацаном из 10Г, который засматривался на Полину. Рома просто подкараулил его после школы и вынес «первое предупреждение», со всей силы вдарив по яйцам и порезав руку. Кажется, пацан ещё месяц не ходил в школу, а когда наконец вернулся, даже близко не подходил к Пятифанову и Полине. Говорят, что Рома пригрозил ему, что в следующий раз и вовсе прирежет того… И что самое страшное – Рома явно не врал. В порыве ярости и ревности, он и в самом деле мог убить человека, никак не заботясь о последствиях. Так что страшно было даже представить, что с ним сделает разозлённый друг, явно сочтя отношения Антона с Полиной, за предательство. Да ещё и свидание о котором говорила Катя… А что если Рома сумел таки покорить сердце Полины? Очаровать её, ну или в конце концов, просто убедить дать ему шанс? Да к чёрту! Так и с ума сойти можно! Он просто подойдёт в понедельник к Кате и попробует поговорить с ней. Объяснить, что не готов к отношениям, и пока они могут просто быть друзьями, а там видно будет. А с Ромой… А вот с Ромой было сложнее. Ясно было, что он ни за что не уступит Полину и вряд ли будет слушать объяснения Антона, просто избив его. В лучшем случае… Антон безрадостно ухмыльнулся, всматриваясь в тёмные разводы потолка над ним. И всё это при условии, что Полина не ответила Пятифанову взаимностью… Тогда… Юноша даже не хотел думать об этом… Антон тяжело упал на кровать, прикрывая глаза. Сквозь темноту век пробивался лунный свет и тусклое свечение настольной лампы. Истощённый размышлениями мозг, нехотя начал погружаться в сон. Дрёма смыкала объятия вокруг тела юноши… -Бум Юноша вздрогнул всем телом, стремительно подскакивая с кровати и оглядывая помещение. Это всё ещё была его комната. Всё тот же тусклый свет настольной лампы. Незаконченный портрет Смирновой, ободранные стены и подёрнутая коррозией батарея… -Бум Юноша вновь оглянулся в поисках шума. Его зрачки расширились, дыхание перехватило, сердце пропустило удар, лишь для того, чтобы продолжить биение с двойной силой. Шум исходил из-за шторы. Первобытный, животный, заячий страх охватил душу парня. Хотелось закрыться одеялом, спрятаться под кроватью, или вовсе позвать отца, словно он снова стал маленьким ребёнком… Сглотнув вязкую слюну и сделав тяжёлый вдох, Антон таки пересилил ненормальный страх охвативший его, и медленно побрёл к шторе. Секунда и… парень стремительно дёрнул плотную ткань. К его удивлению, за ней ничего не оказалось! Только пара следов от снежков, красовалась на покрытом инеем окне. Блондин выдохнул, мысленно обругав себя за такую трусость. Антон вгляделся во двор дома, что расстилался за окном, гадая, кому понадобилось метать снег в его окно, посреди ночи. Стекло покрывала настоящая паутина инея и если в другое время, Антон наверняка восхищался бы прекрасными узорами, то сейчас они крайне сильно раздражали его, мешая нормальному обзору. Наконец, не выдержав, юноша распахнул окно, тут же невольно отпрянув, когда поток холодного ветра с морозными иглами ударил в него. Проморгавшись, он высунул голову в проём, вглядываясь в мрак зимней ночи. Секунда и… Антон отпрянул от окна, отплевываясь от снега, что покрыл всё его лицо. Нежную кожу тут же зажгло, вызывая колючую боль. Глаза застилала белая пелена, и юноша почувствовал, как шея стремительно покрывается многочисленными каплями, что градом катились с его лица. Блондин провёл рукой по лицу, сбрасывая на пол уже наполовину растаявший снег. Недоумение и удивление, медленно смылись из его разума волнами гнева. Какому идиоту понадобилось посреди ночи кидать в него снежки?! Антон осторожно подошёл к окну. Из его голоса вырвался хриплый выкрик, который казалось тут же потерялся в шуме нарастающей метели. – Кто здесь? К его удивлению, ответ на его вопрос таки пришёл. В следующую секунду, пелену метели разрезал звонкий, заливистый смех, от которого у Антона одновременно похолодела кровь от страха, и кувыркнулось сердце от радости. – Алиса? Это ты? Парень с трудом узнал свой настороженный голос, полнившийся неестественным страхом. В следующее мгновение Антон еле успел увернутся от очередного плотно сказанного комка снега, который с глухим стуком разбился о стену комнаты, позади него. Блондин затравленно