Ты-мой

Чонгук в бешенстве зашёл на кухню и бросил шоколад в мусорный ящик, что стоял в углу. Сильно сжав губы, он сжимал руки в кулаки чтобы кого-нибудь прибить. Ему не нравится. Не нравится, как этот мелкий альфа проявляет заботу о его омеге. Не нравится, как те двое всё своё свободное время проводят вместе. Находя их вдвоём, постоянно давал им какую-нибудь работу. Раздельную работу, лишь бы разлучить этих магнитиков. Не нравится, как Тэхён своими красивыми большими глазами с восхищением смотрит на Миндже. Красиво, прямоугольно улыбается ему, обнимает его. Так сильно хочется ударить того альфу, чтобы больше ни на шаг не смел подходит к Тэ. Он не понимает, что они таким образом — просто дружат. Чонгук тупо ревнует. Именно из-за этой недавно появившейся ревности, он понял, что просто влюблен. Самое неловкое было то, что ему пятнадцать, а этому омежке всего лишь пять… Между ними десятилетняя разница. Но сердцу ведь не прикажешь. Оно само выбирает человека для себя. И вот, сердце Чонгука выбрало именно Тэхёна. Пятилетнего Тэхёна, который является их слугой. И Чонгуку, собственно, всё равно на статус его омеги. Его сердце выбрало красивого, очаровательного омегу, который мал, но силен духом. Мал, но очень добр и чист. Прекрасный омега, у которого только недавно начал проявляться запах. Запах. Ох, как же Чонгуку нравится этот аромат цветов, хотя тот ещё очень слабенький. Чтобы вдыхать, нужно обязательно находится близко к омеге. Ему не терпится, чтобы запах поскорее расцвёл, чтобы его можно было услышать даже тогда, когда его владелец находился далеко. Чтобы не идти и искать, а просто сидеть и вдыхать, вдыхать, вдыхать… Хочется находиться рядом с омегой всегда, всё время. Хочется, чтобы омега улыбался ему, смотрел горящими глазами только на него. Хочется, чтобы обнимал только его. Но ничего, Чонгук получит то, чего желает. Он хочет Тэхёна и добьётся его. Любым образом, Чонгук всегда добивается своего. Ведь он — сын своего отца. Когда Чонгук собирался уйти с кухни, на пути ему встретился Миндже, у которого в руке был большой, черный и почти заполненный пакет мусора. Чонгук ухмылнулся и оперся плечами о дверь, стоя на пороге кухни. Тот поджимая губы, зашёл внутрь и начал собирать мусор из ящика в пакет. Недовольно покосился на альфу. Не хотелось, чтобы Чон находился здесь. Чонгука в этом особняке никто не любил, кроме его отца. Не из-за дерзкого и самовлюбленного характера — к этому уже привыкли, а из-за издевательств над маленьким омегой. Миндже всем сердцем его ненавидел. Не только за омегу, но и за себя. Он даже с кулаками полез, чтобы расцарапать дурацкую рожу Чонгука, из-за того, что тот всегда находил время, чтобы дать ему подножку, подзатыльник или толкнуть, просто так, без причин. Вот только сам хорошо получал и от Чонгука, и от его отца, и от родителей. Было ужасно обидно. Отец Чонгука тогда говорил: Чонгук для него «хён», нельзя бить хёна, его нужно уважать и прислушиваться. Наверняка «Чонгук-хён» увидел какой-нибудь косяк со стороны слуги, поэтому так обращался с ним. А родители говорили: Не трогай его, не приближайся к нему, лишние проблемы ни к чему, для таких бедных, как мы. Только Тэхён ему сочувствовал, только омега его поддерживал. Рядом был только тот, кем он так сильно дорожил. Взгляд младшего альфы пал на тот самый шоколад, который он только что оставил рядом с подушкой Тэхёна. Чонгук заинтересовано смотрел на происходящее. Злость улетучилась, увидев негодование на лице мальчика. Миндже, взяв лакомство в руки, недоуменно смотрел, будто впервые видит эту вещь. А в голове думал, как же оно с подвала переместилось сюда, в мусорку. Анальд выбросил, или Тэхён? Но когда они успели? Не прошло и час… — Решил полакомиться из мусорки? — поиздевался Чонгук, злорадствуя. — Нет, — ответил Миндже. — Я это, — показал упаковку, — Тэхёну дал, а оно каким-то образом оказалось здесь, — сразу же загрустил, думая, что Тэхёну не понравилось. Не смог порадовать омегу. — Ну, значит не понравилось, — встрял Чонгук. — И не носи ему больше