Будни в Черноводе или чем часовщики занимались в перерывах между спасением мира и сном

      Когда Фэш уже бежал с часами в сторону Астрагора, Марк только успел добраться до гостиной, ибо, в отличие от Драгоция, златоключник не изменил своей фирменной вальяжной походке, как бы показывая, что он и без этих ваших артефактов – победитель по жизни, а потому на гонку он кладет огромный и золотой, как его ключ, болт. Но, прибыв на место, парень тут же начал суетливо озираться в поисках зацепок. Координаты из его загадки указывали не на конкретную точку, а на довольно объемную часть пространства в рамках комнаты, поэтому оставалось только догадываться, что именно нужно было принести духу. Парень недовольно скривился: его глаза уже раз двадцать оббежали всю комнату, но потуги были тщетны. – Так…Ну и что этот старый хрен хочет, чтобы я ему принёс? – рассуждал вслух Марк, не догадываясь, что членам жюри прямо в глаза и уши поступает прямая трансляция его перформанса, – “Принеси мне, говорит, папенька, цветочек аленький”, – златоключник попытался спародировать Настеньку из известной сказки, вызвав, сам того не подозревая, приступ неловкого хохота за столом почтенных судей (Астрагор, однако, остался с каменным лицом).        В попытках найти хоть какую-то зацепку, Марк еще пару раз пропел вполголоса несколько заедающих и отвратительно попсовых песен, чем очень раздосадовал Рока (у того был идеальный слух, в отличие от златоключника), но вдруг поспешил замолчать. Его блуждающие глаза остановились на огромных золотых часах, висящих на стене. – Хм…А что, звучит хайпово: часы – артефакт, да еще и цвета моего ключа!, – пробормотал Марк, – только как их достать… Недолго думая, парень взмахнул часовой стрелой, чтобы снять часы со стены не напрягаясь. Однако, он не очень рассчитал их вес: видимо, механизм содержал в себе килограммов тридцать драгоценного металла. Рука златоключника дрогнула, и с оглушительным грохотом артефакт полетел на пол. – Твою ж мышь бешеную топтал, часолёт Мортиновой в рот! – витиевато выругался Марк (на трибунах всё ещё было слышно каждое слово, что заставило Елену стремительно покраснеть то ли от гнева, то ли от стыда, а Нортона и Миракла – от подступающего и ничем не удерживаемого хохота). Ляхтич, между тем, подошел к упавшим часам: посередине гордо красовалась свежая трещина. Пару минут пораскинув мозгами, Марк нашел в произошедшей ситуации флёр символизма: замок расколотый, часы расколотые – ну красота же! С трудом отодрав артефакт с пола, он поковылял в сторону поляны с членами жюри: размеры его амбиций были явно крупнее чем размеры предметов, которые он мог, не вспотев, унести в руках. ***       Василиса тем временем оказалась в зеленом лабиринте в самом дальнем углу сада Черновода. Маришка на удивление беспалевно кралась за черноключницей, на всякий случай повторяя каждое её движение. Из-за кустов Резникова наблюдала, как девочка резко остановилась и с помощью часовой стрелы начала раскапывать небольшой участок земли под огромным розовым кустом (нет, она не рыла землю стрелой, а всего лишь сообразила, что если артефакт зарыт именно там, то достаточно лишь вернуть время земли под кустом на тот момент, когда вещицу еще не закопали). Вдруг из под горки свежей почвы начал показываться какой-то небольшой блестящий предмет. С победным криком (неужели всё так просто!) Василиса выудила из ямки изящные чёрные часики с красивым расколом посередине. – Радуйся, идиотка, – пробормотала Маришка. С помощью своего фирменного эфера, который она применяла в случаях, когда у кого-то из подружек оказывалось ну слишком уж удачное платье/сумочка/туфельки (и хотелось их отобрать), Резникова в точности скопировала найденный Василисой артефакт и, спотыкаясь и оглядываясь, рванула в сторону членов жюри. В ее полупустую голову совсем не пришла светлая мысль о том, что часы почему-то черные, и что вокруг больше никого нет. Она шла к победе и она не была готова до этой победы не дойти… Типичная Маришка.       