обернулся, молясь, чтобы родители не проснулись. – Али… Однако договорить он не успел, испуганно отпрыгнув от окна, когда под ним словно бы материализовалась девочка в рыжей шубке и маске лисы. Удивительно насколько чётко виднелся её силуэт в снежном покрове. Она напоминала вспышку рыжего пламени, что рассеивала тьму и поглощала снег. – Алиса! Какого черта ты творишь?! Внезапная злоба, вперемешку с непонятным задором хлынули в кровь юноши. Хотелось выпрыгнуть из окна прямо к лисичка и показать ей, что будить его посреди ночи, это очень плохая затея! – Да ладно тебе Тоша! Не нуди! Лисичка снова рассмеялась, хитро поглядывая на юношу слегка приоткрытым янтарём, сверкающего во тьме глаза. Когда задорный смех наконец утих, девушка демонстративно смахнула выступившие слезинки с глаз. Её игривый голосок, вновь разрезал зимнюю мглу, с лёгкостью достигая ушей, невольно развеселившегося Антона. – Пойдём лучше ко мне! Погуляем хоть. А то ты меня знаешь, я ведь не отстану! Алиса вновь демонстративно скатала снежок поувесистей, и вытянув руку, прицелилась в юношу. Антон рассмеялся, принимая слова лисички за шутку, однако когда по его лицу вновь размазался очередной снежок, из его рта тут же полился поток ругани. – Ай-яй-яй Тоша. И не стыдно тебе? Лисичка ехидно ухмыльнулась, снова поманив юношу ладонью. – Ну давай Антоша. Тебе же всё равно не спится, так что, что плохого в том, что мы немного погуляем… Блондин вновь стёр со своей кожи комок снега, силясь не обращать внимания на жгучую боль. На его лице расплылась гримаса недоумения и удивления. Алиса предлагала ему погулять посреди ночи? Как она себе это представляет? Что скажут родители? Да и как он вообще выйдет отсюда? Однако словно бы прочитав его мысли, девушка вновь заговорила. – Не волнуйся, Тош. Просто спрыгни сюда, здесь же снег. А родители даже не узнают… Лисичка жалобно посмотрела на него, сквозь прорези маски. В её голосе прорезались нотки мольбы. – Ну же, Тошенька… Мы столько с тобой не виделись, неужели ты не хочешь погулять со мной?... Алиса немного понурилась вперив взгляд в снег. Её пышный хвост уныло мёл сугробы, всё замедляясь и замедляясь, словно бы подстраиваясь под печальное настроение хозяйки. Антон лишь сильнее нахмурился, смотря на подругу. С одной стороны, затея гулять ночью, была явно не самой лучшей, но с другой… Алиса была права. Он не виделся с ней больше года… Он ведь и вправду скучал по ней, и ему не хотелось обидеть давнюю подругу. Да и родителям… Как бы это ни было неприятно, но его отсутствие, их вряд ли сильно взволнует, если они вообще заметят, что его нет. К тому же, возможно, на свежем воздухе и с верной подругой, он сможет решить, что делать с Катей, Полиной и Ромой… Подумав ещё пару секунд, юноша таки решился и высунул голову в окно, внимательно разглядывая лисичку внизу. – Ладно Алис, я пойду… Он немного замялся, обдумывая следующие слова. – Только недолго! Мне нужно вернуться до того, как метель совсем разойдётся… Он с некой тревогой посмотрел вперёд, вглядываясь в огромные сугробы, на которых ветер закивал снежные вихри. Вдалеке, тёмные верхушки сосен покачивались в такт дуновения метели, издавая жуткий зов, заманивая путников в объятия Тайги. Полная луна едва виднелась сквозь снежный ветер, принося неясное чувство тревоги. Где-то глухо ухнула сова. А юноша тем временем всё сильнее сомневался в своём ответе… Но Алиса, словно бы не замечала его тревоги. Услышав его ответ, она вмиг отбросила притворство и весело рассмеялась, увлекая в своё веселье и друга. Девушка закружилась в какой-то неясной пародии на танец. Её пушистый хвост метался по сугробам, поднимая вихри ледяных снежинок. Подол шубки, с которым до этого нерешительно играл ветерок, теперь в полную силу закружился вокруг лисички, словно балетная пачка. Два янтаря засверкали, смешивая в своей глади радость, игривость и счастье. Наконец, безумный вальс утих, и подруга выжидательно уставилась на юношу. Тот немного замялся под её взглядом, приходя в себя и внимательно оглядывая сугробы под окном, словно бы проверял, насколько они мягкие. Лисичка, заметив его нерешительность, тут же осклабилась в немного насмешливой улыбке, то и дело моргая хитрыми глазками под заиндевевшим