Особенности эволюции в параллельном мире-3. Яд исцеления.

Спальня тонула в полумраке, из-за жары напоминающем вязкий кисель. Каменные стены обступали и давили, простыня липла к спине и норовила обернуть и задушить при каждом движении. Хотелось оказаться в живой, влажной тишине Лесного дома, улечься на прохладный мох постели, пропуская сквозь кожу освежающую дикую силу Фарна. Вдохнуть чистый, сдобренный десятками ароматов воздух. Мирное сопение мужа под боком только усиливало одолевающее весь день раздражение. Днем мы так ни до чего и не договорились. Точнее, Кайрин твердо решил произвести разведку в своем бывшем клане и предупредить мать, особенно в свете открывшейся новости. Линисса не могла не понимать, что таскает с собой потенциальную бомбу замедленного действия – тана она недалекая, но не полная же идиотка. Как не могла и не понимать, что нарушает закон Обитаемых Земель, общий для всех народов – отступников должны изолировать от общества. Тайри строил конспирологические теории о связи старшей сестры и ее помощника с группой магов-преступников, проводящей запрещенные эксперименты. Звучало довольно бредово, и выглядело натягиванием совы на глобус. Вдобавок Кай и Тайри сцепились по поводу Найрина. Менталист был категорически против вовлечения близнеца в авантюру и даже сообщать ему ничего не хотел. Кайрин разумно возражал против фрагментации информации внутри клана. С мужем я был полностью согласен, никто и не собирался привлекать Ная к активной фазе разборок, однако утаивать новости без причины – проявлять неуважение к членам семьи.       …Резким движением оторвав от себя вцепившуюся, как липучник, простынь, подскочил с кровати и вышел из спальни, бесшумно притворив дверь. Добрался до выхода на задний двор и плюхнулся в траву прямо возле ступенек. Вытянул ноги, откинулся головой на каменную ступеньку. Облегчение не пришло – ночь середины лета не принесла прохлады, воздух перетекал разогретым маревом, камень под спиной припекал накопленным за день жаром. Всколыхнувшаяся волна трав щекотно обняла голые бока, заскользила вдоль спины, делая лежание более комфортным. Погрузив пальцы в сплетения тонких, чуть влажных стеблей, выдохнул, пытаясь вместе с воздухом вытолкнуть неприятный запутанный комок чувств, засевший внутри. Если отбросить сложные философские концепции о долге и благе клана, во мне боролось понимание поступков мужа и банальное желание не отпускать его в рискованный поход. Грози опасность моим родителям, я бы тоже бросился на помощь, не раздумывая. Однако мои родители были добрыми, мудрыми и понимающими людьми. Они всегда поддерживали меня на всех жизненных дорогах, отдали столько любви и душевного тепла, что его отблески согревали и в следующей жизни. На самом деле всегда считал понятие «сыновий долг» не более, чем инструментом манипуляции. Дети приходят в этот мир для жизни, а не бесконечно отдавать долги. Нормальная семья строится на взаимоуважении, любви, общности интересов и взаимной поддержке. Словно изящный сложный механизм, где каждая деталь важна и сама по себе, и как часть общего. Таким понемногу становился клан Эйри. Не связанные изначально кровными узами, мы своей волей образовали прочные связи. Не просто трое братьев, взявших в супруги трех неведомых созданий. Не просто объединение товарищей по несчастью. Но основой нашего механизма был и остается Кайрин. Как кассиа-тан – живое сердце клана, как старший брат и защитник. Без него все рухнет. Считала ли когда-то Сайкара своих детей и супруга своей семьей? Чем больше узнавал о ней, тем больше казалось, что и дочь, и младшие сыновья – скорее досадная помеха. Кайрин немного выбивался из этой поганой системы, и то, подозреваю, из-за схожести со своим отцом, которого Сайкара любила больше своей жизни и целого мира. Вроде бы стоило ей посочувствовать. Договорной брак и рождение дочери-наследницы ради блага