Василиса же направилась на полянку в более спокойном темпе. Ей почему-то было ужасно лень бежать: что-то подсказывало, что уж на это ресурсы тратить точно не стоит. ***       И вот перед членами жюри выстроилась четвёрка финалистов. Довольный и уже успевший отдохнуть Фэш, не сомневавшийся в своей победе. Измотанный тяжёлым грузом Марк (потный, но ужасно гордый собой). Запыхавшаяся и красная как рак Маришка, не подозревавшая, что её ждёт уже через минуту. И, наконец, спокойная как удав Василиса, рассматривавшая красивые часики.       Толпа на трибунах была заинтригована. Елена, еще не успевшая перестать краснеть после Марковых лингвистических изысканий, уже просекла, в какой глубокой жо...дыре…оказалась её подопечная. “Нет, всё, я увольняюсь, это совсем трешанина какая-то”, – беспрестанно думала она. Захарра, Ник и Диана весело скандировали “Фэш! Василиса! Фэш! Василиса!” (вскоре, сами того не заметив, к ним присоединились и обе королевы, и Миракл, и даже Нортон Огнев, хотя это было ужаааасно недипломатично). Константин Лазарев со своего судейского места незаметно топал ногой в такт этим поддерживающим воплям и добродушно улыбался.       Астрагор снова взял своё скрипучее слово. – Кхе-кхе! (он прочистил горло прямо в микрофон, порядочно оглушив присутствующих). Дорогие ключники, я поздравляю вас с финальным испытанием. Если вы прошли его успешно, вы наверняка оценили красоту и символичность нашей задумки, – старый дух торжественно обвёл глазами конкурсантов, – А теперь покажите, что вы нам принесли. Кто хочет быть первым? – Я! – кокетливо выкрикнула Маришка и сиганула вперёд, поближе к столу. – Это чёрные наручные часики. Они символизируют великое время, которое, разумеется, всегда на нашей стороне! – победоносно выпалила она каким-то срывающимся голосом. – Чёрные? – с подозрением переспросил Астариус, который до этого предпочитал отмалчиваться. – А в честь чего? Маришка замялась. – В честь…ну…может, чёрных дыр…они же концентрируют в себе бесконечное количество времени и…       С трибуны послышались звуки смачных фейспалмов. – А твоя ученица сегодня просто блещет интеллектом, – издевательски и очень громко шепнула Нерейва Елене. Та и бровью не повела, потому что понимала: если пошевелится, то от нервного тика её не спасёт уже ничего.  – Блистательный ответ, – хохотнул Войт, – как и твой провал, – добавил он чуть тише, но все всё равно услышали. – Кажется, кое-кто играл в эту игру несколько нечестно, – меланхолично заметил Астариус. – Фэшиар, может быть, ты поможешь своей подруге? – Подруге?! – опешил Драгоций, но вовремя взял себя в руки. – Ладно. Кажется, все мы получили расколотые часы цвета наших ключей. Расколотые потому, что символизируют часы замка, в который мы и направимся. Ключи...ну там и так всё ясно. – Совершенно верно, дорогой племянник, – просиял дух Осталы. – Ну-ка покажи нам свой артефакт.  Фэш покорно положил свои серебряные часы на стол перед духом. Астрагор жестом пригласил остальных проделать то же самое. Марк вывалил огроменные настенные часы перед членами жюри, и ножка одного из столов опасно покосилась. – Мальчик мой, где ж ты откопал такие габариты? – хмыкнул бесцеремонный Войт, даже не пытаясь скрыть степень своего офигевания. – Вообще-то для всех предназначались часы среднего размера…Ты, вероятно, что-то не так понял, хоть они и…расколотые...теперь. – ТВОЮ МАТЬ! – послышалось с трибуны. Это Нортон Огенев-Старший узнал в артефакте свои любимые фамильные часы, доставшиеся ему ещё от пра-пра-прадеда. – Не переживай, починим, – Миракл потрепал друга по плечу. – И часы починим, и тебя. У меня вискарик с собой припрятан.       