"Чай №5"

Первый снег падал на землю большими пушистыми хлопьями, быстро тая. Вика впервые встречала такую погоду в такси. Её родители улетели сегодняшней ночью, оставив её одну в стране. Именно сегодня ночью Вика подумала о родственниках. Это было странно, ведь у неё их нет... На дни рождения и прочие праздники приглашены многие друзья, близкие друзья, но... Никаких родственников. Это весьма странно. Кузнецова смотрела на проезжающие мимо машины сквозь стекло на заднем сидении, а по её щекам текли холодные слёзы... Она их не замечала, а в мыслях был Артём, тот парень, у которого всё только начиналось... Машины "пролетали" мимо быстро, как и жизнь Вики. Она не замечала никого и ничего вокруг себя и впервые об этом пожалела, но жалость длилась немного: пейзаж сменился. За окном всё так же кружился пушистый снег, которого стало уже достаточно много. Такси свернуло с трассы в хвойный лес. - Мы скоро приедем? - Виктория провела ладонью по лицу, стерев замеченные слезинки, затем пересела на переднее сидение. - Эм... Нет. Мы только свернули с основной трассы, ещё около двух часов будем ехать. Если хотите, могу увеличить скорость, но не желательно. Тише едешь, дальше будешь, - таксист приветливо улыбнулся девушке. - Пустая болтовня! - воскликнула Вика, сложив руки перед грудью и пристально всматриваясь в снежный лес сквозь лобовое стекло. Такой красивый пейзаж... Мурашки по коже от холода и улыбка на лице от небывалой красоты. Она впервые заметила такую погоду, хоть ей уже семнадцать лет. - Остановите машину, - тихо произнесла девушка, застигая свою новенькую дорогую курточку. - Хорошо, Виктория Андреевна, - таксист резко остановил машину. - Анатольевна. Кузнецова вышла из машины и глубоко вздохнула чистого лесного воздуха. Она стояла так около пяти минут, ловя снежинки руками и ртом, совсем, как маленький ребёнок. Затем вышел таксист и Вика, не дав сказать ему ни слова, попросила его её сфотографировать. Это мимолётное влечение к "нормальной" жизни прошло достаточно быстро: через час Вика уже была Викторией Анатольевной. *** - А жить ты будешь здесь, - улыбающаяся Мария распахнула дверь перед Викторией. Кузнецова прошла в комнату и увидела там медовую блондинку и двух шатенов. - А эти куры со мной жить будут? - Вика присела на свободную кровать у двери, а Вершинина поставила её чемодан у шкафа. - За словами следи, уточка, - произнёс парень с взъерошенными волосами на голове. - Слежу, петушок! - огрызлась Вика, затем она достала из кармана куртки фантик от конфеты, бросила его на пол и обратилась к уборщице: - Подбери! Живо! Марии ничего не оставалось делать, как подобрать фантик. - И за мной, "мамочка"! - Док сделал акцент на последнем слове и бросил на пол кожуру от мандарина. Мария со слезами на глазах выбежала из комнаты, захватив кожуру мандарина. Кузнецова сняла куртку и бросила её на кровать рядом с собой, сняла сапожки на высоком каблучке и поставила их у двери. - Ну-с, как тебя зовут? - спросила улыбающаяся медовая блонди. - Меня не зовут, я сама прихожу! - зло ответила Вика, встав с кровати. Куртку она повесила в шкаф, затем взяла из чемодана балетки и тунику, сняла свитер, оставшись в джинсах и бюстгальтере. - Наглость так и прёт... - тихо произнесла та же блондинка. - Вы ещё здесь?! - Вика изогнула бровь. - Уже уходим! - шатен с "нормальными" волосами вытолкал за дверь своих друзей и вышел сам. *** - Ну и наглющая она! - Дарья присела на кровать Андрея, поджав под себя ноги. - Тебе с ней жить, не нам, - усмехнулся Макс, подойдя к окну. Он смотрел на снег. На первый снег в этом году. Обычно он фотографировался с мамой в снегу, лепил с ней снеговика, играл в снежки... Но потом мама утопилась в ванной, а отцу дела никакого не было до сына. Он отправил его в "Логос". Тогда Максиму было десять, сейчас - семнадцать. Ничего не изменилось. Ну а точнее... Сумасшедшая уборщица называет его сыном! - Чую она всем жару задаст! - усмехнулся Авдеев, присев рядом с девушкой. - Может её сразу на нацистов натравить? - раздался мелодичный голос Ди. По комнате раздался смех.