клана. Ненадолго обретенное счастье с любимым, и дальше вечное одиночество. В памяти встала картина заполненного запахами крови зала и умирающего на черных плитах Найрина, замученного почти до потери рассудка. Не получалось сочувствовать, хоть тресни. Я никогда не страдал всепрощением, и для меня Сайкара оставалась лишь женщиной, причинившей много боли моим близким. - Не спится, Листик? - Не спится, - подтвердил коротко. Желания ссориться не было, потому лучше избежать долгой полемики. В последнее время я стал довольно раздражительным, не стоит вываливать свое дурное настроение на окружающих. Естественно, Кайрин не повелся на демонстративное нежелание продолжать беседу. - Ты не одобряешь наше решение подыграть Линиссе и наведаться в клан матери. Х-ха, какой смысл жевать очевидное? - Твое решение, Кай, - произнес с нажимом на первое слово. – И да, не одобряю. Это что-то меняет? Возвышающийся за спиной с невозмутимостью горной вершины, Кайрин вызывал странное, щекотное и неприятное чувство внутри. Будто в кишках поселилось и интенсивно обживалось семейство сколопендр. Страх, понял внезапно. Не адреналиновая волна, поджигающая нервы и замораживающая разум. Так ощущался страх того, что может случиться. За годы я привык к надежной руке на плече, к незримой тени, прикрывающей спину даже в свое отсутствие, к бесконечному доверию и принятию, к негромкому бархатному смеху и касаниям горячих, как осколок солнца, ладоней, надежно изгоняющих любой холод. От одной мысли, что все это может исчезнуть, внутренности завязывало болезненным узлом. Что моего Кая больше не будет. - Силь, я… - Ты подумал, что будет с кланом, если с тобой что-нибудь случится? – слова срывались тихо и тяжело, словно капли яда со сломанного травяного стебля. – Что будет со мной? И сквозь горечь вытолкнутых из самых неприглядных глубин нутра слов, разумом понимал – я не стану останавливать Кайрина. Если с его матерью действительно случиться беда, это ляжет тяжелым камнем на совесть моего лиммаю, и пропастью между нами. Даже если Линисса солгала во всем, всегда остается сотая доля процента. Нужно выбирать – рискнуть жизнью любимого или его доверием. К плечу прижалось чужое плечо, обжигая прикосновением голой кожи. Сам не заметил, когда подхватился, сворачиваясь в защитную позу, обхватив руками колени. - Силь, выслушай меня, пожалуйста, - голос Кайрина в душной ночной тишине звучал непривычно серьезно. – Я не собираюсь очертя голову лезть в пасть кшира. Не скрою, мне было бы неприятно, пострадай Сайкара в результате заговора, однако ее просчеты как кассиа-таны и матери – ее проблемы. Возможно, бредовые теории Тайри не столь уж и не обоснованы. Линиссе, как и Таркару, зачем-то нужны Вит и Найрин. Я хочу поднять своих информаторов и спровоцировать противника открыться и сделать первый шаг. Не знаю, то ли Кай действительно задумывал так все изначально, то ли умел ловко приспосабливать идеи под факты, но отрицать некую логику в сказанном было сложно. - То есть мне и младшим, возможно, предстоит сыграть роль приманки? – вопреки смыслу фразы, почувствовал иррациональное облегчение. Кай не собирался поддаваться сумбурным эмоциям и продолжал мыслить ясно. А детали самого безумного плана всегда можно согласовать и подкорректировать. - Грубо, но в целом верно. Потому Тайри с Найрином сегодня утром создадут в штаб-квартире охранный барьер с иллюзиями, наподобие того, что окружает дом младших, а вы с Вайлером, Дараем и Дарирой переберетесь в Лесной дом до нашего возвращения. Кайрин выглядел вроде бы невозмутимо и решительно, как полководец за обсуждением стратегии накануне важного сражения, но вина все равно прорывалась, сквозила в напряженно сжатой линии губ, в движениях рук, словно непроизвольно стремящихся обнять, прижать поближе. Эх, солнце, идея хороша, нет смысла осуществлять ее лишь наполовину. - Насчет Вайлера и остальных