ничего, — ревностно. — Не хочу видеть твою грусть, — сухо добавил чистейшую ложь. Чонгуку была по душе грусть этого десятилетнего мальчишки. Пусть думает своей маленькой головушкой, что Тэ не нравится его подарок и больше ничего ему не носит. Чон на это надеется. Он равнодушно посмотрел на мальчика и покинул кухню. Отныне он сам будет носить вкусняшки Тэхёну. ***** — Доброе утро! — громко воскликнул Тэхён, забираясь на спину старшего брата. — Тэээ, — захныкал спящий Анальд. — Ну зачем же ты так рано встаё-ёшь… — промычал но не двигался, чувствуя пятой точкой, как маленький омега, вжимал его своим телом. Тэхён всегда рано засыпал и рано вставал. Утром громким голосом будил Анальда, как будильник. До обеда ходил бодреньким, а после обеда, как тухлая тушка. — Ну вставааай же! Сегодня ведь твоя очередь мыть полы! — заламывая брови, воскликнул он. Все прислуги в особняке делали работу по очереди. Родители Миндже — Янь и Мингю, и Анальд совсем не хотели, чтобы Тэ мыл пол. Однажды, они не позволили ему сделать эту работу всю неделю, но Тан разузнал об этом и приказал Тэхёну начисто перемыть все окна до блеска в качестве наказания. Целую неделю. Тэ даже тогда, молча всё сделал, скрывая обиду. Обиду не на Анальда или родителей Миндже, а на свою жизнь. Обида на судьбу свою. Зачем богатые жили просто так припеваючи, а бедные должны были собирать все невежества своих господ? — Не хочуууу, спать охота, — бубнил сонный Анальд, который лежал животом на постели. — Не зря, значит, братец Феликс тебя дохлым медведем называл. — сказал Тэ и коварно улыбнулся. У Анальда сон как рукой сняло. Он резко поднялся, на что Тэ плюхнулся попой на пол. — Феликс говорил обо мне? — с надеждой спросил старший омега. Да, Феликс был на три года старше его самого, и да, он тоже был омегой, но Анальд ничего поделать с собой не мог. Он очень сильно любил его. И однажды признался о своей любови Тэхёну, но чем до сих пор жалеет. Ведь маленькому омеге, когда нужен был старший для своих целей, всегда шантажировал Феликсом, своей коварной улыбкой и блестящими глазками. Иногда Анальд даже не жалел, потому что Тэхён всегда говорил ему, чем занимался Феликс, куда шёл, кого ругал, кого прибил. Было приятно слышать детский лепет Тэхёна, а ещё приятнее — узнать, чем занимался его любимый омега. — Агаа… — протянул Тэ. — Ты собирайся, завтракай, на работу иди, а по дороге, я тебе всё-всё расскажу! Маленький манипулятор. **** Тэхён, когда закончил стирать пыль со стеллажей с книгами, взял одну из них, присел по-турецкий на ковёр в гостиной господина Чона и начал просматривать страницы. На книге были нарисованы персонажи из сказки «Серый волк и семеро козлят». Изображения были такими завораживающе красивыми, что он из сидячего положения, лег на живот, болтая ножками. С интересом переворачивал страницы и желал научиться читать. Эту сказку он знает. Миён всегда читала её перед сном. — Бу! — голос послышался совсем рядом с ухом. Тэ вздрогнул, испугался, что господин Тан обнаружил его. Ему не было дозволено трогать хоть что-то в этом доме. Хотя эти детские книги принадлежали ему самому. Миён всегда приносила ему книги. До сих пор неизвестно, почему их не выбросили. Омега бы с удовольствием всё отнес в подвал — к себе. Анальд бы прочёл каждую страницу для него, а он слушал, представляя собственного родителя… Он быстро захлопнул книгу, боязно с большими глазами поворачивая голову. Увидев, кто нарушил его покой — сильно вскипел. Над ним сгорбился Чонгук. Их лица были близко друг к другу. Чонгук, заметив множество родинок на лице омеги, восхитился. Ну какой же красивый! Этот омежка с каждым днём становился все красивее. — Снова ты! — прорычал Тэ. Этот противный альфа уже второй раз за день успел его напугать, вот так внезапным явлением. Утром, когда Тэ чистил обувь и сейчас — вечером, когда он хотел побыть наедине с книжкой. Чонгук усмехнулся от рычания ребёнка. Будто на него рычал маленький львёнок, который навредить совершенно не мог. Он присел рядом, под недоверчивый взгляд омеги. Тот приседая на