Измена

На утро они продолжили путь. Каждый из них думал друг о друге. Наполеон понимал, что хочет Мюрата ещё сильней, когда уже битый час смотрит на него влюблённым взглядом. Сам Мюрат беспокоился о друге, ведь после акта любви Наполеон должен был не спокойно сидеть рядом в карете, а стонать, но, видимо, Наполеону боль нравится, либо же он её не чувствует. Тем не менее, Мюрата смущал этот взгляд, боковым зрением он замечает расширенные зрачки Наполеона, его глупую улыбку и изучающий взгляд, его глаза не останавливаются ни на секунду. Внимание Наполеона привлекли глубокие глаза Мюрата, его нежные губы и тёмные кудри, Мюрат был красив, но было такое чувство, будто он стал красивее. Ему хотелось поскорей прикоснуться к Мюрату, желательно везде, ему хочется повторить то, что произошло совсем недавно, но нужно найти повод... Вдруг Наполеон замечает его смущение и решает расслабить Мюрата поцелуем. Он целует нежно, можно сказать, совсем невинно, в поцелуе не присутствуют язык или укусы, он не против этого, но сам не хочет начать углублять поцелуй. Тот от неожиданности дёргается, но, собравшись, отвечает на ласку. Как Наполеон и хотел, Мюрат первым углубляет поцелуй и решает проникнуть языком в его рот. Но неожиданно для него, Мюрат собственными губами чувствует, как во время поцелуя Наполеон улыбается, и Мюрат не может не улыбнуться в ответ. Ему нравится, что он доставляет такое удовольствие лишь поцелуем, но один вопрос остаётся без ответа. — Наполеон, — нехотя отстранившись, Мюрат переводит дух, позже продолжает. — Разве тебе не больно сидеть? — А должно? — в голосе Наполеона чувствуется искренность, он, видимо, не знает о минусах быть мужеложцем. — Да, но... Ты не чувствуетшь боль в пояснице или где-то ещё? — эти вопросы кажутся странными Наполеону, но он отвечает. — Нет, ничего не болит, — он обнимает Мюрата за шею и снова втягивает его в поцелуй. Руки Мюрата изучают бёдра Наполеона, он был настолько худым, что Мюрат чувствует под руками не мягкую плоть, а крепкие и твёрдые кости. Но это не проблема, ведь вскоре ему приходится перехватить руки Наполеона, дабы те не расстегнули ширинку на его штанах. — Ну что не так? — раздражённо спрашивает Наполеон. — Я устал, — вздохнув, отвечает Мюрат и, заметив недовольный взгляд Наполеона, решает ответить на его незаданный вопрос. — Наполеон, мы поспали всего пару часов. Наполеон отстраняется и отворачивается от него. — Наполеон, — Мюрат прикасается к плечам Наполеона и, не почувствовав сопротивления, потихоньку массажирует их в своих руках. Как Мюрат и ожидал, Наполеон расслабляется, но всё ещё сидит к нему спиной. Тогда Мюрат приближается к самому уху, его тёплое дыхание заставляет Наполеона откинуть голову тому на плечо, полностью раствориться в нежных руках Мюрата. — Мюрат, — повернувшись к нему, Наполеон смотрит прямо в глаза Мюрата. — Обещаю, ты получишь то, что хочешь сегодня же, — Мюрат целует Наполеона в лоб, и тот снова улыбается. — Но нужно дождаться ночи, хорошо? С лица на секунду пропадает улыбка, но спустя мгновенье он поднимает взгляд и снова целует Мюрата, всё так же улыбаясь. — Хорошо. Позже они уснули в карете. Дорога до самой столицы была долгой, обоих клонило в сон, и они решили в обнимку уснуть. Мюрат был намного крупнее Наполеона, поэтому ему не составило труда укутать Наполеона в своё пальто и обнять его, будто маленького ребёнка. Наполеон спокойно мог сидеть на коленях Мюрата, но для него эта поза была неудобной, поэтому он ограничился лишь положив голову на плечо и руку тому на грудь. Сам Мюрат положил одну руку на бедро Наполеона, другой обнял его со спины. Так они ехали целый день, так и не поев. Позже, когда начало темнеть, Наполеон проснулся, шея и ноги затекли, тело же обмякло, Наполеон уже думал, что не сможет поднять руку, но, к удивлению Наполеона, он, каким-то чудом, мог управлять своим телом, хоть и при