согласен. Если он сам не против. Я останусь здесь, - подозреваю, сейчас моей рожей можно и без маскировки напугать любого. – Если что, встречу гостей и задержу до вашего прибытия. - Силь… По щелчку пальцев земля в паре шагов от нас взорвалась частоколом острых, как лезвия пик, корней, травы взвились, превращаясь в толстые подвижные жгуты-щупальца. - Не забывай, кто я, Кай. Если ты рискуешь, я не стану отсиживаться в безопасности. - Я помню, лиммаю. Как я могу забыть? Непонятный для меня восторг на грани благоговения, с которым Кайрин реагировал на проявления моей силы, до сих пор вгонял в кратковременный ступор. Нормальный разумный, по идее, должен как минимум испытывать опаску. Нормальными, видимо, не были мы оба. На плечо опустилась горячая, как осколок солнца, ладонь, сжалась, словно в попытке заземлиться, убедиться в вещественности того, что осязает. - Я хочу защитить тебя и клан, - Кайрин говорил мягко, приглушенно, невольно заставляя прислушиваться. – Наш враг скрывается в темноте, мы не знаем, кто он и откуда нанесет следующий удар. Не вытащим его на свет – будем жить в постоянном ожидании. Успешно сопротивляться этому голосу, легким, бездумным вроде бы прикосновениям пальцев я не научился до сих пор. На самом деле и у меня, и у Кайрина есть убеждения и принципы, нарушить которые не заставят никакие увещевания. Остается лишь принять и поддержать. - Маячок и артефакт экстренного портала, аптечка в полной комплектации, одежда с защитными вставками, - принялся перечислять я нарочито сухим деловитым тоном. Не время растекаться розовыми соплями. – Аптечку я соберу сам. И дополнительный амулет связи. - В двойном количестве, - Кайрин кивал, словно новобранец, внимающий напутственному слову командира. – Тайри согласился пойти со мной. Даже не знаю, радоваться сему факту или тревожиться еще больше. Удивительно, что у дома еще крыша не поднимается. Либо Тайри решил играть в молчанку до последнего, ставя супруга непосредственно перед фактом, и в таком случае он самоубийца с мазохистскими наклонностями. Либо Вайлер оказался мудрее и сдержаннее меня и сумел прояснить все недопонимания спокойной беседой. - Идем спать, Силь, - Кай деликатно спрятал зевок в ладони. – Уже далеко за полночь. - Не хочу, - протянул, падая спиной в успокоившуюся траву. – Жарко. И добавил мечтательно и немного капризно. - В Лесном доме сейчас хорошо. В спальне прохладно, мох цветет. Тепло усмехнувшись, Кайрин поймал кончик моей косы, похожий на перезревший пуховник, легонько пощекотал бок, заставляя невольно дернуть ногой. - Дома действительно хорошо. Обожаю твою живую кровать, - золотые глаза сверкнули хитринкой, словно скрывали некую занятную тайну. – У меня есть еще одна интересная идея. Ты же еще не видел море этого мира? Как насчет устроить отдых на побережье после тяжелых трудов? Подальше от городов и других разумных… Родной голос лился песней успокоения в ночной душной тишине, Кай рассказывал о пляжах с розовым и белым песком, о красоте выныривающего из-за необъятной водной глади рассветного солнца, о цветущих круглый год деревьях с золотой корой и цветами, похожими на колокольчики, звенящими на ветру. Мне внезапно захотелось попросить его замолчать, зажать рот ладонью. Мечтать накануне опасного сражения – дразнить судьбу… - Хватит петь мне колыбельные, солнце, - ущипнул Кайрина за бок и поднялся. – Идем действительно спать. Завтра у нас много работы. … - Силь, мы повторяемся, - ворчание Вайлера вызывало внутреннюю улыбку. – Я не оставлю тебя одного. Литти и Варкан выпнули меня в отпуск, так что в Лесном доме я в землю врасту. Мой старый друг деловито сновал по кухне, готовя завтрак на четверых оставшихся в штаб-квартире разумных. Дарай ожидаемо не захотел покидать город, заверив, что не пристало бросать аши-тана своего клана в потенциально опасной ситуации. На семейном совете мы приняли совместное