корточки, сжимал книгу в руках, боясь, что заберут. — Подожди-ка, — сказал Чонгук, ища что-то в сумке, несильно хмуря брови. Тэхён только сейчас заметил, что альфа одет в школьной форме. — Уоп! Нашёл! — широко улыбнулся альфа и выудил из сумки два чупа-чупса. Протянул их омеге. — На, держи, тебе купил! — Мне? — нахмурился Тэ. Зачем Чонгуку покупать ему сладости? Сегодня какой-то праздник? Но альфа даже на праздники ему ничего не дарил. Всё же, из рук Чонгука ничего получать не хотелось. Что-то тут не чисто. — Спасибо, я не хочу. Чонгук сильнее в руках сжал лакомство. Не хочет значит, да? Ну конечно, только от Миндже омега принимает вкусняшки! Только тому можно что-либо подарить! В миг глаза альфы похолодели. Альфе иногда так хотелось, чтобы в мире можно было убивать. — А чего ты хочешь? — почти прорычал он. — Шоколадку из рук своего Минджешки?! — дразнящим голосом проговорил имя. Тэхён удивился такому меняющемся настроению альфы. — Не называй его так — жалобно попросил он и тяжело сглотнул. Взгляд чёрных глаз и резкий, густой запах хвои, давил на него. Стало страшно. Феромоны альфы давили, сильно. Ребёнку не по силе противостоять против него. — Ты… — Чонгук! — позвал сына Тан. — Где ты? — голос послышался со второго этажа. Тэхён впервые был благодарен старшему господину Чону. Тот буквально спас его от пожирающих глаз альфы. Альфа поджал губы, насильно взял руки Тэхёна, заметив серебряный, тонький браслет на запястье и впихнул чупа-чупсы на маленькую ладонь. — Вот, только попробуй выбросить! — угрожал он и ушёл к отцу, который звал его. — Гадкий альфа! — мрачно произнёс Тэ. Омега положил книгу на место, а лакомства в карман шорт, и вышел из особняка. На сегодня работы больше нет. Миндже сегодня не видно… И где тот шляется?.. А так ведь хочется к нему прийти, поговорить, прогуляться… *** — В Америку?! — Чонгук был в замешательстве. Отец собирается отправить его в Америку, чтобы там он продолжил учиться. Он что-то натворил? Но что? С оценками в школе всё отлично! С тренировками тоже! Ни перед кем он не позорил ни себя, ни отца. Тогда в чем же дело? Как он может уехать в другой город? В незнакомый ему город! Как он там будет адаптироваться? Что с ним будет? И самое главное — как ему оставить Тэхёна? — Там отличные профессора, Чонгук. Закончишь там школу, потом университет и вернёшься обратно, — спокойно произнёс Тан. Он сидел в кресле, в своей комнате и курил сигарету. Уже планировал будущее для своего сына. Чонгук будет хорошо учится, в другой стране. Все двери будут открыты для его сына. Из него выйдет успешный человек во всём. Если Чонгук покинет Корею, Тан точно будет скучать, но успешность сына для него на первом месте. Он не хочет, чтобы собственный сын в чем то нуждался, как он сам в молодости. Сейчас, пока есть деньги, нужно продумать всё, чтобы они удвоились, а не уменьшились. Чонгук вернётся достаточно умным, хитрым, хладнорассуждающим и подчинит этот город себе. Его сын до последнего не будет в чем-то нуждаться. Да, и, если Чонгук уедет, то это не будет концом света. Тан может увидеть его в любое время. Живут то в двадцать первом веке, есть интернет, соцсети, по которым можно общаться друг с другом находясь в любой стране. — Да ты издеваешься?! Не буду я никуда уезжать! — альфа сильно сжал кулаки. Не может и не хочет покидать это место. Не хочет оставит Тэхёна вместе с Миндже. — Не смей спорить со мной! — грубо произнёс Тан, положив докуренную сигарету в пепельницу. Строго посмотрел на сына. — Чонгук, — однако, голос смягчился. — Это будет выгодно для тебя сынок. Не надумывай себе, что я пытаюсь от тебя избавиться. Это совершенно не так, — рукой указал подойти. Чонгук подошёл ближе. — У тебя будет отличное будущее, если продолжишь хорошо учится. Я договорился с твоим тренером, он полетит с тобой. Ты станешь очень богатым, сильным. Будешь настолько могущественным, что никто не посмеет отказать тебе и противостоять твоим словам. — внушал сыну. — Ты станешь королём, если последуешь моим словам. Чонгук согласился. Отец в чем-то