Две души на одной миссии

      Сергей в очередной раз распополамил Вовчика топором и вытер пот со лба. Этот был последним.       — ХРАЗ, сколько нам ещё идти?       — Немного, буквально пару десятков метров.       — Уф, я уже задолбался, если честно...       Нечаев замолк и продолжил путь. С трудом, но ему удалось вовремя запустить сигнал тревоги до того, как на ВДНХ явился Молотов. Правда удивлением не стало то, что этот тип не поверил в разыгранный перед ним спектакль, высказал Сеченову всё, что он о нём думает, притащил постановление о том, что предстоящий запуск «Коллектив» отменяется, а самого Сеченова ждут тотальные разборки. П-3, пока слушал разговор босса и Молотова, помалкивал, хотя не совсем понимал, какого хрена вообще происходит. Нет, тут всё было предельно ясно, но он задницей чуял, что что-то тут не чисто. И Сеченов попросил поболтать с Молотовым наедине. Короче, ясень пень, что что-то босс задумал. Вот только, что именно? Агента выставили, как только прибыл Дмитрий Сергеевич, да и остальных отправили куда подальше, так что нихрена не ясно. Даже этого индюка, Штокхаузена, прогнали.       — ХРАЗ, как думаешь, что там происходит? Что Дмитрий Сергеевич задумал? – спросил Нечаев, бродя кругами по помещениям ВДНХ.       — У меня нет данных, майор. Я, как и вы, ничего не знаю, – жгутики показались из перчатки и уставились на него. — Хотя смею предположить, что товарищ Сеченов замыслил что-то опасное, он ведь тоже не лыком шит.       — Почему опасное? – Сергей удивлённо уставился на напарника, размышляя, с чего такие выводы.       — Ну, – ХРАЗ понизил голос, будто боялся, что их услышат, — я работал вместе с Сеченовым, я многое про него знаю. И не очень хорошее.       — Да-да, – кивнул Нечаев. — Я помню, кто ты. Но разве Дмитрий Сергеевич делал такие уж плохие вещи?       — Не скажу, что ужасные, но было там и нелицеприятное.       — Да уж, а я почему то всегда думал, что он всегда на благо общества и Родины работал, – задумчиво произнёс тот.       — Товарищ майор, в этом вы правы. Однако, и он не святой человек. Скажу так: у всех есть свои грехи, абсолютно хорошим человек быть не может, как и не может быть абсолютно плохим. Просто вам стоит смотреть на человека без розовых очков и принимать то, что и у такого, как Сеченов, есть свои тёмные стороны, – высказался ХРАЗ, извиваясь туда-сюда.       Нечаев в задумчивости остановился, а затем плюхнулся на попавшийся ему на глаза стул. Заебался уже ходить, ей богу.       — Абсолютно разумно звучит, ХРАЗ, – сказал Нечаев, почëсывая бороду. — Согласен с тобой. Просто раньше я как-то не думал о таком. Дмитрий Сергеевич мне, как отец, вот я и не представлял даже... Ну, ты понимаешь...       — Понимаю, что вы тугодум, товарищ майор. Приятно знать, что вы это тоже понимаете.       — Да иди ты на хер, ХРАЗ!       — Только вместе с вами, товарищ майор!       — Да ты...       Что хотел сказать Сергей так и осталось загадкой, потому что его прервал Сеченов, подошедший примерно на том моменте, как П-3 бодро посылал своего помощника в известном направлении.       — Вижу, вы неплохо ладите, – сказал он, перебив Нечаева, который резко захлопнул рот, едва не прикусив язык. — П-3, сынок, у меня для тебя будет важное задание. Дело не терпит отлагательств.       — Всегда готов, Дмитрий Сергеевич, – резво вскочил агент, опрокинув стул, а сам мысленно скривился. Всё таки бегать и кромсать роботов и монстров, разгадывать загадки и всякое подобное, ему малость...поднадоело.       — Приятно видеть такое рвение, – Сеченов улыбнулся той самой отеческой улыбкой, от которой Сергею всегда становилось спокойнее. — До меня дошли сведения, что кто-то пытается передать сигнал на Запад через центральный узел связи. Сделать такое могут лишь пару лиц. Одним из них являюсь я, так же возможность есть и у Виктора Петрова. Вероятно, он жив, а это значит, что его нужно обезвредить.       — Я должен его найти? – уточнил Сергей.       — Именно. Ты должен найти и доставить его живым.       — Вас понял, сделаю, – Нечаев не стал пререкаться, пожав плечами. — А что насчёт товарища Молотова? – рискнул спросить он.       — Есть некоторые проблемы, но они несерьёзны, – академик был абсолютно спокоен, а значит его ничего не тревожило. — Не беспокойся об этом, сынок, выполняй задание.       Ничего больше не говоря, Нечаев кивнул и отправился на дело. Снова нужно было искать этого грëбаного Петрова, который ещё в первый раз успел заебать. Сейчас Сергей был ещё больше зол на этого предателя. И ещё чуточку на Сеченова.       — Ну заебись, – сказал Нечаев, на ходу поджигая сигарету. — Ищи, блин, Петрова. А где его искать, а?       — В научном центре академика Сеченова, – тут же отозвался ХРАЗ.       — Всё то ты знаешь...       — Не всё, но побольше вашего.       — Иди на хер!       Возможно, сначала и было неловко разговаривать с учёным в такой манере, но потом Сергей забил на это. Всё время говорил, переучиваться было трудно. К тому же иногда он забывал, что ХРАЗ – это Захаров. Сложно было держать это в голове, когда он так долго считал своего помощника искуственным интеллектом. А если он был в пылу битвы, так вообще ему не до того было. Хоть ХРАЗ, хоть Харитон, лишь бы роботов порубить помог.       Стоило выбраться с ВДНХ, как на майора тут же кинулись новые роботы. Пришлось спешно отбиваться. Убежать всё равно не получилось бы.       — Да заебали! – выругался он, лишив очередного Вовчика головы выстрелом из дробовика.       — Осторожнее! – предупредил ХРАЗ.       Но было поздно, и Сергею больно прилетело сзади с ноги чёрного Вована. Нечаев откатился, но робот тотчас оказался рядом и нанёс несколько мощных ударов, прежде чем майор успел его обезвредить. Перед глазами поплыло. Нечаев поднялся на ноги и потянулся за непремом, как на него набросились новые роботы. На этот раз это были «дровосеки» со своими пилами. Сергей потерял приличное количество времени, пока разобрался со всеми, а заодно и перебил ромашки, из-за которых на него без конца пëрли роботы.       — Ебучие пироги, как же я заебался, – выдохнул он, поправляя волосы.       — Как вы себя чувствуете, товарищ майор? Может вам лучше передохнуть? – показался из перчатки ХРАЗ, весьма озабоченный состоянием Нечаева.       — Ещё чего не хватало! И так много времени потеряли! – взвился тот. — Надо найти этого сучëныша Петрова, а потом уже всё остальное, – сказал он и активно зашагал вперёд, следуя за отметкой на карте.       — Может хотя бы примите непрем? – участливо спросил ХРАЗ.       — Забыл, – буркнул тот. — Спасибо за напоминание.       Он поднёс капсулу к перчатке, и жгутики немедля вцепились в неё. Стало полегче. Выдохнув, Сергей отправился дальше, глядя в оба. Не стоило попадаться на глаза ромашкам и роботам, а то сил с ними биться уже не было. Надоело это всё!       — ХРАЗ...Харитон, я так и не спросил, – начал майор, не отвлекаясь от задания. — Как Сеченов запихнул тебя в перчатку?       — Хм... Точных данных у меня нет, как всё это происходило. Академик Сеченов сохранил мой разум и мышление, и вернул это в виде сознания, помещённого в нейрополимерную структуру. Я продолжил работу в таком виде.       — Чудеса науки, – не переставал удивляться Нечаев. — А мы...ну...были знакомы ещё до того, как ты того...помер?       — Нет, разве что, мельком друг друга видели.       — Значит ты ничего не знаешь, что со мной было раньше? Просто я нихрена не помню и это иногда очень бесит, – Сергей сверился с картой и поняв, что двигается правильно, продолжил путь, ожидая ответа от напарника.       — Мне известно не многое. В юности вы были жизнерадостным и весёлым, так говорил академик Сеченов. После трагедии в Болгарии, когда вы серьёзно пострадали, вас доставили к Сеченову. Спасти вас удалось, однако ваш разум пострадал, из-за чего вы многого не помните, а многие части вашего тела были заменены имплантами, – выдал ХРАЗ всё, что знал. Почти всё.       — Практически ничего нового, – вздохнул Нечаев. — Даже не знаю, с кем раньше общался. ХРАЗ, а ты не знаешь, у меня была семья?       Тот дёрнул сенсорами, помолчав некоторое время, затем медленно произнёс:       — Возможно. У меня нет более данных.       — Ладно, похуй, – Сергей вновь достал сигарету и закурил, пока была возможность. — Хотя что-то мне подсказывает, что где-то ты недоговариваешь.       — Спросите у академика Сеченова лично. Он должен знать больше, – невозмутимо сказал ХРАЗ, а сам потянулся к сигарете. — Бросьте уже эту гадость, товарищ майор!       — Ещё чего! – фыркнул тот. — А ты отними, – и дразня, повёл сигаретой перед проводками ХРАЗа, но не дал ему выхватить, отдëрнув руку, когда тот потянулся сенсорами.       — Сергей, не заставляйте меня делать это силой, – серьёзно произнëс тот.       — Ха, и что ты сделаешь? – продолжал дразнить майор.       ХРАЗ не ответил, вместо этого потянулся проводками к сигарете, и та резво выскочила из пальцев Нечаева и упала в траву. ХРАЗ, довольный собой, уставился сенсорами на охреневшего Сергея.       — Ты... Ты... Ты охуел?! – воскликнул Нечаев. — ХРАЗ, ты зараза ебучая!       — Я тоже вас люблю, товарищ майор! – усмехнулся тот и скрылся в перчатке.       — Вот дождёшься, я тебе все усы повыдëргиваю!       — У меня нет усов, товарищ майор. Ни сейчас, ни при жизни.       — Да я про провода твои говорю!       — Это сенсоры.       — Иди ты нахуй!       — Только после вас.       Нечаев зарычал от бессилия. Стоило узнать, что ХРАЗ никакой не искусственный интеллект, то эта падла теперь абсолютно не скрывалась и подъëбывала его на протяжении всего того времени с открытия правды. Харитон оказался той ещё язвой и занудой. А с расшатанной психикой майора, хотелось всечь этому умнику, вот только, не будет же он долбить по собственной перчатке? К тому же, если посмотреть с другой стороны, то майору это даже нравилось. В такой манере общаться было ему привычно и это было именно то, что сблизило их в те дни, когда Нечаев ещё считал ХРАЗа искуственным интеллектом. Так что через пару минут раздражение сошло на нет, взамен пришло удовлетворение от этой перепалки, которое продлилось ровно до того момента, как они добрались до цели.       Пробравшись в научный центр, Сергей быстро отыскал Петрова. С ним была и Филатова. Хватать её приказа не поступало, но Нечаев решил, что раз она помогает предателю, то и её он захватит.       — Ну что, попались голубки! – сердито сказал майор, выставив вперёд руку с перчаткой.       Вот только дальнейшие события вновь пошли не по плану. Сзади подкрался Вовчик, но майор успел заметить его и развернул корпус наполовину, чтобы хорошенько врезать роботу правой рукой по башке. Левую он так же держал направленной на предателей, но Петров среагировал слишком быстро, он оказался рядом и ударил мощным зарядом тока. Электричество прошло через левую руку по всему телу Сергея и он упал, закряхтев от боли, в его глазах потемнело и поплыло, но он остался в сознании и попытался встать, у него не получилось с первого раза, тело онемело, зато он слышал топот ног из чего сделал вывод, что эти двое сбежали. Снова!       — Пиздец, просто пиздец, – прошипел он сквозь зубы, нащупал у себя капсулу с непремом, тут же её использовав и улучшив своё состояние. — Сука, ну Петров, ну тварь! Найду – все ноги и руки переломаю, сволочи такой! – Нечаев поднялся на ноги, оперевшись на рядом стоявший стол. — ХРАЗ, куда пошли эти ублюдки?       Однако на вопрос тот не ответил. Сергей уже начал злиться и поднял перед собой руку с перчаткой.       — Ты чë, уснул что-ли? – ноль реакции. — Э! ХРАЗ! Чëрт, не говори мне, что тебя током ëбнуло! ХРАЗ! Харитон! Ты слышишь? Харитон! Захаров, блять!       Нечаев схватился правой рукой за запястье левой и начал в панике трясти её, пытаясь то ли расшевелить, то ли воскресить своего напарника. Своего друга в конце концов!       — Харитон, ты жив? Блять... Блять! Да что ж такое! Убью этого Петрова нахуй! Плевать, на Дмитрия Сергеевича, я этой твари кишки все выпущу! ХРАЗ! Ответь!       — Кх, я здесь...здесь, товарищ майор, – послышался едва слышный голос. — Не убивайте Петрова...он нужен живым, чтобы...чтобы вернуть роботов в нормальное состояние.       — Харитон, ХРАЗ, живой! – Сергей вновь вцепился в перчатку, словно та вдруг собиралась исчезнуть. — Чëрт ты ебучий! Я тут чуть кони не двинул, думал ты помер! Господи, хорошо, как хорошо, что ты жив!       — А вы верующий, товарищ майор?       — Иди ты! Я реально чуть не откинулся, а ты тут шуточки свои!       — Я нейрополимер, меня так просто не уничтожить. Хотя признаю, что вывести меня из строя возможно, – он, наконец, показал свои проводки, выглянув из звёздочки, и успокаивающе погладил сенсорами пальцы Нечаева. — Ну-ну, товарищ майор, всё хорошо, не переживайте, я в норме. Приятно знать, что вы обо мне беспокоились.       — Ох, Харитон, ну ты и говнюк, – выдохнул Сергей, немного придя в себя. — Ладно, мы уже столько времени потеряли. Можешь сказать, куда эти ублюдки сбежали?       — Предполагаю, что им не удалось уйти далеко. Ближайший транспорт находится практически в километре отсюда, а значит им пришлось добираться пешком, – бодро включился в разговор ХРАЗ, словно до этого его и не шибануло током. — Если логически поразмыслить, можно примерно понять траекторию движения Петрова и его помощницы. Я сделаю пометку на карте.       — Понял, иду, – кивнул Сергей и, мельком глянув на карту, бросился в погоню. — Ничего, далеко не уйдут.       Предположения Нечаева оказались верными. Петров и Филатова не успели далеко убежать, майор двигался шустро, роботы на пути не попадались, и вскоре агент настиг их. На этот раз он учёл свои предыдущие ошибки и небольшим электрическим разрядом обезвредил их быстро, не дав даже рта открыть.       — Фух, наконец то, – он вытер пот со лба. — Неужели это дерьмо скоро закончится.       — Не радуйтесь раньше времени, майор, лучше поспешите, они могут прийти в себя, – напомнил ХРАЗ.       — Да-да, завались, я помню.       — Как вы разговариваете со старшими, товарищ майор?       Нечаев закатил глаза. Опять ехидничать начинает, перчатка хренова!       — Извините, Харитон Радеонович! – саркастично произнёс майор. — Но, кажется, я ничего такого не сказал, неужели вам что-то послышалось? Хотя... Вы же уже стар, ничего удивительного, глухота, все дела... Я понимаю.       — Вот как, товарищ майор... – голос ХРАЗа тоже был полон ехидства. — Что ж, учёные уже научились делать многое, возможно, скоро научатся выращивать и мозги. Не сомневайтесь, вам выдадут без очереди.       — Слышь, ты!       — В чëм дело, товарищ майор? Думаете одного мозга вам будет маловато?       — Завались, Харитон, а то щас у тебя мозги уменьшатся! – рыкнул Нечаев и занялся транспортировкой предателей.

