Пленница

      У Линды в голове всё смешалось — и нападение на неё на яхте, и пьяное приставание Тома, и его поцелуи. Именно поэтому, после падения, она и решила, что это именно он пытался её изнасиловать. Голова болела нещадно, больная рука и нога, что только начали заживать, опять давали о себе знать, хорошо, что на лице не стало больше отметин.       Барышню доставили в больницу, где хотели допросить, подъехавшие полицейские. Но после первого же вопроса она начала сильно путаться в показаниях. То на неё на яхте напали, то в доме, то это сделал Том, то Крис. Её мучали, пока врач не решил, что с неё хватит. Записав всю эту бредятину в блокнот, инспектор уехал в участок, куда доставили предполагаемого подозреваемого.       — Мистер Хиддлстон, скажите, вы столкнули мисс Синклер с лестницы? — мужчина сел за стол напротив Томаса, — Это произошло после того, как она вам отказала, а вы попытались её изнасиловать?       — Мистер Эйбл, — предприниматель был почти спокоен, — это мисс Синклер вам такое сказала?       — Ответьте на вопрос, пожалуйста.       — Я без своего адвоката отвечать не буду ни на что, — он вздохнул и посмотрел по сторонам. Да уж, не так Том планировал провести эту ночь.       — Вам же хуже. Мы имеем право задержать вас на 24 часа до выяснений всех обстоятельств.       — Мистер Эйбл, вам мой человек дал контакты свидетелей, что были с нами на крыше. Вызовите их, и они вам подтвердят, что я и пальцем не трогал мисс Синклер. Она ушла за несколько минут до меня, — Томас устало потер переносицу, — когда я спустился, уже вызвали скорую.       — Мы обязательно всех свидетелей соберëм, завтра с утра, — полицейский ехидно улыбнулся, — а пока, вы останетесь тут, — миллионер опять вздохнул, — в допросной.       Инспектор встал и вышел, оставляя Хиддлстона одного. Том тоже поднялся, но, в отличие от полицейского, просто прошёлся по помещению, обдумывая всё, что произошло с ним, когда в его жизни появилась Линда. В голове промелькнула мысль, что всё-таки зря он её оставил на яхте. Правду, видимо, говорят, что женщина на корабле — к беде.       Тюремного срока по этому делу он не боялся. Во-первых, у него была куча свидетелей, что подтвердят его слова, во вторых, если что-то пойдёт не так, завтра к вечеру прилетит его адвокат и во всём разберётся. Они ещё извиняться будут за то, что задержали его.       Мужчина мерил шагами комнату и пытался понять, зачем же Линда так поступила с ним. Хотела бы уйти, ну так шла бы, он её не держал насильно. Или тут дело в другом? Неужели у неё была так велика обида, что она решила отомстить ему таким образом. Ужаснее всего было, что его обвинили именно в этом преступлении. Стараясь сохранить спокойствие, Том налил себе воды из кулера и уселся обратно. Ему нужно было продержаться тут всего лишь одну ночь. А уж когда всё выяснится, он спросит у барышни, за что она с ним так.             После обследования и обработки раны на голове, девушке сделали укол успокоительного и она уснула.       Утром её разбудила врач. Поверив все реакции, женщина пришла к выводу, что Линда не нуждается в стационаре. Прописав ей некоторые лекарства, доктор девушку просто выписала. Медицинское заключение о её состоянии она обещала выслать на электронную почту в полицию.       На часах было около десяти часов утра, но людей почти не было видно, и девушка, выйдя из больницы, переодевшись во вчерашнее вечернее платье, уселась на лавочку, возле лечебного учреждения, совершенно не понимая, как она без денег и без связи вообще хоть куда-нибудь доберётся. Да ещё и в другой стране. В больнице её держать не стали, а идти ей было некуда. Все её вещи и документы, хоть и поддельные, остались в особняке Хиддлстона. А как к нему попасть, и как после случившегося ей общаться с ним, барышня не знала.       — Привет, — раздался знакомый голос над головой, — тебя выписали?       Девушка подняла глаза, перед ней стоял Роберт. Увидев его, Линда испугалась, не зная, что с ней теперь будет. Слишком уж она вчера начудила. Кивнула.       — Поехали? — мужчина подал ей руку.       — Куда?       — В участок. Том всю ночь из-за твоей милости там просидел.       Барышня вжала голову в плечи и закусила губу, изобразив на лице полнейшое сожаление.       — Мне очень жаль…       — Заявление своё будешь забирать? Свидетели подтвердили, что Том тебя не трогал.       — Да, конечно, — она встала, опираясь на руку дока, — я просто… видимо, головой сильно ударилась.       — Как ты себя чувствуешь? — Роб вздохнул и помог ей добраться до машины, — что врачи то сказали?       — Ха, — аккуратно забралась в авто, — врачи. В этой стране не врачи, а какие-то нелюди. Выгнали меня на улицу! Страховки то у меня нет, денег тоже, оказали первую помощь и до свидания! — Роберт сел за руль, — жить буду, сказали. Было временное помутнение рассудка.       — Выписали что-то? — спросил и она подала ему бланк с названиями лекарств, — у меня это есть. Приедем домой, дам.       Линда вздохнула. Домой. Кто сказал, что теперь Том её будет держать в своём доме. Да, он, как ей показалось, слишком расстарался вечером, но и она перегнула палку. Теперь девушка думала, что вообще зря убежала с крыши. Возможно, следовало поговорить, как он и просил. А сейчас из-за неё миллионер был задержан.       — Роберт, а Том сильно на меня злится?       — Скорее недоумевает. Его ещё утром хотели отпустить, после показаний свидетелей, но он предпочёл дождаться тебя.       — Зачем? — от волнения барышня кусала губы. Ладони её вспотели, и она постоянно терла их о подол.       — Сказал, что хочет видеть, как ты заявление забираешь.       — Он меня теперь домой отправит?       — Линда, — мужчина остановился на светофоре и обернулся, — откуда я знаю. Это ваши отношения. Хотя это и отношениями то нельзя назвать, — он хмыкнул, — Том как с ума с тобой сошёл. Он, как влюблённый мальчишка не знает с какой стороны к тебе подойти, — загорелся зелёный сигнал светофора, и машина плавно тронулась дальше, — с чего ты вообще взяла, что он тебя купить пытается? Да, согласен, с фейерверком был перебор, но в остальном — ты же сама отказалась в ресторан ехать, он тебе его организовал, — Линда вздохнула и отвернулась, прячась от глаз Роба, что смотрел на неё в зеркало заднего вида, — вот такой наш Томас, он привык красиво ухаживать за девушками.       — А я не привыкла к такому, — буркнула она, напрягаясь всё больше. И они замолчали.       — Приехали, — оповестил доктор через пару минут, заворачивая на стоянку полицейского участка, — готова? — остановил автомобиль.       — Нет, — пискнула она, но открыла дверь и самостоятельно вышла из машины.       Идти было очень страшно. Она боялась смотреть Тому в глаза, боялась, что всё, что между ними начиналось, она сама загубила своей же дурость. В конце концов, ей необходимо было думать, прежде всего, о работе. Но, ведь сердцу не прикажешь, а оно, как назло, рядом с Хиддлстоном переставало биться, либо билось с такой силой, что она задыхалась от тахикардии.       — Мне плохо, — Линда зажала ладонью рот, — меня от волнения вырвет, Роб.       — Даже, если тебя вывернет, — он подал ей бутылку с водой, — тебе всё равно придётся забрать это заявление.       — Я знаю, — девушка сделала несколько больших глотков, несколько глубоких вздохов и взяла под руку доктора, — пойдём. Перед смертью, всё равно, не надышаться.       В участке её сразу проводили к инспектору, что вёл её дело. Барышня под удивлённые взгляды полицейских (не каждый день к ним приходят в вечерних платьях) прошла в кабинет и постучалась.       — Войдите, — раздалось из-за двери.       — Доброе утро, мистер Эйбл, — заглянула с милой улыбкой, бегло оглядывая комнату. Томаса в ней не было. Облегченно выдохнув, она уже увереннее прошла вперед и продолжила, — я бы хотела забрать своё заявление о нападении. Это всё ошибка.       — Да вы присаживайтесь, мисс Синклер, — инспектор встал и отодвинул ей стул, — как ваше самочувствие?       — Спасибо, уже лучше, — она села и облокотилась на спинку, глядя, как он садится напротив, — врач сказал, что после стресса и падения такое бывает.       — Скажите, Линда, вас правда пытались несколько раз изнасиловать?       — Давайте конкретнее, — барышня прекрасно знала, как ведутся допросы и поэтому пресекала на корню всякое манипулирование и давление, — меня пытались изнасиловать 2 раза. Оба раза в яхте мистера Хиддлстона, — произнесла его фамилию и невольно облизнула губы от волнения, — первый раз двое его людей, а второй раз, один из них. Оба, на данный момент, мертвы. Я буквально несколько дней назад по этому делу давала показания. Вспоминать мне об этом совсем не хочется, поэтому, если нужно, то поднимите данные сами, дело ещё не закрыто, подозреваемый задержан. По поводу моего вчерашнего временного помешательства вам должны были отправить отчёт из больницы.              — У мистера Хиддлстона при себе были женские серьги, — он достал украшение, — это ваши?       — Том подарил мне их, но, когда я уходила, я их сняла и отдала обратно.       Линда старалась выглядеть расслабленной, но из-за понимания серьёзности ситуации и того, что Том находится где-то рядом, её так и подбрасывало на стуле. Она нервно улыбнулась и подвинулась к столу.       — Мисс Синклер, скажите, — доверительным тоном сказал полицейский, — вас запугивают? — девушка удивилась, — ну, вы просто выглядите взволнованно.       — Мистер Эйбл, можно говорить откровенно? — Линда ещё ближе подсела к столу и наклонилась ещё ниже, а мужчина кивнул, — конечно, я волнуюсь. А вы бы не волновались, если бы обвинили совершенно непричастного человека в таком преступлении? В день вашего первого свидания? — она помолчала, глядя в глаза, — тем более, если бы вы были влюблены в этого человека?       — Оу, — он хмыкнул и ухмыльнулся, — вы влюблены в него?       — Я думаю, что это вас не касается, мистер Эйбл. Я сказала вам про это, только, чтобы вы поняли, почему я волнуюсь. Я просто не знаю, как смотреть теперь ему в глаза.       — Ладно, — инспектор положил бумагу и ручку перед барышней, — я вас понял. Хотите отозвать заявление, ваше право. Пишите.       Через двадцать минут, после всей этой бумажной волокиты, Линда вышла из кабинета и первым, кого она увидела был предприниматель. Он стоял, облокотившись на стену, напротив двери и не сводил с неё своего взгляда.       От страха, волнения и неизвестности, барышня покрылась мурашками с ног до головы и замерла, смотря в глаза мужчине. По его взгляду невозможно было понять, о чем он думал. За ней вышел инспектор Эйбл и, увидев такую картину, просиял.       — А, мистер Хиддлстон, вы ещё тут? — Том даже не удосужился посмотреть на полицейского, — ну, что ж, забирайте свою даму и можете быть свободны, — он подошёл ближе, наконец перетягивая внимание на себя, — я приношу вам свои глубочайшие извинения, — подал руку, — но, вы должны понимать — это моя работа, — мужчине как будто доставляло удовольствие ехидничать и он продолжал, — забирайте свою ненаглядную и езжайте домой. Ой, да, серьги, — Эйбл достал из кармана ювелирное изделие и покрутился, смотря то на Томаса, то на Линду, — кому из вас их отдать?— миллионер даже не пошевелился, чтобы забрать их.       — Давайте мне, — вздохнула барышня и протянула руку.       — Поехали? — голос Тома звучал твёрдо. Он стоял прямо. Жевалки его ходили ходуном и он вытащил руку из кармана, жестом показывая на выход.       — Поехали, — Линда хотела виновато опустить глаза, но вовремя вспомнила, что жертва всегда смотрит вниз, тогда, как хищник не отводит взгляд и повернулась к двери, не показывая, что на самом деле происходит у неё в душе. Том ухмыльнулся про себя и, улыбнувшись одним уголком губ, пошёл вслед за ней.       Девушка дошла до машины не оборачиваясь. Дверь ей открыл Роберт. В салоне, собравшись духом, она обернулась к севшему рядом Хиддлстону.       — Том, — начала она, закусив губу, — прости, — сказала одними губами.       Он так устал, хотел в душ и спать, что не стал выяснять отношения, тем более, что ему Роберт рассказал о заключении врачей. Поначалу он хотел высказать ей всё, посмотреть, как она будет оправдываться, но сейчас ему хватило этого тихого «прости». Мужчина вздохнул, положил руку на спинку сидения, открывая для неё свои объятия, и произнёс:       — Я так рад, что с тобой всё в порядке, иди сюда, — Синклер несколько раз моргнула, улыбнулась и подалась вперёд, усаживаясь поудобнее. Он обнял её и поцеловал в макушку, — как голова? — заметил пластырь.       — Я под обезболивающим, поэтому нормально, — ей стало так легко, что захотелось вот как вот, на его груди, уснуть. А Томас молча смотрел на дорогу и перебирал рукой её волосы.       Приехали домой они достаточно быстро. Том проводил девушку до двери её комнаты и, сказав, что очень устал, ушёл к себе, поцеловав ей руку, как прежде.       Линда пол дня провела, чтобы привести себя в порядок — приняла душ, поела, намазала все старые и новые ссадины и раны. Роберт дал ей необходимые лекарства и отправил отдыхать. Взяв книгу, девушка забралась на кровать и немного полистав её, уснула.                         *** *** ***              Анжела звонила всем, кому можно, чтобы разузнать подробнее, за что именно их подозреваемый угодил за решётку. А узнав, была шокирована, и чтобы не пребывать в шоке только ей, оповестила об этом Клауса. Парень собрался было ехать к Линде в больницу, наплевав на конспирацию, но Люк сказал, оставаться в отеле, пока он всё не выяснит. Ну, а после того, как врачи отпустили девушку и она, забрав заявление, уехала обратно, патрон и вовсе посоветовал пока не высовываться.       — Что значит — не лезть пока никуда? — негодовал кудрявый, ходя из угла в угол.       — То и значит, что начальству виднее, — женщина пыталась его успокоить, — просто расслабься, до особых указаний.       — Анжела, — остановился и вздохнул, — ну как я могу расслабиться, когда там, — он ткнул в сторону окна, — такое происходит. Ты говорила, что она там в безопасности, что она — хозяйка положения, а в результате что?       — А в результате, она упала с лестницы и тронулась умом, — коллега ухмыльнулась, — я уже обрадовалась, если честно, а оно вон как всё оказалось.                   *** *** ***              На крыльце участка стоял инспектор Эйбл и курил сигарету. Затянувшись, он набрал номер. После трёх длинных гудков трубку сняли и полицейский улыбнулся.       — Он сейчас уязвим, как никогда, так что можешь действовать.