решение посвятить Дарая в большинство подробностей происходящего. Которые, как и догадывался, секретом для него не являлись. Когда пропала Дарира, не вернувшаяся с подработки в продуктовой лавке, старый дроу перевернул вверх дном Пустошь в ее поисках. Страже он не доверял и вел самостоятельное расследование, за что, кажется, сильно корил себя теперь. Однако именно он помог стражникам найти подпольную лабораторию, в которой держали зараженных пленников, и выследить псевдоцелителя-отступника. Дарай утверждал, что лаборатория была скрыта каким-то незнакомым магическим барьером, который будто отводил глаза. Почему незнакомым, я не понял – такие барьеры использовались довольно часто в разных вариациях. Может, так наш новый соклановец воспринимал искаженную магию отступника. Его способность чуять магию, и особенно, свойственные отступникам изменения в ней, меня очень заинтересовала, однако сам Дарай переводил тему при любой попытке узнать побольше. В этом дроу было слишком много загадок и недосказанности. Но я доверял интуиции Кая и своей, подсказывающей, что Дарай для нас не опасен. Не мне, носящему маску поверх маски, упрекать кого-либо за наличие тайн. - Лучше последи за кашей, пока я приготовлю овощи, - Вайлер ткнул лопаткой в сторону котелка на плите. – А потом сходим вместе на рынок. Заодно опробуем одну нашу разработку… О новом изобретении послушать этим утром была не судьба. Ворвавшийся на кухню Дарай на мгновение не удержал равновесия, врезавшись в косяк. Подскочив от неожиданности – шагов дроу не слышал до момента его появления – я едва не опрокинул котелок. Судя по серому, как перегоревший пепел, лицу Дарая, лучилось что-то, повергшее его в крайнее смятение. - Тан Дарай? – Вайлер метнулся к двери, готовый поддержать нового соклановца в прямом и переносном смысле. - Аши-тан… Дарира… Ее состояние изменилось, но она не очнулась. - Идемте, посмотрим, - наскоро вытерев руки кухонным полотенцем, поспешил за Дараем. – Только аптечку захвачу. Состояние Дариры, находящейся последние восемь дней в лечебном сне, действительно изменилось. Биосканер показывал скачок мозговой активности и учащение сердцебиения. Доселе лежащая неподвижно, как в коме, девочка двигала руками, сжимая слабыми пальцами край одеяла, словно пыталась уцепиться за что-то материальное. Под опущенными веками двигались глазные яблоки. - Несколько минут назад у нее были слабые судороги, - Дарай уже взял себя в руки, голос звучал ровно и собранно. - После долгой неподвижности такое возможно. Похоже, ваша раран сейчас проснется. Дарира, будто услышав меня, сделала глубокий вздох, открывая глаза. Лопнувшие капилляры не позволяли рассмотреть цвет радужки, на короткий момент показалось, что девочка вообще не видит. Сухие губы разомкнулись, пропуская тихий хрип. - Помолчи пока, - Дарай оказался рядом, ловким движением приподнимая подопечную на свернутой подушке. – Я принесу попить. - Сайоран… Набрав в пиалу воды из кувшина, стоящего на прикроватной тумбочке, протянул Дараю. - Пей, Дари. Все хорошо. Ты в безопасности. - Дроу с белыми волосами… алые глаза… - речь Дариры была тихой и бессвязной, она еще не до конца пришла в себя. – Где?.. - Это он тебя похитил? Голос Дарая не утратил мягкости, а движения – плавности, но скулы обозначились настолько резко, будто хотели прорвать кожу. - Нет, - Дарира слабо мотнула головой. – Он меня вывел… там было темно… Не помню. Веки девочки опустились, голова бессильно свесилась. Сохраняя профессиональную невозмутимость, осмотрел пациентку. Признаки анемии сохранялись, кожа на лице и руках шелушилась, словно после солнечных ожогов. Надо будет сделать легкий увлажняющий крем, такие повреждения доставляют серьезный дискомфорт. - Это обычный сон, - заверил, проверив пульс и уложив Дариру удобнее. – Ее организм очень ослаблен, первое время периоды бодрствования будут коротким. - Да, понимаю… Дарай