***

      Прошло около трёх суток с момента поимки предателей. Роботов, наконец, вернули в прежнее состояние и отправили заниматься устранением последствий от сбоя, вызванного Петровым. Сеченов был занят, к тому же Молотов всё ещё доставлял ему неприятности, но не слишком серьёзные. А Сергей Нечаев болтался без дела некотрое время, пока, наконец, в один из дней академик не вызвал агента к себе.       — П-3, рад видеть, – улыбнулся ему Дмитрий Сергеевич, как только агент прибыл. Улыбка его была уставшей, но доброжелательной. — Как твои дела?       — Всё хорошо, Дмитрий Сергеевич, – даже не думая, бросил тот, покосившись на близняшек, которые всё ещё его напрягали, но те стояли абсолютно неподвижно в сторонке.       — Рад слышать. Я подумал, что ты заслужил отпуск, особенно после блестящего выполнения задания, – сказал ему Сеченов. — Сегодня же можешь быть свободен, лишь оставь перчатку и...       — Извините, Дмитрий Сергеевич, – перебил его майор. — Я хотел бы оставить перчатку себе, – сходу заявил он.       Сеченов явно удивился, да и не ожидал он такого от грубого и нелюдимого майора. Скорее думал, что тот поскорее захочет избавиться от надоедливого искуственного интеллекта. Но он не мог оставлять ему перчатку, зная, кто это на самом деле.       — Извини, сынок, но это невозможно. Это экспериментальная вещь, я должен вернуть её, хотя бы для того, чтобы доработать...       — Но... – открыл рот агент.       — Извини, но нет, – твёрдо ответил Сеченов, не дав своему подчинённому договорить.       Однако, в этот момент не выдержал сам ХРАЗ и высунул проволки наружу.       — А если я скажу своё мнение, ты послушаешь? – в его голосе едва можно было заметить саркастичные нотки. — Я остаюсь.       — Нет, – академик скрестил руки на груди. Он хоть и удивился, но сразу же подумал, что Харитон задумал что-то недоброе. К тому же, если тот останется у майора, то как будет заниматься наукой? А наука для Захарова это жизнь! Да и сам Сеченов всё ещё не горел желанием оставлять друга в таком состоянии, хотел создать для него нормальное тело, несмотря на то, что Харитону это было не нужно.       — Будешь держать меня силой, Дима? У тебя не выйдет, я уйду, если захочу. Ты не имеешь никакого права распоряжаться моей жизнью, – со злостью бросил Захаров, нервно дёрнув проводками.       — Харитон, ты... – начал было Сеченов и замолк, посмотрев на майора, однако тот лишь спокойно следил за развитием событий. — Вот оно как... Ты всё рассказал Сергею, не так ли?       — Он и сам прекрасно догадался, – фыркнул Захаров. — Я пытался выкрутиться, но не вышло. Скрывать не было смысла. Так что?       Сеченов тяжело вздохнул и потëр пальцами виски. Мозги кипели. Глупо было полагать, что если он оставит Харитона, то тот будет спокойно сидеть. Нет, если тому что-то взбрело в голову, его уже не остановишь. Но зачем ему оставаться с Сергеем? Они же абсолютно разные! И прочие факторы ещё... Никакой науки! Это должно быть трагедией для Захарова! Но он спокоен и продолжает настаивать на том, чтобы остаться с майором. Что П-3 сделал с вечно раздражённым учёным-мизантропом?       — Ладно уж, оставайся, – академик махнул на них рукой. — И, П-3, – он обратился к майору, глядя ему в глаза. —Осторожнее с ним.       — Спасибо, Дмитрий Сергеевич! – искренне обрадовался Нечаев, и Сеченов впервые после произошедшего в Болгарии увидел на его лице настолько счастливые эмоции.       — Не описайтесь от восторга, товарищ майор, – с ехидством сказал ХРАЗ, тем не менее, тоже весьма довольным голосом.       — Ой, иди нахуй, – весело бросил тот в ответ.       — Только вместе с вами, товарищ майор, только вместе с вами...       Сеченов смотрел, как эти двое удаляются, не прекращая свои...дружеские? перепалки, и не мог понять, как такое возможно. Но раз уж так вышло, то он надеялся, что правильно поступил, разрешив Плутонию забрать Харитона. Если тот смог так сильно изменить учёного, превратив его из угрюмого человека с тяжёлым характером в человека более...живого? Да и, вероятно, даже по настоящему счастливого, то... То значит, он действительно поступил правильно.