каждом движении оно ужасно болело. — Мюрат, — шёпотом позвал его Наполеон, прямо в самое ухо, касаясь нежной кожи губами. — М? Наполеон провёл рукой по его щеке, долго смотря на усталое лицо Мюрата. Он готов был прикасаться к Мюрату каждое утро, будить его и слушать его сонное мычание. Странное чувство появилось в животе Наполеона, было тепло и немного щекотно, было приятно видеть Мюрата. — Милый, — Наполеон поцеловал его в щёку. — Нам пора выходить, — сказав это, Наполеон потёр шею рукой, пытаясь хоть как-то снизить чувство боли в ней. Мюрат просыпается только после ещё одного поцелуя в шею, он первым делом хмуро смотрит на Наполеона, пытаясь вспомнить, почему для сна они выбрали это место. — Доброе утро, — сказал Мюрат, прежде чем осмотреться вокруг. Наполеон немного засмеялся, он чувствовал, что уже далеко не утро, он мог ощущать время, этому он научился в походах и во время войны. — Доброе, но не утро. Им снова пришлось остановиться в гостинице, где снова прошли в один номер. В этот раз комната была побольше, светлее и самое главное — одна двуспальная кровать. Но это были лишь цветочки, в номере оказалась и ванная комната. Наполеон тут же решил искупаться, заставив Мюрата присоединиться к нему. Мюрат жалел, что согласился, лишь пару секунд, но, увидев раздевающегося Наполеона, попросту не мог отвести взгляд. Наполеон тем временем заходил в наполненную горячей водой ванну. — Так и будешь там стоять? — спросил Наполеон, прежде чем взять мыло в руки. — Или всё же поможешь мне помыться? Мюрат нервно глотнул, он знал, что Наполеон хочет заманить его в ловушку, хочет воспользоваться слабостью Мюрата и заманить его в ванную. Что ж, у Наполеона это хорошо получается. Мюрат разделся и присоединился к Наполеону. Вода вышла за пределы ванны, немного разлившись на пол, но это мало кого беспокоило. Наполеон передал мыло Мюрату, и тот стал мыть его, попутно целуя некоторые места кожи. Он начинал мыть с шеи, позже спустился к груди и остановился на плоском животе. — Какое же у тебя прекрасное тело... — сказал Мюрат, прежде чем поцеловать скулы Наполеона. — Хах... Только тело? — Наполеон бездействовал, не знал, что нужно делать. — Нет, не только тело, — посмотрев в серые глаза, Мюрат спустился к бёдрам Наполеона, он будто держал кисть в руках и рисовал на теле Наполеона незамысловатые узоры. — И что тебе нравится во мне? — хитро улыбнувшись, Наполеон приблизился к Мюрату ещё ближе. — Мне нравится быть в тебе, — Мюрат засмеялся, шутка была очень глупой, реакция Наполеона же была смешнее. С лица Наполеона пропала та хитрая улыбка, румянец появился на щеках и на кончиках ушей. Он так сильно засмущался, что неловко улыбнулся, но заразительный смех Мюрата заставил его выбраться из цепей смущения и тоже засмеяться. — Прости, — смеясь, Мюрат обнял Наполеона. — Прошу, прости, знаю, глупая шутка... Наполеон обнял Мюрата в ответ, ему было сейчас очень хорошо находиться с ним. — Не стоит извиняться, — Наполеон отстранился лишь для того, чтобы увидеть улыбку Мюрата. — Мне нравится твоё чувство юмора. Мюрат поцеловал Наполеона, он разделял то чувство с Наполеоном, которое окутало его. Эта романтическая атмосфера была приятной, только свечей не хватало, а так... Они полностью голые, оба в ванне, целуются и долго обнимаются. Им уже наплевать, что на важной встрече они будут сонные, наплевать, что их могут увидеть, им сейчас на всё наплевать. Сейчас они вместе, их никто не беспокоит, в ванне лишь они вместе, только Наполеон и Мюрат. Они вышли из ванны спустя два часа, лишь потому, что вода к тому времени остыла, и Наполеон начал мёрзнуть. Мюрат тогда взял его на руки и потащил в постель. Они легли на кровать, после того как вытерли тела друг друга полотенцем. Тогда Наполеон снова спросил. — Мюрат, — положив голову Мюрату на грудь, Наполеон спутал свои пальцы с чужими, — Ты не ответил на мой вопрос. Мюрат