The boy's no good

Во второй половине рабочего дня навязчивые мысли превратились в невыносимый, неконтролируемый поток, гудящий в висках. И решить эту проблему для Роджерса стало первостепенной задачей. Капитан сделал запрос куда надо, и уже через десять минут Джейн была в его кабинете. — Вызываешь к себе, правда? — Джейн усмехнулась, уголки её губ потянулись вверх, — что, всё-таки отчитывать собираешься? — Агент Хейг, должен вас предупредить что в организации существует нормативный акт касательно любых неформальных отношений. Стив репетировал. — Время после семи часов не считается рабочим. Ты не был моим руководителем вчера. Её фривольное «ты» означало только одно, что Роджерсу пора пересмотреть свои взгляды на рабочие отношения. Ну или репетировать подольше. — Мы живем в двадцать первом веке, Стив. И эта планета уже несколько раз была на грани катастрофы, так что люди учатся жить в моменте, здесь и сейчас. По крайней мере делают попытки. Капитан криво усмехнулся, опустив глаза к носкам своих начищенных до блеска ботинок. Он задумался и очень быстро осознал, что в чем-то согласен с Джейн. Здесь и сейчас, ведь другого шанса может не быть. Но обрезать стропы запасного парашюта Роджерс не торопился. Он собирался осторожно планировать, ища место для безопасного приземления. Где-нибудь в Централ Парке, на зеленой лужайке, с расстеленным клетчатым пледом и корзиной фруктов. Джейн была вынуждена с этим не согласиться и уж скорее протянула бы ему ножницы: «Режь, Роджерс, нам не понадобится парашют. И ты согласишься падать снова и снова». — А в мое время с этим было иначе, — пригладив ладонью уложенные набок волосы, он посмотрел на девушку, но та лишь повела бровью и снисходительно улыбнулась. — Хорошо, расскажи мне, как это было в твое время. — Я бы пригласил тебя в кино, например, — Капитан вышел из-за стола. Здесь его фигура смотрелась куда органичнее, чем в переполненной кабине лифта. — Дальше… Джейн поворачивалась, неотрывно следя за движениями Стива. — Мы могли бы сходить в ресторан. Или прогуляться по городу. — И ты бы даже взял меня за руку? — с надеждой спросила девушка, изображая искреннее удивление. Роджерс остановился, чувствуя, что пар вот-вот повалит из ушей, если он не прекратит этот бессмысленный краш-тест для своих нервов. — Для начала, да. — Тогда скажу, что начало очень многообещающее, Стив. А потом что? Ну, если я не успею состариться и впасть в деменцию. Попробую угадать: случился бы первый поцелуй? В щечку? В представлении Роджерса это был идеальный сценарий, но стоило Джейн озвучить его, как картинка перестала быть такой привлекательной. На его лице отразилось огорчение, и оно было истолковано неправильно. — Ладно, — Джейн набрала в грудь побольше воздуха, — давай поставим вопрос по-другому. Вряд ли после таких разговоров мы сможем и дальше работать бок о бок. И раз уж тебя с должности точно не сдвинут, то я попрошу перевода. Выслушав её, Капитан наконец сделал то, ему так хотелось сделать несколькими часами ранее у лифта. — Не уходи? — Назови мне хоть одну причину, чтобы остаться, Стив? Самообладание Капитана Америка точно достойно продолжительных оваций. Джейн вызывает в нем множество разных, даже противоречивых между собой желаний, и Роджерс смотрит на нее сейчас не как на свою коллегу и не как на отдельно взятую привлекательную женщину. За сегодняшний день она почти нагрубила старшему по званию, успела поставить ему условия. Но всё равно где-то отдаленно Капитан понимал, что это затишье перед бурей. Грядет нечто куда более опасное, а системы раннего оповещения почему-то молчат. И чем дольше Джейн показывает свой характер, тем сильнее оголяются первобытные инстинкты Роджерса. Капитан «включает» командный голос и отдает короткий приказ: — Я сказал: останься. Джейн замирает, в её глазах начинает угасать прежняя храбрость. Вероятно, не все, что бы она хотела видеть в Стиве, получится обуздать. По крайней мере с первой попытки. В повисшем молчании слышно, как ходят стрелки часов. Обыкновенные, не электронные, не сенсорные, а банальные настенные часы в его кабинете. Немного устаревшие, быть может, как сам Стив, но безусловно надежные, как он. Механизм отмеряет секунды. Джейн чувствует на себе прямой и тяжелый взгляд Роджерса, настолько, как если бы это были реальные прикосновения. Его дыхание становится глубже, напряженнее, грудная клетка вздымается под васильковой рубашкой. Джейн хочется сказать, что ей очень нравится этот цвет. Стив ей нравится тоже. И она говорит. Роняет эти слова в тишину между ними, не добавляет никаких колкостей, только распирающую ребра изнутри голую правду. «Вот, держи, Роджерс, делай с этим что хочешь». Подавшись вперед, он почти невесомо касается её щеки, нежно поглаживая бархатистую кожу. Стив действительно мог бы пригласить Джейн на первое свидание, угостить её кофе субботним утром, купить два билета в кино, подарить ей цветы, проводить до дома… Стоп. До дома он её уже провожал, и как-то глупо теперь отматывать пленку на несколько не просмотренных эпизодов назад. Но с этим они опоздали. К черту. Резко подхватив её под ягодицы, одним быстрым движением Стив усадил девушку на край стола. Чтобы материал юбки не сковывал движения, ему пришлось сдвинуть ткань до самого бедра. Джейн перехватила его руку своей. На секунду в голове у Роджерса проскочила паническая мысль: ты перегибаешь. Но вместо того, чтобы как-то воспрепятствовать ему, Джейн сильнее прижала большую ладонь и повела