не спешил вставать, скособоченная поза и не проходящая бледность внушали опасения. Старый дроу судорожно, со всхлипом вздохнул, и сгорбился, притиснув кулак к середине груди. Сжав амулет связи, поднес браслет к губам. - Вайлер, завари, пожалуйста, чай с синь-травой. Руки действовали сами собой, хотя с подобным вживую сталкиваться доводилось впервые. Нарезанный ровными кружками корень лерзеи нашелся в самом нижнем отделении аптечки. - Тан Дарай, медленно разжуйте. Сейчас мы перейдем в вашу комнату. Вам нужно прилечь. Безвольно повисший на плече дроу почти ничего не весил, под ладонью неритмичными натужными толчками билось сердце. - Я в порядке… Не стоит... беспокоиться… обо мне… - Позвольте мне это решать, - заметил, подпустив в тоне строгости. – Еще пару шагов. Одной рукой сдернув покрывало с нетронутой постели, на которой словно ни разу не спали, усадил Дарая и помог устроиться в полусидящем положении, подсунув под спину пару подушек. Не слушая вялых возражений, стянул с него сапоги и расшнуровал ворот рубашки, отмечая расчертившие ключицы и видимую часть груди белесые рваные шрамы. Сиплое неровное дыхание Дарая понемногу выравнивалось, однако серая бледность не спешила исчезать. - Боль усиливается или остается на прежнем уровне? Где сильнее болит? - Уменьшается, - тихо произнес Дарай белыми губами и потер середину груди. – Здесь, и отдает в плечо. - У вас впервые такой приступ? Дарай отрицательно качнул головой и откинулся на подушки, прикрывая глаза. Так я и думал. - Я справлюсь, Сильванестри. Присмотрите, пожалуйста, за Дарирой. - Обязательно. Постарайтесь пока не засыпать. Вайлер сейчас принесет лекарственный чай. Вайлер бесшумно приоткрыл дверь, неся большую чашку, замотанную в кухонное полотенце. Перевел взволнованный взгляд с Дарая на меня, безмолвно вопрошая о происходящем. Дернув уголком губ, мол, позже, забрал посудину. Выпить лекарственный отвар Дарай смог только с посторонней помощью – тремор руки не позволял удержать чашку. Дроу даже не возражал больше против заботы, послушно делая глоток за глотком. - Отдыхайте спокойно. Я побуду с Дарирой. Похоже, обещание окончательно успокоило Дарая, позволяя соскользнуть в сон. Притворив ставень, и закрепив так, чтобы солнце не попадало на кровать, укрыл Дарая до пояса тонким пледом и проверил пульс. Кожа дроу была ледяной, но сердце вернулось к нормальному ритму и исчезла синюшная белизна с губ. Прихватив чашку, поманил за собой Вайлера. - Что с ним? – спросил старый друг, стоило выйти в коридор. - Приступ стенокардии. Глаза Вайлера удивленно расширились. - Дроу же вроде не болеют таким. - Болеют, только очень редко, - я подавил тяжелый вздох. – Возраст, нелегкая жизнь, плохое питание, сильный стресс… Дараю реабилитация нужна не меньше, чем его раран. Проснется – буду настаивать хотя бы на нормальном осмотре. Понять бы еще, почему Дарай от него отказывался. Не хотел обременять приютивший его клан? Или есть более весомая причина? - Принести тебе завтрак? Ты же с ними останешься? – Вайлер кивнул в сторону комнат, занятых нашими болящими. - Только каф, если не сложно, - есть расхотелось совершенно. Вайлер вернулся с чашкой кафа и тарелочкой сухих хлебцов на подносе и книгой под мышкой. Опустил поднос на пустой письменный стол и протянул мне книгу, оказавшуюся сборником эльфийских легенд и сказок. - Тайри выходил на связь. Они на месте, пока все тихо. Я повесил на двери объявление, что заказы мы пока не принимаем, и включил защиту. - Спасибо, Вайль, - организаторский талант друга заслуживал всяческих похвал. – Зови, если что. Переставив кресло так, чтобы в поле зрения оказались обе комнаты, положил тяжелый фолиант на колени, осторожно открывая немного ветхую обложку, украшенную объемным орнаментом сплетенных древесных ветвей и фантастических цветов. Отвлекусь немного. Может, хотя бы в сказках у всех все хорошо.