прав. Если он станет таким могущественным, то легко сможет сделать омегу своим. Он полетит в другую страну, будет ещё больше учиться. И не пропустить ни одну тренировку — станет сильным. Закончит универ с красным дипломом. Вернётся с высоко поднятой головой, заберет этот город в свои руки, заберет Тэхёна под своё крыло. Он будет королём. Лишь с этими мыслями он поднялся в свою комнату, и принялся собирать чемодан. Завтра его уже не будет в этом городе. В этой стране. Единственное, что не давало ему покоя, так это омега. Нет, не омега, а тот альфа. Миндже. Нет, они оба! Чонгук надеется, что они не станут ещё ближе в течение его отсутствия. Ведь Тэхён принадлежит только ему. В полночь он заходит в подвал. Тихо подкрадывается к омежке, которого выбрало сердце. Смотрит не отрываясь и вдыхает его аромат. Чонгук уже скучает… — Тэ, — шепчет он, чтобы не разбудить омегу. Анальд спит на животе, рядом с Тэхёном. Альфа перебирает руками каштановые, немного кудрявые волосы. — Я уезжаю. В Америку. Прошу, не влюбись ни в кого и не выходи замуж, пожалуйста. Я очень сильно влюблен в тебя. Дождись меня, ведь неизвестно, сколько лет меня не будет. Но ты жди меня, ладно? Я приду, мы сыграем свадьбу и я сделаю тебя самым счастливым. Ты больше не будешь спать в таком убогом месте. Обещаю. Взгляд натыкается на тот самый серебряный браслет и он его нагло ворует, чтобы оставить себе что-нибудь от омеги на время долгой поездки. Он целует омегу в щечку, желает спокойной ночи и целует в макушку, в последний раз вдыхая слабый аромат цветов и покидает помещение. Анальд не выдерживает и всхлипывает. **** — Нет, серебряный такой, тоненький, его мне мама подарилаааа, — хныкал Тэ, молящими глазами смотря и объясняя Миндже, что потерял браслет. — Я помню Тэ, но его здесь нет. Я искал в каждом уголке особняка, — говорил Миндже. — Может он в подвале? — Я его там искал пятьсот раз! Даже с Анальдом! — вспыхивает омега. — Я его потеряяял… — глаза начинают слезится. Омега целый день искал браслет от матери. Всех слуг умолял найти его вещь. Найти единственное напоминание о матери. — Тэ, — зовёт его Анальд и подходит к ним. — Не будешь прощаться с Чонгуком? Он сейчас сядет в машину… — Нет! Пусть уйдёт, не хочу его видеть! — восклицает он. Ему сейчас не до Чонгука. — Но его не будет несколько лет… — Братец Анальд прекрати! — вмещается Миндже. — Тэхён его ненавидит, как и все мы! Если бы мы тебя не знали, то думали бы, что ты брат Чонгука! Анальд прикусил нижнюю губу. Ему впервые было жаль Чонгука. После того, как ночью, он стал свидетелем его слов, что-то разрушилось внутри него самого. Он поставил себя на место Чонгука, а Тэхёна на место Феликса. И если бы он уезжал, а Феликс не попрощался, то он чувствовал бы себя самым несчастным. Больно за Чонгука. Чонгук садится в машину, охранники укладывают в багажник его чемодан. Только отец вышел попрощаться. А Чонгук надеялся, что Тэ тоже придёт… Он тяжело вздыхает, сильнее сжимает браслет омеги, опускает голову, чувствуя боль в сердце и машина трогается с места. А Тэхён смотрит на уезжающую машину из-за дерева, за которым он спрятался и сжимает вчерашний подаренный чупа-чупс альфы. Тоски нет. Есть только лёгкая растерянность и…радость? Да, радость. Они, наконец, могут спокойно выдохнуть. Наконец, избавились от Чонгука. Наконец, Чонгука в их жизни больше не будет. **** — Ким Сокджин! — кричит и зовёт его мужчина на улице. Десятилетний омега, сильно зажимает рот ладонью, чтобы не издать звука. Он спрятался внутри фургона, внутри многих хлопков. Мальчик худой — его невозможно заметить. Он, наконец, сбежал. Сбежал из этого чёртова места. Он, наконец, сбежал из страшного приюта. Впереди новая жизнь, которая начнётся с чистого листа. — Клянусь, когда найду тебя, я тебя убью! Мелкий ты зараза! — прошипел мужчина, ища глазами омегу. А фургон трогается с места, заставляя омегу, который находится внутри, улыбнуться. Он высовывает язычок в сторону мужчины, который искал его. Улыбка становится ещё шире, потому что его всё ещё ищут, а он свободен.