***
Утро было доброе. Спокойное. И мягкое, вероятно из-за чужой одежды, в которой был Моралес. Конечно, кошмары не мучали парня, но сегодня снилось что-то... хорошее... Спросоня можно было и не вспомнить. Да и Майлз особо не заморачивался. Отец давно не работе, а Рио собиралась. — Mijo, милый. У тебя скоро выезд? — мама убрала в сторону обувь, которую собиралась надеть и подошла к сыну, кратко обнимая его. На что Моралес одарил ее утренней улыбкой. — Вроде. Рио покачала головой, улыбаясь как обычно. — Хорошо, я не думаю, что ты будешь сейчас завтракать? — Она перевела взгляд в чужие глаза, на что тот согласно кивнул. — Тогда поешь в другом месте. Они простояли так еще пару минут. А затем Рио, еще раз улыбнулась, приобняла сына, на что получила нежный поцелуй в щеку и пошла к обуви. — До встречи, mami. — Te amo, nos vemos. Как только Рио ушла, Моралес лег на диван, спокойно выдыхая. Скоро собираться, а если точно, то выходить через час. Но долго спокойствие Майлза не продлилось, в дверь постучали. «Вероятно мама что-то забыла». — С этими мыслями, подросток поднялся, открывая дверь. Так красовался Браун. В рваных джинсах, в которых была видна коленка, слегка побитая. Видимо Хоби не умеет не ударяться. В его стиле. Рубашка и кожанка, потрепанная, но все равно подходящая панку. — Насмотрелся, носитель чужой одежды? Майлз слабо покраснел, выдыхая и отводя взгляд, которым недавно провел по всему телу Брауна. — Я тебе отдам толстовку! — Не сейчас, боюсь, замерзнешь, утром прохладно. — В обычной манере сказал панк, пока Моралес сделал пару шагов назад, что означало – проходи. Браун и прошел. — Ты ничего не берешь? — Взгляд снова был перекинут на панка, от чего где-то в сердце потеплело. — Я кинул в автобус, — Хоби заметил удивленный взгляд подростка. — опережу тебя, да, так можно сделать. ты не читал мои сообщения? Майлз покачал головой, что-то припоминая. А затем припоминая и свое сообщение, после которого вышел из сети. Где имел ввиду, что Браун может и понести того к автобусу. Он же не ради этого пришел? Моралес застыл, чувствуя новое тепло, но уже от щек. — Пав сказал забрать тебя, — сняв обувь, тот прошел и сел на диван. — Или ты хочешь просидеть дома еще час? Майлз понимал к чему тот клонит, прокашляясь, он ушел к себе, пока взгляд панка следил за ним до тех пор, пока тот не закрыл дверь. — Ты сядешь с Гвенди? — Браун отвернулся от чужой двери, осматривая уже квартиру. Было видно, что убрано, панк был убежден, что это только из-за матери чистюли. Майлз убрал телефон в карман удлиненных шорт. — Я не знаю? — Толстовка была снята, но только для того, чтобы переодеть на футболку, к слову, не своего размера. — Ммм, — Протянул панк, слегка задумчиво. Где-то в глубине души, Брауна такой ответ устраивал, но это не в его принципах, не узнать почему тот неуверен. — Почему? «Потому что хочу сидеть с тобой». — Майлз надел чужую футболку, пока подобные мысли съедали его. — Она садиться со своей подругой, разве нет? — Не знаю, чувак. Говорила? — В общей группе. — Уточнил Моралес, выходя, на что получил заинтересованный взгляд со стороны друга. — Я же сказал, что там прохладно. — А потом будет жарко, — Поправляя лямку рюкзака, сказал Майлз. — А в моей толстовке не жарко? — Она греть и будет, мне снять ее?! — Все таки надо было ее переодеть... С чертовым Брауном нельзя спокойно походить в ней. — Нет, оставь, — Пожав плечами, проговорил тот, вставая и подходя к Моралесу. Сейчас чувствовалась разница в росте, хоть Хоби и наклонился, от чего по телу нижнего пробежали мурашки. Глаза встретились. Нарушить это пришлось Майлзу, который отошел назад. Иначе бы он сгорел! И от смущения и от чужого теплого дыхание! — Пойдем. — Заявил Браун, беря того под локоть, видимо, общей толстовки.***