покрытием маски. – Ну же, Тошенька! Одень, что ни будь потеплее и прыгай ко мне. Или ты струсил? Девушка ухмыльнулась, и склонив голову на бок, уставилась пронзительными глазами прямо на юношу. Антон в свою очередь, с сомнением продолжал смотреть на бешеную стихию резвящуюся за окном. С одной стороны, идти было и в самом деле опасно. В такой мороз, да в такую метель, одной кофточки ему не хватит… Но с другой стороны, он уже пообещал старой подруге, что сейчас выйдет, так что не хотелось становиться вруном и трусом в её глазах. Наконец, тяжело вздохнув, он метнул на лисичку последний, жалобный взгляд, словно бы Антон надеялся, что она смилостивиться и сама предложит погулять в следующий раз. Но куда там… Лисичка всё продолжала хитро поглядывать на него, периодически целясь в блондина снежком, словно бы поторапливала его. Издав ещё один тяжёлый вздох, полный предчувствия беды и осознания неизбежного, юноша таки побрёл вглубь комнаты, в поисках тёплой одежды. Протяжно скрипнула дверца шкафа, и перед парой зелёных глаз, предстали кривые, и во многих местах оцарапанные полки на которых комками лежала одежда. Неприятный запах пыли и пота ударил в ноздри, заставляя парня невольно сморщиться. Быстро достав пару кофт, он закрыл дверцу, вслушиваясь в вой метели, и надеясь, что родители не проснулись. Антон медленно побрёл обратно, внимательно осматривая комнату. Всё те же несколько рисунков над письменным столом, обшарпанные стены, батарея, что как назло, сейчас еле грела, и большой комок снега, медленно стекающий по стене рядом с дверью… – Тош, ну ты там скоро?! Грозный голосок вывел юношу из прострации, и он поскорее напялив на себя пару кофт, поспешил к окну. Взгляд уже привычно уставился на лисичку, что сейчас с максимально недовольным видом, подбоченилась, притоптывая ножкой неизвестную мелодию. Она подняла на него сердитый взгляд двух жёлтых глаз. – Антон, ну чего ты, как барышня? Девушка усмехнулась и её взгляд перерос скорее в насмешливый, чем в злой. – Алис, а ты уверена, что это безопасно? Юноша с опаской перевёл взгляд, на теперь кажущимися не та ими уж и высокими сугробы. Его вновь охватил невнятный страх, и Антон в мыслях одёрнул себя. С ним явно что-то не так… Пускай он и не был храбрецом, но он явно не был из пугливого десятка… Но с приходом подруги, в нём словно просыпался какой-то жалкий трус, который боялся буквально всего. Его то и дело охватывал словно бы заячий страх, и что самое удивительное, опять таки, это всё проявлялось только в присутствии Алисы... Юноша вдохнул морозный воздух, отгоняя размышления на второй план, и вновь сосредоточил взгляд на сугробе, который казался самым безопасным. – Да не бойся ты Зайчик, я тебе помогу… Лисичка склонила голову на бок, посмотрев на Антона. Парню казалось, что хитрый взгляд янтарных огней пронзает его насквозь, выворачивая его нутро и душу на изнанку, показывая подруге все его тайны и страхи… Юноша сглотнул вязкую слюну и отогнал тянущее чувство в животе. Только сейчас он заметил, что всё его тело, покрылось мурашками, а на лбу выступили пару капелек холодного пота. – И к-как ты мне поможешь? Антон со стыдом ощутил, как дрогнул его голос. Господи, что о нём подумает Алиса?! Однако из надвигающегося самобичевания, его выдернул заискивающий голосок лисички. – Не сомневайся Тоша, я сделаю так, как будет лучше тебе... Она хихикнула и уже более серьёзным тоном произнесла. – Да прыгай ты уже, а то скоро луна за горизонт уйдёт, а ты до сих пор, дома сидишь! Девушка сердито топнула ножкой, снова бросив на юношу, до чёртиков пугающий взгляд голодного зверя. – Ладно, ладно… Ещё раз глубоко вздохнув и подавив внутреннее сопротивление, Антон забрался на подоконник и взглянул вниз. Сугробы словно бы качались перед глазами, расплываясь. Они то дело приближались и отдалялись, вызывая головокружение. Юноша вновь сглотнул быстро накапливающуюся слюну и наконец, сделал шаг навстречу пустоте. Перед глазами всё полетело и закружилось. Снег превратился в вихрь серых и белых оттенков. Луна отражалась от него, придавая круговороту серебристые отблески, однако…. В следующую секунду чудесное наваждение закончилось. Юноша упал в сугроб и тут же забарахтался, пытаясь