смотрел на него, готовый слушать. Пока пальцы свободной руки запутались с тонкими пальцами Наполеона, другая обнимала его за талию и гладила бока. — Что тебе нравится во мне? — Наполеон спрашивал серьёзно, ему и вправду хотелось знать, что именно нравится Мюрату. — Честно? — Мюрат улыбнулся уголками губ. — Конечно. — Мне нравится в тебе всё, — Мюрат поцеловал его в макушку. — Нравится твой характер, мне нравятся твои глаза, улыбка, твои тонкие пальцы, фигура, нравится смотреть, как ты с серьёзным видом работаешь, нравится, когда твои колени иногда трясутся, когда ты сидишь с теми за одним столом, с кем бы не хотел видеться... Наполеон грустно улыбнулся, серые глаза потемнели. — Но ведь это недостаток. — Я люблю тебя со всеми твоими недостатками, — он взял тонкую руку Наполеона в свою и поцеловал каждый палец отдельно. — Мне нравится в тебе всё, Наполеон. И твои качества, и твои недостатки. Наполеон замер, видимо, не дышал. Он удивлённо смотрел в карие глаза, в которых играл огонёк. Наполеон готов был расплакаться, эти слова были такими искренними, такими тёплыми, что сердце в груди стало биться чаще, а глаза наполнились слезами. Мягкая улыбка с уст Мюрата пропала, он обеспокоенно смотрел в заполненные слезами глаза напротив и жалел, что неосознанно подметил его недостатки, Мюрат не знал, что Наполеон готов расплакаться далеко не от обиды. — Я... я не хотел задевать твои чувства, я... — Мюрат замер, Наполеон поцеловал его, обрывая слова. — Я тоже тебя люблю, — отстранившись, сказал Наполеон, он снова лёг на грудь Мюрата и всё так же путал свои пальцы с чужими. Мюрат спокойно вздохнул, невыносимо тяжёлый груз упал с его плеч, и он смог погрузиться в сон. Наполеон уснул чуть позже, слушая ритм сердца Мюрата. На утро их тела не ломались, они позавтракали и к полудню прибыли во дворец. Их встретили с тёплыми улыбками на устах, что не нравилось Наполеону. Он не показывал своего недовольства, но не понимал, зачем дворяне радуются, что рады его видеть? Он мог с лёгкостью определить, кто и вправду был рад его видеть, а кто лишь притворялся — глаза выдавали людей. — Приветствую Вас, генерал Бонапарт, — Екатерина протянула руку для рукопожатия. — Благодарю Вас за радушное приветствие, Ваше Величество, — он целует ей руку. Его так же приветствует Александр, юноша очень мил и больше похож на милую девушку, его женственные очертания лица делали его улыбку более мягкой. Наполеону поначалу казалось, что он попудрил кудри, но, когда присмотрелся на долю секунды, то убедился, что белоснежные кудри юнца без какой-либо косметики. Мюрат следовал по пятам, ведь в глазах других они далеко не пара, не любовники, а генералы и друзья. Они проходят в зал, пока разговаривают. Екатерина была крайне осторожна и уважительно относилась к Наполеону, поэтому косые взгляды сопровождали их до самого сада. Там и был накрыт стол, была прекрасная погода, солнечные лучи красиво освещали всё вокруг. Екатерина села за стол первой, рядом сел её внук Александр и её сын Павел, который опоздал на встречу и поприветствовал гостя лишь после недовольного взгляда матери. Уютная атмосфера окутала их. Мюрат сидел совсем рядом, на расстоянии вытянутой руки, и когда ему стало скучно, он стал всячески привлекать внимание Наполеона. Он коснулся стопы Наполеона своей ногой, тот лишь мимолётно посмотрел на него, в его недовольном взгляде Мюрат заметил тот огонёк, которым часто сам смотрел на Наполеона. Игра началась. Екатерина спрашивала обо всём, начиная с дороги, заканчивая разводом Наполеона с Жозефиной. — Вы прожили всего два года вместе, — говорила она, насаживая на вилку кубик мяса. — И развелись? Наполеон засмущался, он не скрывал своего возмущения, но быстро ответил. — Честно сказать, Ваше Величество, — он так не хотел отвечать ей, но сейчас рядом не было и слуг, дабы те хоть как-то отвлекали или мешали, — Я много раз слышал