её выше, заставляя мужчину прочувствовать каждый сантиметр. — Да ты блять издеваешься, — сквозь сжатые зубы произнес Стив, которого факт отсутствия на Джейн нижнего белья одновременно приводит в немой восторг и звериную ярость. Шуток на тему «не выражайся» девушка не знала, зато узнала теперь, что Капитан, использующий «крепкое» слово в нужный момент, заводит её еще сильнее. — Издеваюсь? — её тон был настолько непринужденным, будто сама девушка не понимала, о чем идет речь. Ни стыда, ни совести, ни мать их трусиков у нее в данный момент не было. — Почему это ты называешь издевательством? — откинув волосы за спину, Джейн чуть отклонилась назад, увеличивая дистанцию, и посмотрела в лицо Капитана, — и каким тогда словом я могу описать твое поведение? Два часа дня, Роджерс, а я на твоем рабочем столе с задранной юбкой. Десять минут смотрю на то, как ты собираешь силу в кулак. Мужчина медленно перевел взгляд с её оголенных бедер на поднимающуюся от сбившегося дыхания грудь. Его пальцы еще сильнее вжались в атласную кожу. Джейн негромко ахнула, вынуждая его переключиться на её алые губы. В голове у Роджерса было так много мыслей, что он не знал, с чего именно хочет начать. Единственное, что он понимал достаточно хорошо, что сейчас инициатива перешла в его руки. Подцепив большим и указательным пальцем её подбородок, Стив заставил Джейн чуть запрокинуть голову назад, открывая ему доступ к тонкой шее. Капитану вдруг невыносимо сильно захотелось попробовать её на вкус. Провести языком от самой впадинки до мочки уха, прихватить зубами. Джейн была послушной. Почувствовав себя победителем, Роджерс был готов растягивать момент столько, сколько захочет. Испытывать её терпение, дразнить. Наконец он склонил голову и припал губами к выступающим ключицам. Реальность оказалась куда ярче, чем его ожидания. Легкий, сладковатый запах духов и ароматического геля для душа донесся до чуткого солдатского обоняния. И вместе с тем было что-то еще, что нельзя идентифицировать как аромат косметических средств. Стив понял, что переступил черту. Джейн была здесь и для него. Только для него. Он скользнул языком по пульсирующей голубой венке, Джейн в ответ запустила пальцы в его волосы, но едва оттянула их назад, как Роджерс угрожающе клацнул зубами в знак протеста. Одной рукой обвил талию, другой, подхватив под коленом, завел ножку себе за спину, и не терпящим возражений взглядом пригвоздил девушку к месту. Её кожа плавилась под его решительным натиском. Стив чувствовал, как Джейн откликается на его действия, как неосознанно подстраивается под каждое прикосновение. Вот он уже по-хозяйски стаскивает с её плеч пиджак, под которым надета рубашка. Стоит лишь немного потянуть, и заправленный материал выскальзывает. Капитан на всякий случай задает себе вопрос: как много ему дозволено? Потом смотрит на прикрытые в легкой истоме глаза Джейн, её раскрасневшиеся щеки и изнывающие от нехватки внимания губы. Это ответ. Сильные мужские ладони ловко ныряют под ткань, и Капитан удивляется тому, насколько идеально каждый изгиб женского тела ложится под пальцы с огрубевшей от постоянных тренировок кожей. Привыкший держать свой щит, Роджерс на удивление быстро справляется с новым инструментом. Мягким, теплым, послушным. Джейн, всё так же касаясь ладонью его затылка, теперь действует иначе. Нежно проводит рукой вниз, ощущая под пальцами напряженные мышцы шеи. Очерчивает ровную линию мужественного подбородка и едва дотрагивается до пурпурной отметины, ставшей причиной их столь скорого сближения. Её тело становится продолжением его: руки под рубашкой, руки на груди, на бедрах, плечах… Губы на коже, пальцы в волосах… Роджерс ловит себя на мысли, что прелюдия ему не менее интересна, чем основная часть процесса, как раз в тот момент, когда непродуманный план дает осечку. Неожиданно Джейн упирается обеими руками ему в грудь и толкает от себя достаточно сильно, чтобы Роджерс, все еще пребывающий в состоянии охренительного аффекта, отшатнулся. Пока Стив, мучительно медленно отходящий от наплыва чувств к сердцу и крови к «нижнему» мозгу, пытается сообразить, Джейн спрыгивает с края стола, звонко стукнув каблуками об пол. Немного дрожащими пальцами застегивает рубашку, поправляет юбку, прическу и напоследок как бы невзначай касается подушечкой среднего пальца уголка губ. Словно хочет стереть смазанную помаду. Роджерс как отходящий от наркоза дикий зверь: следит за каждым её движением, готовясь к новому броску. Она дразнит его. При всей льющейся через край интимности момента он не успел поцеловать её и теперь чувствовал, будто забыл принять жизненно важное лекарство, без которого может умереть в течение нескольких минут. — Подожди, — говорит он севшим от возбуждения голосом. Протягивает руку, но Джейн отступает на шаг в сторону. — Я ждала, Стив, — улыбается она, — долго ждала. Пока мы с тобой перестанем ходить вокруг да около. И почему-то мне кажется, что будет крайне несправедливо, если тебе это достанется так просто. — Поиграть захотела? — все, кто работал с Капитаном в полевых условиях знают, что в гневе он страшен. На пике его физических возможностей эмоции становятся фатальным катализатором, запускающим бурную реакцию. Джейн со Стивом на задания никогда не выезжала, поэтому сейчас она недостаточно впечатлена, чтобы прикусить свой язык. — Не решила еще, — уклончиво отвечает она, но хитрая улыбка на её губах говорит об обратном, — но какому мужчине понравится, если будет просто?