Красные капли крови.

Сквозь сон я почувствовал движение рядом с собой. Открыв глаза, увидел Полину. Она была взволнованна и жадно глотала воздух. — Поль, что с тобой? — Протирая глаза, спросил я. — К-кошмар… Я сел и заключил её в свои объятия. По моему плечу покатились слёзы. — Не переживай, я рядом. Это всего лишь сон. Мои слова немного успокоили девушку. Она прижалась ко мне с небывалой силой. Её грудная клетка делала резкие толчки. Сердце Полины билось с неизмеримой скоростью. — Ну всё, всё. Тише. Я немного отпрянул от неё, но в следующую секунду поцеловал. Слёзы начали падать на мои щёки. Через минуту я разорвал поцелуй, положив свои ладони на щёки девушки. Большими пальцами начал убирать слёзы, вытекающие из глаз. — Не переживай. Всё нормально. Успокойся. Истерика начала затихать. Полина вцепилась в меня, обнимая всей своей силой. Я же начал гладить её по спине. На удивление, под одеждой бюстгальтера не было. Когда она успела его снять? В любом случае, меня это должно волновать меньше всего. — Тош, пообещай мне, что никогда меня не бросишь. Ни за что. — Полина, я тебе обещаю. Клянусь своим сердцем. Девушка вцепилась в мои губы. Я положил свою руку на её шею, прижимая ближе к себе. Таким образом мы просидели ещё несколько минут. Вдруг в дверь кто-то заколотил. Я разорвал поцелуй и посмотрел в сторону источника. — Кто это? — Не знаю. Я кинулся к своему рюкзаку. Достав оттуда ствол, вместе с девушкой пошёл ко входу. Пистолет был за моей спиной, когда Полина отворила дверь. За ней стоял Степан Степанович вместе с моим отцом и Тихоновым. — Антон… — Папа смотрел вниз. — Что произошло? — На твою мать напали. Она находиться в критическом состоянии. — К-как напали? Я почти полностью расслабил руку с пистолетом. Но вовремя опомнившись, включил мышцы. На мою маму кто-то напал. Хотя как кто-то? Эта сволочь… Убью! Закопаю мразь. Он захлебнётся в своей крови, сука! — Я его убью… — Вырвалось с моих уст. Все посмотрели на меня с удивлением. — Товарищ Тихонов, у вас есть пистолет и какие либо зацепки? — П-пацан, ты чего? — Милиционер стоял в недоумении. — А ничего! Ничего блять! На мою мать напала какая-то сволочь. Что же нахуй произошло, да?! — Антон, успокойся… — Мой отец пошёл в мою сторону. — Стоять! — Я вытащил из-за спины пистолет. — Оружие на землю! Тихонов достал ствол из кобуры и положил на дерево. — И ты тоже. — Я направил пистолет на Степана Степановича. Тот вытащил из-за пазухи револьвер. — Разойдитесь! Полина отошла, а мужчины отступили от порога. Я взял пистолет Тихонова и выкинул револьвер Степана. После побежал в темноту. В след были слышны крики, но они были мне уже не интересны. Я бежал в лес, как будто знал, куда мне надо. — Ты где, сука?! Выходи блять! Блуждая по лесу, пару раз видел силуэт. Как только я его замечал, выпускал пару патронов в сторону врага. Через несколько минут патронов уже не было. Внезапная боль в затылке. Я упал на размякшую землю. Мой глаз был в чернозёме. Снайпер держал меня за руки. Я вспомнил уроки Степана Степановича. Вырвавшись из захвата начал бить своего врага. Удар, второй, третий. Противник лежал на земле. Я сел на грудную клетку убийцы всего человечного во мне. Кулаки сжимались всё сильнее. Ногти пробивали мою кожу. Я начал избивать своего убийцу. — Это тебе, сука, за Олю! — Я со всей силы ударил двумя кулаками врага по лицу. — А это, за маму! — Продолжая избивать снайпера кричал я. — За Катю! За Ромин глаз! — Всякое движение подо мной прекратилось. Труп лежал в грязи. Я не понимал, что только что сделал. Продолжал избивать тело. — За мою человеческую сущность! — В последний раз я ударил труп убийцы, сам превратившись в него. Из глаз полились слёзы. Моё сознание наконец подключилось. Я взглянул на свои руки, которые были в крови и грязи. Я не хотел признавать свою вину. Взяв нож своего убийцы, я воткнул его в себя. Проведя по своему животу, я засунул руку в себя. Кишки вываливались и без моей помощи. Желудок пришлось доставать своими руками. Я сидел на трупе. Красные капли моей крови перестали капать. Моё сознание перестало контролировать тело. Я упал сверху тела моего убийцы.