выбраться. Сверху, в ту же секунду раздался заливистый и заводной смех. Антон с трудом разгрёб сугроб и выбрался наружу, отплёвываясь от белой, стремительно таявшей во рту массы. Вся его одежда была покрыта целыми комьями снежинок, а лицо раскраснедось от мороза, влаги и негодования что бурлило в крови парня. – Алиса! Ты же сказала, что поможешь! Юноша сбил очередной комок снега с брюк и злобно уставился на подругу. Но та в своё очередь лишь сильнее рассмеялась. – О-ой Антошенька... Лисичка согнулась пополам, пытаясь отдышаться. Её глаза слезились от смеха и она, то и дело украдкой поглядывала на парня, тихонько хихикая при виде его красного, как помидор, лица. – Я тебе и так помогла… Девушка выпрямилась, и подойдя к юноше, взяла его за руку. – Помогла решиться… Её голос снизился до шёпота и горячее дыхание обожгло щёку, растапливая снег и заставляя юношу зардеться ещё сильнее. – Л-ладно, спасибо… Стряхнув последний комок снега, юноша двинулся вперёд, в сторону леса. Его кисть выскользнула из ладони подрвги, вызвав неясное разочарование, где-то глубоко в душе. Однако лисичка, словно не замечая этого, вырвалась вперёл весело напевая песенку. – Песню звонкую пропела И на изгородь взлетела Птица в белых кружевах И в медвежьих мехах. Гибралтар, Лабрадор, За окном крадется вор! Лисичка весело расхохоталась, пропитывая до этого мрачно идущего Антона, своим безудержным весельем. На лице юноши невольно расплылась счастливая улыбка, и он ускорив шаг, поровнявшись с подругой. – Если спелая малина Почернела без причины И осыпалась кора Значит – кончилась игра! Гибралтар, Лабрадор, Из трубы свисает вор! Лиса снова весело расхохоталась, схватившись за живот и оперевшись на плечо юноши. Антон, не в силах более сдерживать рвущиеся наружу веселье, тоже рассмеялся, счастливо улыбаясь от того, что все тревоги, хотя бы ненадолго отступили от его разума. Сейчас, ссоры родителей, проблемы с Пятифановвм, и выбор между Катей и Полиной, казался чем-то, что совсем не заслуживает его внимание. Это были какие-то приземлённые, абсолютно незначительные проблемы. Даже метель уже не была грозной и пугающей, казалось, что она просто хочет, как следует повеселиться и посмеяться с ребятами. Снег падающий с неба, забавными шапками ложился на капюшон Алисы и шапку Антона. Игривый ветерок, весело игрался с подолом шубки и с белоснежными, выбивающимися из под головного убора, волосами. Пока лисичка весело смеялась, Антон незаметно для неё скатал снежок и быстро отпрыгнув от подруги, запустил снаряд прямо в неё. На шубке тут же нарисовалось снежное пятно. Девушка мигом прекратила смеяться и удивлённо обернулась на юношу, чем тот и воспользовался. Второй снежок полностью покрыл верхнюю часть маски, заставив лисичку забавно чихнуть и с силой начать соскребать снег с лица. Антон весело рассмеялся, кинувшись прочь от подруги в сторону леса, предвидя скорую месть. Кровь бурлила от возбуждения и безумной радости. Сердце набатом отдавало в ушах, а ноги наполнились невероятное силой и лёгкостью, позволяя юноше едва ли не парить над снежным покровом. Телу было невероятно жарко, и юноша на ходу стянул с себя кофту, бросив её куда-то в снег. Наконец, он был полностью свободен от земных оков и проблем! Ничего более не имело значения, кроме величественного и прекрасного леса вдалеке, весёлой метели, и сердитых возгласов Алисы позади. – Ах ты! Так не честно, я была не готова! А ну иди сюда! В её голосе сквозило плохо скрываемое веселье и озорство. Антон услышал, как снег позади него жалобно заскрипел, подминаемый сапожками лисички. – А мы правила не обговаривали! Юноша весело рассмеялся и побежал дальше. На глаза начали скатывать капли пота, и юноша стянул вторую кофту. Было жарко. Очень жарко. В боку начинало колоть, однако ноги словно не замечали усталости и неслись дальше. Вот уже он пересёк границу леса, и внезапно звуки метели словно бы выключили. Перешагнув порог Тайги, сделав шаг в её владения, он словно бы попал в другой мир. В мир кромешной тьмы, и тишины, нарушаемой лишь потрескиванием мороза, перешёптываниями древних сосен и завыванием ветра, что метался между деревьев. Хлопья мягкого, как пух снега падали с неба, медленно кружась в воздухе. Создавалось