Огнев сразу успокоился и продолжил наблюдать за конкурсантами. В этот момент его дочь как раз предъявила жюри свои черные часики. Константин Лазарев одобрительно закивал: он был рад, что девочка выполнила задание правильно. Астрагор напрягся, но поздравил черноключницу. Завершающей шла Маришка. Она уже успела (удивительно…) осознать всю глубину позора, в который ей предстояло окунуться. – Я ничего не нашла, – хриплым голосом сказала Резникова. Глазами она сверлила полянку, рискуя одним взглядом вырыть в ней по меньшей мере нефтяную скважину. – А как же те чёрненькие?! – хохотнул Войт. – Или ты передумала быть второй черноключницей?        Елена закатила глаза, но вступаться за подопечную не стала. Слишком уж идиотская была ситуация, чтобы что-то говорить. – Итак, – Астариус резко прервал назревающий цирк. – Ситуация следующая: два конкурсанта, Фэш и Василиса, выполнили задания безукоризненно. Они нашли именно то, что нужно, и принесли это в срок. Но есть и два других конкурсанта, которые задание выполнить не смогли. Маркус Ляхтич принёс артефакт, который даже подходит под наше описание (пусть и по вине случайности, за которую мы очень извиняемся перед господином Огневым). Мариша Резникова и вовсе сжульничала, скопировав артефакт другого конкурсанта, однако тем самым продемонстрировала свое мастерство и находчивость. Чтобы решить, кто из ключников отправится-таки в Расколотый замок, нам надо посовещаться. Идите, детки. – Добро пожаловать в клуб весёлых и находчивых, госпожа Резникова, – раскланялся перед ней Фэш. Он почему-то взбесился из-за бесчестного поступка девочки. Та и сама всё понимала – она стояла подавленная и убитая собственной тупостью, чуть ли не наматывая сопли на рукав.       Отец Василисы, уже хряпнувший порядочно вискарика, вместе с Мираклом направился поздравлять дочь.  – Достойная ученица достойного учителя! – радовался Миракл, который, конечно, тоже не обошелся без манящего напитка.        Микрофон снова резко зашипел, и Астрагор объявил победителей: в Расколотый замок отправятся Фэш, Василиса и…Марк. Всё-таки жюри не оценили умственные способности Резниковой и приняли решение, что принесённые златоключником часы вполне можно засчитать.  После объявления результатов все члены Ордена дружбы направились отмечать, Маришка – рыдать, Норт, Дейла и Марк тоже решили попраздновать, бесцеремонно забыв про свою подругу. Взрослые же расслабляться не собирались. Уже на следующий день должно было пройти соревнование посерьезнее: кто же станет тремя наблюдателями, которые отправятся сопровождать ключников в опасную экспедицию… Нортон Огнев решил отоспаться. Он действительно хотел победить, потому что последнее время его разъедала такая скука, что просто некуда было от неё деваться, а Расколотый замок мог бы быстро решить проблему. Миракл последовал примеру друга, хотя побеждать и куда-то переться ему было, однозначно, лень. Но нос своему товарищу утереть ему всё же хотелось. Мортинова была настроена на бой. Её подопечная проиграла, но сама Елена твёрдо решила, что такого себе не позволит. Победа и только победа: желательно, в компании любимого Нортона. В той же компании тайно для самой себя желала оказаться и Белая королева. Она совсем не хотела признаваться себе, что мечтает побыть наедине с Нортоном в каком-нибудь опасном приключении (как в старые добрые) и снова восхититься мужественностью и смелостью своего бывшего.  Ничего (вообще ничего) не желала только Чёрная королева. Ей настолько надоело быть на людях (Нерейва была законченным интровертом), что она надеялась быстро и, желательно, безуспешно пройти все испытания, чтобы от неё отстали и позволили денёк-другой пооткисать где-нибудь на диванчике с книжкой и бокальчиком красного. Ночь накрыла Черновод. Взволнованы и заинтригованы так или иначе были все.