о её измене, но не верил даже собственной матери. Наполеон замечает, как яркие голубые глаза Александра вспыхнули, видимо, для него было странно не верить родным. — И что заставило Вас развестись? — Екатерине нравилось, как Наполеон честно, пускай нехотя, отвечает. — Увиденное собственными глазами, — он глотнул воды из бокала, снова чувствуя прикосновения к стопе. На секунду воцарилась тишина, Александр всё ещё смотрит на Наполеона, ему почему-то хочется задать пару вопросов лично о его жизни, но он сдерживает себя, ведь ещё пару дней назад договорился с бабушкой, что не станет мешать. — Как дела во Франции? — неожиданно задал вопрос Павел. — После революции пришлось много поработать, дабы поднять её с колен, — отвечает Мюрат. — Думаю, что бесполезно было поднимать Францию с колен, — Павел добродушно улыбнулся, когда его мать недовольно посмотрела на него, — Ведь, если сам народ не любит свою родину, зачем её спасать? — В том-то и дело, Ваше Величество, — Наполеон вмешался в разговор, ему была неприятна фальшивая улыбка, — Французский народ любит свою родину, но никогда не любил государство, что много лет мучил свой же народ. — Знаете, Жанна Д'Арк ведь считается героем Франции, — Павел взял бокал и крутил его в руках, — Но что сделали французы со своим спасителем? Сердце Александра забилось в груди сильней, холодный пот стал причиной мурашек, что пробежали по спине. Он прекрасно знал своего отца, он знал, что тот не хотел видеть гостей, считал Наполеона выскочкой и сейчас добивался ссоры, дабы потом представить себя жертвой в глазах дворян. Они бы ему поверили, ведь они сами презирали Наполеона и считали неразумным приглашать "выскочку" во дворец. Сам Наполеон прекрасно понимал, к чему он клонит, он не боясь мог ответить, мог свести ссору на нет, но рядом сидящий Мюрат перестал его трогать, что означало его недовольство. — Они её продали англичанам, — Павел уже был наготове слушать ругань матери, но та молчала, дабы не позориться. — Вы правы, её и вправду продали сами французы англичанам, но нельзя забывать, что в каждом народе есть предатели, — Наполеон улыбнулся уголками губ. — Да, вы правы, — Павел задумчиво посмотрел в глаза Мюрату. — В каждом народе найдутся предатели. Александр взглянул на бабушку, не сказав и слова, он её буквально умолял глазами остановить отца. Та пару секунд смотрела в родные глаза внука и мило улыбнулась ему. — Но я уверена, вы не попадётесь в ловушку предателей, — она поднял бокал, — Давайте же выпьем, господа, за героиню Жанну Д'Арк! Все присутствующие подняли бокалы и выпили. Александр смог облегчённо выдохнуть, он гордился, что является внуком такой бабушки. Позже они не перестали болтать обо всём. Павел больше не добивался ссоры с гостями, чему все были рады. Мюрат продолжил свою игру, которую пара позже назовёт "Не отвлекайся". Александр внимательно слушал Наполеона, который без доли сожаления рассказывал о своём разводе. Александра поразило то, что Наполеон не пытается перевести тему, отвечает честно, будто он не только сейчас познакомился с Екатериной, а знаком с ней пару лет. Саму Екатерину привлекла смелость Наполеона, как он, из бедной, многодетной семьи, который потерял отца в 16 лет, смог всего добиться сам? Без помощи богатых родственников, без поддержки, смог добиться успеха? Екатерину это вдохновляет и одновременно поражает. Как у него это получается? Она спрашивает прямо, без какого-либо презрения, без какой-либо неприязни. Когда наступила глубокая ночь, Павел первым покинул их, сводя всё к "важным" делам. Но Екатерина не стала его останавливать, ведь ей самой хотелось не видеть сына. После они все направились на второй этаж, где Екатерина ушла в свои покои, а Александр вместе со слугами проводили их до спальни. — Благодарю, что проводили нас, — Наполеон мило улыбнулся. — Вы... — Александр посмотрел на них. — Будете спать вместе? — немного