ощущение, что здесь обитал какой-то древний, загадочный, но очень интересный дух. Пожалуй, такой Тайгу, Антон видел впервые… Однако резко, его заворожённое состояние нарушила Алиса. Пока юноша любовался по новому открывшемуся для него лесом, хитровка таки выцелила его, и в следующую секунду, снежный снаряд со всей силы влетел в лёгкий свитер парня. Юноша пошатнулся, и через мгновение, тело уже перешло в свободный полёт, несясь прямиком к мягкому покрывалу снега. Белая пелена вновь застелила взгляд, щёки нещадно зажгло, однако эти ощущения тут же отправило на второй план нечто другое. Послышался тихий вскрик, а затем Антон ощутил, как нечто тяжёлое, мягкое и тёплое упало на него. С трудом разлепив глаза, он удивлённо моргнул, когда увидел лежащее на нём тело подруги. Та, тихо чертыхаясь, подняла на него взгляд. Блондин почувствовал как по лбу скатилась капелька пота, сердце на секунду остановилось, чтобы в следующий момент, забиться с невероятной скоростью. Резко, в ноздри проник запах мандаринов и петард, даря душе какой-то неясный подъём. Вот что за дух таился здесь - дух рождества… Антон с удовольствием вдохнул запах Нового года, пропуская его через каждую клеточку своего тела. Колышущийся на ветру мех шубки, приятно щекотал кожу и ноздри, заставляя тело расслабиться. Подняв взгляд выше, юноша увидел два сверкающих янтаря, что так и манили своим блеском. – Тош, а сколько тебе лет? Горячее дыхание обожгло кожу, заставляя руку Антона, с нежностью пройтись по спине лисички. Но вдруг, разум пронзила вспышка дежавю. Ровно год назад, он уже оказывался в такой ситуации… Он также лежал, распластанный на снегу, любуясь дикой, необузданной красотой подруги и с жадностью впитывая аромат праздника, которого ему так не хватало дома… И она также зачем-то спрашивала его возраст, причём когда он ответил, что ему ещё пятнадцать, в её глазах промелькнуло неясное разочарование…. – Шестнадцать… Выдохнул он, с неясным удовлетворением заметив, как рыжий мех на маске затрепыхался от его дыхания. Лисичка замерла на секунду, но в следующее мгновение, её глаза наполнились чистой, искренней радостью и счастьем. Она тихо вздохнула, силясь взять контроль над собой. Её голос дрожал от переизбытка эмоций. – Н-наконец-то, я т-так рада Тошенька… Неожиданно для юноши, девушка крепко обняла его. Её мех приятно защекотал кожу на шее, заставляя Антон едва заметно улыбаться. – Ты готов, теперь ты точно готов… Она с нежностью провела рукой в перчатке по щеке парня, заставив того тихо выдохнуть облачко пара. – К чему я готов? Он слегка озадаченно посмотрел на подругу, вновь прикрывая глаза от наслаждения. – Скоро, совсем скоро ты станешь одним из нас… Едва слышно прошептала она. В следующую секунду она отстранилась от блондина, внимательно разглядывая его лицо, и наконец полностью встала отряхивая подол шубки от снега. Вся теплота и приятная тяжесть с груди юноши мигом пропала. Запах петард и мандаринов исчез, и привычный мороз и холод заполнили сознание, выводя Антона из некого подобия транса. Он проморгался, и ухватившись за протянутую руку подруги, встал. – Алиса, что это значит? Парень озадаченно посмотрел на лисицу, но та лишь пошла дальше, вглубь леса, старательно делая вид что всего того, что сейчас произошло – не было. – Ты о чём? Тихо промурлыкала она, на секунду бросая на Антона взгляд полный хитрости и озорства. – Алис, не притворяйся… Юноша слегка раздражённо посмотрел на лисицу, и отряхнув брюки, поспешил догнать её. Сейчас, когда адреналин и неизведанное чувство лёгкости выветрились из его крови, тело вновь начинал охватывать холод, и Петров уже пожалел, что так бездумно выбросил кофту… – Ой да ладно тебе, не сердись. Лисичка обернулась и пошла задом наперёд, с игривостью в глазах смотря на блондина. Её тело вновь наполняла энергия, которая всё никак не могла найти выход. – Я тебе потом всё объясню… Она подошла к нему и слегка наклонившись, заговорщически зашептала. – Я хочу тебе кое-что показать… И подмигнув ему, она вновь пошла вперёд немного обгоняя его. Заинтригованный юноша последовал за лисицой, пока голову наполняли всё новые мысли. Была ли произошедшая сценка чистой случайностью, или это всё подстроила Алиса? Про