Покоритель драконов: Король Севера

– 490 г. е.с. –

      Иттер стоял у порога храма, с чуть приоткрытым ртом осматривая его сверху вниз. Его волнение от радости выливалось наружу в виде неконтролируемого перебирания колец на пальцах. Всё получилось. Он до сих пор не мог поверить в происходящее. Ингард внёс немалый вклад в это дело, за что принц ему очень благодарен. Иттер, не теряя ясной улыбки, повернулся к приближающемуся солдату, когда Савва навострил уши и обернулся назад. Немного растрёпанный внешний вид запыхавшегося мужчины выдавал его спешку:       – Господин, – он замялся, – ваш отец вернулся.       Улыбка на лице Иттера превратилась в немного глупую и нервную, а вскоре и вовсе сползла.       – Да, спасибо, – помедлил он с ответом, – это хорошая новость. Я сейчас же его встречу.       Иттер заметно занервничал. Безусловно, он рад, что отец вернулся, да ещё и немного раньше планируемого срока, но он боялся его реакции на организованные ночи Ктахеля. Иттер медленно выдохнул, собираясь с мыслями. Савва громким лаем обратил на себя внимание хозяина, заметив его волнение.       – Всё в порядке, – Иттер нагнулся почесать обеспокоенного волума, – я его единственный сын. Он же мне ничего за это не сделает? – посмотрев в красные глаза Саввы, полные непонимания, Иттер выпрямился и неуверенно пошёл в сторону конюшен.       На его удивление, Аксела там уже не было. Вечно занятой князь крайне быстро взялся за дела. Однако остальные из отряда были в полном составе, и, судя по лошадям, даже в большем количестве. Савва радостно залаял, выбегая вперёд и виляя хвостом, встречая Морока со стороны конюшни. Волумы обнюхали друг друга и принялись выпрашивать у Иттера ласки. Тот не мог им отказать и присел, укутываясь в густую шерсть собак. Вскоре к ним подошёл и Бранд:       – Иттер, мой милый племянник. Рад видеть тебя живым и здоровым.       – Дядя! – он поднялся с колен. – Это я должен так говорить, всё-таки дорога не из лёгких, да и храм Аорана близок к западным землям.       – Ха-ха, не переживай. Мы выбрали удачное время для поездки, нам даже удалось сократить время. Всё из-за твоего отца, – Бранд тяжело вздохнул, вспоминая не очень приятную дорогу. – Ему не сидится на месте, ты же знаешь. Тем более в таком священном месте как храм Аорана. Как только узнал, что ему надо, сразу засобирался назад.       – И всё же ты выглядишь счастливым. Всё прошло хорошо? – Иттер и сам был счастлив, видя приподнятое настроении дяди.       – Даже лучше, – улыбнулся тот в ответ племяннику, – всё будет хорошо, – его глаза засияли странным блеском. – Кстати, привёз тебе подарок, как и обещал. Конечно, не тот, что я планировал, но это, возможно, даже лучше.       Принц Бранд широко развёл рукой, приглашая кого-то присоединиться к их разговору. Всё со стороны той же конюшни к ним подошёл высокий мужчина в тёмно-красном плаще. Его короткая русая борода прореживалась сединой, лоб был усыпан морщинками, а голубые глаза при встрече с Иттером будто загорелись странным огнём, который принц не смог уловить. Савва, словно почувствовав что-то неладное, зарычал на незнакомца, делая резкий выпад в его сторону.       – Савва, фу! – Иттеру пришлось крепко держать его за шкуру на холке, дабы тот не набросился на жреца. – Прекрати, я сказал!       Волум грустно проскулил, посмотрев на хозяина виноватыми глазами, полными непонимания.       – Всё в порядке, юный Господин, – приветливо улыбнулся жрец.       – Не переживай, – поддержал того Бранд. – Морок тоже кидался на них первое время. Им просто надо привыкнуть.       Иттер оглянул бурого волума словно в подтверждение слов дяди. Тот напряжённо стоял, не сводя со жреца недоверчивого взгляда.       – Что ж, позвольте познакомлю вас, – решил взять на себя инициативу Бранд. – Иттер, как ты уже мог заметить, этот человек – служитель храма Аорана – Корвейн. Я хотел бы прихватить тебе оттуда книгу какую, но мне навязали его. Очень занятный мужчина, уверен, он просвятит тебя и ответит на многие вопросы.       Иттер помедлил. Слова дяди звучали так, словно он дарит ему человека. От этого было немного некомфортно.       – Иттер, – очнулся он, неуверенно протягивая руку жрецу.       – Принц Севера, наследник королей, потомок первых людей и божественное благословение народа, – на лице Корвейна появилась странная улыбка.       Иттер нервно обернулся, словно ища того, о ком говорит жрец. Мужчина низко склонился, аккуратно беря руку Иттера и целуя кольца на его пальцах, прикладываясь лбом словно к священной реликвии. Парень замер, не зная, как реагировать на это. Это было необычно и... жутко. Жрецы не были поклонниками дворцовых этикетов, навязанных какими-то людьми, которые и рядом не стояли с их богом. Они считали себя просветлёнными и приближенными к самому Аорану. С чего бы такому жрецу, как он, кланяться, пусть даже наследному принцу? Да и что это ещё за приветствие такое? Никто бы никогда не стал говорить так про Иттера, особенно он сам.       Такое поведение жреца заставляло его испытывать холод на спине и некое отвращение. Дыхание Иттера стало неровным и тихим, а сердце бешено заколотилось, будто предупреждая об опасности. Но какой? От этого странного мужчины, который выглядит словно сухая обуглившаяся ветвь? Иттер еле заметно вздрогнул от непонятных чувств и резко одёрнул руку как от огня, делая короткий шаг назад.       – Не стоит. Север не преклоняет колен, – лишний раз напомнил он.       Корвейн выпрямился и невинно улыбнулся. Теперь Иттер мог более точно определить настрой, исходящий от жреца: одержимость и безумие. Но почему? По отношению к самому Иттеру? Хотя, кажется, удивляться не стоило, ведь именно такими их и описывали слухи. Последователи Аорана, что самовольно откололись от мира и других богов. Если храмы Ктахеля и Сиоаны можно было встретить на землях от востока до запада, то храм Аорана был всего один, на вулкане, из которого когда-то выходили его дети, и молиться ему можно было лишь там.       Савва вновь зарычал и оскалился на жреца, почувствовав волнение хозяина. Иттер опомнился, отвёл напряженный взгляд на спасительного волума и скромно погладил его.       – Что ж, – по растерянной реакции Бранда было понятно, что он сам не ожидал такого. – Нам сообщили, что корабль дома Блейдов здесь.       – Ах, да. Йохан приехал со своей семьёй на... – Иттер замялся, но, если им сообщили о них, то и о планах временного князя тоже, – на ночи Ктахеля, – виновато добавил он.       – Вот как, – голос Бранда стал твёрдым, а тёмные брови чуть сдвинулись к переносице. – В таком случае, пойду поздороваюсь с гостями. А ты, Иттер, – мужчина вернул себе добродушный вид, – не переживай насчёт отца и стой на своём. А, и пристрой куда-нибудь жреца, чтоб не слонялся тут без дела и не попадался Акселу на глаза лишний раз, – подмигнув, тише добавил Бранд.       Забрав с собой Морока, он покинул двор. Иттер же вновь посмотрел на Корвейна.       – М-м, – ему было некомфортно. – На юге есть лишь храм Отца и Матери. Если он вас не устроит, я постараюсь найти уединённое место под ваши требования.       – Не стоит, мой Господин. Я с радостью потеснюсь со своими братьями по службе.       Несмотря на то, что улыбка не сходила с лица Корвейна, от него так и веяло чем-то опасным и жутким. Мужчина вновь склонился в низком поклоне, а Иттер только сейчас заметил его обгоревшие ладони, которые жрец поспешно спрятал в широких рукавах. Принц хотел было спросить, но не решился, подумав, что будет неприлично. Заметив это, жрец обратился:       – Спрашивайте, мой Господин.       – Нет, я... – он отмахнулся, но любопытство брало верх. – Это как-то связано с вашим служением? Аоран бог огня, а эти ожоги... Простите, просто первое, что пришло в голову.       – Вы весьма догадливый, мой Господин. У нас существует много обрядов, связанных с огнём. Чем больше "отметин" на нашем теле, тем ближе мы к Аорану, – жрец закатал рукава, обнажая покрытую ожогами руку.       Множество шрамов от лопнувших волдырей, стянутая в процессе заживления обгоревшая кожа, обугленная в некоторых местах... Иттер вздрогнул от увиденного в отвращении, втянув голову в плечи, и жрец, заметив это, продолжил:       – Вас не должно это пугать. В сближении с богом и состоит радость нашей службы.       "Не должно? Да какого нормального человека не напряжёт обгоревшая плоть? Ещё и получать от этого радость?!" – Иттер не понимал этого. – "Ну да, где там кто нормальных видел?" – он посмотрел на выжидающего Корвейна.       – Полагаю, вы очень близки с Ним, – пытался поддержать беседу принц.       – Ох, что вы, я – нет. В отличие от нашего верховного жреца. Однажды вы с ним встретитесь, и он ответит на все ваши вопросы.       "Да как бы и спрашивать ни о чём не хочется после такого", – вместо слов Иттер ответил неловкой улыбкой, а по телу пробежали мурашки. – "Если Корвейн не близок, будучи таким, как же выглядит их верховный жрец?"       Принц всё же проводил мужчину в храм Ктахеля и Сиоаны, убедившись, что тот всем обеспечен, направился в замок.       – И чьей же идей было провести ночи Ктахеля? – Аксел громко ворвался в тронный зал, и считавшие тяжёлую атмосферу слуги поспешили удалиться.       Князь широкими шагами дошёл до своего трона, громоздко усаживаясь на него. Давид лишь лениво отвёл взгляд в сторону, не желая разговаривать с обозлённым братом. Ингард же, заметив это, глубоко выдохнул, понимая, что весь удар пойдёт на отвечающего:       – А то ты не догадываешься, – спокойно сказал он.       – Догадываюсь. Но не мог он действовать у меня за спиной, – Аксел откинулся назад, прикрыв глаза и стараясь успокоиться. – Боится. Первый бы не поднял вопрос. Я хочу знать, кто его надоумил.       – Он всегда был верен богам, Аксел, ты это знаешь. Это было его решением как князя, и ты не можешь ругать и наказывать его за это.       – Везек, – кротко ответил Давид.       Аксел и Ингард синхронно вздохнули.       – Да не собираюсь я его... – князь посмотрел на мужчин напротив и понял, что не переубедит их, – не важно. За это время ничего серьёзного не случилось, так что всё хорошо.       – Ну, не считая внезапно прибывшего Йохана на днях, – напомнил Давид.       – Да, точно, – Аксел облокотил голову на руку, задумываясь над чем-то. – И чем же он оправдал свой неожиданный визит?       – Праздником.       – Ха-х! Он-то?! – нервно просмеялся князь. – Да я к проклятым богам ближе, чем этот!..       – Аксел! – поднял голос Ингард, успокаивая его.       – И что же он?       – Тише падающего снега в безветренную погоду, – продолжал Давид. – Я приставил к нему своих людей, но ни он, ни его дети подозрений не вызывают. Кстати, насчёт них. В его планах всё ещё женить Беатрис и Иттера.       Аксел нахмурился. Идея ему явно не нравилась, но если подумать...       – Сможет управлять через дочь?       – Только если мы позволим.       – Даже если они поженятся, острова всё ещё будут во власти Блейдов. Ни за Йоханом, так за его сыном пойдёт народ.       – Против кого? Против собственной сестры на троне?       Аксел задумался.       – Ингард?       – У нас уже есть принцесса востока. Да, сейчас между вами с Орвейном мир, но его сын слишком... не такой, как отец. Мы убедились в этом лишний раз, когда он прибыл вместо своего князя. Да и ты сам помнишь, как ещё в детстве им с Иттером было трудно поладить. Острова и так принадлежат нам, а Юг больше не в силах помочь им как раньше. Женитьба на Энисе даст больше пользы и гарантий мирных дней.       – Если ты хочешь как можно больше гарантий светлого будущего, то упускаешь самое важное – запад, – возразил Давид. – Хоть насчёт старших сыновей Йохана и Орвейна всё мутно, их дочери хорошо ладят с Иттером и без женитьбы. Обе. Не стоит забывать о нашей главной угрозе, коим был и остаётся Рохан.       – Неизвестно, есть ли у него бастарды, – качнул головой Ингард.       – У меня и не было надежды на него. Он так и не установил власть над всеми островами. Если хотим разбить его, то и помощи стоит искать там.       – Мы всё ещё говорим о моём сыне или уже ушли от темы? – не понимал Аксел. – Один остров нам не помощник.       – Я и не говорю об одном. Или ты забыл про Мэйгар?       – Сумасшедшая, провозгласившая себя королевой, после того как понесла от каждого правителя соседних островов?       – По крайней мере, таким образом её права неоспоримы. Регент при младших сыновьях, да и старшие правят лишь с её дозволения.       – Давид, если ты сватаешь моему сыну её, зарублю на месте, не думая.       Давиду понравилась эта реакция. Хоть они уже давно не дети, но выводить из себя старшего брата и наблюдать за всем этим ему безумно нравилось даже спустя десятки лет, а потому Давид и не удержался:       – Иттер потерял мать в малом возрасте, стоит задуматься, не приглянётся ли ему...       Аксел в миг швырнул в голову брата кинжал с пояса. Благо, тот умело увернулся, а от силы броска лезвие неглубоко вошло в каменный пол. И всё же душа на мгновение покинула тело командира Красных мечей.       – Вечно ты недослушиваешь меня до конца, – Давид нервно выдохнул, зачёсывая длинные волосы назад. – Стоит задуматься, не приглянётся ли ему её дочь. Уверен, у такой женщины, как Мэйгар, растёт достойная наследница.       – Дочь? У неё есть дочь?       – Тебе гнев не только глаза застилает, но и уши? Повнимательнее, брат. Мэйгар, видимо, очень любит и оберегает её, раз даже я узнал о ней так поздно. Трудно сказать её точный возраст, но думаю, ровесница моего младшего сына. Лет так... Одиннадцать-двенадцать?       Князь вновь погрузился в мысли. Когда его и Давида не станет, кто позаботится о его сыне? Иттер слишком мягкий, слишком ведомый, слишком добрый, чтобы остаться одному против всех врагов, что окружают княжество. Да и внутри замка есть те, чьи действия заставляют Аксела не расслабляться даже в стенах родного дома. Стоило выбрать не только лучший вариант для княжества, но и того, кто сможет стать достойной опорой Иттеру, будет поддерживать его и направлять. В том, что обе принцессы, что сейчас гостят на юге, будут на стороне Иттера, мужчина не сомневался.       Если заключить брак с Беатрис, Блейды без труда установят свои порядки, поэтому они и заинтересованы в этом больше самого Аксела. Брак с дочерью Мэйгар не гарантирует победу в войне, да и как долго "королева" островов будет удерживать свою власть? Однажды её сыновья захотят выйти из её тени, и разве тогда Иттер не окажется преградой на их пути? Эниса? Сейчас у Аксела с её отцом условный мир, который, безусловно, лучше холодной войны, что была до этого, но на смену нынешним князьям придут их сыновья, и если Иттер будет первым, кто протянет руку дружбы, то неизвестно, примет ли её Даркхард.       После разговора с верховным жрецом на душе у Аксела немного отлегло. Его предсказание удивило и успокоило мужчину и как князя, и как отца. Хоть он и не собирался отойти к богам и чувствовал себя прекрасно, о будущем стоило позаботиться уже сейчас. К тому же в это мирное время самый подходящий момент, чтобы укрепить свои позиции.       В двери постучали, и трое мужчин устремили в ту сторону взгляды. В тронный зал скромно вошёл Иттер, не решаясь пройти глубже ко взрослым. Аксел махнул рукой Давиду и Ингарду, и те покинули зал.       – Подойди, – позвал князь сына.              Пока Иттер медленно подходил к отцу, Савва радостно подбежал к трону, встречая Аксела и облизывая его пальцы. Иттер же скоро остановился, боясь и переживая, что отец будет ругаться. Он знал, как тот не любил, когда он постоянно таскал с собой волума куда только можно и нельзя, как слишком много позволял ему и баловал, знал, что князь не особо жалует животных. Но на его удивление, Аксел лишь приподнял руку и потрепал Савву по загривку.       – Как же так вышло, что этот волум рад видеть меня больше, чем собственный сын?       – Прости, – опустил глаза в пол Иттер. – То есть!.. Я тоже, конечно, рад видеть тебя.       – Хватит стоять там, подойди ближе.       Иттер неуверенно продвинулся ещё немного, продолжая держать дистанцию и прятать виноватый взгляд.       – Да не буду я ругать тебя за ночи Ктахеля! – Аксел раздражённо повысил голос, но тут же осёкся, понимая, как это выглядит со стороны. – Прости, – тяжело выдохнул он.       Эти несвойственные слова с уст отца неуклюже ударились о сердце сына, заставив его содрогнуться. Савва тем временем резво вернулся к хозяину, радостно бегая вокруг него. Иттер помедлил, но всё же пошёл навстречу восседающему на троне князю. Он остановился у самых ступеней, наконец подняв глаза на отца. Аксел открыл и закрыл рот, неловко замявшись.       – Ну, как ты тут? – наконец спросил он, зайдя из далека.       – Нормально. Вроде, – пожал плечами Иттер. – А у вас как всё прошло?       Аксел напрягся, подбирая слова, чтобы ответить помягче и обобщённо. Он незаметно сжал кулаки и как бы случайно поправил длинные рукава, пытаясь скрыть обожжённые руки от сына.       – Так же, – сухо ответил он. – Кхм, кстати, об этом. Хорошие новости для вас с Энисой. Жрец сказал вулкан задышал. Земли Севера постепенно будут отогреваться, это пойдёт на пользу вашего здоровья. Да и наконец от урожая будет толк. Лето будет длиннее и теплее, сможем выращивать твои овощи.       – И правда хорошие новости, – немного виновато улыбнулся принц.       Они оба вновь замолчали. Разрезая неловкость между ним, по залу раздавалось громкое и частое дыхание Саввы.       – Слышал, у нас гостил Даркхард? – Аксел вновь оттягивал то, о чём собирался поговорить с сыном. – Как у вас с ним всё прошло?       – А, ну, да, – Иттер отстранёно пожал скованными плечами. – Достаточно... мирно.       – Ну и хорошо, хорошо, – Аксел застучал пальцами по трону. – Прости, мы договаривались с Орвейном, не знал точно, когда он прибудет. Недавно он прислал мне письмо с извинениями. Что-то здоровье сильно подводит его в последнее время.       И опять гнетущая тишина обволокла зал.       – Иттер, – Аксел немного помедлил, подбирая нужные слова.       – Да?       – Какие у тебя отношения с Трис и Энисой?       – Хорошие? Мы дружим, ты же знаешь.       – Да, но, – князь мялся, – я не об этом. Возможно, в будущем одна из них станет княжной юга, – вот так прямо и на одном дыхании сообщил мужчина.       – А, – Иттер потянулся к кольцам на пальцах. Он всегда перебирал их, когда нервничал.       – Что скажешь? Тебе... нравится кто-нибудь?       Аксел чувствовал неловкость в бесде с сыном, и, боги, это было взаимно. Рано или поздно этот разговор состоялся бы, но обоим казалось, что для Иттера ещё рано. Для него, но для наследного принца – как бы не поздно.       – Не думаю, что я вправе выбирать, – признался наконец принц, после недолгого молчания.       – Иттер, – Аксел вздохнул, прикрыв от усталости глаза.       – Нет-нет, всё в порядке, правда, я понимаю. Уверен, тебе и совету виднее, как будет лучше, – Иттер натянул улыбку, стараясь убедить отца в искренности своих слов.       – Аргх, – князь откинулся на спинку трона. – Не стоило поднимать эту тему. Не сейчас... Просто хочу, чтобы ты был готов к этому разговору в будущем, и чтобы знал, что, ну… твоё мнение для меня тоже важно.       Иттер вновь вздрогнул от неожиданных слов Аксела. Светлые ресницы распахнулись, а глаза защипало, словно на них вот-вот выступят слёзы. Как же просто затронуть его душу: всего какая-то пара подобных слов вечно сдерживающего эмоции отца, и Иттер готов разрыдаться. Пытаясь контролировать чувства, парень встрепенулся и поспешил отвернуться, дабы князь ничего не заметил или чего хуже – не пристыдил сына за неподобающее поведение:       – Да, хорошо. Меня ждал Везек, – соврал он, – так что я пойду, если ты не против.       – Конечно, – спокойно, но грустно из-за некого груза вины ответил князь.       Иттер быстро покинул тронный зал. Забежав к себе в комнату, он рухнул на кровать лицом вниз. Женитьба? Разумеется, он даже не думал об этом. Нравится ли ему кто-то в этом плане? Иттер задумался. Кажется, кто-то и правда нравится ему немного иначе, чем просто подруга. Он простонал в подушку, отгоняя дурные мысли, что навязчиво лезли в голову. Савва забросил передние лапы, обращая на себя внимание хозяина. Иттер перекатился на спину, обнимая волума за морду и целуя в мокрый нос:       – Как же тебе хорошо, приятель.       Иттер отодвинулся от края, похлопывая рядом с собой:       – Можно.       Савва дёрнулся и прижал уши к шее, словно не веря им, а потом быстро запрыгнул в кровать, активно виляя хвостом. Иттер обнял волума, укутываясь лицом в густую белую шерсть, и через какое-то время заснул, почувствовав спокойствие.