позже он покраснел. — Простите... Наполеон засмеялся, и Александр будто оцепенел, его смех был... Заразителен? Тонким? Красивым? Александр не знал, как описать... — Да, — глаза Наполеона странно сверкали, когда он посмотрел на Мюрата. — В одной комнате с другом спать спокойней, нежели одному. Александр смущённо улыбнулся, он пожелал обоим спокойной ночи и покинул их. Стоило им пройти в комнату, Мюрат тут же набросился на Наполеона. Тот ошарашенно смотрел на него, но позже обнял за шею и крепко прижал чужие губы своими. Тем временем Александр в своей комнате разглядывал своё красное лицо. Его охватило странное чувство, перед глазами было то лицо, лицо Наполеона... Александр нервно улыбнулся, он однажды чувствовал это, когда увидел свою первую любовь... Нет, Александр не мог влюбиться в мужчину! Он нервно сжимает кулаки, костяшки пальцев уже белеют, Александр ложится на кровать, пытаясь успокоиться. Он смотрит на потолок, не зная, что делать дальше... Уснуть он не мог, по ночам ему снились кошмары, и он просыпался от собственного крика, поэтому он спал днём, ночью же либо гулял по саду, либо же что-то читал. Он решает не думать о госте и идёт в библиотеку, где и берёт одну из книг. Но спустя пару страниц, он резко закрывает книгу и, не положив её обратно на полку, идёт в сад. Когда Наполеон выкрикивал его имя в самое ухо Мюрату, тот кончил прямо тому на спину, устало лёг рядом и поцеловал в лоб. — Ты прекрасен, — Наполеон втянул его в поцелуй, проникая языком чуть ли не в самую глотку Мюрату. — Наполеон, — Мюрат отстраняется, берёт его лицо в руки и целует горячие щёки. — Может... встанешь передо мной на колени? Наполеон улыбается и спускается вниз. — Но знай, ты первый мужчина в моей жизни, — он берёт в руки орган, начиная двигать руками. — Первый и единственный, — Мюрат садится на кровать, раздвинул ноги и первым же делом стал "помогать" Наполеону. Его руки спустились на уровень головы Наполеона, пальцы запутались в длинных волосах, пытаясь насадить голову на плоть. Но Наполеон лишь мучил его, неосознанно, ведь для него было впервые делать "это", и он вспоминал всё то, что делал Мюрат. Сначала были аккуратные поцелуи, пару засосов на бёдрах, и наконец, он робко вытаскивает язык и первым делом пробует плоть на вкус... Александр гулял по тёмному саду и иногда разглядывал в темноте кусты, дабы найти цветы и почувствовать их аромат. "Интересно, как пахнет Наполеон?" Александр нервно глотнул слюну, что накопилась во рту, он снова думал о нём, но это ненормально! С первой его любовью, с Елизаветой, он был знаком ещё до своей влюблённости, они были хорошими знакомыми, позже стали друзьями, и только после трёх лет дружбы он влюбился в неё. Да, он так же отрицал и целый год мучался, но в конце концов признался ей в любви. Что было потом, было как в тумане, он был счастлив, когда она поцеловала его в щёку и сказала, что тоже влюблена в него. Но их отношения долго не продлились, они часто ссорились, и их отношения продлились лишь два года. Вина всему её частые встречи с подругами и его недопонимание. Александр был жутко ревнив и даже чуть не подрался из-за ревности. Ему не хватало тепла, которое Елизавета по возможности дарила ему, а ей не хватало свободы в отношениях. Бабочки в их животах пропали, улыбки стали фальшивы, а присутствие друг друга раздражало. Александру безумно нравился её запах кожи, он часто проводил носом по её шее и вдыхал запах, Елизавета позволяла ему это, но под конец отношений это стало надоедать. Её запах стал раздражать, а прикосновения друг друга становились неловкими, всё закончилось тогда, когда в конце концов она не выдержала очередного нытья Александра и попросту оттолкнула его от себя... Когда начало светлеть, Александр вернулся в свою комнату и лёг на кровать, вся родня знала о его позднем подъёме и не беспокоила его, поэтому он мог спокойно спать.