что она вообще говорила, и что вообще должно означать это: «Скоро ты станешь одним из нас». Юноша сердито нахмурился, изучая спину идущей впереди него плутовки. Однако вместе с холодом, что проникал под его кожу, он ощутил и мороз, что заполнил его разум. В памяти наконец всплыла первоначальная цель его прогулки… Остаётся лишь надеяться, что Алисе можно доверять. – Слушай Алис… Антон ускорил шаг и поравнялся с подругой. Та, в свою очередь, немного замедлилась и вопросительно посмотрела на него. – Это… Юноша почесал затылок, думая, как стоит начать и глубоко вздохнул. – Я… я хотел бы с тобой посоветоваться. Лисица усмехнулась, в глазах заплясали привычные огоньки озорства и игривости. – Дай угадаю о чём… Она притворно задумалась, подняв подбородок вверх и начав стучать кончиком пальца по маске. – Хм… Может быть… Хотя нет, точно нет… Девушка сложила руки за спиной, и принялась мерить небольшую полянку на которую они вышли, шагами. Антон лишь беспомощно смотрел на это представление, не зная, смеяться ему, или плакать. Наконец, по всей видимости не выдержав, лисица вплотную подошла к юноше, вперив взгляд в его шею. – А может быть об этом безобразии?... Она снова усмехнулась и ткнула его в шею, заставив тихо зашипеть, когда один из множество укусов неприятно начал зудеть. Однако в следующую секунду, парень уже был похож на помидор, потупив взгляд в снег. Он вздрогнул, когда ощутил горячее дыхание подруги возле своего уха. – Позволь я догадаюсь… Она провела пальцем по его шее, заставив вновь мелко задрожать. – Это сделала та стервозная блондиночка, которую ты так усердно рисовал вчера, верно? Она медленно отошла от парня, смотря на него двумя янтаря пронзительных глаз. По её взгляду и интонации, Антон сразу догадался, что она знает всю историю в доме Смирновой… – О-откуда… Едва слышно прошептал он. – Ну я же проворная плутовка Тош… И таким, как я, положено всё знать и всё видеть. Она снова тихонько рассмеялась, искоса поглядывая на остолбеневшего и зардевшегося юношу. Антон сделал глубокий вдох, выравнивая дыхание, и вновь обратился к девушке. – Ладно Алис, а теперь серьезно. Он выжидающе посмотрел на подругу, ожидая ответной реакции, однако та молчала, уставившись на него двумя огоньками глаз, сверкающих в чёрных провалах маски. К его удивлению, всё озорство и веселье, как будто стёрли с неё, оставив лисичку абсолютно серьёзной. Да уж…. Без своего привычного веселья, она была как будто нагой… – Скажи честно, я могу тебе доверять? Юноша немного отвёл взгляд, опасаясь, что таким не тактичным вопросом обидит девушку, однако та в свою очередь, внезапно положила свою маленькую ладошку в чёрной перчатке на его плечо, ободряюще сжав. Послышался мягкий голосок. – Конечно ты можешь Тоша… Лисица немного приподняла голову юноши за подбородок, цепляясь за его взгляд. – Знай, что ты всегда можешь посоветоваться со мной… Сейчас, её глаза не пронзали его тело, не выворачивали душу и не холодили кровь в жилах, сейчас они несли в себе огоньки поддержки, помогая парню чётко формулировать мысль и говорить более уверенно. – В общем… Он снова запнулся, проклиная себя, что вообще решился завести этот разговор. Однако отступать было уже поздно… – Есть две девушки. Одна точно влюблена в меня, наверное… Он горько усмехнулся. – А вот насчёт второй я не уверен… Он на ходу сорвал пару иголок, с нависавшей над ним ели, и стал усердно рвать их, силясь подавить стыд и смущение. – При этом, мне очень нравится вторая девушка, в то время, как к первой, я испытываю лишь лёгкую симпатию. Он оглянулся на идущую рядом подругу, однако та никак не реагировала, уставившись в снег и периодически поглядывая на него. – Но вот первая девушка, является стервой и собственницей, и она не хочет, чтобы я общался со второй девушкой. И что самое плохое, так это то, что у неё есть вещи, которыми она может легко меня шантажировать, и принуждать находится только рядом с ней. Юноша набрал в руку горсть снега, и стал раздражённо его мять. – А ещё, всё осложняет то, что во вторую девушку влюблён другой парень, а по совместительству мой друг, который, если узнает, что я тоже влюблён в Полину, вероятнее всего прирежет меня… Парень глубоко вздохнул, переводя дыхание, и с неким трепетом, посмотрел на подругу. – Хм… Лисица тихо вышагивала рядом с ним, озадаченно постукивая пальцем по маске. – Я так и думала… Слышала, что ту черноволоску зовут Полина, а ту блондиночку Катя, верно? Лиса тихо хихикнула и посмотрела на него. – Откуда?! Уже немного возмущённо вопросил Антон. Откуда подруга знает всё и обо всех? Она ведь ни разу с ними не общалась? – Ну я же говорила, мне положено обо всём знать и обо всём ведать. С видом матери, что глаголит неразумному ребёнку прописную истину, ответила девушка. – Вот вечно ты ты так… Слегка обиженно произнёс юноша. Пожалуй, единственное, что его сильно раздражало в подруге, так это то, что она никогда ничего точно не говорила и всё время недоговаривала… – Да ладно тебе Тошенька, не дуйся, а то что как обиженка... Она с ухмылкой потрепала его по плечу, и с улыбкой продолжила. – Пойми Тошенька, от твоего выбора, на самом деле мало, что зависит. Она сломала веточку ели, и с видимым удовольствием начала жевать одну иголку. – Ты можешь выбрать ту блондиночку Катю, и тогда тебе не будет угрожать твой дружок, а сама Катя будет довольна, но сам ты ещё не факт, что станешь счастливым. Юноша посмотрел на лисичку, внимательно разглядывая колышущийся на ветру мех маски. – Ты можешь выбрать свою любимую Полиночку, но тогда Катенька и твой неблагополучный дружбан, сделают всё, чтобы сжить тебя со свету. Она резко остановилась, два горящих озорством глаза, уставились на Антона. – В конечно счёте, ты станешь верным пёсиком либо той, либо другой девицы. В конечном итоге, ты можешь полюбить Катю в ответ, а можешь и не полюбить. Возможно тот хулиган и отстанет от тебя с Полиной, а блондиночка простит, но может и нет. Её голос снизился до шёпота, и она приблизилась к Антону, так, что её ароматное дыхание обдало его нос. – Но зачем выбирать поводок, к которому тебя прицепят, а Тош? Может есть третий вариант? Выбор, при которым ты станешь свободным, при которым ты не будешь сидеть на привязи у этих девчонок? Её пальцы в чёрной перчатке невесомо коснулись щеки юноши, заставив того с удивлением и заинтересованностью посмотреть на лисичку. – Пойми же, ты ничего не знаешь о них. Обе они могут и вправду любить тебя, а могут просто использовать, для удовлетворения своих амбиций и желаний… Так сделай ход первым. Обыграй их. Отрекись от этих дурочек, и тогда тебе ничего не будет угрожать. Твоему дружку незачем будет трогать тебя, а блондиночка не сможет шантажировать… Пальцы спустились на шею, даря приятную прохладу красным пятнышкам, которыми Катя так недавно метила его. Недавно… Сейчас это казалось таким далёким событием… – Я могу подарить тебе третий вариант Антон. Подарить тебе свободу, независимость… Тебе больше не надо будет высчитывать, какой выбор более правильный и безопасный. Тебе больше не надо будет сомневаться и размышлять, как причинить всем, как можно меньше боли. Ты можешь просто отречься от них, и все проблемы, которые они выливают на тебя, сразу же смоются… Я же знаю, как соблазнительна и неизведанна свобода для тебя… Так зачем от неё отказываться? Холодные пальцы лисица пробрались под его свитер, и нежно огладили кожу, заставив того равно выдохнуть. – Пойдём Тоша… Я покажу тебе кое-что и там, ты уже сможешь решиться… Она медленно отстранилась от него, и в абсолютном молчании двинулась дальше, пока ошарашенный Антон застыл на месте. – Скорее Тош, нам надо поторопиться… Она оглянулась на него, и поманила ладонью. Наконец, юноша опомнился и устремился за подругой, с трудом пробираясь сквозь высокие сугробы и заросли замёрзших кустов. Безусловно вариант Алисы, и вправду был невероятно соблазнительным. Просто сбросить с себя все проблемы, дышать полной грудью, не волноваться, что кто-то останется недовольным… но с другой стороны, он ведь и вправду любит Полину, и испытывает симпатию к Кате… И может ли Полина, такая светлая и солнечная девочка, оказаться такой же змеёй, как и Смирнова? Это было крайне мало вероятно… Однако, Алиса была права, он в самом деле слишком плохо знал, что такое свобода. Юноша тяжело вздохнул, и помассировал переносицу, отгоняя нарастающую головную боль. Но вдруг, внезапно, по глазам ударил невероятно яркий луч света. От неожиданности Антон остановился и зашипел, когда глаза неприятно защипало. – Мы на месте Тоша… Лисичка мигом подхватила его под руку, и после нескольких шагов, усадила полу-слепого юношу на снег. – Надеюсь, тебе понравится. Послышался её смешок справа, и с трудом преодолевая невероятную резь в глазах, юноша приоткрыл веки. Тут же, его сердце замело, будучи не в силах перенести того, что предстало перед ним. Воздух перехватило, а мозг просто обомлел, заставив все мысли на секунду замереть. Антон уже полностью открыл глаза, не обращая внимание на такую мелочь, как боль. Перед взглядом его изумрудных очей, открылась бескрайняя, утренняя Тайга, что окрашивалась в тысячи багряных тонов, начиная от кровавого и заканчивая рубиновым. Десятки только проснувшихся птиц, стайками кружили в небе. Прохладный, но совсем не морозный утренний ветерок, игрался с деревьями и приятно освежал лицо, навевая трепетное и хрупкое чувство чего-то невероятного, нереального и невозможного. Он сидел на небольшом, каменном выступе, возвышаясь над великолепным, живым и дышащим лесом. – Нравится? Раздался тихий голос лисицы слева от него. – Оч-чень... Немного запинаясь ответил юноша, даже не поворачиваясь к подруге, будучи не в силах отвести взгляд от чуда представшего перед ним. – Всё это может стать и твоим тоже… Лиса мечтательно вздохнула, приобнмая сидящего рядом парня. – Просто стань свободным… Антон услышал шорох рядом с ним, а затем пальцы лисицы ухватили его за подбородок, поворачивая к ней. Юноша слегка раздражённо посмотрел на неё, явно показывая, что хочет продолжить любоваться этим чудом, однако лисица не обратила на его безмолвное возмущения, ни малейшего внимания. – Возьми это Тошенька… Она вложила ему в руки, что-то твёрдое и шершавое, и внимательно приглядевшись, юноша опознал в предмете, заячью маску. – Помнишь, она была у тебя ещё в шестом классе, однако я забрала её у тебе, посчитав, что ты ещё слишком мал… Она замолчала, ожидая вопросов, однако юноша всё также смотрел на неё. – Теперь ты готов. Парень снова посмотрел на маску. – Алис, я думаю не надо… Он положил маску рядом с лисицой, и та озадаченно взглянула на него. – Теперь, я понимаю о какой свободе ты говоришь, однако я помню, что было несколько лет назад… Я прекрасно знаю, что цена этой свободы – человечность… Он снова устремил свой взгляд на невиданные просторы, пока лисичка с какой-то неведомой печалью смотрела на него. – Но… Она немного замялась, словно бы сомневалась стоит ли продолжать. – Ладно. Я могла бы тебе объяснить, почему ты не прав, но боюсь, что ты слишком упрям для этого. Она рассерженно вздохнула и уже более мягких и нежным тоном продолжила. – Просто… возьми её, ради меня. Не надевай, если не хочешь, но просто держи рядом. Если поймёшь, что ты наконец готов обрести истинную свободу, тогда воспользуйся. Она снова тяжело вздохнула, и с видимой неохотой поднялась со снега. – Возможно ты прав, и ценой свободы и вправду была человечность, во всяком случае, для меня уже слишком поздно что-то менять… Антон медленно поднялся и озадаченно посмотрел на лисичку, что сейчас поступила взгляды в землю. – Мы вряд-ли ещё увидимся Тоша, по крайне мере, если ты не наденешь свой истинный лик, а мне уже пора… Она подошла ещё ближе к юноше, и к его удивлению приподняла маску, открыв на обозрение свое пухлые, алеющие губы, по краям которых уже появились морщинки от постоянной улыбки. Девушка вцепилась в него, и Антон ощутил, как прекрасный вкус Рождества, охватывает каждый его рецептор, каждый орган чувств, принося невиданное наслаждение… Она медленно отстранилась, и вложив в руки маску, спиной двинулась к сгущающиеся деревьями. В её тоне вновь прорезались привычные нотки веселья и озорства. – До встречи Тоша! Обещаю, если ты наденешь новое лицо, мы точно увидимся, а так даже не знаю… Она заливисто рассмеялась, продолжая отступать к сосновым стволам. – Перед тобой стоит важная задача: не потерять человечность и сохранить свободу. Возможно ты и вправду станешь счастливым рядом с одной из этих девчонок. Просто помни, что маска всегда будет ждать тебя… И напоследок, послав воздушный поцелуй, плутовка скрылась за деревьями, махнув рыжим хвостом и подняв небольшой снежный вихрь…